Первый рождённый на Земле (гет)

Зачем демонам нужны чужие души и с какой целью они заманивают людей в ад?

Каин время от времени задавался этим вопросом после очередной эмоциональной истории отца на почве грехов и проступков, которые огорчают Бога. Слушать он перестал уже давно просто потому что ответа на этот интересный вопрос Адам никогда не давал. Только одни расплывчатые угрозы и обещания кары небес, но что от них толку? Когда не знаешь даже как выглядит рай и ни разу там не был, то и потерять его не боишься. Какой смысл опасаться потерять то, чего у тебя нет, не было и никогда не будет, если верить словам родителя? Вдруг тебе вообще не понравится эта самая неизвестность в которой ты потом застрянешь на целую вечность? И какой смысл тогда стараться получить награду которая тебе, вероятно, даже не нужна?

Однако подходящего собеседника для того чтобы задать этот вопрос Каин нашёл после того как ушёл из семьи Адама, начав искать своё место в мире.

Существо представилось как Сатана. Левая рука Господа, которая выполняет для него самую грязную работёнку. Умён, хитёр, коварен, не женат. А самое главное, никак не был связан с Адамом. Всё что нужно было Каину на тот момент времени. Из минусов было только настойчивое желание заключить какой-нибудь контракт или договор, что показалось юноше крайне подозрительным, но нем не менее одно условие они оговорили. Честность.

Самом собой Сатана остался не слишком доволен сделкой по такой мелочи, но кажется контракт его устраивал почти любой. Красномордой твари очень сильно хотелось хоть как-то связать себя с Каином и это вызывало невероятный интерес, однако не проявить хотя бы минимальную осмотрительность Первый Рождённый на Земле не мог себе позволить. А обоюдная честность могла не только позволить Каину узнать немного больше о том, как устроен мир за пределами привычного юноше ареала, но и понять как можно было выполнить небольшую хотелку Сатаны.

Для этого потребовалось бы время. Много времени чтобы разработать план, понять как его реализовать хотя бы в частичной тайне от Господа. А ещё найти святого, которого он с удовольствием примет в рай после смерти, и который при этом будет не против общаться с грешником вроде Каина.

* * *

Сиф получила весточку от давно ушедшего брата неожиданно. Оно было принесено ручным соколом с прикреплённым к лапам небольшим кошелём, в который было спрятано послание, запечатанное магией. В нём брат сообщал что нашёл людей. Других людей, которые обитали на земле до того как из Рая были изгнаны их родители. Он описывал то как сильно они отличаются от них самих, но описание это было катким и очень скупым. Очевидно что многого Каин сказать не мог из-за того, что письмо не должно было быть слишком тяжёлыми для очаровательной хищной птицы.

Женщина почесала соколу шейку и подвинула к нему поближе ошмётки рыбы, которую чистила для приготовления обеда. Маленькое существо с удовольствием принялось за угощение, пока девушка писала брату ответ. В коротком сообщении Каин приглашал её своими глазами увидеть мир за пределами территории очерченной родителями и она была на это согласна. После того как семья их разрослась и в ней стало более пятидесяти человек, включающих не только детей Адама и Евы, но ещё и их внуков, жить под одной крышей им стало совершенно невозможно.

Мужчина больше не мог контролировать каждого члена своей большой семьи, и это во многом развязывало руки Сиф. По этому она после получения второго ответа от Каина собрала небольшую котомку вещей и отправилась в путь. А он предстоял довольно долгий. Наверняка её отсутствие заметят и по возвращению это выльется в большой скандал.

Если она, конечно, вернётся.

Чтобы немного облегчить себе дорогу женщина запрягла любимого ослика, упрямого и слушавшегося исключительно её. И отправилась на Восток, где располагались описываемые Каином земли Нод, населённые людьми, что были Господом не так любимы и которые Рая никогда не знали. Жили мало, не более шестидесяти лет в самом лучшем случае. Верили в то что богов много, а землю населяют магические существа, что ни к аду, ни к раю не имеют ни малейшего отношения. Сиф было искренне любопытно, а это уже было грехом, если верить словам Адама. Наверняка он и её проклянёт, когда и если она вернётся. Будет грозить тем, что вход в рай ей будет на веки закрыт так же как и Каину. Но ей уже было почти всё равно.

После ухода брата еды стало меньше, ведь больше не было того, кто понимал в аграрном деле более чем Каин и всем оставшимся членам семьи по сути пришлось учиться всему почти с нуля. Так же они потеряли и Авеля, лучшего животновода, который был в их семье. Это сделало существование крайне грустным, но виновниками всех бед Адам назначил кого угодно кроме себя. Хотя именно он был главой семьи, постоянно говорящим о том что отвечает за их благосостояние перед самим создателем.

