Ошибка божества (джен)

Равена, Джахейра и Халид наблюдали за Крепостью Гноллов из-за густой поросли шиповника. Имоен с Минском ушли на разведку и с минуты на минуту должны были вернуться. Полукровка нервничала. Получится ли у разведчиков остаться незамеченными. У Имоен нет опыта в подобном, а Минск… Это Минск.

Когда они вернулись, глаза непоседы горели азартом, и она не могла перестать удивляться, что следопыт может быть совершенно неслышным даже в доспехах.

— Ладно, что там с крепостью? Рассказывай уже! — шикнула на неё недовольно Равена.

Имоен фыркнула, присела на корточки и веточкой начала чертить на земле.

— Это наша стоянка, — поставила она крестик. — Нас от крепости отделяет река, через которую перекинут мост. На другом берегу мост охраняют два полуогра. С гноллами они или нет, но пройти мимо них незамеченными у нас всех не получится. Что касается самой крепости, она срослась со скалой, по которой петляют десятки ложных тропинок. Эти тропинки ведут в основном в пещеры, населённые ксвартами. Настоящая тропа в крепость лишь одна. Короче туда невозможно пробраться обманом, придётся пробивать себе дорогу через гноллов.

Супруги-полуэльфы покачали головой. Равена внимательно всматривалась в чертёж, сделанный Имоен.

— Одна тропа говоришь? И насколько она широкая?

— Ну… может трое человек и встанут плечом к плечу, но не больше.

— Отлично!

— Я не вижу в этом ничего «отличного», — тряхнула головой Джахейра. — Это откровенное самоубийство.

— У меня есть идея, — улыбнулась полукровка. — Минск, Халид, становитесь от меня по бокам. Ну? Уместимся мы на той тропе?

— Хм. Вполне.

— Тогда против вас смогут встать только два в ряд гнолла… — задумчиво произнесла Джахейра.

Она, кажется, начала понимать идею Равены.

— Н-нам стоит поменяться м-местами. П-посередине встану я. Т-тогда вы с Минском сможете п-прятаться за мой щит, — задумчиво произнёс Халид. — Я б-буду принимать уд-дары, а вы — атаковать с фланг-гов в нужное время.

— Тогда, Равене надо встать вот с этой стороны. С другой стена будет мешать её большому мечу, — почесал лысину Минск, и Бу одобряюще пискнул.

Равена не сдержала улыбку.

— А что же делать нам с Джахейрой? — у Имоен дрогнул голос.

— Я займусь поддержкой, — недовольно выдохнула друид. — Это здесь больше поможет, чем атаки. А ты, Имоен, проредишь ряды гноллов, которые будут спускаться по склону к нам.

— Хорошо.

— Что ж. При такой тактике наши шансы выжить весьма повышаются, — обратилась ко всем Джахейра. — Но крепость наполнена гноллами — огромными гиеноподобными существами, которые силой и численностью превышают нас во много раз. Нужно привлечь на свою сторону ещё что-нибудь. Этот бой нельзя выиграть только тактикой, надо схитрить.

Немой вопрос повис в воздухе.

— Напасть стоит на рассвете, — уверенно сказала друид после короткого раздумья. — Ночной караул будет уставшим и сонным. Это раз. От реки поднимется туман, и какое-то время он будет нашим помощником. Это два. Ну и не забывайте, что среди нас есть два человека, а у них нет инфразрения. Ночью наступать нет смысла.

— Значит на рассвете, — кивнули ей четыре головы.

Они поужинали той самой рыбой, приготовленной заранее, чтобы сейчас не привлекать своих врагов дымом от костра. Ели молча, дабы не подавиться костью. После тщательного осмотра оружия и доспехов искатели приключений завернулись в тёплые шерстяные плащи и попытались уснуть. Надо было отдохнуть, ведь предстоял тяжёлый день.

Рассвет едва забрезжил, а вся команда уже была готова к бою. Равена со вздохом спрятала один из мечей в ножны. По нему пошли трещины, и неизвестно, сколько он продержится. У Имоен было с собой два колчана стрел, но хватит ли этого хотя бы на половину жителей крепости? Способности друида тоже не бесконечны. В голове полукровки пронеслось: «Самоубийство!» Воительница вздохнула ещё раз и направилась к мосту. Надо было нейтрализовать полуогров, охраняющих его. Вчера вечером они разработали план, в котором не последнюю роль играла внешность Равены.

