Лампочка ИЛЬИЧА или Повесть о любви с непредсказуемым сюжетом (джен)

ГЛАВА 9

После того как 18 мая 1980 года прогремел взрыв вулкана Святой Елены у берегов зажратой Америки, наступил январь. Страна напилась и изрядно закусила. Начинался год Воробья хорошо.

Мы с радостью встретили Новый год. Леонид Ильич Брежнев, назвав нас «Воинами света, добра и свободы», тепло и сердечно поздравил с экранов телевизоров и пожелал со всей яростью бороться с проектом «Дом-2», так как к этому призывал ранее борец с капитализмом — великий Карл Маркс (паскуда тот ещё).

Полились бесполезные дожди, и поезд дружбы народов Тилимилитрямдии, на котором московский «Спартак» бороздил болотистые поля Лиги чемпионов, превратился в ржавое корыто старухи. Это подтвердила группа студентов-мучеников, что пухла от голоду, слушая бредовые речи преподавателя по социально-экономической географии России. Но это было неважно.

Наш дорогой барсук проснулся и принялся за своё любимое дело — поедание членистоногих существ. А ещё Костоправ Нахимович поведал нам, как была разгромлена армия Наполеона зимой 1812 года от Рождества Гундяева. Просто-напросто, в армии французов началась лихорадка клещевого энцефалита, и Наполеон, бросив солдат на произвол судьбы, бежал в столицу Бистро. Остаток жизни он провёл на островах-курортах Атлантики, так и не дожив до строительства Каракумского канала имени Ленина, хотя так и мечтал.

Да-да, именно мечтал и сожалел.

Наполеон так и говорил всем, а своей любимой супруге Жозефине де Богарне он писал трогательные письма из далёкой заснеженной России:

«Ах, моя дорогая и дражайшая Жозефина! Если бы не война с Россией. Если бы ни эта Москва, я б в строители пошёл и прорыл бы канал в Каракумах. Мне бы тогда узбеки во главе с Рашидовым "бЫльшой спасибо" сказали» (письмо это найдено в районе реки Березина, зима 1812 года — примечание).

По вечерам мы ставили театральные постановки (спектакль «Король Убю» помнят все; изречения Леопольда Калягина стали такой же классикой, как монологи в пьесе Вильяма Ивановича Шекспира). Текст к каждому акту читал знаменитый Виталий Вульф. А краткие содержания оперных постановок читал никто иной, как Эдвард Радзинский. Иногда последнего сменял на сцене обожаемый публикой ЮАР Ян Арлозоров. Затем шёл всеми любимый цирк с Жириновским, а под конец со сцены на бамбуковой флейте играл сам легендарный Ефим Шифрин. После каждого выступления Дональд стрелялся ещё усерднее.

Доктор Бармалей хотел поставить вообще кинопостановки типа «Трактор, который играл в боулинг», «Блондинка в мармеладе», «А Зои здесь тихие», «Синий кит и подростки», «Кличко — очко», «Господин ПЖ», "Гражданин Икс".

Все вроде бы были согласны, но грянул август 1998 года, и попытки кинопостановок с треском провалилась, как провалились под лёд Чудского озера немецкие крестоносцы, которые в очередной раз решили «сходить на чай с пряниками» к славянским племенам Великого Новгорода. Саша Невский тогда горячо обиделся на тевтонов и решил сыграть с ними хоккейный матч на замёрзшем водоёме. Что случилось далее, читайте исторические хроники с Николаем Сванидзе. Но ослик Иа советовал Ушастику и его друзьям с грузином этим не связываться, так как считал того «сочинителем басен для промывания мозгов». Ненавидел последнего даже Джексон, утверждая, что «тот из-за бананов удавится», в чём Яков Блюмкин был в принципе согласен. А сёстры Брысь продолжали материть друг друга, а маленькие пони материли их.