Удивительно что в таких стеснённых условиях их семья продолжила расти. Адам был убеждён, что не вымирают они исключительно потому, что до сих пор являются любимчиками Господа. А то что Ева и все взрослые сёстры Сиф рожают почти каждый год было совершенно ни при чём.

Женщине было тошно и тесно в привычном доме. Она чувствовала себя как волчица в капкане из чужих детей, грязных пелёнок и бесконечного потока младенцев с которыми ей приходилось заниматься как единственной кто не рожала сама. Единственные моменты когда она была нужна, так это когда требовалось скинуть на её руки нового младенца и в тот же самый момент лишний раз напомнить что такова её судьба. Такова её роль в семье. Пустоцветы тоже должны быть хоть в чём-то полезны, раз уж плодов дать не могут.

Остановившись на ночлег Сиф едва не разревелась, разводя костёр и разбивая для себя небольшую палатку. Детей она любила. Младенцы казались ей очаровательными, но стоило им только немного подрасти, и они перенимали поведение родителей. Начинали не слушаться, капризничать и называть её бесполезным цветком, из которого не рождаются плоды. Это обычно повторяли дети без всякого умысла. Их глаза были пусты так же как и их головы, которые Сиф никак не могла наполнить хоть чем-то полезным. Любая информация вытекала из них как вода из треснувших кувшинов.

Единственный кто сочувствовал ей хоть немного ― был крепкий ослик, что принялся слизывать с её щёк слёзы. Он искал соли, своего любимого лакомства, и это было понято Сиф. Но тем не менее жест простодушного животного немного поднял женщине настроение.

До земли Нод Сиф ехала почти десять дней, останавливаясь исключительно на ночлег. И вид раскинувшийся перед её глазами в какой-то момент был невероятен. Большой город. высокие каменные стены и массивные ворота. Суда, что ходили по морю были в десятки раз больше скромной рыбацкой лодочки Адама. В пределах городских стен действительно было много людей. Кожа некоторых из них была черна словно ночное небо, таких людей Сиф действительно никогда раньше не видела. Но были и иные. С кораблей спускались с бочками и тюками рыжебородые крупные люди с большими белыми лицами, покрытыми красными пятнами ожогов от палящего солнца. Были люди с узкими, почти полностью закрытыми глазами, волосы которых были прямыми и жёсткими на вид. У каждого из них была разная одежда. Разные узоры и говорил каждый из них на каком-то своём языке, ни одни из которых Сиф не могла даже примерно опознать.

Её довольно быстро остановили несколько мужчин, в плотных кожаных нагрудниках и с красивыми широкими ножами, висящими на поясах. Они что-то спрашивали у неё, но женщина лишь в ступоре стояла и смотрела на них, пытаясь понять что от неё хотят.

Сиф немного испугалась их сурового вида и шрамов на лицах, поэтому не сразу сообразила показать им небольшое послание, которое Каин приложил к своему приглашению. Текст там был записан на непонятном языке, но брат в письме настойчиво просил взять его с собой и показать страже на входе в город.

Мужчины внимательно ознакомились с бумагой. Посмотрели её на просвет солнца, проявив на ткани скрытый узор в виде орла и змея, который Сиф даже не заметила ранее, и взяв девушку под руки жестами видели идти за ними. Они почти не разговаривали и казались очень суровыми, как будто бы в их жизнях было что-то старшее и хуже чем убийство одного человека и голода из-за долгих неурожаев.

Её вели в сторону большого здания в центре крупного поселения после долгого пути по узким улицам, полным торговцев, путников и каких-то людей, которые старательно зазывали всех кто проходил мимо зайти в заведения с изображением бабочек на входных дверях. Сиф заметила что иногда у таких дверей стояли раздетые до пояса женщины, что демонстрировали себя и все свои прелести.

Город был полон грешников и заблудших душ. Полон людей которые никогда не знали любви Бога и от этого Сиф было грустно.

В большом здании было множество залов, самый большой из которых был заполнен огромными полками , забитыми глиняными табличками и свитками от пола до потолка. Здесь были люди в светлых одеждах, которые в свете солнца изучали письмена и делали какие-то свои записи на новеньких тканевых свитках. Такого Сиф не видела ещё никогда и потому даже не могла предположить назначения этого места.

Через несколько лестничных пролётов на одном из верхних этажей её привели наконец в зал, с большим столом, на котором находилась миниатюра гигантского поселения из камня и Каин. который что-то бурно обсуждал со смуглой женщиной на неизвестном зыке, а юноша очень похожий на него записывал что-то на небольшой восковой табличке. Судя по всему это был план для строительства нового района, находящегося на другом берегу широкой судоходной реки.

