Гарри Поттер и Воскрешающий камень (гет)

Святочный бал был в разгаре.

"Тедди, я так устала".

Мари-Виктуар присела на скамейку возле Гермионы Грейнджер. Кружева на её платье прилипли к груди и плечам. Теодор Люпин отправился в бар — проверить, остался ли ещё горячий сливочный напиток.

Разгорячённая быстрым вальсом, Мари томно глядела на танцующие пары. Рональд Уизли кружился со своей сестрой. Профессор Поттер и заведующая библиотекой Минерва МакГонагалл не танцевали.

Наконец, музыка стихла. Мари-Виктуар обратилась к соседке:

"Мисс Грейнджер, почему Вы не танцуете?"

"Миссис".

Девушка в недоумении захлопала длинными ресницами:

"Простите?"

Гермиона улыбнулась:

"Я миссис Грейнджер, а не мисс".

Мари хотела было поинтересоваться, за кого вышла замуж Гермиона, как её перебил профессор Лонгботтом:

"Профессор Грейнджер, Вас приглашают на ужин. Как впрочем, и всех остальных".

Все вернулись за свои столы. Джинни сидела между Гарри и Гермионой. Чуть поодаль сидели лесничий Хагрид, мадам Помфри, заведующая библиотекой профессор МакГонагалл и преподавательница прорицаний Луна Лавгуд.

Джинни повернулась к Гермионе:

"Гермиона, хочешь ещё белых трюфелей?"

"Да, пять штучек. И сладкой горчицы, если тебя не затруднит. Спасибо, Джиневра".

Неожиданно Гермиона встала из-за стола и ушла, держась одной рукой за живот. Она ни съела ни кусочка. Джиневра обернулась к Луне:

"Профессор Лавгуд, как Вы думаете, что с ней?"

Луна Лавгуд ответила, как всегда, спокойно и отрешённо:

"Graviditas vulgaris".

"Что???"

Луна прошла за Гермионой в туалет для девочек и увидела, как ту тошнит в раковину. Профессор Лавгуд не почувствовала отвращения, напротив, она поспешила дать Гермионе выпить тёплой воды и сказать несколько одобряющих слов.

В это время Гарри, вскочив с места, побежал на кухню. Он ворвался с криком:

"Несвежая еда! Это недопустимо!"

Эльфы застыли в недоумении.

Мадам Помфри встала из-за стола:

"Я провожу миссис Грейнджер".

Но миссис Грейнджер уже успела спуститься по лестнице и накинуть шубку. Медсестра увидела только тёмный блестящий автомобиль, который стремительно увозил Гермиону. Через мгновение он растаял в воздухе, словно его никогда и не было.