Туман стелился по реке плотным слоем, он окутывал мост и прибрежный камыш. Это действительно было на руку путешественникам. Фигура в капюшоне, приближающаяся в тумане к охранникам, выглядела очень эффектно. Один из полуогров поёжился и оглянулся на напарника. Особым умом они оба не отличались, но всё же толика здравого смысла была подарена природой одному из них.

— Стоять! Твоя дальше не идти! Наша охранять мост, — вышел вперёд более умный полуогр. — Если твоя идти через мост, наша получать монеты. Двести монет за группу.

Равена была не из робкого десятка, но стоя рядом с двумя огромными полуограми, которые могли свернуть ей шею одной рукой, она невольно чувствовала внутри дрожь. Остальные скрывались за туманом и камышами. Если всё пойдёт не так, как они планировали, друзья ни за что не подоспеют ей на помощь.

— Но я здесь одна, — стараясь сдержать властную нотку в голосе, сказала Равена.

— Тогда двести монет с твоя здесь одна. Гы-гы! — оскалил жёлтые неровные зубы глупый полуогр.

— Я уверена, что вы не хотите навлечь на себя мой гнев, — спокойно продолжила воительница и сняла капюшон.

— Эт-то тёмный… дроу… — отступил шаг назад глупый.

— Идиот, — зарычал на него подельник. — Наша больше! Наша сильнее!

Полуогр вернулся на место, но уверенность исчезла из его глаз.

— Я обрушу на вас свою магию, если вы не пропустите меня! — Равена повысила голос, чтобы её друзья могли услышать эту фразу.

— Ма-ма-магия… магия плохо… магия поджарить батю… — снова начал пятиться глупый. — Батя быть больше и сильнее наша…

— Аррр! Если наша проломить башка этой эльфа, она не поджарить наша, — ещё раз зарычал «умный» и двинулся на полудроу.

Равена резко выбросила руку вверх (это был сигнал для Джахейры) и старалась смотреть полуогру прямо в глаза. Её сердце колотилось, как у пойманной птицы. Вдруг Джахейра не заметила знак. Вдруг она не успеет. Хотелось выдернуть меч из ножен и порубить на части это чудовище. Полуогр уже занёс свой кулачище над её головой, но тут в тумане сверкнула молния, и немного обгоревший громила упал на колени перед Равеной. Он был действительно силён — молния не смогла его убить. Руку воительницы отяжелил один из мечей. Резкий взмах внизу вверх, и полуогр повалился с хрипом на спину. На его теле от живота до подбородка багровела глубокая смертельная рана. Напарник, увидев всю эту сцену, взвизгнул словно дитя и бросился наутёк. И снова утренний сумрак прорезала молния, она опрокинула беглеца на землю. Тому показалось, что он уже далеко убежал от убийцы. Он оглянулся, не преследуют ли его. О, нет! Морду полуогра исказил ужас. Дроу, эта жуткая «тёмный эльфа» стояла прямо перед ним. Она улыбнулась. Визг застрял в горле существа. Ещё какую-то долю мгновения сознание улавливало образы: небо, земля, небо… а потом мрак. Отрубленная голова скатилась по крутому берегу и шлёпнулась в реку. Гримаса страха и не выплеснутого крика застыла навеки на морде полуогра. Равена стряхнула кровь с меча и помахала друзьям в знак того, что опасности больше нет.

— Что ж, неплохо было бы поторопиться, — выдохнула воительница. — Туман не так долго будет оставаться нашим прикрытием.

Имоен указала на арку из брёвен, которую украшали кости, шкуры, тотемы и перья. Она обозначала главную дорогу.