― О, Сиф! ― воскликнул Каин, наконец-то обратив внимание на вошедших. ― Наконец-то! Столько лет не виделись! Я даже и не надеялся на то, что ты на самом деле примешь приглашение.

Брат обнял её со всей нежностью и теплом какие у него были. Он ни чуть не изменился со времён своего изгнания. Разве что кожа стала немного светлее из-за того что под палящим солнцем он явно проводил в разы меньше времени чем раньше, работая в полях на их семью. Это было почти трогательно и на мгновение вернуло женщину в их юность.

― Я тоже по тебе скучала, брат, ― нежно ответила Сиф в ответ.

― Знакомься, это моя жена Руу и наш сын Енох, ― представил Каин остальных в зале. Женщина улыбалась сдержанно, её прямые и длинные волосы были собраны в сложную причёску. покрытую сеткой из тонкого мелкого бисера. А юноша казался скромным на столько, что даже взгляда почти не поднимал от своих записей.

― Очень рада встрече, ― с улыбкой подошла Руу, протягивая Сиф руку для приветствия и нежно сжав её пальцы в своих горячих ладонях. ― Каин очень многое о вас рассказывал. И я рада наконец-то с вами познакомится. Надеюсь ваш путь был лёгким.

― Легче чем я ожидала, ― скромно ответила Сиф. ― Видимо Господь меня сопровождал и оберегал в дороге.

― Господь? ― с явным удивление в голосе спросил юноша, оторвавшись наконец от своих табличек. ― Кто это?

― Давайте чуть позже вернёмся к этому, ― прервал сына Каин и вновь обратился к сестре. ― Ты наверняка устала с дороги. Для тебя уже должны были подготовить комнату и ванну. Дорогая, поводи её пожалуйста в покои, а я пока справлюсь об ужине.

Получать в полное распоряжение огромные покои из нескольких комнат с высокими потолками и окнами во всю стену, задёрнутыми плотными белыми палантинами, что время от времени колыхались от порывов горячего и солёного ветра с Великого моря. В них была удобная мягкая кровать с матрасом заполненным пухом, а не соломой. Массивный медный таз, который заменял купание в реке обитателям больших каменных домов. Заполненный почти до краёв тёплой водой.

После того как Сиф смыла с себя грязь всех десяти дней пути, ей принесли новую одежду, забрав старые платья для того чтобы привести их в порядок. Ткань новых одеяний показалась женщине невероятно тонкой и мягкой. Которая с лёгкостью закладывалась во множество изящных складок и выглядела непривычно роскошной. Адам наверняка бы не одобрил подобного расточительства, ведь никто кроме жителей Рая не достоен подобной красоты и роскоши.

“Грешники не достойны ничего”, ― говорил отец семейства.

Глядя на себя в большое медное идеально отполированное зеркало Сиф не могла себя узнать. В их доме никто не держал зеркал, ведь Адам считал что любование собой грех. И обычно женщина смотрела на себя только в отражении воды, пока стирала у ручья. Руу зашла к гостье лично чтобы проводить её к ужину и натереть сгоревшую под жарким солнцем кожу целебными мазями с ярким запахом лекарственных трав. Из-за такой заботы и радушия Сиф чувствовала себя словно житель Рая в описаниях отца, хоть и по прежнему находилась на земле. Да и к тому же ещё более грешной чем дом Адама и Евы.

После плотного ужина с множеством трав и специй Сиф почувствовала лёгкую сонливость, хоть даже одну порцию не доела до конца. Ей было почти удивительно видеть такие излишества после многих лет воздержаний от них и постничества.

― Вам не нравится? ― осторожно спросил Енох, глядя на то как Сиф отодвигает от себя тарелку, на которой ещё есть еда.

― Что вы, всё прекрасно, ― тут же заверила мальчика Сиф. ― Просто я не привыкла есть так много.

Место казалось женщине абсолютно невероятным. Неземным и от этого поговорить с братом наедине хотелось ещё больше и она едва дождалась конца ужина, чтобы задать ему самый главный вопрос.

― Неужели всё это существовало тут всегда? ― спросила Сиф, глядя на сияющий в лунном свете ночной полис на берегу моря и на далёкую башню, стоящую посреди воды и указывающую свои светом путь для припозднившихся судов и местных рыбаков, чтобы они не заблудились в тёмных морских водах. ― Вся эта красота была построена руками людей о которых мы даже не знали?

