Виктория Ивановна Суворова. Новые технологии и тяжелый рок! (джен)

Глава 9.

Пятница, Второе октября. 1971-й год.

Ну-ка солнце ярче брызни, золотыми лучами обжигай!

Эй товарищ больше жизни, поспевай, не задерживай, шагай! Чтобы тело и душа были молоды, были молоды, были молоды,

Ты не бойся ни жары и ни холода, закаляйся, как сталь!

Это я фигарю, шлёпая по мокрому асфальту кроссо́вками, время от времени перепрыгивая лужи. Настроение просто обалденное, в отличии от моих домашних, всех кроме Гульки, Настёны, маленькой Машеньки и Герды. Эти вчера кроме сока ни чего не пили. Зато, все остальные нахрюкались как поросятки. Так и остались у нас ночевать. Весь зал застелили матрацами, вступить некуда. Гостей целый дом. С москвы Алёна прилетела, мои девчонки с ребятами. Зойка с Ильдаром, Надюха с Женькой, Лёшка один без девчонки. Зинаида Сурганова с Машенькой, дочь Гончарова Лариса Кох. Потом Юлька, Татьяна и Машкин новый ухажер Женька Крутиков.

Спро́сите чо за фигня, что за пьянка? Всё просто, вчера у Машуни был день рождения, восемнадцать лет исполнилось. Сама именинница нафигарилась так, что весь вечер с унитазом ругалась, выговаривая ему, какой тот не хороший мальчик. Опять спро́сите почему гости не разошлись по домам? Да потому что вчера был такой ливень, да ещё с громом и молнией, что ни кто кроме Гончарова не рискнул на улицу выйти. Не представляю, как они сегодня очухиваться будут. В квартире перегар стои́т такой, что можно не опохмеляться, просто глубоко вздохнуть. Нет, когда я встал, то на кухне сразу же окно распахнул, да и в спальне запаха не было, там мы с сестрёнкой и малышами спали. Но не смотря на всё, настроение у меня просто супер.

Вчера, пока Гончаров был трезвый, у меня с ним случился разговор.

— Виктория, вот скажи мне, зачем тебе переезжать на новую квартиру? Давай сделаем иначе. Ту что ты купила, мы переведём в фонд МВД, а эту и соседскую, где бабушка умерла, оставишь себе. Хочешь, проход проруби́ и соедини квартиры вместе, а хочешь, оставь так, вот тебе и кабинет со всеми удобствами. А главное, что соседи хорошие. В том доме, одни торгаши и барыги живут, а здесь приличные люди, которые тебя любят и хорошо относятся.

— Дядь Толь! — удивился я, — Так двадцатая квартира чего, тоже к вашему ведомству относится?

— Ну да! Именно к нашему. Я документы поднял и оказалось, что её давали судье, супругу усопшей соседки. Тогда наши ведомства ещё были не разъединены, все к одному наркомату относились.

— Я согласна дядь Толь, мне так ещё лучше. Квартира как раз однокомнатная, отличный кабинет получится.

— Ну и хорошо девочка наша, на следующей неделе, я дам команду и всё переиграем, эти две снимут с баланса, а ту поставят.

Этот разговор случился с Гончаровым, а второй был с Зинаидой, по поводу её брата Александра, что из Владика. Я уже точно знал, что это они со своей женой подстроили бяку Васе Кудряшову, за которую парень три года строгача отсидел. В понедельник мы с ним виделись и Василий сказал мне фамилию и имя, как своей бывшей невесты, так и её муженька. Зовут его Александр Доронин, а её, Наталья Доронина, в девичестве Баранова. Всё сходится, потому что, у Зинаиды де́вичья тоже была Доронина и родом она с Воронежа, там и родители похоронены. Я просто охренел, от того как тесен мир. А вчера, когда я ездил за ней с Машенькой, то взял у неё семейное фото её брательника, где он сидит с супругой и двумя близнецами. Сегодня, или завтра покажу Василию, пусть чуточку охренеет, не мне же одному охреневать и удивляться. Думаю я, что после того как он увидит фотку, то сразу же завяжет с криминалом.

Что ещё произошло? Да в принципе ни чего особенного. Приезжали представители Московского НИИ, но там, у нашего руководства был разговор не столько про мой асфальтоукладчик, сколько, про строительство нового завода, а если точней, то расширения мощностей нашего. Как я и предлагал, решили расселить посёлок Спартаковку, а на его месте строить новые цеха. Главный из делегации Москвичей, переманивал меня в столицу, в свой институт, но я естественно отказался, как обычно, сославшись на могилы родных и то, что Сталинград мой город. А так, дядька он вроде ни чё, умный и интересный. Много всяких вопросов задавал. Хотел наверное раскусить, правду говорят что я гений, или это всё туфта. Но дядечка обломался, а Дормидонтов с Семёновым, только стояли и усмехались. В общем, весело им было, особенно, когда я Москвичу свою Победу, сперва показал, а потом ещё и прокатил, покрутив пятаки на площади между цеха́ми, где мы когда то концерт играли. Но самый довольный от их приезда, остался конечно же Куличенко. Как же, такие инвестиции в город прийдут. Тут тебе и строительство нового жилья, дорог, инфраструктуры. Подошел он тогда ко мне, обнял по отцовски и сказал спасибо.