Караульные у бревенчатой арки зевали во всю пасть и дремали, повиснув на алебардах. Тех, кто засыпал, толкали в бок те, кто просыпался в этот момент. Прошла ночь, скоро их должны были сменить. Солнце, медленно выползающее из-за горизонта, заставляло так же медленно отступать туман, который охватывал почти половину крепости снизу вверх. Вокруг стояла аура дремоты, и караульные завидовали своим братьям, которые сейчас спали на меховых подстилках. Один из гноллов смотрел на туманную реку, прислонившись к арке, и ворчал по-собачьи. Две молнии с перерывом прорезали туман.

— Грроза будет, — прорычал он.

Караульные недовольно заворчали, кто-то злобно тявкнул. Командир повернулся к ним, чтобы рявкнуть: «Молчать!» Но за спиной услышал немного осипший женский голос: «Тук-тук! Есть кто дома?» Гноллы лишь увидели, как сверкнуло снизу вверх лезвие большого меча, и один из них повалился замертво. Караул схватился за оружие. Из тумана выступили три фигуры. Посередине стоял невысокий худой мужчина с длинным мечом и щитом. С одной стороны от него — девушка со светло-эбеновой кожей, с двуручного меча стекала кровь их собрата. С другой — лысый громила вертел двумя булавами под стать себе, а из-за пазухи у него злобно верещал какой-то грызун.

Равена атаковала первая. Трое ближайших приняли круговой удар на себя. Два из них повалились с рассечёнными грудными клетками, последнего спасла вовремя выставленная вперёд алебарда. Древко треснуло пополам, но смягчило удар. Гнолла отбросило назад. Он прикрыл рану лапой и ринулся на воительницу в надежде повалить её на землю. Полностью полагаясь на свою силу и видя перед собой только цель, он не заметил опасности с боку, и меч Халида впился ему в рёбра. Напавший следом за ним гнолл сперва получил удар щитом. Он немного отступил, но на ногах удержался и снова бросился на полуэльфа. Равена сделала низкий выпад и ранила нападающего в голень, отчего тот припал на одно колено. Поразить потерявшего равновесие врага проще простого: один точный удар, и сердце гнолла перестало биться. Равена в этот момент неслась на помощь Минску, которому достался, пожалуй, самый разумный караульный. Гнолл парировал удар полудроу и сильно ударил её остриём в грудь. Доспех сдержал удар, но Равена отлетела назад к арке. Следопыт схлестнулся с гноллом один на один. Противники хотели смять друг друга силой, но силы были равны. Кто знает, как закончился бы этот спор двух гигантов, если бы не Бу. Хомяк вынырнул из-за ворота доспеха, перебрался Минску на плечо и, пробежав по его руке до лапы гнолла, пребольно укусил того за палец. Гнолл взвыл, но Бу уже мчался в укрытие под доспехом. Зверюга забыла о бое и пыталась поймать мелкого вредителя. «Крак!» — раздалось из-под булавы Минска. Гнолл осел, как полупустой мешок муки, в его голове зияла дыра. С караулом было покончено.

Солнце показало из-за горизонта первый луч. Туман стал подниматься быстрее. От арки теперь можно было рассмотреть ступени, ведущие на вершину крепости-скалы. На них показались два гнолла-разведчика, привлечённые шумом боя.

— Налётчики! — зарычал один. — К оррружию! К оррружию!

Он побежал по ступеням вверх, но молния ударила с неба, и обуглившееся тело гнолла свалилось в какую-то яму. Второй посмотрел на посягателей и увидел, что к ним присоединилась женщина с посохом. Над её головой клубилась грозовая туча.

— Не грроза! — заскулил гнолл (видно многие из них приняли молнии Джахейры у моста за начало грозы). — Магия!

Спотыкаясь, он рванул вперёд. Тренькнула тетива, и стрела застряла в черепе гиенообразного. Команда была в сборе. Проверка на слаженность действий прошла успешно.

Сражаясь, Равена чувствовала, как трещины на лезвии увеличиваются. Их треск отдавался уже в рукоять. Надо быть начеку, чтобы вовремя достать другой.

Пятёрка поднялась по ступеням и тут же столкнулась со второй группой гноллов. Налётчики вздохнули и приняли боевую позицию.

