Запас карман не тянет. (джен)

КРАК!

Тройные магические щиты Шепарда погасли то ли сами, то ли нет, лопнули, одним словом, со смачным хрустом. Манекен на мгновение вспыхнул ярко-синим, а через долю секунды превратился в снаряд! Врезался в дальнюю переборку вместе с ударной волной такой плотности, что даже усиленные нулевым элементом стены «Нормандии» жалобно, протяжно заскрипели, принимая на себя деформацию.

В трюме повисла звенящая тишина, прерываемая лишь гулом вентиляции.

Кайден смотрел на свою дымящуюся (фигурально, а может и нет) ладонь и просто не верил глазам. — Как... — только и смог выдавить он, глядя на вмятину в стене. — Как...

А Джон Шепард сиял. Улыбался, как довольный удав, который только что проглотил кролика и доказал теорему Ферма одновременно, попутно закусив мимо пробегающей мышкой.

Невозмутимо достал волшебную палочку, лениво взмахнул ею. Искореженный манекен отлип от стены, выпрямился (хотя и остался слегка кривым) и вернулся на позицию. Шепард снова наложил защитные поля.

— Неплохо, лейтенант, — промурлыкал он. — Очень неплохо для «неофита». Усиление эмоциями мы ещё обсудим — слишком много гнева, слишком мало контроля. Но результат... Результат на табло.

Он кивнул на манекен.

— А теперь, пожалуйста, снова. Только спокойнее. Выключи ярость, включи технику. Повтори бросок.

В углу раздался грохот. Это Мелисса, элитный снайпер «Звёздных Волков», которая до этого сидела на ящике с видом королевы бала, просто свалилась на палубу. Она так и осталась сидеть на полу, глядя на Кайдена с открытым ртом и забыв про свою винтовку, ЧТО, О БОЖЕ! ВАЛЯЛАСЬ РЯДОМ!

Под этим офигевшим взглядом наемницы (и под самодовольным взглядом Шепарда) Кайден собрался с духом. «Ладно. Спокойно. Просто физика. Просто... тяга».

Он ударил снова. На этот раз спокойно и технично. Всё получилось чище и на удивление не менее эффективно. Барьеры Шепарда — а Кайден знал, что барьеры этого психа пробить сложнее, чем броню танка «Мако», — снова жалобно мигнули и рассыпались искрами. Манекен опять впечатало в стену, хоть и без того апокалиптического скрипа металла.

Удар был слабее первого, «психованного». Но он, безусловно, всё ещё неоспоримо превосходил всё, что Кайден Аленко выдавал за всю свою карьеру в бронекостюме.

Халат работал. А ещё работал маленький, грязный, но педагогически верный секрет. Тот самый «ювелирный контроль» в исполнении Джона Шепарда. Мастер Зельеварения и ныне заочный мастер Боевой Магии умел не только бить сильно. Он умел делать «Красиво, но слабо». И наоборот — невзрачно, но эффективно.

Порой сие весьма полезный навык. Ведь маг работает не кулаками, а прежде всего мозгами. Поэтому, несмотря на то, что щиты вокруг манекена сияли как врата рая и переливались всеми цветами спектра, реальной энергии в них содержалось с гулькин нос. Чистая бутафория. Голливудские спецэффекты вместо танковой брони.

Но Кайден этого не узнает. Никогда. Точно никогда. Ему сейчас нужна вера в себя (и в халат). Но не знание о том, что Шепард ему малёха подыграл.

«Осталось только пережить ЕГО гнев», — подумал Джон, разворачиваясь к выходу печёнкой чуя неприятности, когда приходят ТАКИЕ люди и на затылке третий глаз открывается. «Только бы пережить Апокалипсис». Подумал Шепард.

Потому что в дверях трюма стоял ОН — тот, кого и следовало ожидать после такого «тихого» дебюта личного ученика мастера Джона Шепарда. Капитан Дэвид Андерсон собственной очень спокойной, лучше бы злился! Персоной. Он стоял, широко расставив ноги, и очень, ну просто очень хотел получить ответ на вопрос: что именно сотрясло его драгоценный корабль от носа до кормы, заставив датчики обшивки выть, если он о пробоине, то о чем-то похожем.

Кошмар в капитанских погонах перевел тяжелый, как могильная плита, без всякой магии! Взгляд. С помятого манекена на Шепарда. А потом — на лейтенанта Аленко. Босого. Лохматого. И одетого в махровый банный халат на голое тело.