― Почти что, ― ответил Каин. Ранее это была рыбацкая деревушка, неподалёку от которой располагались крепости Содом и Гомора, но для того чтобы толково и правильно управлять такими крупными поселениями у меня явно было слишком мало опыта. ― Каин погрузился в свои далёкие воспоминания, глядя куда-то на западную часть города, где между районами полиса протекала широкая судоходная река. ― В итоге города те закончили своё существование в грязи и были позже захвачены фараоном Нижнего Царства, который хотел открыть себе путь к Великому морю. И мне всё же удалось договориться с ними миром и избежать множества смертей. А после и убедить в том что я могу создать для нового правителя достойный порт, который в итоге превратился в то, что ты видишь прямо перед своими глазами, ― Каин обвёл рукой спящий город, что простирался почти до самого горизонта. Далёкий дворец фараона с великолепными рукотворными садами скульптурами, покрытыми золотой краской, возвышался над этой красотой стоя на вершине ближайшей горы по другую сторону реки. ― Когда мне удалось получить от тебя ответ в письме, я даже не поверил. Всё это время до твоего прихода вспоминал слова отца о том, что только наша семья является созданиями бога. Что только мы можем считаться настоящими людьми и кроме нас никого в этом мире нет. Но на самом деле... ― Каин не на долго замолчал, проводя пальцами по небольшой фреске на стене, с изображением его жены, с ещё совсем маленьким Енохом на руках. ― На деле мир такой огромный. Такой разный. А люди в нём живут куда более достойные любви бога, чем Адам.

― Не говори так, брат, ― Сиф расстроено вздохнула. Порыв ветра донёс до неё запах благовоний из ближайшего храма посвящённого богине с головой кошки. Кошек в полисе было много, а те что жили покоях брата при библиотеке даже носили на себе роскошные золотые украшения с драгоценными камнями. Руу перед ужином сказала, что эти маленькие зверьки почитаются местными как те, кто знают дорогу к Полям Иалу. Месту что здесь было аналогом Рая. ― Все заслуживают любви Бога одинаково. И я уверена что Бог и всех этих людей точно так же любит.

― Тогда почему они никогда небыли в раю в отличие от наших родителей? ― спросил Каин. ― Почему их жизни так коротки, а тела хрупки? Почему Бог даже не счёл нужным появится перед ними или послать сюда одного из ангелов, если действительно хотел чтобы в него верили все на Земле, которую он сам же и создал? ― мужчина вздохнул. ― Давай будем честны друг с другом, сестра. Бог не любил и никогда не будет любить всех своих созданий одинаково. И это то что в этом городе мне видно яснее всего спустя столько лет.

― Почему ты так в это уверен?, ―грустно спросила Сиф, погладив ласковую маленькую кошечку, с ожерельем из осколков янтаря.

Каин вздохнул почти разочарованно. Кажется в его голове и душе царила смута. Сомнения, годами копившиеся в нём с самого детства, словно обрели форму величественной позолоченной статуи богини-кошки, что была так хорошо видна из окон дома над библиотекой. Мужчине потребовалось время, чтобы сформулировать всё то что он думает. Что накопилось в его душе.

― Потому что я знаю нашего отца, ― наконец ответил он. ― Увидев всё это Адам наверняка назовёт всех обителей этого места грешниками, застуживающими гореть в аду и варится в экскрементах. А если верить ему, то он подобие Господа. Почти его полная копия. И если это действительно так, то значит Господь думает так же как и Адам. Воспринимает всех людей так же как и Адам. Уверен если создатель действительно так похож на нашего отца, как мы привыкли думать, и смотрит на нас сейчас, то он уверен в том что ты здесь единственный человек. Все прочие жители этого города не более чем говорящие животные, а я самый большой грешник, раз вместо одной из своих сестёр взял в жёны “существо”, что согласно трактовке Адама человеком не является.

Каин на какое-то время замолчал, глядя на сестру в упор и в его глазах читалась злоба. Та самая обида на отца и самого Бога, которая годами росла в его сердце. Та самая боль от ран, нанесённых Адамом за проступки. Незначительные мелочи, которые вполне можно было решить и простыми словами.

― Ты злишься на отца и я это могу понять, ― вздохнула Сиф. ― Но он такой же грешник, как и ты. Как и я. Как и любой из нас. Но я уверена, что если в сердцах людей больше добра чем греха, то Бог их примет в Раю. Закроет глаза на мелкие проступки, особенно если в них искренне раскаяться, ― Сиф говорила сложив руки в молитве и глядя на далёкое звёздное небо. ― Для него все человеческие души равны.

