Бремя наставника (джен)

Проблема Берк

Том находит Харпер плачущей в пустом углу третьего этажа. Это неожиданно. Девочки вообще часто плачут, думает он, но Харпер Гэмп никогда не казалась из таких. Она совсем не похожа на Эми Бенсон — возможно, Харпер вообще лучшая из остальных членов клуба.

Харпер шмыгает носом.

— А. Это ты.

Ну да. Он. А кто еще?

— Думала, Берк пришла, — объясняет она, когда Том спрашивает. — Позлорадствовать.

С Беатрис Берк Том почти не разговаривал. В основном потому, что она считает всех, чьи родители не состоят в близком родстве, существами низшего сорта. Том решает даже не пытаться искать в этом логику — тупых детей слишком трудно понимать.

— Она постоянно надо мной издевается, — говорит Харпер, хотя Том ничего не спрашивал. — А теперь еще утверждает, будто я в тебя влюбилась. — И сердито смотрит на него.

Том вздыхает.

— Как говорит профессор Дамблдор, Харпер, в любви нет ничего постыдного.

Харпер перестает плакать, но все еще выглядит расстроенной.

— Реддл, я не влюблена в тебя.

Том кивает и улыбается. Лучше ей подыграть, а то еще снова расплачется.

— Конечно нет.

Харпер опять шмыгает носом, отходит от угла и понемногу начинает становиться похожей на себя обычную.

— Неважно, — говорит она. — Из-за оценок Берк издевается куда сильнее, чем из-за этого.

Из-за оценок Харпер?

— Но у самой Берк они гораздо, гораздо хуже, — указывает Том на случай, если Харпер этого не заметила.

Этим ведь можно воспользоваться и ударить в ответ.

— Она говорит, мальчикам не нравятся умные девочки, — признается Харпер и чуть краснеет.

Вот как? Том вообще почти никого не любит, но глупых девочек определенно терпеть не может сильнее, чем умных. Он так ей и говорит.

— Кого волнует, что ты думаешь? — спрашивает Харпер и закатывает глаза.

Отрицание у нее прямо-таки могучее.

• • •

Слизеринская драка

Берк, вынужден признать Том, невыносима.

— Ты меня не слышишь? — требует она. — Я с тобой разговариваю, нищий грязнокровка.

Да, он слышит. Ее слышит вся гостиная. Ее слышат когтевранцы в своей высокой башне. Черт, Том не удивится, если директор Диппет сейчас спустится и потребует прекратить этот визг.

— Ой, посмотри, — говорит Берк своей лучшей подруге Джойс Фоули. — Бедняжка еще и глухой.

Скоро будет, если она не замолчит.

— Ты правда не собираешься отвечать? — продолжает Берк.

Том задумывается, одобрят ли старосты, если он ее подожжет. Ведь он окажет услугу всем присутствующим, правда? Но смешки, которые раздаются по гостиной, намекают, что часть публики может воспротивиться.

Вот дилемма.

— Он тебя слышал, — вмешивается Эртан, которому Берк, похоже, не нравится не меньше, чем Харпер. — Он тебя игнорирует, идиотка. Научись различать.

А Том-то считал Эртана бесхребетным болваном. Между этим поступком и художественными талантами он вполне может стать новым любимчиком. Прости, Торос. Повезет на следующей неделе.

— Кто бы говорил про идиотов, — огрызается Вальбурга Блэк, старшая кузина Берк. — Ты тупее флоббер-червя.

— Розье не тупой, — неожиданно вступается Пейдж Трайп, одна из подруг Харпер. — Ты тупая.

Боги, детские ссоры — самое бессмысленное явление на свете.

— Нет! — визжит Вальбурга. — Это ты...

Шлеп!

Порция только что проросших Свистящих червей прилетает ей точно в плоский нос.

Том остается сидеть, пока над его головой летают заклинания и товары из магазинов розыгрышей, и размышляет, существует ли способ ускорить превращение детей во взрослых. Пока он думает о незрелости сверстников, в затылок ему прилетает малиновый кекс.

К тому моменту, когда староста школы Луэлла Ранкорн прекращает драку, Том успевает метко ужалить заклятиями задницы двух второкурсников.

Коллективная отработка — не лучший способ провести воскресенье.

• • •

Бесценный совет

Том наслаждается чашкой горячего чая в своем любимом месте на свете: в кабинете профессора.

— Значит, — хмурится профессор Дамблдор, — твои товарищи по Слизерину ведут себя не слишком доброжелательно?

— Берк, — уточняет Том. — Нет. Доброжелательной ее точно не назовешь.

Да, слово совершенно неподходящее.

Профессор отпивает чай и мудро кивает. В одном этом движении Том видит безграничную мудрость.

— Иногда людям трудно принять то, что отличается от привычного, — говорит он. — И особенно то, что угрожает их представлениям о мире. Мисс Берк не способна примириться с тем, что ты, ученик из магловской среды, можешь быть настолько талантлив: это противоречит всему, чему ее учили. Поэтому она и нападает.

То есть завидует. Это Том и сам понял.

— Она еще и к Харпер придирается.

Значит, завидует и ее оценкам! Том горд собой: он наконец разобрался в странной работе мозгов глупых девочек.

— Благодарю, что рассказал мне, — говорит профессор. — С твоей стороны это очень добрый поступок.

А?

Добрым Тома называют впервые в жизни. Попытка понять тупых детей — это что, доброта?

Наверное, да, решает он. Потому что занятие совершенно бесполезное, а на такие жертвы способны только добрые люди.

— А что бы вы сделали, профессор? На моем месте? — спрашивает Том, потому что огонь на этот раз явно не подходит.

Глаза профессора поблескивают, и Тому от одного этого становится тепло.

— Покажи ей, Том. Как уже показываешь: кровь ничего не значит. Покажи, что ее словами руководит предубеждение, а не знание, и что ее мнение ничем не обосновано. — Профессор улыбается. — Иными словами, Том, просто будь собой.

То есть доказать, что он лучше нее.

Том счастливо кивает.

О, это он умеет.

Список на устранение Тома теперь выглядит так:

• БЕАТРИС БЕРК

• Минерва Макгонагалл

• Гаррик Олливандер

• Распределяющая шляпа (огнестойкая)

• Гораций Слизнорт

• Марго Друп