— Что здесь происходит. — Ровно спросил он.

— Мы тренировались, сэр, — отрапортовал Кайден, вытягиваясь в струнку (насколько это возможно в халате).

Он тоже развернулся к капитану, сохраняя на лице выражение оскорбленного достоинства.

— Биотика, сэр, — добавил он, не моргнув глазом. — Командир Шепард показывал мне новые, экспериментальные методики. Отрабатывали выполнение боевых приёмов в... — Кайден сделал мстительную паузу, косясь на Джона, — ...в сложных бытовых условиях.

Лейтенант Аленко, может, и оценил эффективность урока Джона (удар был мощным, спору нет), но вот педагогические подходы он не оценил совершенно. И теперь с наслаждением топил своего учителя.

Кайден топил своего наставника прямо на глазах у капитана. С наслаждением. Даже не пытаясь скрыть мстительную улыбку.

Дэвид Андерсон закрыл глаза и начал массировать виски, пытаясь отогнать подступающую мигрень. Картина сложилась моментально, и она была хуже некуда. От одной мысли о том, что могут натворить в замкнутом пространстве этот чокнутый профессор-солдат с горящими глазами и его строптивый ученик, пытающийся доказать, что «профессор неправ», Андерсон леденел. Он физически, спинным мозгом чувствовал, как его корабль — новейший, секретный, экспериментальный! — уже начинает трещать по швам. Шансы на то, что «Нормандия» долетит до Иден Прайм целой, стремительно таяли с каждым ударом сердца.

«Да отсохнут руки у того чёртового адмирала Альянса, что подписал этот приказ!» — мысленно взмолился Дэвид. — «Кто превратил мой боевой фрегат в филиал Академии Гриссом для одаренных детей? Да падет на всех, кто навязал моему квартирмейстеру этого "личного ученика", перманентный запор с диареей, осложненные газами, тошнотой и чесоткой в труднодоступных местах!»

Андерсон мысленно сорвал злость, глубоко вдохнул, выдохнул через нос и, открыв глаза, заговорил ледяным тоном, не терпящим возражений:

— Коммандер Шепард. Я запрещаю вам — категорически запрещаю — проводить практическую часть ваших... занятий на борту специального разведывательного фрегата SR-1 «Нормандия». Мы не на полигоне.

В трюме повисла тишина. Шепард молчал. Секунду. Две. Три. Он смотрел на капитана так как врач смотрит на капризного пациента, который ушёл в отказ от укола.

Наконец, Джон "родил": — Простите, капитан, а как тогда мне выполнять вот это?

Легким движением руки Шепард снова извлек на свет божий тот самый заламинированный бланк с приказом. Он постучал по гербовой печати пальцем — тук-тук-тук.

— Между прочим, теория без практики мертва, суха и бесполезна. А прямой приказ Верховного Командования и Совета Гильдии никто не отменял, — голос Шепарда изменился.

Он откровенно быковал на старшего по званию. И была это неслыханная дерзость, трибунальная статья, и тому подобное, но... Прямо сейчас перед Андерсоном стоял отнюдь не коммандер Шепард, офицер флота. Прямо сейчас предстал пред капитаном Мастер Боевой Магии Джонатан Шепард. Человек, которого заставили взять ученика против его воли, но который, взявшись за дело, не потерпит дилетантства!

— Как будем выкручиваться, мистер Андерсон? — спросил Джон, глядя капитану прямо в глаза.

Андерсон-же выпрямился, заложив руки за спину. И попытался вернуть разговор в русло субординации: — Я уверен, что практическую часть можно отложить до лучших времен. Хотя бы до прибытия в порт назначения. Мы можем ограничиться лекциями.

Он надеялся на благоразумие. Зря.

Джон уже закусил удила и пошел в режим "Каток наступает"! Асфальтовый. Он УЖЕ начал обучение. И до тех пор, пока ОН не вобьет в голову (и в тело) Кайдена самые базовые вещи — тот минимум, который обязан знать любой, черт его дери, магический дошкольник! — он не успокоится.