— Готовься Викуля, в январе в столицу поедешь, будешь орден получать. Приняли там наше ходотайство, как от города, от Сталинградстройтреста, СТЗ, так и от АвтоВАЗа. С ума сойти. в шестнадцать лет трудовика получить, где это видано?

— Леонид Сергеевич, если чего, то мне вроде как девятнадцать.

— Да Викуля, прости, конечно же девятнадцать.

Так что, в январе рвану в Москву. Вот не знаю, на самолёте лететь, или на машине ехать. Если на машине, то обязательно на Победе. Та хоть с полным приводом, как танк, везде пройдёт. За одно и с Мишаней увижусь, пообщаюсь с другом, узна́ю как дела, спрошу про планы на будущее, как дальше жить собирается. Спрашивал сестрёнку Алёнушку, но та, только отмахивается и молчит как рыба об лёд.

— Здрасти дядь Захар! — залетев в котельную, поздоровался я с кочегаром. — Это чего тут у вас такое? — кивнул я на троих мужиков, меняющих электродвигатель.

— Здравствуй Виктория! Не обращай внимания, это сегодня ночью насос сгорел, вот, приехала аварийная бригада, меняют.

— Дядь Захар, так чего, вы хотите сказать что у нас воды нет?

— Как же нет то Виктория, всё есть. Я же на резервную линию переключился, нельзя дома без водоснабжения оставлять.

— Спасибо дядь Захар, раз у вас тут шалман, то я тогда не буду заниматься, а сразу домой побегу́. У меня самой там шалман ещё по хлеще вашего.

Дома, сразу же решил пойти в душ, где встретил свою раннюю пташку Настёну, чистящую зубки.

— Привет солнышко, пойдёшь со мной мыться?

— Конечно пойду Викулетька! Я так люблю с тобой мыться, давай быстлее пока ни кто не плишел. — Тут же стянула с себя трусики малышка и как обычно, встала по стойке смирно.

— Ну чего за́мерла то, залезай в кабинку и включай воду, сейчас я разденусь и помою тебя.

Первой встала Алёна. Заглянула на кухню, увидала наши с Настёной довольные моськи и убежала в душевую. Следом за ней выползла вся взъерошенная Машка, оглядела нас мутным взглядом, дёрнулась в запертую дверь туалета и побежала к соседям. Ах да, дядьку Костю вчера, тёть Тамара тоже еле домой увела. Но ему проще, у него дома слеза есть. Сейчас стопочку опрокинет и опять будет как новенький. После Машки, все начали просыпаться один за другим. Только у нас в спальне была тишина. Гулька с детьми, всё так же смирно спали. А так, как все кроме меня отпросились, кто с учёбы, кто с работы, то я оставив гостей приходить в норму, сам поехал на завод.

Пока собирался и одевался, машинка под окном прогрелась и я попёр, разбрызгивая лужи из под колёс.

Интересно, чего отец то молчит. Хоть бы позвонил, сказал результат, будут они переезжать в Сталинград, или нет? Дом уже освободили. Старая хозяйка в Москву уехала, а мы с Гончаровым приезжали туда и осматривались. Да уж, домик и впрямь не хилый. Но он не двух этажный, просто, с жилой и тёплой мансардой, но всё равно, ме́ста хоть отбавляй. Думаю, что родне там раздолье будет.

На работе меня ожидал сюрприз. Наконец то приехал человек с Качканара, которого Семёнов отправлял учиться, как правильно изготавливать динамики. Зовут его Слава Горшков. Белобрысый, длинноволосый, улыбчивый парень. Не плохо разбирается в электронике. Как то, даже пятнадцать суток отсидел, за радио-хулиганство. Я сразу взял его в оборот и потащил в свой цех, где всё было готово для работы.

— Вот смотри Славик, это твоё хозяйство. В этом помещении токарка, здесь ты будешь точить и доводить до нужной кондиции каркасы и керны будущих динамиков. Вот здесь, — затащил я его в другое помещение, — Будут изготавливаться диффузоры с подвесами и центрирующие шайбы. А вот здесь, в третьем цеху! Будет производиться сборка, центровка и испытания. Если у тебя есть сообразительные и рукастые ребята, то тащи их в заводоуправление, примем на работу. Но смотри Славик, за каждого будешь отвечать сам лично.

— Конечно Виктория Ивановна, есть хорошие ребята. Думаю, что вчетвером мы здесь справимся. А вы чего, корпуса́ хотите литые делать?