Крепость ожила. Со всех сторон были слышны лай и рычание. Гноллы брались за оружие. Благодаря разработанному плану, Равена с друзьями медленно продвигалась вперёд, точнее вверх. Гноллы действительно не могли встать больше двух плечом к плечу, но как только падал один, на его место тут же вставал другой.

Равена была самой слабой и неопытной из троих воинов. Хотя на счету у её меча убитых гноллов было ничуть не меньше, чем у опытных мужчин, она всё же боялась оторваться от них. Когда они почти уже закончили восхождение по лестнице, случилось именно то, из-за чего она старалась оставаться в досягаемости от щита Халида. Равена вдруг почувствовала знакомую лёгкую вибрацию в рукояти меча, и лезвие ссыпалось мелкими осколками к ногам воительницы. Гнолл зыркнул быстрым взглядом, оскалился и жутко захихикал как гиена: враг остался без оружия — лёгкая добыча. Перед ним возник щит, и алебарда звякнула по его поверхности. В следующее мгновение щит исчез, и огромная гиена рухнула вниз с проломленной головой. Минск стряхнул ошмётки плоти и шерсти с булавы.

Искатели приключений поднялись на вполне просторную площадку. Солнце показалось уже наполовину. Оставшиеся в живых гноллы отступили. Похоже, дальше бежать им было некуда, последний рубеж начинался за небольшой лестницей с полуразвалившимися ступенями. Как единственный лекарь в группе, Джахейра осмотрела раны спутников. В целом они отделались весьма легко. Джахейра приложила к ранам руки, и тёплая целительная магия природы залатала повреждённые места.

Равена оглянулась на ступени, по которым они только что шли, спотыкаясь о трупы врагов. Ступени были устланы ковром из мёртвых тел: мохнатые тела гноллов, переплетаясь, создавали жуткий узор смерти. У Равены защемило в груди. Непонятное чувство: то ли удовлетворение собой; то ли страх, что это сделали они. Чтобы не думать об этом, она отошла в другую сторону площадки. Там были обустроены глубокие ямы для содержания пленников. Их стены ровные и гладкие, невозможно зацепиться за какой-нибудь камень и вылезти наверх. Сюда упал гнолл, сражённый молнией Джахейры.

Долго мешкать не стоило, и друзья двинулись дальше. Имоен прикрывала рукой колчан на бедре всё время передышки. Теперь, шагая позади всех, она скосила глаза на него. Спинной колчан опустел почти посередине боя, а во втором осталось всего две трети стрел. Если их не хватит… Имоен боялась представить, что будет тогда. В голове у девушки зазвучал голос Джахейры: «Самоубийство!»

Перед путешественниками лежала огромная площадка, вымощенная камнем. В полу виднелись ямы для пленников. Они отделяли друзей от стаи гноллов, среди которых выделялся флинд — подвид гноллов, сильнее и умнее обыкновенных. «Так значит это вожак этой стаи», — подумала Равена.

Скользнув по площадке взглядом, она заметила, что гноллы не смогут обойти ямы справа — мешала крепостная стена. Слева оставалась тонкая дорожка, где гноллам придётся прятаться друг у друга за спиной на целое плечо, чтобы хоть как-то уместиться между стеной и краями ям. Халид поправил шлем, обменялся с полукровкой хитрыми улыбками, и оба воина ринулись в бой.

Минск остался охранять Имоен и Джахейру. Там, у ям, он бы только мешал. Следопыт следил за лестницей, по которой они поднялись — вдруг придёт подмога.

Сперва сдерживать толпу разъярённых гноллов было относительно легко. Кроме того, стрелы Имоен заставляли гиенообразных останавливаться, оступаться в ямы или вовсе падать замертво. В дальние ряды пару раз ударила молния Джахейры. Но усталость всё же напомнила о себе. Удары воинов стали медленными и неточными. Сзади послышался голос Имоен.

— Джахейра, на нас напали!

Равену обдало потом. Неужели толпа, которую они с Халидом сейчас с трудом сдерживают, всего лишь отвлекающий манёвр!