― Но избранные, вроде нашего отца, явно ровнее. Его душа ценится богом выше чем та, которой обладает любой, даже самый достойный житель этого города, ― с усмешкой бросил Каин. ― Посмотри вокруг. Это место прекрасное творение рук людей. Рай, которые они сделали для себя сами. В котором посмели быть счастливы. Но даже это место не совершенно и тут по прежнему есть боль, страдание и лишения. Уверен если бог окажется в шкуре какого-нибудь нищего плотника, то вся та его любовь, о которой ты говоришь, быстро испариться. Даже если она и правда была. Он никогда не будет благосклонен ко всем одинаково, ведь уже прекрасно дал понять, что у него были и есть свои любимчики.

* * *

В зале суда совсем недавно прошёл процесс по делу некого Столаса. Откровенно говоря на это имя Сатане было плевать, как и на судьбу так называемого аристократа. Он был даже рад спустить до уровня обычного демона эту тощую сову с короной на голове. Пошатать немного устои адорождённых, в которые они по прежнему свято верили. Их правила. Ценности, которые эти твари сами себе и придумали.

Но вот что ему действительно было интересно, так это дела круга Гордыни. Да, Люцифер сам давным-давно взялся вести дела в этой части ада, но по факту занималась всем его жена, а последние лет семь всё и вовсе было пушено на самотёк, что сделало круг невероятно привлекательным для всех адорождённых.

А кто бы не воспользовался возможностью вести дела в месте где не действуют законы и всё возможно? Правильно, никто на всё проклятущей планете. Особенно грешники.

У Сатаны была репутация панка. Существа идущего против системы, правил и установок, заведённых с Выше. И именно из-за этого никто не предполагал, что именно он являлся самым большим занудой в Аду. Даже владыки остальных кругов не выносили его “духоты”, официоза и желания использовать любую возможность для того чтобы наполнить всем адским созданиям, что именно он тут первый и единственный Владыка, а вовсе не Люцифер.

Как бы Сатана не пытался быть вежливым и не соблюдал все формальности, но по факту по прежнему не испытывал никаких минимально тёплых чувств к этому слизню-королю-ада, выросшему в тепличных райских кущах и работавших с самыми невинными душами на свете.

Адам и Ева Сатане были противны так же как и тепличные цветы, не приспособленные к жизни в реальном мире. Любимчики Господа. Его самые ценные игрушки. Душа которых, как оказалось, не стоит вообще ничего. Открытие крайне неприятное и даже мерзкое. Сатана порой до сих пор долгими зимними вечерами, сидя у камина в своём особняке, думал о том как же так вышло. У Всевышнего было множество созданий. Все, кроме двух, жили на земле и достать их души было всегда задачкой со звёздочкой. Вопросы морали для них стояли почти всегда на первом месте, а те кто был готов продаться за пару удобств и собственного комфорта были дешёвками. У их душ не было почти никакой энергии или силы, питаться ими было почти так же омерзительно как и жевать латук вместо сочного стейка. Ни калорий, ни силы, ни энергии.

Бесполезные твари одним соловом.

“Бог не даёт испытаний с которыми смертные не могут справится”, ― говорил Каин. Самый ценный актив Сатаны и самая лучшая его сделка и по сей день. Бессмертный избранник Бога, отпрыск двух его любимчиков и первый грешник среди грешников. Контракт заключённый с ним был пустяковым, но тем не менее именно он позволил Сатане сохранять и удерживать власть в Аду даже после падения Люцифера и его бабы... Как там её звали? Впрочем не суть. Главное ― сила, которую он получал от души избранного Богом. Выше была только душа самого создателя, но её так и не удалось получить.

Не удивительно что такой силы сам Всевышний опасался. И как же ему повезло иметь такой пустяковый контракт с самим Каином. Всё что от него требовалось и по сей день ― честность. Никто не принуждал его всегда отвечать на вопросы, если ответ лично ему не выгоден. Никто не мог призвать его к ответу за уклончивость или двусмысленность. По сути пустяк за возможность получить контракт с Создателем... которую он так бестолково упустил в своё время. Но тем не мнее Каин свою часть действительно выполнил, ведь он обещал ему возможность встречи с Богом в теле смертного человека, а не то что готовый контракт принесут Сатане на блюдечке.

Всё честно.

Сатана после суда над парочкой демонов остался в зале суда даже после того как разошлись все прочие владыки. Они всегда не любили подобные мероприятия и даже никогда небыли особо сосредоточенны на работе. Вечно хотели жрать, пить, развлекаться, сношаться или на крайней случай просто ленно валятся в кровати и спать. В моменты вынужденного общения с Владыками кругов Сатане хотелось только убивать и единственный кто помогал ему держать себя в руках, так это маленький личный бес-помощник, который напоминал ему о том как важно сохранять лицо перед текущими союзниками. Портить отношения с владыками Ада было бы глупо, по крайней мере пока Сатана в меньшинстве.