— Конечно литые Слав, пошли на склад, я тебе кое чего покажу. Там и каркасы, и магниты, и ткань с проволокой, всё есть, только работайте. Первым делом, нужно наклепать стоваттных, восемнадцати дюймовых головок, с сопротивлением два ома. Чертежи и рассчёты я тебе дам, у меня всё готово. Если твои друзья сейчас без дела сидят, то в понедельник приводи, вместе в отдел кадров сходим.

— Пока только один свободен, и то он инвалид, без ноги, а остальные работают. Один на телефонной станции, а второй, на судоремонтном КИПовцем.

— А чего Славик с твоим другом что без ноги?, что случилось то?

— Да так, — отмахнулся парень, — Это ещё по молодости, до армии было. Мы у меня дома сидели, музыку в эфире крутили, тут нас и пеленганули. Я стал быстренько аппаратуру разбирать, а Митяй дурачок, взял и в окно выпрыгнул, у нас же дом частный, одноэтажный. Не знаю как у него так упасть получилось? Но ногу ему несколько раз резали, какие то болты туда закручивали. Долго он с ней му́чился. Я то в армию ушел, а когда дембельнулся, то у него уже половина отрезали, прямо по колено. Митька говорит, что при очередной операции, инфекцию занесли, вот и развилась гангрена. Сейчас ходит на протезе и с палочкой. Но вы не думайте Виктория Ивановна, он отличный парень, и руки из нужного места растут.

— Да я Слав и не думаю, говорю же, тебе отвечать, ты у них начальником будешь. Что с остальными, когда поговоришь?

— На этих выходных поговорю обязательно. А если скажу им, что под вашим началом работать будут, сто процентов гарантии вам даю, любую работу бросят, сразу уволятся.

— Навряд ли Слав, сразу по любому не уволятся, всё равно отрабатывать заставят. Но не суть, пока их нет, вы со своим Митяем, тут всё настроите и подготовите. Ты сам то где до командировки трудился?

— Ни где. Верней, до армии здесь, в цеху КИП учеником работал. А весной как дембельнулся, пришел обратно на завод, тут меня и послали в Качканар, вот, всё лето там учился производству.

— Отлично Славик, это просто замечательно. Сколько тебе сейчас, двадцать?

— Да Виктория Ивановна, через месяц двадцать один исполнится, я пятого ноября родился.

— Слав, а у тебя девушка есть?

— А это чего, обязательно при приёме на работу? — улыбнулся парень.

— Нет Слав, не обязательно, это я так спросила. А то у меня тут девчонок много, как бы ревности и ни кому не нужных разборок не случилось.

— Нет Виктория Ивановна, нет девушки. До армии была, да не дождалась, за́муж за военного выскочила, а потом не успел завести, в командировку уехал, так что, я одинокий пока.

— Ну и отлично Слав, успеешь ещё свою половинку найти. Тебе в город надо? А то поехали, отвезу до дома. Ты где живёшь то?

— Здесь, не далеко, в Спартаковке с бабулей и младшим братом.

— А родители где? Чего то случилось?

— Да так. — опять отмахнулся парень. — Мамка с батей давно развелись, я ещё в девятом классе учился. Она уехала с любовником в Астрахань, а батя на севера́, за длинным рублём подался, Мончегорск, знаете такой город? Это за полярным кругом, он там на горно-обогатительном комбинате работает.

— Слыхала Слав, это на Кольском полуострове. Ну чего, отвезти тебя домой?

— Если вам не сложно, то я не против. — засмущался парень.

Я довёз своего будущего работника до дома, где нас, прямо возле калитки встретил знакомый паренёк, Вовка Горшков. Учился на класс младше меня, кличка Горшок.

— Привет Вик! — тут же подскочил он к машине. — Крутая тачка у тебя. Батя сказал, что как приедет в отпуск, тоже такую купит.

— Здоро́во Вовчик, это значит ты Славика брат?

— Ага! — заулыбался пацан, — А у вас чего, со Славкой тили-тили-теста что ли?

— Я тебе сейчас дам тили-теста. — Отвесил ему подзатыльник старший, — Виктория Ивановна моя начальница, понял щенок. Ещё раз её Викой назовёшь, уши надеру.

— Вовочка, а ты чего не в школе? Время одиннадцать, а ты по улице гоняешь?

— Фигня, я с физры сбежал, а следующий труды, туда вообще можно не ходить, а то опять заставят фигнёй заниматься, то молотки, то ключи гаечные напильником точить, я лучше погуляю.

— Ни какой гулянки братан. — Взял его за плечо старший брательник, — Раз сбежал со школы, значит сейчас пойдём с тобой дрова колоть, беги, переодевайся.

— Ладно ребята, поехала я. Славик, в понедельник жду тебя на работе.

Я развернулся и поехал в город.

