Сожаления Беллатрисы Лестрейндж (гет)

Волдеморт задумчиво рассматривал Беллатрису. В руке он держал серебряный кинжал, от клинка которого исходило слабое магическое сияние.

— Когда-то ты была одной из моих любимых Пожирателей, Беллатриса, — сказал он. — Пусть и служила под Империусом. А теперь посмотри на себя: рыдающая развалина, беременная ребенком Поттера, которую я лично пытаю.

Беллатриса лежала на каменном полу. Она пыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Даже малейшее движение причиняло такую боль, что проще было оставаться неподвижной. Кровь покрывала одежду и кожу, собиралась под ней темной лужей. Руки были неестественно вывернуты, ноги переломаны.

Она могла двигать лишь глазами.

— Знаешь, что это за кинжал? — Волдеморт поднял оружие. — Нет? Тогда я просвещу тебя.

Он провел большим пальцем вдоль плоской стороны клинка.

— У него нет настоящего имени. Чаще всего его зовут просто Могущественным кинжалом. Смысл предельно прост: он усиливает любой предмет, к которому прикасается. Коснись им меча — тот станет резать двери. Коснись самой двери — и вышибить ее станет почти невозможно.

Темный Лорд улыбнулся.

— Но меня интересует моя палочка. Видишь ли, есть одно заклятие, которое даже я не способен применять так, как следует. За всю историю оно было успешно использовано лишь однажды. Я намерен стать вторым.

Беллатриса смотрела на него.

— Проклятие называют «Страдающая душа». Оно вызывает чудовищную эмоциональную боль. Настолько сильную, что разум может сломаться навсегда. Эффект не исчезает. И, что особенно интересно, он передается по наследству. Если твой ребенок каким-то чудом переживет все это, страдать будет и он.

Беллатриса попыталась закричать, но из горла вышел лишь слабый хрип.

— Мне потребовались годы, чтобы заполучить кинжал. Теперь он мой.

Волдеморт приблизился.

— Не беспокойся, умирать я тебе пока не позволю. В тебе находится частица моей души. До тех пор, пока я не найду способ перенести ее в другой сосуд, ты нужна мне живой.

Он склонился над ней.

— Прощай, Беллатриса. Никто по тебе не станет скучать.

Она видела, как он медленно провел клинком по палочке. Дерево вспыхнуло светом. Волдеморт направил ее на Беллатрису.

Та успела лишь закрыть глаза.

— Пассибилис!

Месяц спустя

Гарри плакал. За один месяц он превратился в человека, который порой с трудом мог говорить. Смерть Джинни когда-то сломала в нем многое. Но вынужденное зрелище того, как Волдеморт день за днем истязает Беллатрису, оказалось хуже.

Гарри видел все.

Через связь между ним и Темным Лордом он наблюдал, как Беллатрису ломают физически, как она кричит, хотя казалось, что у тела уже не осталось сил на крик.

А затем Волдеморт применил неизвестное проклятие. Даже разрушенное тело Беллатрисы нашло голос. Этот вопль продолжал жить в голове Гарри. Иногда ему хотелось просто умереть.

Но где-то внутри оставалась маленькая часть, которая отказывалась сдаваться. Гарри пытался придумать, что делать. Первым порывом было ворваться в убежище Волдеморта. Только Гарри понятия не имел, где оно находится.

Он как раз натягивал куртку, бессмысленно готовясь идти хоть куда-нибудь, когда прозвенел дверной звонок.

Гарри аппарировал в прихожую. На пороге стоял человек, которого он меньше всего ожидал увидеть.

— Здравствуй, Гарри, — сказал Ремус Люпин.

На его лице невозможно было прочитать ничего.

Штаб Волдеморта

Входная дверь поместья взорвалась. Волдеморт нахмурился и поднялся из кресла. Он только что вернулся из камеры пыток, где в очередной раз мучил Беллатрису, и собирался немного отдохнуть. Он вышел в коридор.

Ничего.

Темный Лорд аппарировал к главному входу — как раз вовремя, чтобы увидеть, как его охранников отбрасывает в стороны.

В камере Беллатриса тоже услышала взрыв. Тело почти не двигалось, но сознание еще цеплялось за реальность.

Пожалуйста, Гарри. Пусть это будешь ты. Пожалуйста, приди за мной. За нами. Пожа...

Мысль оборвалась. Проклятие вспыхнуло внутри разума чудовищной болью. Взгляд Беллатрисы потускнел.

Ранее

— То есть Волдеморт воздействовал на твой разум и заставил выступить против нас? — спросил Гарри.

Ремус отпил чай.

— Да. Хотел бы сказать, что сопротивлялся лучше, но ты сам знаешь, насколько трудно бороться с подобным контролем.

Он поставил чашку.

— Зато у меня есть кое-что, что тебе понравится.

Гарри выпрямился.

— Что?

— Адрес его штаба. И способ убить его окончательно.

Надежда вспыхнула мгновенно.

— Но предупреждаю, Гарри: тебе это не понравится. Ты возненавидишь этот способ.

Настоящее

— Откуда ты мог узнать, где мой штаб, Поттер?!

Волдеморт яростно посылал проклятие за проклятием в Гарри и Ремуса.

— Это было не так сложно, — ответил Гарри, почти улыбаясь. — И знаешь что? Сегодня все закончится. Сегодня ты умрешь. А если нет — я хотя бы погибну, пытаясь тебя убить.

— Тогда умри!

