Пять месяцев (гет)

Корабли показались на горизонте ранним утром.

Сокка стоял на носу, вглядываясь в знакомые очертания Южного полюса, и чувствовал, как внутри разливается странная смесь облегчения и тревоги. Позади — три корабля, груженных припасами, инструментами и людьми. А впереди ждал дом, который он когда-то покидал с надеждой, а теперь возвращался с тяжелым грузом на плечах.

Суюки подошла сзади и молча встала рядом. Она чуть поежилась от прохладного ветра и, прижимаясь к спине Сокки, крепко обняла его за талию. Все еще находясь в своих мыслях, он неосознанно прижал руки девушки к себе и начал растирать их, чтобы согреть.

— Ты в порядке? — Она уткнулась носом в его плечо, пытаясь отогреться. — Думала, ты будешь радоваться возвращению домой.

— Что? — Сокка моргнул, будто только осознал, что Суюки стоит рядом. — А, я рад. Просто… Не совершаем ли мы ошибку, Суюки? Я все еще не знаю, можем ли мы доверять им после всего что было.

— Мы заключили сделку, помнишь? И к тому же, ты сам говорил, что каждый заслуживает второй шанс, раз уж…

— …мы простили такого придурка, как Зуко, я помню. — Сокка глубоко вздохнул и повернулся к девушке. — И все равно я буду за ними следить. Я не допущу, чтобы мой народ снова пострадал.

Полтора месяца назад, Северный полюс

— Здесь что-то нечисто, Суюки, я нутром чую! — Сокка показательно втянул воздух, раздувая ноздри и начал ходить взад-вперед, приложив руку к подбородку. — Во-первых этот тип мне не нравится. Я за милю чувствую, как он нас ненавидит. Во-вторых — что происходит с людьми? В прошлый раз по улицам ходила куча народу, дети бегали, маги воды тренировались… А сейчас будто снова военное время, только вместо Озая — этот Тагнарак. И имя у него дурацкое.

Он резко остановился и посмотрел на дверь, будто ожидал, что сейчас кто-то ворвется в комнату и их бросят в тюрьму за такие высказывания. Спустя пару секунд, когда ничего не произошло, Сокка перевел дыхание и продолжил мельтешить перед глазами Суюки.

— А Арнук? Не поверю, что он по доброй воле оставил бы свой трон и народ в таких условиях.

— Сокка…

— Еще, конечно, был тот Ханн, — он сделал вид, будто его тошнит, но продолжил. — Он, хоть и придурок, но вряд ли бы допустил такую ситуацию.

— Сокка!

— Что?! — он возмущенно посмотрел на Суюки, готовый развивать свою мысль дальше. — Я думаю, что делать, Суюки! Гениальные планы не рождаются в тишине, они рождаются в панике и спорах!

Но девушка пропустила его тираду мимо ушей. Вместо этого она прищурилась и внимательно смотрела на окно. Там, между резными створками, где минуту назад ничего не было, торчал уголок пергамента. И лед вокруг него был чуть влажным — явно не обошлось без магии воды.

— Сокка, — тихо сказала Суюки. — Заткнись и подойди сюда.

Нервно оглядываясь, парень быстро подошел к окну и бесцеремонно выхватил записку. Неровным почерком, там было выведено только одно предложение:

«Оазис духов, полночь. Все не так, как ты думаешь. Югода».

— Кто такая Югода? — Суюки нахмурилась, вглядывалась в пергамент.

— Целительница, которая учила Катару лечебной магии, — Сокка провел пальцем по буквам, будто надеялся прочитать между строк. — Ну хотя бы она в порядке. Ну, в смысле, жива. Да уж, понятия «в порядке» сильно изменилось в последнее время.

— Как думаешь, ей можно доверять?

— Катара всегда очень хорошо о ней отзывалась, да и мне она тогда казалась доброй женщиной. — Он помолчал. — Но сейчас… сейчас я не уверен ни в чем.

Суюки положила руку ему на плечо и слегка сжала.

— Мы ведь все равно туда пойдем, да? — Суюки дождалась уверенного кивка Сокки и продолжила: — Значит, нужно подготовиться. Предлагаю немного отдохнуть, учитывая, что, скорее всего, нам придется не спать всю ночь. А потом сделать несколько дымовых шашек, которые ты придумал на пару с Тео. Так, на всякий случай. Твой клинок я наточила еще на корабле, вместе с веерами…

Она прошлась по комнате, перечисляя список дел на ближайшее время, а Сокка замер, вглядываясь в нее.

— …возможно, нужно взять запасные…

Не успела она продолжить, как Сокка сгреб ее в охапку и поцеловал. На секунду Суюки удивленно распахнула глаза и замерла с поднятыми руками, но почти сразу расслабилась, обхватила его за шею и с жаром ответила. Он обхватил ее лицо своими руками, углубляя поцелуй, от чего Суюки только тихонько застонала. Ее пальцы путались в его волосах, и она слегка стянула их на затылке. Их поцелуй походил на битву, где каждый пытался занять чуть больше территории другого, не уступая ни на мгновение.