Имоен, Джахейра и Минск переключились на подмогу. Гноллы-приманка усилили натиск. Где-то за спиной ещё раз сверкнула вызванная молния, тренькала тетива, рычал в приступе берсеркской ярости Минск, ему вторил Бу. Рядом тяжело дышал Халид, рявкали гноллы, оружие звякало об оружие и щиты. К этому нестройному оркестру звуков битвы присоединялся бешеный стук сердца самой Равены. Вдруг Имоен взвизгнула, а через некоторое время раздался приглушённый крик Джахейры. Минск взревел: «За глазами, Бу! Иди за глазами!» Халид и Равена не могли обернуться назад, чтобы посмотреть, что случилось с их спутниками. Они должны были сдержать эту толпу на узком перешейке, иначе их просто сомнут с двух сторон. Снова визг, стали слышны тупые удары посоха. Хвала богам! Они живы. Но если Джахейра перешла на посох, значит её силы друида иссякли. Имоен завизжала с удвоенной силой, и сердцем Равены завладела всепоглощающая ярость. То ли крик, то ли рёв вырвался из её груди, и она врезалась в толпу врагов. Она не обращала внимания на крики Халида. Она рубила, кромсала гавкающих тварей. Чем дальше Равена пробивалась вглубь толпы, тем сильнее смыкалось кольцо гноллов вокруг неё. Какой-то самонадеянный гнолл решил напасть на неё сзади. Не разворачиваясь, Равена проткнула его тело, а развернувшись, снесла ему голову. За этим неудачником стоял флинд. Он был весь в шрамах. Один глаз из-за старой раны был слепым. Флинд мгновенно кинулся на воительницу, чтобы нанести один — первый и последний — удар. Но он недооценил свою жертву. Равена сделала небольшой шаг в бок и встретила монстра мощным ударом эфеса, от чего тот оказался лежащим на спине. Острие меча тут же доделало работу. Гноллы не верили своим глазам.

— Ррразорррвём!

Рычание, лай, хохот гиен. Меч сверкал с удивительной быстротой. Восходящее солнце отражалось на лезвии, слепило гноллов, будто помогая девушке. Удар сверху! Удар снизу! Круговой удар! Отскок. Присела. Выпад! Равена не думала, что меч может в любой момент рассыпаться на части. Ей нужно было сдержать эту толпу, чтобы выиграть время для друзей, чтобы эти твари не добрались до её сестры. Для этого нужно убить всего лишь пару десятков гноллов. Просто убить… Убить. УБИТЬ!

* * *

Имоен заметила, что Равена стала тяжелее работать мечом. Она старалась стрелять в тех гноллов, которые нацелились именно на неё. Минску не досталось битвы, и он нервно ходил от стены до лестницы и обратно. Когда следопыт уже в десятый раз повернулся спиной к спуску, из-за шиворота вынырнул Бу и пронзительно заверещал. Имоен оглянулась и увидела, что Минск приготовился к бою. По ступенькам поднимался большой отряд гноллов. У девушки само собой вырвалось:

— Джахейра, на нас напали!

Друид, которая читала какое-то поддерживающее заклинание, обернулась на крик, и заклинание растаяло в воздухе. Минск уже справился с парочкой незадачливых нападающих, но их было намного больше, и следопыт прибегнул к силе берсерка.

— Аррр! — рыкнул Минск, и Бу на его плече ощетинился.

Небольшой заминки хватило Джахейре, чтобы вызвать последнюю молнию. Имоен уложила одного чётким выстрелом, на второго потратила две стрелы, кого-то ранила, в кого-то промахнулась, но она явно мешала гноллам. Один из врагов понёсся на Имоен, сбивая с ног своих собратьев. Девушка опустила руку к колчану на бедре и затряслась всем телом. Стрел больше не было! Гнолл наскочил, и она, взвизгнув, повалилась на камни под тяжестью зверя. Чудом лук попал в пасть зверюге, и теперь он пытался освободиться от препятствия, чтобы достать до своей жертвы. Вдруг на лицо девушке хлынула кровь. Джахейра оттолкнула тушу с лучницы и сунула в руку окровавленный кинжал. Друида и Имоен прижали к стене. Полуэльфийка закрыла собой подругу и искусно работала посохом, не давая врагам подойти близко. Несмотря на всё своё мастерство Джахейра пропустила удар, и алебарда полоснула по бедру. Женщина вскрикнула, сжав зубы. Минск старался принять на себя как можно больше врагов, но некоторым всё равно удалось пробиться мимо него.

