Fate | Судьба (джен)

Судьба

Глава 9 — Буря

От лица Рональда Уизли

— Рон? Эй, Рон, с тобой всё в порядке? — послышался голос одной из девочек.

Рон даже не попытался понять чей. Он лишь смотрел вслед убегавшей Гермионе — до тех пор, пока та не скрылась за поворотом.

— Рон? — снова позвал тот же голос, и чья-то лёгкая ладонь легла ему на руку.

Рон опустил глаза, проследил за рукой и увидел Трейси. Странное поведение Рона явно её тревожило.

— Рон, почему ты не отвечаешь?

Даже Дафна и Миллисента забеспокоились и теперь тоже смотрели на него, пытаясь понять, что произошло.

— Я… я в пор… порядке, — с трудом выговорил Рон.

Но ободряюще улыбнуться не сумел. Лицо словно окаменело.

— Ты уверен? — спросила Миллисента. — Ты ужасно бледный. Даже бледнее обычного. Нам пора на трансфигурацию, Рон…

Он коротко кивнул и направился на следующий урок.

Не нужны мне эти расспросы… Я не хочу об этом думать…

Рон искренне верил, что смерть Пандоры останется самым страшным зрелищем в его жизни.

Он жестоко ошибался.

Новое видение было куда кошмарнее, а от мысли, что оно сбудется совсем скоро, руки снова задрожали.

Что ему делать с этим знанием? Может ли он предупредить преподавателей, что в Хогвартс вот-вот ворвётся горный тролль и убьёт троих учеников, не выставив себя полным безумцем? К тому же преподаватели непременно захотят узнать, откуда ему известно о настолько случайном и непредсказуемом событии…

Тогда его тайна точно раскроется.

Но чего она стоила? Неужели ради собственной безопасности он позволит троим гриффиндорцам — своим друзьям — погибнуть такой смертью?

Нет… Нет, я не могу их бросить. Нужно как-то предупредить преподавателей.

Рон добрался до класса, даже не заметив, правильной ли дорогой шёл. В голове теснились вопросы о том, как поступить и где пролегает граница между добром и злом.

Неужели это и правда лучший выбор?

— Рон, мы пришли… — сказала Дафна и остановила его, положив руку на плечо. — С тобой что-то не так. Мы все это видим. Ты только что едва не врезался в стену…

Рон обернулся. На него смотрели все друзья. Девочки теперь тревожились всерьёз, а во взглядах Тео и Блейза читалось подозрение.

— Я знаю, что случилось, — тихо произнёс Тео, пристально глядя Рону в глаза.

Нет… Ничего ты не знаешь…

— Всё из-за Грейнджер, верно?

Рон на мгновение застыл, но тут же заставил себя расслабиться, чтобы ничем не выдать правду.

— Финниган её оскорбил, и Рон сейчас из последних сил старается не наброситься на этого ирландского придурка! — Тео ухмыльнулся и похлопал Рона по спине. — Молодец! Наконец-то учишься держать свой нрав в узде.

Рот Рона слегка приоткрылся. Все остальные смотрели на Тео как на сумасшедшего. Даже Блейз уставился на тощего мальчика так, словно у него выросла вторая голова.

Какого… ПОДЫГРАЙ ЕМУ! Это же прекрасный повод прекратить расспросы.

— Вот же чёрт… — Рон вздохнул, изо всех сил изображая поражение. — Как ты догадался?

Тео самодовольно осклабился. Теперь уже все недоверчиво уставились на Рона.

— Потому что я ге…

Дафна оборвала его на полуслове:

— Тебе-то какое дело, что её кто-то оскорбил? Ты её даже не знаешь… — Голос её звучал надменно и раздражённо. — Вы всего лишь раз в неделю вместе занимаетесь, И она гриффиндорка.

Дафна испепелила Рона взглядом, и он невольно отступил на шаг.

Эм… Да что с ней такое? Сумасшедшая…

Раздражение вспыхнуло и в самом Роне. Потребовалось немалое усилие, чтобы не сорваться на Дафну.

— Вообще-то она моя подруга, — огрызнулся он.

Дафна сощурилась.

— Я не люблю, когда издеваются над моими друзьями. Поэтому да, я злюсь. А теперь оставь эту тему.

В этот миг профессор Макгонагалл распахнула дверь, впуская учеников в класс. Рон не стал терять ни секунды и вошёл первым. Он занял привычное место, но на этот раз рядом сел Тео, а не Дафна, которая всегда была его соседкой на трансфигурации.

Урок тянулся невыносимо медленно: мысли Рона были заняты Гермионой. Сосредоточиться стало ещё труднее, когда он заметил, что её в классе нет.

Она ни за что не пропустила бы урок профессора Макгонагалл… Да и вообще ни один урок!

Живот болезненно свело.

Вдруг она уже в уборной? Вдруг нападение тролля случится сегодня?!

Почему я хотя бы не попытался отыскать проклятый календарь?!

Рон подавил страх и постарался припомнить все подробности видения — любую мелочь, которая могла пригодиться. Как всегда, ощущение было странным. Будто он снова находился внутри видения и одновременно наблюдал за ним со стороны.

Рон отбросил лишние мысли и сосредоточился на воспоминании.

Почти под самым потолком были маленькие окна. Небо за ними… чёрно-белое… Да ради Мерлина! Наверное, была ночь — небо выглядело совсем тёмным. А ещё там находились Гарри и Невилл. Значит, сегодня нужно обязательно следить за ними. Если они направятся к женской уборной, я пойму, когда всё начнётся… Осталось придумать, как рассказать преподавателям и не выдать свою тайну.

