Будни барда-программиста (джен)

Погода на Драконьем Хребте радовала исключительно отсутствием метели. Мороз кусал за щеки, и я была довольна, что взяла с собой ту ушанку со склада, ведь без нее мне пришлось бы куда хуже. На Альбедо, который даже капюшон не накинул, было холодно смотреть. Заметив мой взгляд, в котором наверняка читалось желание укутать его в какую-нибудь фуфайку по погоде и шарфом сверху намотать, он пояснил, что люди с глазом Бога меньше страдают от таких перепадов температур. Не думаю, что у него есть причины врать, но все равно сомнительно звучит, что ему тут нормально идти в той же одежде, что и ранее. В Монде даже ранним утром было по ощущениям около двадцати градусов тепла, может чуть меньше, а здесь как будто все минус тридцать! Да, у меня нет градусника, и это сугубо мои ощущения, но суть ясна. Может, он просто привычный уже, раз у него здесь лаборатория? Морозоустойчивый. Эх, мне бы так…

Шли молча. Порой на пути попадали двойки-тройки чупакабриков, похожих на тех, что я встретила еще в первый день в этом мире. Еще котелок у них отжала тогда и капусту. Местные были какими-то странно голубоватыми. Замерзли может? Так или иначе, Альбедо разбирался с ними быстро и привычно.

Дорога до отмеченного Эолой места заняла, по-моему, часа два. На пути попалась небольшая стоянка искателей приключений со старыми следами костра, но останавливаться и отдыхать мы не стали. Некогда. Ноги немного гудели, тем более, что шли мы вверх по горе.

— Смотри, вот он, — тихо сказал Альбедо, когда мы подошли к автоматону. Нас удачно скрыл большой валун, поэтому робот еще не заметил чужаков и не напал. Увы, он был активен.

— Отлично, — прошептала в ответ, прикидывая, как мне ловчее добраться до панели управления и не помереть в процессе. Данный автоматон, если я правильно запомнила, называется патрульным. Он представляет собой основную часть, состоящую из ядра, защищенного несколькими пластинами, и еще три маленьких, которые напоминали конструкцией основную и летали возле нее на одинаковом расстоянии. Интересно, как он вообще держится в воздухе?

— Как будешь его приручать? — поинтересовался Альбедо.

— Осторожно, — констатировала я очевидное. Хотелось ответить иначе, но порядочные девушки так не выражаются. Инстинкт самосохранения внезапно проснулся и решил отработать все дни спячки за раз, поэтому лезть голыми руками на смертельно опасную железку было откровенно страшно. Только вот выбора у меня особо и нет.

Я поставила рюкзак на землю и достала крестовую отвертку, которая в руководстве упоминалась как основной инструмент, без которого вообще ничего не делается. Даже картинки нарисовать не поленились с примерами использования. Как Вагнер ее ковал по моему же кривому чертежу, я не в курсе, но ходят слухи, что мат из кузницы звучал втрое чаще обычного.

— Есть идея, — сообщила я алхимику. — Можешь отвлечь автоматон на несколько секунд?

— Да, — спокойно кивнул он. — Семь-восемь тебе хватит?

— Думаю, вполне. Начинаем на счет три.

Как только Альбедо создал какую-то странную конструкцию, похожую на цветок, аккурат рядом с нашей добычей, автоматон обратил все внимание на нее, а я рванула со всех ног в его сторону, стараясь не попасть в поле зрения машины. Едва робот собрался атаковать цветок, в него с совершенно другой стороны полетели небольшие камни. Видимого вреда от них не было, но бедная машина совсем растерялась, кого же ей бить в первую очередь. Это дало мне возможность оказаться совсем рядом. Внезапно цветок начал подниматься вверх, и я, не теряя времени, запрыгнула на него, ударила часового по ядру ручкой отвертки и громко скомандовала:

— А ну стоять, тетраэдр несчастный!

На бедолагу определенно так еще никто не кричал, поскольку он аж застыл от такого, дав мне активировать панель управления и обезвредить его. Отвертка пришлась как нельзя кстати, поскольку большая часть ядра была скрыта пластинами, под которые так просто было не пробраться. Пара коротких команд и робот, сложившись из боевого состояния, уже мирно лежит на снегу как дворовый пес, разве только хвостом не машет за неимением оного.

— Интересный способ, — заметил Альбедо, подойдя ближе.

— Главное, что рабочий, — буркнула под нос, просматривая код и отогревая пальцы дыханием. Почему-то управление было возможно только голыми руками, а без перчаток руки мерзли ужасно быстро.