А главное — Шепард не желал идти с этим «полуфабрикатом» в бой. Корабль приближался... к чему он там приближается?. И Джон всем своим нутром, всей своей магической печёнкой чуял: там будет не просто высадка, а грёбаная жопа! Полная, беспросветная, темная вонючая ЗАДНИЦА! И тащить туда неподготовленного ученика Шепард не собирался. Хоть стреляй в него.

— Никак нет, командир, — отрезал Джон.

Он шагнул вперед, загораживая собой Кайдена, словно боевой офицер, вдруг стал тикающей бомбой.

— Глядя на то, что сейчас происходит с магическими центрами лейтенанта, сразу скажу: нет. Вы не правы. Фундаментально не правы. Паузы в обучении возможны когда угодно, но не сейчас. Нам нужна эта практика, сэр.

Шепард говорил жестко, чеканя каждое слово:

— Нужны хотя бы медитации. Чтоб успокоить первые вспышки от спонтанной инициации неразвитых энергетических каналов. У лейтенанта Кайдена и у большинства земных биотиков, не как с подачи турианских тварей, что преподавали в академии Гриссом, фундаментально дисбалансирована энергетическая система, и этот дисбаланс приправлен сверху ещё и L2-имплантом, чтобы всё это компенсировать, когда от начала ПРАВИЛЬНЫХ тренировок всё пошло в разнос. Нам, чёрт побери, нужны тренировки каждый чёртов день, который есть у нас в запасе, пока мы не прилетели в пункт назначения. Вместе с лёгкой практикой, гимнастикой, разминкой энергетических каналов. Мне нужны хотя бы первые пять дней интенсивного режима. Или за здоровье Кайдена — как физическое, так и ментальное — я не ручаюсь.

Джон закончил спич и прямо посмотрел Андерсону глаза в глаза. В этих взглядах скрестились сталь и гранит. Примерно минуту в трюме бушевал незримый ураган воли. Андерсон давил авторитетом, Шепард — профессиональной уверенностью специалиста.

Спустя эту самую минуту, не моргая, Андерсон активировал связь.

— Джокер. Расчетное время полёта до Иден Прайм.

— Три дня, капитан, — тут же раздался бодрый голос Джеффа Моро. — Домчим быстрее света и любого корабля Альянса. Да и не Альянса тоже.

— Быстрее сможем? — сухо спросил Андерсон.

В ответ повисло молчание. Только ядро за переборками шумело. Наконец, пилот ответил уже без былой бравады:

— Капитан, я всё понимаю, но... Нет. Эта малышка и так мчит за гранью любого приличия. Движки работают на пределе стабильности поля массы.

— Форсаж? — уточнил капитан.

— Уже используется, согласно протоколу полевых испытаний. Потому и три дня, а не четыре. Если я выжму больше, мы прилетим не на Иден Прайм, а прямиком к праотцам.

— То есть корабль ускорить невозможно?

— Да, капитан. Физика — бессердечная сука.

— Нет, — вмешался Джон.

Лицо у него при этом стало такое кислое и безвыходное, будто он не просто лимон зажевал, а закусил его лаймом, запил уксусом и узнал, что налоговая заморозила его счета, до ежемес выплаты по кредиту.

— Ускорить можно.

— Прости?! — из динамика вылился океан скепсиса Джеффа. Одним этим словом он выразил всё, что думает о дилетантах, лезущих в ЕГО работу.

— Трансгрессионный двигатель, — выплюнул Шепард, морщась, как от зубной боли. — Протокол «Мгновенный горизонт».

Андерсон закаменел лицом.

— Откуда вам об этом известно, коммандер Шепард? — голос Андерсона упал до шепота. Тихого и очень-очень опасного.

Но Джонатан как будто бы и не заметил нависшей угрозы. Небрежно, безнадежно и даже (не спрашивайте как!) бесшабашно махнув рукой, он сказал:

— Да была рассылка. Среди «таких, как я». Знаете, внутренний циркуляр с пометкой «Важно». — Шепард показал кавычки пальцами — Там прямым текстом рекомендовали валить из войск Альянса как можно быстрее. А лучше — вообще не записываться. Ну а если уж угораздило надеть форму, то молчать в тряпочку о том, что умеешь с этой штукой обращаться хотя бы потенциально.

Весело осклабился шепард идя по сути вабанк.

— Молчать потому что тогда высок риск, что посадят рулить этим движком. А он вреден до предела. Эта чёртова железка выжимает Дар досуха. Пользоваться ей крайне нежелательно. Не успеешь оглянуться, как, ворочая здоровенные кучи космического металла через подпространство, превратишься в инвалида быстрей чем скажешь "ой".