— Аррр! — снова взревел он, кидаясь на помощь новым друзьям. — За глазами, Бу! Иди за глазами!

Имоен и Джахейра стояли спиной к спине. Друид припадала на левую ногу. Имоен пыталась отмахиваться кинжалом. Когда она попала по какому-то врагу, от неожиданности у неё вырвался визг. Джахейра не обращала внимания на ранение и отбивалась так же уверенно. Вдруг над головой у Имоен пронеслась алебарда, и девушка завизжала что было мочи. Казалось, что всё кончено, но тут на другой стороне площадки Равена издала истошный вопль. А потом пал флинд. Это припугнуло хозяев крепости.

— Отступаем! — гаркнул один из выживших.

Зверюги поспешили ретироваться.

Кто-то сильный схватил Равену за руку.

— Успокойся! Вс-сё закончилось! — почти не заикаясь, сказал Халид.

Руки полудроу тряслись от усталости. Вспышка ярости отобрала последние силы. Халид опекающе подтолкнул её, и она побрела назад к группе, прихрамывая. Джахейра пыталась остановить кровь, текущую из раны на бедре, полуэльф бросился к жене. Минск помогал плачущей Имоен встать. Равена хотела уже последовать примеру Халида, но в одной из ям раздался тихий кашель. На дне цилиндрообразной тюрьмы среди мёртвых тел сидела, сжавшись в комок, женщина. Её шоколадную кожу прекрасно оттеняло платье нежно-сиреневого цвета. В накидке поверх одежды угадывалась магическое одеяние. Ткань была испачкана грязью и кровью. Да и сама пленница выглядела ужасно. Повсюду на теле были видны следы борьбы. Синяки, ссадины и царапины буквально усыпали тёмную кожу женщины. От недостатка сна, еды и воды лицо осунулось, под глазами образовались тёмные круги. Копна кудрявых волос всклокочена.

— О, боги! — вскрикнула Равена. — Сейчас мы вам поможем!

— Уж не знаю кто вы и какими ветрами вас занесло сюда… — начала пленница гноллов и кое-как поднялась на ноги.

— Дайнахейр! Ты жива! — прогремел голос Минска сверху.

— А! Теперь понимаю, как вы здесь оказались, — усмехнулась женщина. — Минск, друг мой, я думала, эти существа тебя убили.

— Минск — плохой охранник. Он потерял Дайнахейр, — опустил голову следопыт.

— Но ведь ты спас меня! Ты пришёл сюда с новыми знакомыми? Спасибо!

Бу вылез на плечо хозяина и принюхался, уловив знакомый запах, радостно пискнул.

— Ах, этот хомяк… Здравствуй, Бу…

Равена подбежала сначала к подругам, чтобы убедиться, что с ними всё в порядке. Халид помогал жене обработать и забинтовать рану. Потом полукровка с Имоен нашли в куче хлама достаточно длинную верёвку. Непоседу всё ещё била дрожь, но она настояла помочь. Обвязав верёвку вокруг талии, девушка спустилась в яму. Там она обвязала уже Дайнахейр, и Равена с Минском вытянули пленницу наверх. Затем вытянули и непоседу.

Цель их была частично достигнута. Оставалось выбраться из крепости живыми. Нужно было уходить немедленно, ибо враги могли вернуться в любой момент. Путешественники двинулись вниз, но было уже поздно. Выход перегородила группа гноллов. Изнемогая от усталости, Равена присоединилась к Минску и Халиду в битве. Они были уже почти у выхода с бревенчатой аркой, когда пал последний враг. С вершины крепости-скалы раздался жутких смех гиены, ему вторил рык и лай.

— Скорее! — сердце Равены забилось ещё сильнее. — Минск, бери Дайнахейр. Халид — Джахейру. Имоен, беги за ними. Я прикрою ваши спины. Бегите быстрее!

— Но… — Имоен колебалась, хотя в голосе названой сестры промелькнули приказные нотки, которые не посмели ослушаться остальные.

