Telum set lex (гет)

Сразу после возвращения Гарри отослал слизеринцев спать, поручив их заботам Винки. Заодно просветил их о том, что домовики в его замке — существа неприкосновенные. И посоветовал им не проверять это утверждение, дабы не заиметь синяков и шишек или даже не получить более серьезной травмы.

Забини с Ноттом живо припомнили, как их отшвырнуло от эльфийки в подземелье замка, и подняли ладони в знак полного согласия.

Малфой и Флинт сообразили, что у тех уже были прецеденты, и последовали их примеру.

— Ну и прекрасно, — кивнул им Поттер на прощание.

Оставшись один, Гарри позвал Кикимера.

Вдвоем они быстро распеленали "посылку" гоблинов, отлевитировали Реддла на самый верхний уровень угловой башни и оборудовали там надежную, но довольно комфортабельную тюремную камеру. Кикимер, следуя указаниям Гарри, обставил ее мебелью, оборудовал временную туалетную комнату, навесил на все окна железные решетки и снабдил помещение массивной дверью с окошечком и засовами.

— Кикимер, а ты неплохой строитель, оказывается. Зачем же ты для ремонта моего кабинета вызывал мастеров, если все мог сделать сам?

— Старый Кикимер знает свои обязанности, ваше высочество! Когда Кикимер видит, что для выполнения воли хозяина нельзя привлекать посторонних, он делает все сам. А для мелких ремонтов нанимает мастеров, потому что старшему слуге его высочества нельзя ронять свой авторитет.

Хм, не подкопаешься. Толково и мудро.

Том Реддл действительно проснулся сам через несколько часов. Об этом Поттера известили Сигнальные чары, которые он установил в камере.

— Винки! — позвал Гарри.

— Винки слушает ваше высочество!

Гарри отметил про себя, что и Кикимер, и Винки в Хогвартсе и Хогсмите обращались к нему "хозяин", а в замке твердо перешли на обращение "ваше высочество".

— Навести нашего узника. Посмотри, какое у него настроение. Если будет тебя спрашивать, где он находится, ответь ему, ничего не скрывая. Спроси, есть ли у него какие-нибудь просьбы или пожелания. Обращайся к нему "милорд".

Винки поклонилась так низко, как только позволил ей живот, пропищала, что все исполнит, и исчезла.

Ей на смену в дверях появилась Гермиона. На ней просто не было лица.

Порывисто подбежав, она прижалась к нему всем телом, и Гарри почувствовал, что она вся дрожит.

Что такое?

В прошлые времена ему грозила бы словесная головомойка или праведный гнев, а сейчас ее просто всю трясет.

Гарри обнял Гермиону и крепко прижал к себе.

— Все хорошо, — тихо шепнул он.

Гермиона не ответила, спрятав лицо у него на груди, но дрожь ее мало-помалу начала проходить.

— Что с тобой?

Не поднимая глаз, девушка тихо прошептала:

— Не знаю.

— Тебя что-то напугало в замке?

— Нет.

— А что тогда?

— Не знаю...

Не выпуская Гермиону из объятий, Гарри наколдовал широкий пуфик, на котором они и устроились перед камином. Каким-то внутренним чутьем Гарри понял, что сейчас лучше ее не расспрашивать. Успокоится и потом расскажет сама.

Они просидели так примерно с четверть часа, потом в дверях раздался негромкий хлопок.

— Винки все сделала, ваше высочество, — пропищала эльфийка негромко.

— У него были пожелания?

— Да, господин. Он ждет встречи с вами.

— Хорошо, ступай.

Винки с негромким хлопком исчезла.

Гермиона шмыгнула носом и отстранилась от Гарри.

— Очередной слизеринец?

Почему-то Гарри не хотелось уточнять, что это не просто слизеринец, а прям слизеринец-слизеринец.

— Э-э-э... да.

— Зачем они все тебе? Почему не наши?

— Змеенышей не так жалко, — попробовал пошутить Гарри, но тут же понял, что шутка вышла неудачная.

Гермиона слезла с его колен, осуждающе покачала головой и направилась к выходу из залы.

Поттер не стал ее останавливать. Ему надо было сосредоточиться и собраться с мыслями перед встречей с Реддлом.