Долетев до рынка, нашел там Васю Кудряшова, скучающего в волге князя.

— Привет Василий, — плюхнулся я к нему на пассажирское место.

— Здравствуйте Виктория Ивановна, вы как тут?

— К тебе приехала Вась, вот, посмотри на это фото, я думаю, что ты будешь приятно удивлён.

Я передал парню семейный снимок и стал наблюдать за его реакцией. Сперва он пристально рассмотрел девушку, а потом перевёл взгляд на близнецов и заработал кадыком.

— В Вика, Виктория Ивановна, это чего ж получается, Наташка от меня что ли родила? Смотри, мальчишки на её мужа совсем не похожи, они точно такие же, как я был маленьким. У родителей фотография есть, где они вместе, а я у отца на коленях сижу...

— Да Василий! — перебил я парня, — Я тоже сразу заметила, что у тебя с мальчишками одни и те же черты лица. Поэтому и привезла фотографию.

— Виктория, а где вы её взяли? — потряс Василий снимком.

— Вась, я же тебе говорила, что кажется знаю этого Сашу. И его самого, и его родную сестру. Она здесь, в Сталинграде живёт. Работает заведущей центрального гастронома.

— Виктория, это случайно не та, что на красных жигулях рассекает?

— Та Василий, та! Зинаида Сурганова, хорошая и справедливая женщина, со стальным характером. Ты извини, но я рассказала ей твою историю и скажу тебе честно, она не в восторге от поступка своего братика и его Натальи. Если хочешь, то она готова с тобой встретиться и поговорить. А этому Александру грозит срок, от года, до трёх лет. Наталью вряд ли посадят, так как двое детей на руках. Если чего, то это мне Гончаров сказал, он законы по лучше любого судьи́ знает.

— Виктория, вы зачем генерала в это посвятили? Не надо было ему ни чего говорить.

— Успокойся Вась, Анатолий Петрович вот такой мужик! — поднял я большой палец. — Если чего, то он даже помочь сможет, если конечно понадобится помощь. Ну чего Василий, полетишь во Владивосток?

— Вы думаете стоит?

— Конечно стоит Вась, там у тебя двое детей и любимая девушка. Даже не раздумывай, бросай всё и лети.

— Нет Виктория, наверное это зряшная затея. Кто я такой, бывший ЗЭК. Если даже Наталья согласится со мной приехать? Куда я её привезу? У меня даже жилья нет. Сам живу у князя, хоть и прописан в общежитии. Нееет, лишнее это всё.

— Стоп Вась, не посыпай голову пеплом. Давай с тобой так договоримся. Если ты выйдешь из криминала и съездишь за своими детьми, то жильём я тебя на первое время обеспечу и с трудоустройством помогу. Знаешь, есть у меня музыкальные коллективы, а им нужен охранник-водитель. Работка не бей лежачего и зарплата будет не плохая. Давай Василий, шевели шариками в голове, я тебе дело предлагаю. А хочешь, я сама с твоим князем поговорю? Отпустит он тебя как миленький.

— Не надо с Князем говорить, — замотал парень головой. — Он сам мне неоднократно предлагал выйти из криминала, жениться и жить нормальной жизнью.

— Так в чём проблема то Вась? Хочешь, я тебе даже денег на поездку дам! Подумай Василий, там дети твои, а то что они твои, я ни сколечко не сомневаюсь. Так что давай, решайся, ты же мужик, вон богатырь какой. Сгоняй, разрули там всё, а мы с Зинаидой тебя здесь встретим и устроиться поможем.

— Хорошо, спасибо вам большое Виктория Ивановна. Если у меня всё получится, клянусь, всю жизнь вам обязан буду!

— Не надо клясться Вась, просто останемся друзьями и этого вполне достаточно. Всё, дерзай, а я поехала, у меня ещё дел полно.

Я вылез из волжаны и прыгнув в свою машину, помчался в Волжский. Надо там кое чего узнать и выполнить просьбу, погибшего со мной на Донбасе Серёги.

Интерлюдия.

Город Владивосток. Торговый порт. Борт Сухогруза Иван Ползунов. Каюта кока.

— Василич! — обратился к местному повару Доронин Александр, друг его сына, с которым они вместе занимаются спортом. — Я готов перебраться в Японию, поможешь?

— Саша, чего случилось, я тебе уже пять раз предлагал, а ты всё ни в какую, а тут, сам просить пришел.

— Да так Сергей Васильевич, припёрло меня. Знаю, что вы после завтра отбываете, поэтому, я хоть сейчас готов на судне остаться.

— Х-эммм, видно Саша что тебя и впрямь припёрло, а как же семья, жена, дети?

— Не спрашивай Василич, самому бы шкуру спасти. Вот, я для тебя и деньги приготовил, всё как положено, тысяча рублей.