— Сколько тебе нужно времени?

— Пять минут и робот пойдет с нами. Позже займусь им как следует.

Сказано — сделано, поэтому через обещанные пять минут мы направились к следующему пункту нашего похода. Часовой, которого я под шумок нарекла Бобиком, мирно летел рядом со мной, охраняя. Альбедо поначалу косился на него, но явно позабавился, когда я погладила Бобика по пластине и сказала: «хороший робот», а тот от радости аж кувыркнулся в воздухе. Правда как собака.

По дороге наткнулись на почти полностью погребенного под снегом стража руин. Я бы прошла мимо, но Бобик оказался внимательным до невозможности. Или он учуял как-то своего «собрата»? Эх, кто бы знал… Откапывать автоматона было бы слишком сложно и контрпродуктивно, поэтому я только извлекла ядро и еще пару деталей. Авось пригодится.

В следующей точке мы нашли сразу трех автоматонов. Два были привычными стражами руин, а вот последний, хоть и был похожей конструкции, заметно превосходил размерами своих товарищей.

— Это руинный молотильщик, — объяснил Альбедо. — Ядра расположены на ногах и в голове. Пока они все деактивированы, но могут включиться при нашем приближении.

Мы стояли перед большой круглой площадкой, на которой были расположены странные монументы и какой-то механизм. Все автоматоны сидели на противоположном крае площадки и, к моему большому сожалению, молотильщик находился аккурат напротив нас, то есть, дальше всего.

— Если мы не тронем механизмы, есть шанс, что автоматоны посидят спокойно? — спросила я алхимика, указав на те самые монументы на площадке.

— Вполне возможно, ведь монументы заблокированы, — кивнул он. — Но лучше на это не рассчитывать.

— Понятно. Тогда я обойду по краю и в первую очередь займусь молотильщиком.

— Хорошо, я прикрою тебя, если стражи руин активируются.

На удивление все прошло как по маслу. Ни один автоматон не активировался и не напал, хотя все оказались рабочими. Я быстро внесла каждому один и тот же скрипт: слушаться и не нападать, включила роботов, и мы дружно пошли дальше. Альбедо, пока я работала, сделал какие-то то ли заметки, то ли наброски в своем блокноте.

— Слушай, а не лучше ли мне их сразу отправить к подножию? Там и заберем на обратном пути.

— Сможешь сделать, чтобы они не напали на людей?

— Уже сделала. Они не нападут первыми.

— Хорошо, тогда это оптимально.

Пришлось потратить еще некоторое время, чтобы разобраться в хитросплетениях кода и сделать Бобика главным для тройки автоматонов. Он точно сможет довести их без проблем до нужной точки. Верю в него больше, чем в себя.

— Под этой площадкой скорее всего находятся руины, — неожиданно сказал Альбедо.

— Предлагаешь попытаться туда залезть? — я с сомнением огляделась. Спуститься вниз — полбеды, даже с учетом того, что входа пока нет. Главное — подняться потом наверх. Если в руинах будут роботы, их надо как-то достать или хоть детали снять. Короче, одна морока.

— Сейчас это не имеет смысла, — пожал плечами алхимик. — Для активации монументов нужен крио элемент. Я мог бы его синтезировать, но для этого нужна лаборатория.

— Ладно, тогда просто учтем на будущее, — кивнула я. И чего он хотел? Не понимаю.

К последней точке маршрута перед лабораторией идти было уже не так весело: рюкзак с деталями ощутимо давил на плечи, ноги устали от долгой ходьбы по не самым удобным дорогам, мороз пробирался под теплую одежду и настроения совершенно не добавлял. Хотелось лечь и отрубиться на ближайшей горизонтальной поверхности. Желательно в тепле, но это уж как повезет.

По дороге нашли еще парочку вмороженных в сугробы стражей, от которых я с трудом отколупала наиболее целые и ценные детали. Рюкзак закономерно потяжелел. Плечи отозвались ноющей болью, которая знакома каждому школьнику, который хоть раз долгое время ходил с полным рюкзаком учебников.