— Беги, Имоен! И не оборачивайся! Я — следом за вами.

Те, кому было приказано убегать, помчались прочь к мосту через реку. На лестнице показались двое гноллов. Равена повернулась к ним лицом. Она обманула Имоен, обманывает и себя. Трещины разбегались по лезвию, будто оно было из тонкого хрусталя. Каждый новый удар делал оружие более хрупким. Сил больше не было. Равена не была уверена, что сможет последовать за друзьями. Она задержит врагов, сколько сможет, выиграет для остальных время, чтобы они успели убраться подальше от крепости. «Я не смогла спасти отца. Но сестре я умереть не дам!»

— Аррр! — зарычали гноллы.

— Аррр! — передразнила их полудроу и подняла меч.

Минск и Дайнахейр были уже на другом берегу реки, их скрыли от крепости камыши. Халид и Джахейра двигались медленнее, так как друид настояла идти сама. Она сильно хромала, но, стиснув зубы, бежала вперёд. Имоен следовала за ними, не отставая, но тут из крепости донёсся крик Равены.

— Ей нужна помощь! — не дожидаясь ответа остальных, девушка рванула на помощь сестре.

— Имоен, нет! Имоен, стой! — Джахейра двинулась за ней, но раненая нога подкосилась. — Халид, Минск, ступайте к ним. Им нужна…

— Там кто-то бежит! — указал на бревенчатую арку Минск.

Путешественники приготовились к бою. Дайнахейр немного пришла в себя и стояла поодаль, держась за ствол дерева. Три силуэта приближались к мосту, но двое из них были не гноллы.

Равена неслась по мосту, таща за собой заплаканную Имоен. Она не убрала меч в ножны. Слева на шее зияла рваная рана, кровь сочилась из неё широким тёмным ручьём. Чудовищная лапа гнолла оставила глубокий след от когтей, разорвав нежную кожу и зацепив челюсть и немного щёку. Рубашка под доспехом пропиталась кровью, ноги плохо слушались, перед глазами всё плыло, но Равена бежала вперёд. Она держала за руку Имоен, та не видела дороги из-за слёз. Их преследовал флинд со слепым глазом, окровавленным предплечьем и раной в груди. Он был разъярён.

Девушки вбежали на бугорок противоположного берега и очутились перед изумлёнными друзьями. Равена с силой провела сестру вперёд, та не удержалась на ногах и упала. Полукровка уже стояла лицом к мосту, ожидая врага. Флинд выскочил на бугор огромным прыжком, и время для всей команды будто пошло в десятки раз медленней, давая возможность путешественникам рассмотреть их погибель до мельчайших подробностей. Зверь завис в воздухе над Равеной, и воительница замахнулась, чтобы разрубить врага поперёк. Меч начал свой путь к плоти монстра, флинду оставалось жить какие-то считанные мгновения, но в этот момент Равена почувствовала ту самую вибрацию в рукояти. «Нет!» — прохрипела полудроу, но руки по инерции продолжали путь. Имоен с ужасом в глазах смотрела, как рассыпается на мелкие частицы лезвие меча. Сверкающим звездопадом ссыпалось оно на землю, оставив невредимым врага. Непоседа попыталась встать, чтобы прийти на помощь сестре, но ноги не слушались. Позади команды сверкнул розоватый свет, и флинда поразили магические снаряды. Зверь всей массой повалился на воительницу. Джахейра обернулась: Дайнахейр сползала по дереву, теряя сознание.

Халид столкнул с Равены тушу, гиенообразный ещё пытался подняться, но полуэльф одним махом срубил ему голову. Имоен подползла к названой сестре. Равена была без сознания. Джахейра пощупала пульс подруги.

— Она жива, Имоен. Пока что, — попыталась успокоить девушку полуэльфийка. — Удивительно, но мы все живы. И если мы хотим остаться таковыми, нужно срочно убираться отсюда.

Минск взял на руки Равену. Халид помог подняться жене. Дайнахейр удалось привести в чувство, и она не отказалась от помощи Имоен. Идти было трудно. За себя говорили усталость и раны. Друзья должны были дойти до лагеря и принять дальнейшие решения.