— Сань, в чём дело то? Ты же в пароходстве на хорошем счету, коммунист, спортсмен с перспективами. Чего ты вдруг так резко сорваться то решил?

— Сергей Васильевич, не спрашивай, это ошибки прошлого меня настигают, так чего, перевезёшь или нет?

— Конечно перевезу. Побудь здесь, а я пойду проверю, что бы тебя вахтенный не увидел. Пока к себе в каюту закро́ю, сиди там тихо, как мышь. А по ночи, переведу в трюм, там есть отличное место, специально для таких как ты приготовленное.

Конец интерлюдии.

Я добрался до проходной воинской части, вылез из машины и побежал в будку.

— Здравствуйте товарищ лейтенант. — Поздоровался я с офицером, наблюдающим за тем, как молоденький курсантик подметает площадку перед воро́тами.

— Здравствуйте Виктория Ивановна. — тут же повернулся ко мне литёха, большими пальцами расправляя китель под ремнём и принимая стойку бравого солдатика. Вы ни как к Даше Лавровой приехали?

— Нет товарищ лейтенант, сегодня не к Даше. Меня интересует сержантик один, Валерий Круглов. Вы сможете его вызвать?

— Курсант! — тут же повернулся офицер к дворнику, — а ну мухой лети в клуб, зайдёшь там к художнику, скажешь что Круглова на КПП ожидают и пусть бего́м бежит, а не как обычно после обеда.

Вояка поставил метлу в уголок и убежал, сверкая гвоздиками на подошвах сапог, а Летёха повернулся ко мне.

— Сейчас позовут. — улыбнулся он. — Они там сидят дембельские альбомы рисуют. Приказ вышел, так на службу вообще забили. Вообще то, здесь вместо меня как раз он и должен был стоять.

— А вы чего товарищ лейтенант, ему приказать не могли что ли?

— Да какой я лейтенант. — отмахнулся служивый, — погоны только. Мы двугодичники для дембелей не авторитет. Я, с вот этим курсантиком, одного призыва, ещё и пол года не отслужил. Вот, скоро новый призыв придёт, тогда и по командую. А эти уже шестой день как гражданские. Приказ об увольнении двадцать седьмого числа вышел.

— А по домам их когда отпустят?

— Не знаю, если Валера в первую партию попадёт, то в понедельник. Это только в штабе знают.

Не прошло и десяти минут, как прибежали курсант с дембелем, который, увидев меня, ох! Как сильно удивился.

— Здорова Валера! — улыбнулся я своему старому другу, ещё по той, прошлой жизни. Пошли в машину, посидим, поговорим.

Я двинулся вперёд, а Валерик, как ослик за морковкой пошел за мной.

— Присаживайся, — пригласил я парня в салон машины. — Валер, ты чего так удивился то? Ни как не ожидал что я к тебе приеду?

— Н нну д дда! Эн ни ожидал. А зачем вы ко мне приехали?

— Валер, ты чем после службы заняться решил?

— Нууу, вообще то я решил дальше служить. Ротный ходатайство написал на имя командира полка, а тот, мне направление должен дать, в Рязанское училище ВДВ, хочу как дед, стать офицером.

— Офицером значит?!!! — задумался я вслух. — Это плохо Валер, очень плохо. А я тебя хотела своим помощником взять, но раз так, что ж, вольному воля. Извини Валер что оторвала тебя от рисования.

— Виктория Ивановна, разрешите вопрос?

— Валяй Валера, задавай.

— А чего за помощник, чем заниматься?

— Да всем Валер. У меня есть два музыкальных коллектива, которым нужен обслуживающий персонал. Ты же в электрике сечёшь? Не скромничай, знаю что сечёшь, поэтому и прослужил два года при клубе. Вот, нужно будет мотаться по концертам, разбираться с аппаратурой и снимать на кинокамеру. Как, заинтересовало?

— Здооорово, я о таком и мечтать не мог. Виктория Ивановна, я прямо сейчас же побегу́ в штаб и заберу ходатайство. Я согласен работать у вас в коллективах.

— Валер, а ты в какую партию с части выпускаешься?

— В первую конечно, в понедельник. Меня мама с сестрой встречать придут. Я говорил что не надо, сам доберусь, но, маму разве переубедишь?

— Отлично Валер, я тоже подъеду. Помнишь музыкантов из дома пионеров? Так вот, Степан и Александра у меня играют, если хочешь, то с их группой и будешь по гастролям ездить.

— Классс! — подпрыгнул парень на сиденье, чуть не пробив башкой потолок. — Спасибо вам Виктория Ивановна, тогда я побежал в штаб?

— Беги давай солдафон! В понедельник увидимся. — назвал я парня так, как называл в прошлой жизни, хоть он и был полковником.