Лёжа в постели, Акакий Назарыч всё больше думал о превратностях судьбы, которые постоянно от него увиливали. Иногда вылезала чья-то рука с наполненной рюмкой портвейна и предлагала выпить. Рука была очень даже ничего — хрупкая, изящная, а главное, женская. На безымянном пальце дамской ручки красовался сам алмаз Шаха, подаренный царём Персии русскому императору Николаю Первому после трагической гибели в Тегеране дипломата и поэта Александра Сергеевича Грибоедова. Товарищ Зинбирнштейн вежливо отказывался — при этом звучала из динамиков его стереосистемы песня «Жаль» группы «Вежливый отказ» — но ручку неизвестной дамы целовал. Дама обижалась и принималась причитать, что за ней так не ухаживал даже Всеволод Мейерхольд. Через некоторое мгновение из-под одеяла выползала уже нога футболиста Аршавина и грубо требовала дать ему мяч на ногу. Однако, получая твёрдый отказ, данная конечность исчезала в нутро постельного белья, и был слышен треск чипсов, которыми давился некогда прославленный игрок питерского «Зенита», чей пик популярности остался в далёком 2008 году. В том же году какой-то Ди-Билан получил главный приз Еврогейвидения — жевательную резинку со вкусом говна. Причиной было то, что во время исполнения его потугов из крышки пианино выскочила балерина и диким голосом распугала всех в зрительном зале. Выкрикивая заклинания канадских эскимосов-скинхедов, она швыряла в слушателей коктейли Молотова, что послужило сигналом президенту Грузии начать военные действия против непокорной Южной Осетии.

Одно было отлично: мы дали п… хоккеистам Канады в их родном Квебеке. Вся страна высыпала на улицы праздновать победу команды Быкова и Захаркина.

Что думала Пушкина Маргарита Анатольевна, никто не знал. Гордая, независимая, обладающая острым, как бритва, языком, она писала картины, которые мог понять разве что Иероним Босх. Когда Мезозойская интересовалась у неё, когда та будет отдыхать вообще, автор песни «Тореро» не без иронии отвечала, что и так заживо погребена в роке. «Бобры» только бешено аплодировали ей. Племянник тёти Аси, вздыхая, что его никто не слушает, уходил в соседнюю деревню поболтать с поэтом Сашей, потому что тот был Чёрным. Серпентолог Дроздов проводил глубокомысленные беседы с орангутангом о природе Зондских островов типа Борнео, а в благодарность за слушание отдавал последнему связку бананов, после чего Джексон самым порядочным в доме считал только Николая Николаевича, а всех остальных гоями.

Архимандрей Стратилатович Бесфамильный повторял, что хан Узбек родил всех узбеков, чем вызывал смех у Сикейроса. В городе Бухара на это злились и грозились не присылать свежие шашлыки, шедшие на стол Бабаягове. А с Ромы-жёлудя уже сыпались жёлуди, ему оставалось жить пару-тройку дней в пансионате, после чего он слинял в Чертаново. В Чертаново жили черти, чертившие чертежи для заводов пылесосного оборудования, а из пылесосов делались ракетные двигатели для США. Но Северная Корея перехватывала продукцию и переделывала всё это в ядерные боеголовки. Словом, тёмная история, от которой у Сони Мармеладовой темнело в глазах. Только друзья ангелов не унывали, так как были вместе навсегда. То есть вместе летали, пугали, ели, пели, пили, били, молили, любили и так далее.

Крокодил Бюль-Бюль Оглы на время перестал даже жрать сусликов, что были агрономами на поле стадиона «Уэмбли». А через дом прекратили бегать несчастные беженцы в Европу.

29 февраля 1988 года пришла долгожданная телеграмма от гиппопотама.

В ней Евросоюз горячо поблагодарил рептилию за помощь по борьбе с прибывшими в Старый Свет мигрантами. Организация предлагала Оглы посильную материальную помощь, место за унитазом Европарламента, коробку печенья и банку варенья. Крокодил решительно отказался, кроме двух пар отличных галош, а варенье из мухоморов передал по почте России Мальчишу-Плохишу. Плохиш давно подбирался к проклятым буржуям, так как считался агентом, хорошо передающим информацию. Его так и прозвали — «Передаст». Внесудебная тройка (Михайлов, Бобров, Харламов) приговорила Плохиша к расстрелу.

Началась перестройка, в смысле Горбачёв перестроил себе яйца Фаберже.