В трюме повисла такая тишина!

Охренели все. Мелисса, Кайден, даже техники в углу.

Но Андерсон охренел в первую очередь. Нет, он, конечно, знал, что такое Трансгрессионный двигатель. Секретная разработка, позволяющая перемещаться без ретрансляторов. Обычно — жертвуя скоростью в три-четыре раза. Но чисто в теории... При наличии специализированного «Оператора», эта установка позволяла телепортировать корабль на такие расстояния, что Ретрансляторная сеть нервно икала.

Но насколько знал Дэвид, операторы — это штучный товар. Они встречаются реже, чем не только честные, но ещё и способные интенданты! А это для Андерсона что не говори показатель.

И тут... Узнать, что существует какая-то «рассылка»? Какая-то тайная сеть, которая рекомендует бойцам скрывать свои таланты? Которая саботирует использование стратегического оборудования Альянса? Что это, если не прямое предательство? Седиция? Бунт?

И кто такие эти «такие как Джон»? Биотики? Сектанты? Какие-то тайные ложи, как храмы у азари? В голове капитана пазл складывался в жуткую картину. Этот странный приказ Адмиралтейства... это «обучение»... эта чудовищная мощь, сотрясшая корабль минуту назад... КАКОГО ХЕРА ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ НА ЕГО КОРАБЛЕ?!

Андерсон почувствовал, как у него дергается глаз. Нужно было взять ситуацию под контроль. Прямо сейчас! Пока всё ОКОНЧАТЕЛЬНО НЕ ВЫШЛО ИЗ ПОД КОНТРОЛЯ!

Капитан сделал глубокий вдох. Выдох.

— Коммандер Шепард, — ледяным тоном произнес он. — Лейтенант Аленко. За мной. В конференц-зал. Немедленно. — бросил Андерсон и, не оглядываясь, покинул трюм.

За ним, бодрой, почти танцующей походкой висельника, человека, идущего на расстрел, почти поскакал Шепард. И угрюмой походкой Кайден. Он плёлся, как узник, которого ведут не иначе как на казнь, публичную. Причём ведут в дурацком махровом халате и... босиком.

Поворот. Лестница. Ещё поворот. Экипаж, попадавшийся навстречу, вжимался в стены. Вид разъярённого капитана, довольного Шепарда и «Лейтенанта-в-Халате» вызывал у людей когнитивный диссонанс и желание оказаться где-нибудь в другом секторе Галактики.

Ещё одна лестница. Коридор. Шлюз (последний). Наконец, они оказались в святая святых — в звукоизолированном конференц-зале.

Андерсон рухнул во главе стола. Он закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь понизить давление, и, успешно (насколько это возможно) осуществив задуманное, открыл глаза. Он махнул рукой на стулья двум своим самым... проблемным подчиненным.

— Садитесь.

Шепард плюхнулся на стул с грацией кота. Кайден сел на краешек, стараясь запахнуть полы халата поплотнее.

В тишине прошло секунд тридцать. Андерсон сверлил их взглядом. — Я слушаю.

В ответ — тишина. Секунда. Две. Пять. Десять. Слышно было только, как работает система рециркуляции воздуха.

Наконец, Шепард спокойно скрестил руки на груди, откинулся на спинку стула и, глядя капитану прямо в переносицу, нагло, но совершенно спокойно произнёс:

— У вас нет допуска, капитан Андерсон.

Бровь Дэвида дёрнулась.

— Что?

— Вы слышали. Уровень вашей осведомлённости недостаточен для продолжения этого разговора.

Шепард кивнул на терминал связи:

— Звоните в Адмиралтейство. Звоните в контрразведку. Звоните в управление КОРБ. И, пожалуй, даже этого будет мало.

Джон сделал паузу и добавил с лёгкой, хищной улыбкой:

— Мне, в свою очередь, необходимо совершить ещё один звонок. По своим, так сказать, каналам. Тогда и разберёмся, капитан, что, зачем, почему и как. Уверяю вас, всё решительно всё станет ясно, как в солнечный день, стоит лишь нужным людям трубку взять.

Довольно протянул Джон под охреневшим взглядом Андерсона.

— Это шутка такая? — Спросил капитан.