― Вам бы в отпуск, Ваше Темнейшество, ― заметил бесёнок, садясь на широкое плечо Сатаны, который услало развалился на своём троне, пустым взглядом наблюдая за тем как пляшут языки пламени в трещинах пола. ― Столько веков уже вы работаете без единого выходного, да ещё и в компании тех кто совершенно вам не помогает в делах.

― Не бросать же работу из-за этого, ― вздохнул Сатана. ― Ад и так разваливается на части. Репутация Гиены огненной даже среди смертных хуже некуда. Нас больше не боятся, контракты заключаются без каких либо проблем и из-за этого цена каждой отдельной души в наших чертогах стоит меньше грязи на просёлочной дороге. ― Высший демон прикрыл глаза и устало помассировал виски. ― Экономика в жопе. Круги теряют своих обитателей после того как Люцифер закрыл круг Гордыни, пойдя на поводу у знати. Его владения переполнены грешниками даже с учётом того что их пачками вырезали последние семь лет. Знать думала, что это поможет им набить свои карманы душами смертных и при этом не марать ручек. Наивные выродки, на фоне которых даже Габсбугри более не кажутся такими уж уродами.

― Не забывайте про дыхание, Ваше Темнейшество, ― ласково помурлыкал бесёнок, делая владыке лёгкий массаж головы. ― По этому я и предлагаю вам хотя бы короткий отпуск. Ваше временное бездействие может подтолкнуть прочих владык к действиям. Они как дети. Если хотите дождаться от них действий, то нужно перестать решать их проблемы.

― Хороший совет для воспитателя в детском саду, ― раздался в зале голос с шипением радиопомех. ― Впрочем, зная кто такой Люцифер, такое положение дел не кажется удивительным.

Сатана с удивлением обернулся на незнакомый голос и увидел в тени зала человека. Душу грешника. Одну из тех, кому уже давно не было хода никуда кроме круга Гордыни. Высоки человек с широкой улыбкой и тростью-микрофоном от крови которого несло знакомым запахом старого контракта.

― Киново племя, ― с улыбкой произнёс Демон. ― И как же ты тут оказался, дитя?

Грешник с раздражением фыркнул, но широкая улыбка на его лице не дрогнула. Задеть кого-то вроде него было всегда просто, но чисто из уважения к его предку, первому убийце среди избранников, поцелованных господом, Сатана сдерживал себя и свой сарказм. Хоть при виде этого ребёнка в теле взрослого сдержать улыбку было почти невозможно.

― Позвольте для начала представится. Я Аластор, садовник Господина Каина, ― тени зала суда зашевелились. В них прятались чёрные корни, изредка покрытые кроваво-красными листьями. Внутри ощущалась сила самих Небес и текла золотая кровь праведных экзорцистов. Грешник явно был не так прост как казалось и если бы Сатана не следил за делами во всех кругах, то был бы удивлён. ― Я здесь по просьбе господина Каина. Мне велено передать вам одно небольшое приглашение.

Рядом с грешником из земли появились тонкие корни. Чёрные на столько, что казались плоскими, всасывающими в себя весь свет от факелов. Аластор достал из внутреннего кармана пиджака небольшой конверт и вложил в корни, которые в этот же момент снова исчезли, дабы появится рядом с Сатаной. Красивый жест, который позволял грешнику не выглядеть нелепо передавая приглашение лично в руки драконоподобного гигантского существа. Ему не пришлось подбираться к нему с самого пола и уж тем более не вынуждать наклоняться к нему. Такого поведения Сатана давненько даже от адорождённых аристократов не видел. Неужели какой-то малолетка грешник, которому едва-едва исполнилось сто лет, умел вести себя приличнее чем эти напыщенные птицы? Как давно он не видел политически аккуратного такта, что его впечатляет такая мелочь?

― И зачем же Каину понадобился садовник? ― Сатана внимательно начал изучать письмо от отца всех убийц. Ровные буквы самого древнего языка избранников Бога написанные рукой Каина несли на себе отпечаток его почти безграничной духовной силы. Заклинания для того чтобы бумага не сгорела в адском пламени сразу после того как её спустили в Ад были частью бытовой магии, на которую адорождённые аристократы смотрели с пренебрежением. Таким на земле ранее занимались только ведьмы и колдуны, почти полностью истреблённые инквизицией за то что знали слишком много. Послушные дочери Каина которым Сатана лично отвёл в Аду самый лучший уголок рядом с Элизиумом. Изолированный от всех кругов и даже немного возвышающийся над ними.