Из палочки Волдеморта вырвался огромный поток Адского огня. Пламя накрыло Гарри и Ремуса.

Ранее

— Что значит «мне не понравится»? — требовал Гарри. — И откуда ты вообще знаешь местонахождение штаба?

Ремус дождался, пока вопросы закончатся.

— Из-за того, как Волдеморт воздействовал на меня. Первая попытка контроля дала обратный эффект. Возникла временная связь — далеко не такая сильная, как твоя, но достаточная, чтобы иногда видеть обрывки его мыслей.

Он тяжело вздохнул.

— Так я узнал, где он прячется. И понял, что необходимо сделать.

— Так скажи. Как его уничтожить?

Ремус посмотрел на Гарри.

— Для начала нужно уничтожить последний хоркрукс.

Гарри молчал. Он уже знал продолжение.

— Гарри, я понимаю, что ты не хочешь ее убивать. Понимаю, что она носит твоего ребенка. Но выбора почти нет.

Гарри отвернулся.

Ремус продолжил мягче:

— Возможно, смерть для нее сейчас даже милосерднее. Я видел часть того, что Волдеморт с ней делает. Именно потому, что он месяц почти полностью сосредоточен на Беллатрисе, его контроль надо мной ослаб. Если даже мне достались обрывки ее боли... представляешь, что переживает она сама?

Гарри долго молчал.

— Ненавижу это признавать, но, возможно, ты прав. Возможно, смерть лучше бесконечных пыток.

Голос дрогнул.

— Но я не смогу убить ее, Ремус. Вместе с ней я убью своего ребенка.

— Есть еще один вариант, — сказал Ремус. — Мы можем попытаться использовать тот же принцип, который применим против Волдеморта. Магическая перегрузка должна уничтожить фрагмент души.

— А Беллатриса?

— Если все сработает так, как я думаю, шанс есть.

Гарри закрыл глаза.

— Что потом?

Ремус объяснил. Несмотря на чудовищный риск, план был удивительно прост.

Настоящее

Адский огонь не убил их. Волдеморт не учел, что Гарри с Ремусом находились непосредственно возле границы защитных чар. Пламя ударило в барьер и откатилось обратно.

Темный Лорд едва успел аппарировать. А защита на несколько секунд рухнула. Этого хватило. Гарри и Ремус ворвались в поместье. Через некоторое время они добрались до камеры, где находились пленники. Фред, Джордж, Гермиона, Рон, Гестия, Ли, Анджелина — все поднялись, когда дверь открылась.

Ремус нашел их палочки на столе в коридоре и принес с собой.

— Гарри! — воскликнул Фред. — План?

Гарри замялся.

— Нам с Ремусом нужно сделать несколько вещей в камере пыток. Очень важных. Пока мы там, не подпускайте Пожирателей. Они точно попытаются прорваться.

Все закивали. Гермиона проходила мимо Гарри последней.

— Спасибо, — прошептала она. — Месяц здесь был кошмаром.

Гарри заставил себя улыбнуться. Внутри ему становилось только хуже. Он знал, что придется сделать. И не был уверен, сможет ли.

Рон хлопнул его по плечу.

— Давай закончим это. Я ужасно голодный.

На этот раз улыбка Гарри была настоящей.

Еще одно воспоминание

— И это все? — удивился Гарри. — Звучит почти слишком просто.

— Да, — сказал Ремус. — Добираемся до камеры. Разбираемся с хоркруксом. Затем — с Волдемортом и Пожирателями.

Ремус специально говорил «хоркрукс», а не «Беллатриса».

— Но как ты собираешься уничтожить хоркрукс в ней? Смертельным заклятием?

Последние слова вышли едва слышно.

— Нет. Конечно нет. Можно использовать то же, что против Волдеморта. Если перегрузка будет достаточно стабильной, фрагмент души разрушится.

— Если ты уверен...

Гарри не был уверен ни в чем. Он был просто отчаянно готов поверить.

Камера пыток

Беллатриса лежала на полу. Гарри не был готов к тому, что увидит. Даже после месяца видений реальность оказалась хуже. Ремус применил несколько простых исцеляющих чар — только чтобы она могла немного двигаться и говорить.

Глаза Беллатрисы сфокусировались на Гарри.

— Гарри...

Голос был почти неслышен.

— Я знала, что ты придешь. Темный Лорд все время говорил, что ты меня бросил. А я знала...

Она попыталась поднять руку.

— Избавься от него. От последнего куска души. Убей меня.

Пальцы сорвались с руки Гарри. Беллатриса снова обмякла. Ремус за его спиной перебирал орудия пыток, пока не нашел нужный предмет. Кинжал.

Тот самый.

— Отойди, Гарри. Я сделаю это.

Где-то за дверью друзья сражались с Пожирателями. Сражались ради него. Гарри смотрел на Беллатрису. И вдруг понял, что должен сделать.

— Дай мне, Ремус.

Тот обернулся.

— Гарри...

— Я сделаю сам.

Ремус колебался. Потом протянул кинжал. Гарри взял оружие. Посмотрел на Беллатрису последний раз.

— Прощай.

Она не смогла ответить. Лишь едва заметно кивнула. Ремус отвернулся. Гарри поднял руку. И вонзил кинжал ей в грудь.

Прямо в сердце.

Примечание автора

Не могу обещать, когда выйдет финальная глава и что именно в ней будет, но эпилог точно войдет туда, а не станет отдельной главой. Спасибо за чтение и поддержку.