Старый друг выскочил из машины и рванул к КПП так, что аж пилотка с головы слетела. А я, довольный тем что у меня всё получилось, поехал домой. Сейчас пообедаю и опять на завод. Сегодня со своей Альфой запрусь в студии и будем писать песни для пластинки. Всё, О́льгина договорилась с фабрикой в Апрелевке. Вот не знаю, самому туда ехать, или Феликса послать. Хотя, ему сейчас некогда. Он у меня в Уральск отправился, на счёт выступления договариваться. Опять взял братову волгу.

— Чего ей простаивать, — сказал он мне. — Всё равно Марк в Москве, при Валерии, а там у них есть другая машина.

А дома было продолжение банкета. Трое, Машка, Алёна и дочь Гончарова Лариса, бухие, сидели и пели песни на кухне. Гулька с малышнёй занималась в зале. Все детки, улеглись на расстеленных матрацах лицом к ней и слушали, как сестрёнка читает какие то сказки.

Привет Викулечка! — вскочила Алёна, когда я зашел в кухню. — Ты кушать приехала? Ой какая ты молодец. — Машенька, Ларочка, — повернулась она к собутыльницам, — а ну подъём, давайте нашу хозяйку накормим.

— Алкашки вскочили и мешая друг другу, стали накрывать на стол.

Интерлюдия 2.

Город Москва, улица автомоторная. Научно исследовательский институт автомобильной промышленности. Кабинет директора.

— Андрей Михайлович, ты один? — Заглянул в дверь начальник научной автомобильной лаборатории.

— Да Лев, проходи. Не желаешь по пять капелек коньячку принять?

— С удовольствием не откажусь, — потирая ладони зашел к шефу старый товарищ.

— Ну тогда присаживайся, сейчас я быстренько накрою полянку.

Хозяин кабинета постелил на полированный стол полотенце, открыл холодильник и достал от туда, тарелку с нарезанным ломтиками салом, головку чеснока, репчатый лук, банку огурчиков корнюшонов, хлеб и бутылку пятизвёздочного коньяка белый аист.

— Присаживайся Лёва, давай вздрогнем, Что бы у нас всё было и нам за это ни чего не было.

Мужчины выпили по стопочке и Лев спросил у друга.

— Андрей, ну ка расскажи как в Сталинград съездили, видал ли эту девочку, Викторию?

— Отлично съездили Лев и девочку видал, и не просто видал, а ещё и общался. Эх Лёва, как же этим Сталинградцам повезло с ней. Не зря её гением называют. Девочка в технике просто богиня, инженер высочайшего класса. Ты бы видал Лёва, что она со старенькой победой сделала. Я сперва и не узнал что это за машина, пока мне не сказали что это М-72-я. Это монстр в овечьей шкуре Лёва. Она туда поставила свой двухлитровый мотор, что для Поляковского внедорожника разработала, но сняла с него, аж больше четырёхсот лошадок.

— Да ну Андрей, ни за что не поверю, как можно с двух литров такую мощность выжать, бред какой то. Я половина жизни разработкой ДВС занимаюсь и знаю точно, что такое невозможно.

— Я тоже так думал Лёва, пока она меня не прокатила, а потом капот не открыла и не показала своё изобретение. Там Лев, у неё турбина от МАЗ пятьсот стои́т и карбюратора нет. Она сказала, что выкинула его за ненадобностью. Там она какой то впрыск топлива придумала, с электронным блоком управления. Весь мотор датчиками утыкала. Работает он у неё на столько ровно, что на клапанную крышку можно стакан с водой поставить, не капельки не прольёшь. И ты знаешь, как она добилась такой мягкой работы двигателя? Скажу, не поверишь, хоть ты и гуру в моторах.

— Давай Андрей, не тяни кота за причиндалы, рассказывай.

— Наливай Лёва, выпьем и расскажу, а то вдруг тебе от услышанного плохо станет, что, какая то мелкая соплюшка до такого додумалась, а вы, зубры по моторам, нет.

Друг вскочил и быстренько наполнил посуду. Мужчины чокнулись и опрокинув стопарики так, как будто не коньяк пьют, а водяру глу́шат, закусили хрустящими огурчиками и салом с хлебом.

— Слушай Лев. Я тоже задался вопросом, как ей удалось добиться, такой ровной и мягкой работы двигателя. Всё просто, улыбнулась она посмотрев на меня так, как будто я не инженер, а какой то студиоуз не смышлённый. Я говорит, просто с весом поигралась. Поршней что ли? Удивился я, потому что это давно всё испытанно и ни какого результата не принесло. Зачем же с поршнями, я говорит, поигралась с противовесами коленвала. Всё просто, стала она мне объяснять как младенцу. Представьте четырёх-цилиндро́вый мотор! Как правило, первый и четвёртый цилиндры у нас более холодные, а средние, второй и третий, горячие, а стало быть и КПД у них разный, вот я и выровняла на сколько смогла. Понял Лёва, вот где мозги работают. Звал я её к нам переехать, но девочка сразу в отказ пошла, даже слушать о перспективах не стала.

