Кладбище эонов (джен)

Попрощавшись с Мэйвен, Сандей снова вытащил телефон.

За руль своего лентли он сесть не мог, все камеры Пенаконии уже были оповещены о приостановке его водительской лицензии. Двигатель машины был автоматически заблокирован. Сначала у него возникла блестящая идея одолжить машину у Берта. Но потом он вспомнил, что у Берта машины не было. Вторая блестящая идея состояла в том, чтобы одолжить машину у Пруди. Но эту идею он решил попридержать на крайний случай. Были еще варианты — Алекс, Олга, но, если говорить честно, вариантов не было. Сандей смотрел на потоки автомобилей на Внутреннем кольце из окна на пятьдесят шестом этаже. Любой, каждый, абсолютно все будут счастливы уступить ему свой автомобиль. Если он создаст нужную настройку.

Он не привык быть один. Рядом всегда были люди — ассистенты, секретари, водители, знакомые, члены клана Дубов, члены Семьи и их помощники, персонал Отеля или других заведений, мелкие служащие. Рядом всегда были те, кому он мог что-то поручить и к кому мог обратиться с просьбой. Но проблему со штрафом и лишением лицензии он никому доверить не мог. В конце концов, все ассистенты и вся прислуга работали не на него, а на господина Вуда. Он мог вызвать шофера, но тогда рано или поздно возникнет вопрос, почему он не водит свой новый лентли, который ему подарили на восемнадцать лет? Который ему подарил Гофер Вуд, глава клана Дубов. У Сандея внутри все похолодело, когда он представил лицо бывшего опекуна. «Купе уже вышли из моды? Понятно. Понятно. Можешь взять мой майгрейтлак. С шофером. Я распоряжусь». Он ничего не скажет насчет того, как Сандей водит, но будет все знать. Вся история штрафов будет у него за тридцать секунд. После чего у Сандея сразу же появятся шофер, охранник, личный ассистент, адвокат и тренер личностного роста, которые будут докладывать о каждом его шаге. Отказаться будет невозможно. Потому что Семья — это забота, безопасность, комфорт, благополучие. Потому что на Пенаконии есть всего два правила. Во-первых, никто никогда не обсуждает приказы господина Вуда. А во-вторых, все остальное.

Сердце болезненно заколотилось от воображаемого диалога с главой клана. За последнее время их отношения ухудшились, и общение в основном сводилось к завуалированным пикировкам. Насмешки Вуда, спрятанные под благожелательным тоном, задевали Сандея намного сильнее, чем он готов был признать.

Телефон тихо завибрировал и прошептал:

— Заявление принято судом к рассмотрению. Заседание назначено на сегодня, семнадцать ноль пять.

— Уже? Так быстро? — тоже шепотом ответил Сандей.

— Да, — заговорщически продолжил телефон. — Зал сто четыре. Суд находится по адресу: Седьмая улица, дом тридцать два.

Оснований для обжалования у него не было, и Сандей это понимал. Он готов был заплатить штраф. Он знал, что нарушил правила и понимал ответственность. Штрафы он был готов платить хоть каждый день. Но приостановка лицензии означала удар по его репутации. Подобные мелочи как раз обожали вынюхивать ушлые журналисты и раздувать их до космических масштабов. И даже Мэйвен, глава клана Ирисов, которому были подконтрольны все СМИ Пенаконии, ничего не смогла бы поделать. Мелкие репортеры, живущие сплетнями, утками и скандалами, делали выручку желтым изданиям, которые прочно занимали свой сегмент рынка.

На законные основания отмены постановления Сандей не особо рассчитывал. Больше всего он рассчитывал на настройку. Судья, уставший за целый день и целую жизнь однотипных дел и заседаний, наверняка пожалеет молодого человека, который спешил помочь Семье. План был простой и надежный.