* * *

Том Реддл встретил его сардонической улыбкой.

— Ну что, Поттер? Быстро надоело быть в шкуре героя ? Или тебе ее не дали?

— Чего не дали? — не понял Гарри.

— Шкуру героя.

Реддл смотрел насмешливо.

Гарри понял, что его собеседник кое-что знает из министерских новостей, и принял равнодушный вид.

— А-а-а, ты об этом? Да вертел я их медальки на пальце... и не только на пальце.

Те места на физиономии Реддла, на которых у обычных людей находятся брови, поползли вверх.

— Ого, какие речи! Непохоже на аристократический стиль и слог. Откуда ты набрался уличного хамства, ваше высочество?

— У моего двоюродного брата, милорд, были очень красноречивые дружки.

Они помолчали, изучающе посматривая друг на друга.

— После того, как ты распинался на судилище за мое пожизненное заключение, вариант, что ты выкрал меня, чтобы казнить, я исключаю, — задумчиво начал Реддл.

Гарри подтверждающе кивнул.

— Значит, я нужен тебе в качестве консультанта, так?

— Так.

— И консультации эти таковы, что ни к кому другому обратиться ты не можешь. Так?

— Милорд, ты торговаться, что ли, надумал? — с удивлением спросил Гарри.

— Монопольное положение диктует монопольные цены, — пожал плечами Реддл и многозначительно замолчал.

Такой поворот беседы несколько обескуражил Поттера.

Он опасался, что Том замкнется в гордом и неприступном молчании и не пожелает разговаривать и помогать, а тот уже чуть ли не рекламирует свои будущие услуги, откровенно заявляя, что они платные.

— У тебя оплата почасовая или сдельная? — приняв тон Реддла, поинтересовался Гарри.

— А это будет зависеть от твоих вопросов. Если они будут глупые, ваше высочество, то оплата будет почасовая, а если умные, то сдельная.

М-да-а-а-а, что-то Том разговорился. Неужели пара месяцев, проведенных в каменном мешке невыразимцев, так настраивает на благодушное и непринужденное общение?

— Я думаю, что о цене мы договоримся, милорд.

Реддл откинулся в кресле и сделал приглашающий жест.

— Тогда приступайте, ваше высочество...

...

Выслушав короткий рассказ Поттера о последних событиях, Реддл попросил сформулировать его первый вопрос.

— Не могу до конца понять, почему министерство меня провоцирует и пытается загнать в угол, чтобы я огрызнулся?

Реддл хмыкнул.

— Начнем с того, что ты уже огрызнулся. Похищение преступника, осужденного на пожизненное заключение, грозит похитителю таким же пожизненным заключением. А в моем случае — вплоть до поцелуя дементора. Это тебе понятно?

Гарри равнодушно кивнул.

— В первый месяц после уничтожения Старшей палочки тебя никто не трогал, не так ли? И все вокруг поговаривали, что наименьшей благодарностью магического сообщества станет вручение тебе ордена Мерлина первой степени и внесение твоего имени на скрижали Вечной Славы. Так?

— Ну, были такие разговоры, — выдавил из себя Поттер, слегка покраснев.

— А стоило тебе обзавестись второй Старшей палочкой, как почти сразу все переменилось. Так?

Гарри мысленно сопоставил очередность событий и признал правоту догадок Реддла.

— Так.

Том Реддл немного театрально развел руки.

— Ну, все понятно.

Гарри, слегка набычившись, в упор смотрел на Тома. Ну что он тут перед ним выпендривается? Цену себе набивает или туману напускает?

Реддл правильно истолковал раздраженный взгляд Поттера и не стал тянуть.

— Все дело в твоей новой Старшей палочке, Поттер!

— Откуда вы вообще о ней знаете? — чуть не вскочил Гарри.

— Да если бы ты не обзавелся новым могучим артефактом, то на метле бы они тебя вертели, Поттер! Получил бы ты свой "мерин первой степени", фальшивую вечную славу и благодарность магического сообщества, и благополучно гнил бы сначала пару лет в школе, а потом до пенсии или до скончания дней своих на средненькой должности в аврорате. И вспоминали бы тебя только в дни годовщин победы надо мной. Сначала через год, потом через три, пять, десять, потом через двадцать пять, пятьдесят и сто! Но до сотой годовщины тебе дожить не дали бы. Неужели ты всего этого не понимаешь? Отсутствие у тебя жизненной сметки меня просто разочаровывает. При нашей первой встрече ты смотрелся убедительнее. В тебе была решимость победить, а сейчас ее нет! Значит, ты проиграешь, Поттер.