― Для заботы о Корнях нового Мирового Древа, конечно же, ― в голосе с примесью белого шума чувствовалась детская хвастливость. ― Полагаю помимо меня кандидаты были не достаточно хорошими, а вашим людям доверить такое дело он не решился. Видимо потому что не хотел беспокоить Ваше Темнейшество такой мелочью.

Дерзкий сучёнок вызвал у Сатаны улыбку. Говорил правду. Вежливо, аккуратно, но с невероятным желанием показать чего он стоит в данный момент. А стоит он действительно много если справился с поставленной задачей. В драках слабак, в силе ничем не примечателен, в статусе почти никто не имеющий особых сил и почти не заключающий никаких контрактов. Но в умениях... Что ж, Каин всегда умел выбирать союзников.

― Встреча в баре на перекрёстке? ― демон потёр подбородок, вчитываясь в текст. ― И ты хочешь сказать что сдюжишь переход на землю в обход вех правил, установленных адорождёнными и самими небесами?

Сатана ответ на этот вопрос знал. У него по всему Аду были свои глаза и уши, да и к тому же сам Каин не послал бы к нему своего человека, если бы не был уверен что он справится. Но тем не мнее демон хотел услышать ответ из уст своего визитёра, который в обход всех ограничений ада, покинул Круг Гордыни. Это было интересное покушение на правила, установленные Люцифером и его женой.

― Не переживайте на это счёт, Ваше Темнейшество, ― спокойно ответил Аластор. ― Свою работу я знаю.

* * *

Пятница. Вечер.

Воздух на перекрёстке у старого бара был невероятно непривычным и лёгким. Без смога вулканов, влажный, прохладный и вкусный. С ближайшего к месту встречи озера раздавалось кваканье лягушек и пение сверчков.

― Давненько я не поднимался на землю, ― с улыбкой произнёс Сатана, принимая человеческий облик. В нем он выглядел как обычный человек средних лет с лёгкой сединой в кудрявых волосах. ― Я в тебе почти не сомневался, Аластор, ― демон зашёл в бар, пропускаемый вперёд учтивым жестом грешника.

Внутри было приятно, пахло сигарами и дорогим алкоголем, а за одним из столиков сидел смуглый мужчина в опрятном делом костюме. Этот "человек” Сатане был достаточно хорошо знаком и в прошлом они часто выполняли поручения Бога на земле. Неприятные с их личной точки зрения и совершенно бесчеловечные с точки зрения смертных.

― Давно не виделись, дружище! ― Сатана пожал старому знакомому, который ради приветствия поднялся с мягкого кожаного дивана. ― В чём причина желания встретиться?

Аластор переместился за барную стойку, оставив свою трость-микрофон на небольшой сцене. Из него лилась лёгкая ненавязчивая музыка, не перетягивающая на себя слишком много внимания. Воздух наполнился запахами алкоголя и ликёров, смешиваемых друг с другом в шейкере для напитков вместе со льдом. Судя по всему баром на данный момент заведовал именно этот занятный грешник. Сатане захотелось даже спросить по каким причинам Всадники решили выбрать именно это место в качестве своей точки сбора, но решил приберечь не особо важные вопросы на потом.

― Сегодня я специально даже пришёл пораньше. Только ради тебя, ― Война выпустил в воздух клубы сигаретного дыма и протянул сигару Сатане, которую он, естественно, принял и позволил старому другу её поджечь для себя. ― Думаю что ты уже заметил, что в Аду начинаются перемены. Ты всегда был наблюдательным в отличие от наших падших братьев и сестёр.

― Заметил, ― согласно кивнул демон. ― Сложно не заметить как из ада начинают возносится в райские кущи те, кто должен был до конца веков страдать в моей преисподней. Удивлён что кому-то это вознесение вообще интересно, ведь Ад уже не такой каким был раньше... Или хотя бы во времена Данте.

― Я такую кислую рожу на тебе не видел со времён создания Адама с Евой и объявления их потомков избранным народом. Слышал что Владыки кругов навели в твоём царстве бардак, но неужели всё так плохо? ― Война взял с подноса Аластора свой напиток, чёрный, смолянистый и с ароматом свежей крови. Отхлебнул немного. ― Неплохо, чья кровь?

― Несовершеннолетних жертв теракта, ― в глазах Аластора была странная пустота, а улыбка казалась натянутой. Кажется даже зеленоватые нити можно было заметить на уголках губ.

― Моё любимое, ― вновь пригубив напиток произнёс с удовольствием Война, облизывая губы. ― Так что там в Преисподней происходит, что твою рожу так перекашивает от одного только её упоминания?