Распалившись, Сокка подхватил ее под колени, прижал к себе так, что она охнула ему в губы, и, раздвинув ее ноги, припечатал к стене своим телом, удерживая девушку на весу. Суюки обхватила его ногами за пояс, притягивая ближе, и ее дыхание сбилось — не от неожиданности, а от того, как сильно она хотела того же. Они даже не заметили, в какой момент оба оказались без верхней одежды.

— Сокка, — выдохнула она, отрываясь от его губ на секунду, и посмотрела на него затуманенным взглядом. В нем читалось все — страсть, желание и такая нежность, от которой у него почти сорвало крышу, как от того злосчастного кактуса.

Он снова поцеловал ее, чувствуя, как пальцы Суюки впиваются ему в плечи, а ее сердце колотится в такт его собственному. В этот момент мир за стеной исчез для них двоих. Не было ни последствий войны, ни Тагнарака, ни тревог — только она, это мгновение и страсть, которую они оба так долго сдерживали.

Спустя какое-то время они в обнимку лежали на шкурах животных около камина, тяжело дыша. Суюки, прикрытая легкой простыней с кровати, уткнулась лбом ему в плечо и закинула свою ногу ему на бедро.

— Не то, чтобы я была против, но что на тебя нашло? — спросила она, выводя пальцем узоры на его груди.

— Я люблю тебя, — просто ответил Сокка, не открывая глаз.

Ее палец замер, и он почувствовал, как она мгновенно напряглась. Распахнув глаза, он повернул голову в ее сторону и слегка улыбнулся.

— Тебе не обязательно отвечать мне, я просто посчитал, что ты имеешь право знать, — он слегка пожал плечами и взял ее за руку. — Я правда люблю тебя, Суюки. Давно хотел сказать, да такое дело… приходилось сражаться с народом Огня, спасать людей с падающих дирижаблей, а еще мотивировать армию. Плотный график, сама понимаешь.

— Сокка… — начала она и замолчала.

— Эй, я же сказал, тебе не обязательно отвечать, — он снова улыбнулся, но в глазах мелькнула тень неуверенности.

— А я, между прочим, не обязана тебя слушаться, — она усмехнулась и взяла его за подбородок. — Я люблю тебя.

На секунду они оба замерли, глядя друг на друга, а затем тихо рассмеялись. Сокка почувствовал, как Суюки расслабилась и притянул ее к себе, целуя в лоб. Крепко обнявшись, они полежали ещё немного, не говоря ни слова. Сокка слушал треск дров в камине и чувствовал, как внутри постепенно утихает та тревога, что поднялась в нем после встречи с Тагнараком.

— Нам пора, — сказала Суюки спустя какое-то время, осматривая их оружие. — Скоро полночь.

Сокка кивнул, нехотя застегивая пуговицы. Они оделись молча, проверяя мечи и веера, закрепляя дымовые шашки за поясом. Никто не говорил о том, что могло пойти не так. План был максимально прост — выяснить, что от них нужно и, в случае чего, сбежать.

— Готова? — спросил он, уже стоя у двери.

— Всегда готова, — ответила Суюки.

В кромешной тьме они выбрались из своих покоев и, стараясь не попадаться страже на глаза, вышли из дворца. Идти до пристанища Туи и Ла было недалеко, но они часто прятались в переулках и нишах, избегая внимания. Суюки шла впереди, бесшумная, как тень, а Сокка замыкал, то и дело оглядываясь и, по возможности, заметая следы. Казалось, что никто их не преследовал, но ребята решили перестраховаться.

— Пришли, — сказала Суюки, когда за несколькими поворотами и пещерами показался силуэт старого святилища.

Луна ярко светила на ночном небе, и ее свет дрожал на незамерзающей глади воды. Вокруг росла трава, и было невероятно тепло — особенно по сравнению с ледяными завываниями по ту сторону стены. В пруду, как и в прошлый раз, плавали духи воды и луны, исполняя свой незамысловатый танец, напоминающий вечное движение Инь и Ян.

На секунду Сокка вспомнил рассказ Катары об их с Зуко сражении на этом месте и хмыкнул. В голове вспыхнула яркая картинка: тогда они были врагами — маг воды и принц Огня, которые ненавидели друг друга настолько, что сражались не на жизнь, а на смерть. А теперь… теперь он не мог не заметить очевидные параллели. Огонь и вода. Инь и Ян. Холод и жар. Их история началась с вражды, а закончилась…

Сокка встряхнул головой, отгоняя ненужные мысли.

— Мы вовремя? — прошептала Суюки, оглядываясь.

Не успел он ответить, как в кустах кто-то пошевелился. Ребята резко вскинулись, в руках Суюки мгновенно взлетели веера, а Сокка с металлическим звоном вытащил меч и направил его в сторону шума.

— Вовремя, — раздался тихий женский голос. Из темноты медленно вышла пожилая целительница, которую поддерживала другая женщина, удивительно похожая на нее, но лет на двадцать моложе. Югода слегка поклонилась и сказала:

— Это Ингрид, моя дочь, — представила она. — Спасибо, что пришли. Нам предстоит многое обсудить.