И Гарри тут же захотелось своими руками придушить этого проницательного злодея в отставке...

Спустя два часа они сидели в соседних креслах у камина.

Лорд пригубил свой уже не первый бокал и скосил взгляд на захмелевшего собеседника.

— У меня тоже есть к тебе вопрос. Я так и не понял, почему гоблины выбрали тебя? Я им предлагал очень хорошие условия.

— По выморочным активам? — ляпнул Гарри.

Реддл как будто разом протрезвел.

— Вот оно в чем дело... — протянул он озадаченно.

— В чем?

— В твоей тупости!

— Не понимаю!

— Твое желание победить Дамблдора было столь велико, что ты даже не соизволил оценить, на что соглашаешься, подписывая договор с гоблинами, Поттер. И теперь тебе конец!

— Почему?

— Гоблины вооружили тебя лишь для того, чтобы ты стал их оружием в борьбе за эти самые активы. Но министерская друза не позволит тебе стать оружием своего извечного конкурента!

— Что за конкурент? Какая друза?

Теперь уже Реддл понял, что ляпнул лишнее.

— На сегодня все, ваше высочество! Я устал!

Когда Гарри слегка пошатываясь, спустился в гостиную, его встретил озабоченный Кикимер со свежим выпуском новостей в руках

— Ну что тебе? — Гарри был уверен, что Кикимер желает сообщить ему напечатанную новость о похищении Волдеморта.

Кикимер протянул газету.

На первой странице красовался заголовок:

"Декрет министерства о проверках всех родовых домов, замков и мэноров магических родов вне зависимости от чистокровности и знатности их обитателей".

* * *

Драко не сиделось в отведенных слизеринцам покоях замка. Хотя гостиная и спальни были весьма недурны. Ему не давало покоя осознание, что он находится в своем родовом замке, захваченном и перестроенном Поттером. Визуально ничто не напоминало о родовом гнезде. Другая планировка, отделка комнат, мебель, обивка стен, геральдика, но...

Вот в том-то и дело, что но...

Что-то неуловимое, но родное еще витало в этих новых стенах. Что-то волновало кровь и мешало застыть в гордом одиночестве отчаяния о потерянном отчем гнезде.

Он пытался вызвать у себя ненависть к Поттеру, пытался завести себя воспоминаниями о матери и отце, но все его мысленные удары по подлому убийце и захватчику ощущались, словно кулак, врезавшийся в плотный ком ваты.

Бессильно и беззвучно.

Послонявшись по гостиной и проведя почти час, наблюдая, как Забини размазывает в покер своих соперников, он скрипнул зубами и вышел из покоев.

Он был готов столкнуться с ограничениями, поставленными Поттером. Был готов врезаться головой, плечами, грудью в барьерные щиты, которые ограничат его свободу и укажут ему место у ног этого странного и в принципе невозможного господина — Поттера, но... коридор сменялся коридором, лестница лестницей, анфилада комнат сменялась другой анфиладой, а никто и ничто не мешало его перемещению по замку.

— Клянусь зубами оборотня, — пробормотал он. — Тут какой-то проходной двор, а не родовой замок.

Спускаясь все ниже и ниже, он был вынужден подсвечивать себе Люмосом, чтобы не врезаться носом в каменную стену на повороте.

Ему и в голову не приходило, что за ним строго и тщательно следит пара глаз домашнего эльфа.

Когда Драко забрел на кухню, Винки вспомнила, что помойный бак является зоной появления одного зловредного привидения и поспешно щелкнула пальцами.

Помойный бак окутался дымкой, и, когда она рассеялась, на его месте появился угрюмый саркофаг из черного обсидиана.

Эльфийка вздохнула с облегчением. Она успела.

Драко замер.

Над саркофагом заклубился серебристый дым, и из него вынырнул силуэт его отца!

— Драко! — прошелестел призрак. — Наконец-то ты пришел!..