Сатана взялся за стакан, от которого исходил адский жар. Кажется в этой мексиканской водке вместо перца было само адское пламя. Как бармен грешник явно знал своё дело. Пусть такие напитки были не совсем в его вкусе, но количество градусов в нём было достаточным для того чтобы наконец-то расслабится. Впервые после многих веков воздержания от возлияний демон наконец-то выдохнул. Всё же его помощник был прав, ему жизненно необходим был хотя бы один выходной. Немного времени чтобы выдохнуть и выпить в компании настоящих коллег по цеху, а не кучки падших, которых просто выгнали из рая за бесполезность.

― Долгая история, ― вздохнул Сатана делая глоток обжигающего пойла и выпуская после него клубы дыма из пасти. Остроты было в самый раз. ― Своими кругами эти черти занимаются едва-едва. Только Мамон что-то дельное исполняет, а все остальные... Вельзипоп, демон обжорства, сажает своих псин на диету. Асмодей ответственный за разврат внезапно стал резко против секса без взаимного согласия. Да ещё и перестал сам придаваться разврату, выбрав себе парня, которому хранит верность. Представь себе! О Бельфегор вообще молчу... Не адские каратели, а какой-то позор! ― Сатана залпом выпил оставшийся напиток и жестом попросил грешника повторить. ― Они превратились из карателей в каких-то изнеженных пусек. Грешников и пальцем тронуть не могут, ходят под адорождёнными, во всём им потакают и все решения принимают в их пользу. Поставить их на должность руководителей Кругов было хреновой идеей. Если бы это не было приказом с Небес я бы в жизни не доверил им такие должности.

― Что ж, это была воля Господа. Мы не можем идти против него, ― успокаивающим жестом похлопал старого товарища по плечу Война. ― Но за то могут грешники. Уверен у тебя на примете есть парочка особо отбитых, помимо Садовника Каина, которые могли бы быть заинтересованы в том, чтобы немного пошатать адское болото.

― Из-за действий Люцифера и его бабы они живут в этой яме как в личном раю, ― вздохнул Сатана, приняв с подноса пару новых шотов и по привычке вежливо кивнув грешнику. ― Трахаются, пьют, убивают, грабят и всё без последствий. Потому что Люцифер их приструнить не может, а все остальные представители адской знати делать этого не хотят. Заперли эту шваль в Кругу Гордыни, подальше от себя и даже на землю ради новых контрактов подниматься перестали. Зачем бы грешникам ломать такую идеальную для себя структуру? Ради рая? Да он почти никому не нужен. Даже святые, которые спустились в Пентаграмм Сити ради того чтобы помочь вознестись парочке детишек ничего не могут изменить глобально в этом плане.

― Очаровательно, ― раздался знакомый голос со стороны входа. ― Ты в Аду работаешь или в яслях?

― Верно помечено, Чума, ― улыбнулся Сатана. ― Вас и вашей жёсткой руки там не хватает. Хотя бы ради кары. О большем уж и мечтать не стоит. Души всё равно никогда больше не будут стоит столько же как и хотя бы сотню лет назад.

― О чём ты? ― спросила Чума, садясь за стол к мужчинам. ― Сотню лет назад они и так стоили дешевле порции жареной картошки. Куда уж меньше?

― Так праведников почти нет, ― вклинился в разговор Война. ― Кругом одни слабаки и извращенцы, без силы воли и минимальной духовной энергии. Смертные сами себя не ценят, а для нас так и вообще ценность потеряли. Дело надо исправлять иначе и Ад и Рай лишатся своей силы, а вместе сними и мы падём в небытие.

― И у нас есть парочка идей, как и у Каина, ― понизила голос Чума, кокетливо подмигнув бармену, принёсшему для неё зловонный коктейль из какой-то гнили. ― Но для этого нам нужен ты, твои связи и способности, ― женщина как всегда была крайне прямолинейна. Эта черта была в ней всегда и резко контрастировала с её способностью устраивать мировые эпидемии, пользуясь человеческой глупостью. ― В последнее время люди стали поумнее, заражать их массово стало не так уж и просто, так что начать наше дело Каин предложил с Ада. Устроить репетицию, так сказать. Дождёмся его и остальных, и всё обсудим, верно, оленёнок? ― с кокетливой улыбкой снова обратилась Чума к Аластору. Подобное внимание ему явно было не очень приятно, что веселило женщину и провоцировало продолжать себя так вести.

― Вы не представляете как долго я ждал этого предложения, ― улыбнулся Сатана. ― Со времён пришествия Христа я не чувствовал большего желания что либо изменить в этом трижды проклятом мире.