— Что происходит? — спросил Сокка, пряча меч. — Где Арнук? Что случилось после нашего отъезда?

Югода тяжело вздохнула, опираясь на посох. Ингрид поджала губы и мягко потянула мать к лавочке у самой воды. Удобно устроившись, пожилая целительница начала свой рассказ:

— Когда вы уехали, племя Севера было разбито. Битва с народом Огня подкосила нас сильнее, чем казалось на первый взгляд. Многие мужчины погибли, а семьи остались без отцов и сыновей.

Сокка нахмурился, и опустил голову. Он понимал, что главным злодеем тогда был Джао, но не мог перестать чувствовать вину за то, что именно они привели его на Северный полюс.

— Тагнарак тогда был рядовым воином, магом воды под началом Ханна, — продолжала Югода, и её скрипучий голос отражался от ледяных стен, отчего история казалась ещё страшнее. — Двое его братьев погибли в ту ночь, а отряд разбили. Некоторые ребята до сих пор лежат в госпитале…

Она помолчала, давая словам осесть.

— Ему не составило труда убедить остальных в том, что вождь Арнук предал свой народ, доверившись вам. Тогда лишь горстка людей вместе с Ханном встали на его защиту. Но их быстро скрутили и бросили в темницы. Так Тагнарак захватил трон — не пролив ни единой капли крови.

Югода глубоко вздохнула и прикрыла глаза рукой. Понимая, что матери тяжело, Ингрид впервые подала голос:

— Сначала нормально все было. Парни молодые, дыры все быстро заделали, да на соседний материк Царства Земли катались на лодках за лекарствами, да провизией, — она слегка помедлила, и отвела взгляд. — Мы все, скрепя сердце, приняли его, Тагнарака. По сравнению с пацаненком, Арнук казался чахлым стариком, который развалил племя. Но потом начали пропадать люди.

От Югоды послышался рваный вздох, и Сокка на секунду заметил слезы, блеснувшие в ее глазах.

— Люди пропадали с улиц, сначала по ночам. Потом кто-то не вернулся с работы. Мы поначалу списывали на несчастные случаи — пропадали мужики одни: кто охотник, кто бывший воин. Выпивали парни частенько, могли заблудиться, да уйти в глушь за стеной. — Ингрид сжала кулаки. — А потом исчез мой муж. Ни капли в рот не брал последние лет двадцать. Просто вышел утром за водой и не вернулся.

Ее голос сорвался, и женщина опустила голову, пытаясь сдержать эмоции. Но когда она снова посмотрела на ребят, в ее глазах не было ни следа слез, лишь только затаенная боль.

— Новый вождь сначала отнекивался, сказками нас кормил, — продолжала она. — А потом заявил, что пропавшие — предатели, которые хотят устроить переворот. И каждого предателя ждет смерть.

— Он сказал, что спасает Север, — добавила Югода, крепко сжимая руку дочери. — А на самом деле просто избавлялся от тех, кто мог бы ему помешать править.

Сокка сжал челюсть.

— Неужели никто не восстал? — неверяще спросила Суюки.

— Восстали, — тихо сказала Ингрид. — И больше мы их не видели.

— Не понимаю, почему до сих пор есть те, кто его поддерживает? — воскликнул Сокка. — Сначала Озай, сжигающий все на своем пути, теперь этот ледяной... придурок. Интересно, когда уже появится тиран с комфортной температурой?

— Ты про людей в замке? — Ингрид усмехнулась, отмечая юмор южанина. — Часть из них действительно разделяет взгляды Тагнарака. Они считают, что помогают племени своими делами. Остальные же… Ты видел их, Сокка? Их запугали. Их родные либо в опасности, либо уже в темницах.

— А вы? — спросила Суюки. — Почему вас не тронули?

— Я хоть и старая, но маг воды и целитель, они не посмели напасть на того, кто спас их умирающие задницы после битвы, — сухо ответила Югода. — А Ингрид… Ингрид мастерски умеет делать вид, что она невинная коала-овечка.

— Тагнарак оказался очень сильным магом воды, — продолжила она. — Никто не знал, что они с несколькими ребятами тренировались отдельно. Даже…— целительница запнулась, — даже кровянку немного покорили.

— Кровянку? — переспросил Сокка, чувствуя, как внутри все холодеет.

— Магию крови, — ответила Ингрид. — Этим они пользуются только в крайнем случае. Когда нужно… донести свою точку зрения.

Сокка нервно переглянулся с Суюки. В её глазах он увидел отражение своих чувств: отвращение и страх.

— Теперь понятно, почему никто не сопротивляется, — сказал он, сжимая кулаки. — Но это не значит, что мы не попробуем.

— Ты уверен? — Ингрид посмотрела на него с сомнением, но в голосе женщины прозвучала слабая надежда.

— Абсолютно, — ответил Сокка. — Рассказывайте, что нам нужно знать. И мы вытащим их. Всех.