— С весом говоришь?! — задумался инженер по ДВС, — А на каких цилиндрах она вес снимала, ты у неё случаем не поинтересовался?

— Конечно не поинтересовался, просто побоялся показаться полным дурачком. Там же мы не одни были, рядом ещё Семёнов, директор СТЗ и его главный инженер стояли, вот бы позорище то было.

— Да уж. — согласился Лев. — Я с Поляковым созванивался, так он мне рассказывал про этот мотор. Говорит, что самый первый экземпляр этой девчонке на жигули поставили. Крутили на стенде, сто шестьдесят две лошадки сняли, а ты говоришь четыреста, даже больше. Как ей такое удалось?

— Не знаю Лёва. Хочешь, я тебе командировку в Сталинград организую, съездишь, пообщаешься с девушкой, она тебя на победе прокатит. Хотя нет, будет предлагать, отказывайся сразу, у тебя сердечко больное, сто процентов не выдержит. Там Лёва такие перегрузки, как будто тебя в космос запускают, хоть скафандр одевай. Но сразу скажу, машину она водит, как супер профессионал. Такое там выделывала, так на месте крутилась, жаль что я этого не видал.

— Это почему не видал, ты же говоришь что с ней в машине сидел?

— Сидел Лёва, да только с закрытыми глазами сидел, страшно было чёрт возьми, хоть и сиденья у неё удобные, очень удобные Лев. Прямо как влитой сидишь, ни вправо, ни влево. Я потом поинтересовался у Семёнова, когда она уехала, кто всё это ей придумал, что за дизайнер. Ведь там и торпедо и щиток приборов с жидкокристаллическими экранчиками и салон шикарно отделан. Сама сказал он, всё сама придумала. Вместе с работягами тут гайки крутила, сваркой работала, красила с девочками, всё это её рук дело. Жигули её видал, там она тоже потрудилась. На крышке багажника какой то типа плавничка приделала, а спереди под бампером, фартук. Я так понял, что бы ограничить поток воздуха под машину, что бы создать разряжение, типа вакуума. Ну чего Лев, выписать тебе командировку, съездишь, пообщаешься. К тому же, у них на заводе твой воспитанник работает, Паша Гребнев, не забыл надеюсь?

— Конечно! С чего бы я его забыл, отличный инженер. Как он там, нормально обустроился, обратно не собирается?

— Нет конечно, зачем ему возвращаться в хрущёвку, если ему там трёхкомнатную квартиру дали. Ему его Юлечка, по мимо дочурки ещё и мальчишку родила. Поютились год в общежитии, зато сейчас как баре живут.

— Да уж Андрей, ценит Семёнов специалистов. Ну что, ещё по одной, или хватит?

— А чего хватит то Лёва, давай уже закончим бутылку, чего слёзы то оставлять.

Конец интерлюдии.

Я пообедал и поехал на работу. Только вышел из подъезда, как ко мне подъехала белая волга универсал. За рулём сидел улыбающийся Вася, а на пассажирском месте князь.

Парень тут же выскочил из за руля и с улыбкой до ушей, подбежал ко мне.

— Всё Виктория Ивановна, спасибо тебе огромное. Я завтра вылетаю во Владивосток. Евгений Дмитриевич, — кивнул он на князя, — тоже на поездке настаивает. Денег на дорогу выделил и машину вот эту подарил, потом, если приеду с семьёй, то сразу переоформит.

— Отлично Вась, я рада за тебя, очень рада. Ты Зинаиде звонил?

— Да, конечно звонил. Евгений Дмитриевич её не плохо знает, вот, сейчас к ней и едем. Она сказала, что как раз дома одна, дочка где то в гостях, посидим, поговорим.

— Ага Василий, Машенька её как раз у меня, сказки слушает, так что, счастливо тебе. Как приедешь, сразу свяжись со мной, на счёт жилья решим. Хотя нет, как будешь вылетать от туда, сообщи, я вас встречу и отвезу куда надо.

— Виктория, а на счёт работы водителем это правда?

— Конечно Василий, я разве на брехушку похожа, будешь на мазе баранку крутить. Машина хорошая, новая. Кабина со спальником, жить можно. Могла бы тебе конечно газельку предложить, но, боюсь что ты там за рулём не поместишься, уж больно огромный ты вымахал, как есть слон.

— Спасибо Виктория Ивановна, я обязательно вам позвоню.

Василий запрыгнул в волгу и они с князем укатили, а я поехал на завод. Сегодня придёт только одна группа, что бы не мешаться. Для записи нужна идеальная тишина. Нам хотя бы пару-тройку песенок записать, было бы не плохо.

Подогнав машину к своему складу, открыл багажник и достал от туда сумку с бутылкой водки и закуской. Решил солистам по стопарику налить, для размягчения связок, что бы всё прошло на ура.