Последняя локация показалась сначала чересчур обычной. Серые припорошенные снегом скалы, редкие сосны и замороженные кустики мяты. Как они вообще тут выросли!? Удивительное растение. Может, она в этом вашем Тейвате вообще радиоактивная? Впрочем, сейчас не о ней. Справа у скалы сидел деактивированный автоматон. Таких мне видеть еще не приходилось. Его нельзя было назвать гуманоидным, как стражей руин, но и совершенно отличной формы, как Бобик, он не был. У автоматона было четыре руки: две обычные, похожие на человеческие, и две в виде длинных лезвий. Опасная штука. Расположены они были немного странно. Одна руки и одно лезвие находились на логичных местах с левой и правой сторон соответственно, а оставшиеся две «росли» из плеч вверх. Ног у автоматона не наблюдалось. Мне показалось, что в нижней части конструкция не похожа на ту, к которой могли крепиться конечности, но за сугробами ничего толком было не разобрать.

— Это руинный охотник, — тихо пояснил Альбедо. — Странно, что он здесь. Обычно их можно встретить в Ли Юэ или Сумеру.

— И правда странно… — пробормотала я, не особо представляя, где эти самые Ли Юэ. Мне куда интереснее, как к этой чудо-машине подступиться. — Выглядит неактивным.

— Только выглядит, — веско сказал алхимик. — Он включается куда быстрее стражей руин и атакует тоже.

— Сколько у меня будет времени по самому плохому варианту? — я не особо надеялась на ответ и спросила скорее для галочки.

— Секунды две-три, — подумав, ответил рыцарь. Откуда только он все знает? Умный, однако, человек. Всесторонне образованный.

— Должна успеть. Прикроешь?

— Конечно.

— Полагаюсь на тебя, — я постаралась уверенно кивнуть, хотя внутри все сжалось от страха и предвкушения. Если от медлительного и относительно неуклюжего стража руин можно было побегать, то этот автоматон показался мне куда более опасным.

Как бы осторожно я не пыталась подкрасться, это не помогло. Автоматон внезапно загудел, заставив меня вздрогнуть и ускориться. Я была права, когда решила, что у него нет ног. Вместо них было что-то вроде пропеллера, благодаря которому робот вполне неплохо летал. Руки-лезвия завертелись с бешеной скоростью, а до меня впервые очень ясно дошло, что одна ошибка, малейшее промедление будет равно смерти. Мир словно замедлился, звуки исчезли. Была только я, гулкое сердцебиение, отвертка в руке и одна возможность попасть по маленькому ядру.

Откуда-то со стороны в робота полетели камни, но все внимание машины было сконцентрировано на мне, а я бежала к нему с отчаянной решимостью успеть. Суметь. Справиться. Мне нужен этот автоматон. Второго такого я здесь не найду при всем желании. Робот рванул быстрее, чем я ожидала. Он словно превратился в смазанную тень, но траектория была простой и понятной. Я начала уклоняться, но полностью уйти с траектории атаки не вышло. С противным звуком лезвие распороло левый рукав куртки и вместе с ним плечо. Хлынула кровь, пропитывая одежду. Я сжала зубы, чтобы не заорать ощущения, что рука попала в мясорубку на максимальной мощности. Нельзя отвлекаться! В единственный момент, жалкое мгновение, когда робот замер после атаки, я дотянулась до ядра.

Охотник тут же замер, передо мной развернулась знакомая панель управления, а я устало покачнулась, пытаясь устоять на ногах. От слез перед глазами все расплывалось. Рука дико болела и начала слабеть. Альбедо тут же оказался рядом, и я, честно говоря, не особо успела осознать, в какой момент моя куртка стала висеть только на правой руке, а алхимик вполне профессионально затянул жгут почти под мышкой и начал перевязывать рану бинтом. На руку я предпочла не смотреть, чтобы не пугаться лишний раз.

— Ты как? — с небольшой тревогой спросил он, когда помог мне надеть куртку обратно. Левая рука висела плетью, и шевелить ей не хотелось совершенно.

— Нормально, — кивнула я. — Жива и хорошо.

— Охотника забираем?

— Конечно! Дай мне несколько минут.

Управляться с панелью одной рукой было не особо привычно и удобно, но терпимо. Двумя, конечно, быстрее, но куда деваться. Благо хоть задело левую, а не правую. Вскоре в охотника был заложен новый скрипт, и после перезагрузки я отправила робота к его коллегам, стоящим у подножья.

— Идем в лабораторию, — констатировал Альбедо и подхватил мой рюкзак.

— Угу, — выдавила в ответ. Силы после столь насыщенного дня были почти на нуле. Соберись, Маша, еще не вечер!

Сколько мы шли до лаборатории, я бы не сказала даже под пытками. Для меня этот промежуток слился в одну сплошную мысль «терпи, казак» и пульсирующую боль. Альбедо довольно быстро оказал мне помощь, но рваная рана от лезвия оказалась довольно глубокой и большой, поэтому крови все равно вытекло прилично. Прибавим к этому уже накопившуюся усталость и получим, что переставлять ноги и не падать в сугробы, оказывается, задача не самая простая.