Музыканты были в сборе, сидели на креслах в комнате отдыха.

— Всем привет! — помахал я ладошкой, здороваясь сразу со всеми. — Ну чего, готовы к записи?, если да, то Саши, солисты! Вот я вам по пятьдесят грамм принесла, выпейте, а я пошла аппаратуру отстраивать. У кого обувь скрипучая, сразу разувайтесь, что бы ни каких посторонних звуков. — Оксан! — обратился я к нашей красавице с косой, — Пожалуйста, при записи ни каких выпендрёжей, с кручением и подкидыванием палочек. Как будете играть концерты, делай чего хочешь, а сейчас максимальная концентрация. Степан, тебя это тоже касается, ни каких кривляний с гитарой. Ребят, девчат, сосредоточтесь пожалуйста. Не охота одну и ту же песню по нескольку раз записывать.

— Всё будет нормально Вик. — успокоил меня Стёпа, — Не маленькие, всё понимаем.

— Ну и хорошо раз так. Всё друзья, готовьтесь, а я в студию, за пульт.

Пока я всё настраивал, каждый инструмент на свой канал, ребята стали заходить в студию, сразу в комнату с инструментами.

— Так, приготовьтесь. — объявил я им по громкой связи, — Оденьте наушники. Александра, ты как, петь готова?

— Да Викуль, я готова!

— Тогда давайте «Вот и лето прошло». Оксана, делай отсчёт на три, я потом его сотру.

И музыканты начали играть. На середине первого припева, когда отстроил все уровни, я их остановил и попросил начать заново.

Пошла песня. Вроде всё как надо, куплет прошел отлично, припев тоже с забоем и хорошим плотным звуком.

— Стоп! — крикнул я, остановив запись. — Стёпа, сними гитару и посмотри чего там у Оксаны стульчак скрипит. Она на переходе как подпрыгнула, весь скрип в записи.

Стёпа покрутил стульчик.

— Вик, тут резьба скрипит, может смазать чем то?

— Нет Стёпа, вот, возьми газету и намотай её на шток, а сидушку накрути прямо на бумагу.

Парень так и сделал, Оксана попрыгала попкой на сиденьке и ни какого скрипа.

— Всё, приготовьтесь, давайте заново.

И песня прошла с первого, верней со второго раза на ура. Я выключил запись и прослушал. Есть небольшие огрехи, но это фигня, возьму катушки домой и на компьютере все дорожки сведу, всё по пикам отстрою.

Вышло примерно так.

https://rutube.ru/video/712e8ab4bee7b0283197f308aec426b6/

— Так Саша, ну чего, а ты готов спеть?

— Конечно Виктория, какую песню?

— Давайте ребята кнопку, вы её отлично отрепетировали.

И эта песня от группы технология, только в ро́ковой версии, прошла на ура, прямо с первого раза. Тоже дома чуток поправлю и думаю что всё будет замечательно.

Примерно так это было.

https://rutube.ru/video/5388558bd201b506f92fc02969707c6c/

Третью песню мы записали от боярского, «Зеленоглазое такси». Тоже, со второго раза прошла успешно. Тут пели все, даже Оксана подпевала, круто получилось.

Послушать её в рок версии.

https://rutube.ru/video/df8c899d11f0509aaa6ef32fa110f269/

— Ну чего ребят, вы устали, или ещё одну запишем?

— Викуля! — как маленькая прижала руки к груди Александра, — давай мою любимую, пожалуйста, обещаю, с первого раза сыграем.

— «Городок» что ли? — Удивился я, — А ты споёшь, может ещё пятьдесят?

— Нет Викуль, я распелась, спокойно вытяну.

— Ну раз так, то давайте по местам, запишем четвёртую.

Да, молодец Александра, спела как надо и ребята отыграли на ура. Как и обещали, с первого раза в яблочко.

Городок от Варум, в рок обработке, прослушать.

https://rutube.ru/video/5a320b918d180485e6e10f15a18c31e6/

Я забрал катушки с записями, ребятам сказал, что завтра прослушают, после того как я всё поправлю. Они допили бутылку и я кое как запихнув их в машину, развёз по домам.

Сам приехал только к ужину. Гости расползлись, остались только Машка с Гулей и Настёной. Подруга поддатенькая, но не сильно, чуток на веселе́. Сразу же накинулись на меня, что бы я дал послушать что получилось. Но как и музыкантам, сказал что всё после того как я поработаю с записями.

Поужинал, подключив два магнитофона и запустив на компьютере программу для работы с аудиофайлами, стал ретушировать музыку. Освободился в первом часу ночи, когда все уже спали. Гулька здесь, в спальне, а Машка с Настёной в зале на диване, вырубились за просмотром телевизора.

Я всё выключил, попил чаю и удовлетворённый сегодняшним днём, упал к сестрёнке под бочок.