Рассматривать лабораторию не было ни сил, ни желания. Стоило оказаться в относительно теплом помещении, которое по сути было обустроено в пещере, и меня начало вырубать со страшной силой. Веки казались неподъемными, держать глаза открытыми становилось все тяжелее.

— Погоди вырубаться, надо обработать рану, — предупредил Альбедо, помогая мне снять куртку. Шевелить левой рукой было ужасно больно.

— Ага, хорошо, — я слегка заторможенно кивнула и устроилась на ближайшем ящике. Хоть ноги отдохнут. Чтобы не уснуть, начала все-таки рассматривать лабораторию. Уютным это место даже с натяжкой было не назвать, но свое очарование в нем определенно присутствовало. Возле входа было обложено камнями место для костра, над которым висел котелок. У левой стены была полка с какими-то книгами, колбами и коробочками, на рабочем столе стояли медные весы, на другом столе находилась странная конструкция, отдаленно напоминающая самогонный аппарат. Понятно, чем он тут занимается. Мой дед тоже был своего рода алхимик. У дальней стены справа стоял стенд с прикрепленными к нему записками и графиками. Напротив него я с удивлением заметила мольберт, на котором была картина, но разглядеть ее издалека не удалось.

— Кость не задета, — пробормотал Альбедо, осматривая рану. — Потерпи немного.

С этими словами он капнул мне на руку какую-то субстанцию со стойким запахом горелой слизи и травы, от которой рану как огнем обожгло. Я зашипела от боли.

— Это чтобы не было воспаления, — пояснил он. — Заживление тоже пойдет быстрее.

— Спасибо.

Через минуту рана была туго забинтована. Боль оставалась сильной, но я успела свыкнуться с ней. Плевать на все, хочу спать.

— Отдохни пока, — Альбедо жестом указал на неприметный закуток, и я разглядела там койку.

— Ага, хорошо, — с этими словами я доползла до указанного места и вырубилась сразу же, как легла.

Когда я проснулась, на улице было уже темно. Понять, где я нахожусь, удалось не сразу, но постепенно в голове всплыли воспоминания, и вопрос отпал. Альбедо стоял спиной ко мне и что-то готовил на костре. От запаха еды живот недовольно забурчал, намекая, что пора бы подкрепиться. Зевнув, я встала с койки и направилась к алхимику. Самочувствие было куда лучше, чем до сна, но все еще не очень.

— Ты проснулась, — констатировал он, обернувшись на меня. — Хочешь пить?

— Да, — чуть хриплым голосом ответила я.

— Держи, — он протянул мне кружку с каким-то теплым отваром, который довольно приятно пах травами и чем-то еще.

— Что это? — я тебе, конечно, верю, но скажи хотя бы, чем решил напоить.

— Обезболивающее, — спокойно ответил Альбедо. — Более сильное тебе нельзя после того зелья, которым я обработал рану.

— Понятно, — я кивнула и сделала глоток. На вкус было чуть горьковато, но вполне терпимо. Хотелось пошутить, что я знаю обезболивающее покрепче. Увы, Альбедо явно не разделял мое чувство юмора. Жаль. Кэйа бы понял.

Ужинали молча, но в этом молчании не было напряжения. Просто мы оба думали о своем. Поев, я поняла, что опять хочется спать. Вновь накатила дурацкая слабость. Бесит.

Альбедо налил нам обоим чай и неожиданно спросил:

— Ты не в обиде, что я не вмешался?

— Когда на меня охотник напал что ли? — в недоумении уточнила я. Честно говоря, я вообще не думала о том, что он мог вмешаться и вытащить меня из-под удара. — А ты мог?

— Да, но тогда шансы забрать автоматона целым были почти нулевые.

— Понятно, — протянула я. — Конечно не в обиде, ведь цель выполнена и я жива.

— Хорошо, — он коротко кивнул. — Как самочувствие?

— Нормально.

— Опиши подробнее. Норма у всех разная.

— Ладно, — скрыв недовольство, начала перечислять. — Рука болит, но гораздо слабее, чем раньше. Боль тупая, монотонная. Небольшая слабость и спать хочется.

— Хорошо, так и должно быть. Допивай чай и ложись.

— А ты? Тебе тоже стоит отдохнуть.

— Не беспокойся, я мало сплю.

— Как скажешь, — я вздохнула, залпом допила чай и пошла спать. Сил спорить не было.