До конца урока Рон разрабатывал план спасения троих гриффиндорцев. Если кто-то и заметил, что он невнимателен и ведёт себя непривычно, то ничего не сказал. К звонку у Рона сложился примерный замысел, который предстояло осуществить за обедом.

Звонок возвестил об окончании трансфигурации. Внезапное движение вокруг вырвало Рона из раздумий. Он убрал перья и чистый пергамент и вместе с Тео направился к выходу.

— Мистер Уизли, — раздался позади голос Макгонагалл.

Рон обернулся к строгой преподавательнице. Её губы сложились в едва заметную, сдержанную улыбку.

— Задержитесь на минуту. Я хочу с вами поговорить.

Рон кивнул Тео, показывая, что тот может идти без него. Тео ухмыльнулся и, не раздумывая, удалился.

Этот придурок думает, что мне влетит… А мне влетит?

Рон подошёл к профессору Макгонагалл.

— Сегодня вы не ответили ни на один вопрос и выглядели так, словно мыслями находились далеко отсюда. Всё ли у вас в порядке, мистер Уизли?

— Да, профессор Макгонагалл, — ответил Рон с самой убедительной притворной улыбкой.

Мудрую преподавательницу он не обманул ни на миг, но настаивать она не стала.

— Понятно. В таком случае можете идти на обед.

Рон кивнул и направился к выходу. Но едва он добрался до двери, позади снова прозвучал голос Макгонагалл:

— В следующий раз, мистер Уизли, постарайтесь всё же слушать меня на уроке. Иначе я буду вынуждена снять со Слизерина баллы.

Рон на мгновение застыл, а затем поспешно отправился в Большой зал.

Вот же жуткая женщина…

Пройдя сквозь огромные двери Большого зала, Рон остановился и осмотрел гриффиндорский стол.

Её там нет…

Гарри и Невилл разговаривали с Фредом и Джорджем. Рядом сидел Симус Финниган и чему-то смеялся.

У Рона закипела кровь.

МЕРЗАВЕЦ! Из-за него она там! Это он погубил их ВСЕХ!

Ноги сами понесли Рона к ирландцу. Он изо всех сил сдерживал вспыльчивый нрав, но при виде смеющегося Симуса — будто ничего не произошло — хотелось заклятием стереть улыбку с его лица.

Рон остановился у него за спиной, мрачный от ярости. Братья, Гарри, Невилл и множество других гриффиндорцев недоверчиво на него уставились.

— Привет, Ронни… — медленно начал Фред, но тут же осёкся, когда Рон бросил свирепый взгляд на брата, который назвал его Пожирателем смерти лишь за то, что Распределяющая шляпа отправила его в Слизерин.

Эти гриффиндорцы воображают себя такими праведниками, а сами не замечают Гермиону и издеваются над ней, не задумываясь ни на секунду.

В памяти вспыхнуло первое письмо матери, и в животе разлилась горькая тошнота.

Самодовольные лицемеры…

— Заткнись, — выплюнул Рон.

Фред потрясённо отшатнулся. Джордж нахмурился.

— Рон, что на тебя нашло? — сердито спросил он. — Не разговаривай так с Фредом. Мы всё ещё твои старшие братья!

Рон испепелил Фреда взглядом. Тот хмуро смотрел в ответ.

Успокойся… Спроси их о Гермионе…

Рон повернулся к Гарри, который неловко наблюдал за происходящим. Невилл и многие другие гриффиндорцы тоже теперь смотрели на Рона с неприязнью.

— Ты видел Гермиону? — спросил он.

Гарри медленно покачал головой.

— Она пропустила трансфигурацию. А ты знаешь, что она ни за что не прогуляла бы урок!

— Я не знаю, где… — начал Гарри, но Рон его перебил:

— Почему ты за неё не вступился? Она наша подруга, а ты не произнёс ни слова… Стыдись, Поттер.

Рон одарил Гарри гневным взглядом и направился к своим слизеринским друзьям.

Он понимал, что намеренно заставлять Гарри мучиться виной — жестоко. Но это было необходимо для плана. Гарри и Невилл должны отправиться на поиски Гермионы, чтобы Рон понял, когда всё начнётся.

Раз преподавателей в видении не было, Рон решил, что о тролле они ничего не знают. Убедить их окажется невероятно трудно. Какой взрослый поверит первокурснику, который заявит, будто в женской уборной находится горный тролль?

Значит, Рон должен быть готов к той самой минуте, когда чудовище впервые переступит порог уборной.

Он собирался сказать Макгонагалл, что Гермиона прогуливает уроки из-за издевательств и, по слухам, плачет в женской уборной. Затем привести профессора туда и надеяться, что друзей ещё удастся спасти.

Если он поспешит и в уборной не окажется тролля, замысел всё равно может сработать. Но Рону совсем не хотелось прослыть ябедой. Чтобы не потерять лицо, ему было нужно, чтобы тролль уже находился там.

А предсказывать появление чудовища он точно не собирался: тролль явно пробрался в замок незамеченным. Как объяснить такую неестественную осведомлённость?

Рон сел рядом с Тео, напротив Миллисенты, и медленно принялся накладывать еду на тарелку.

— Что это было? — спросил Блейз.

— Ничего… — ответил Рон и начал есть, соблюдая «манеры», которым его научил Тео.

Блейз покачал головой, недовольный таким коротким ответом, и вернулся к своей тарелке.

— Зачем тебя задержала Макгонагалл? — с нарочитой бодростью спросила Миллисента, очевидно пытаясь разрядить обстановку.

Рон тщательно прожевал пищу, проглотил и лишь затем ответил:

— Она спросила, всё ли у меня в порядке. Я сказал, что всё хорошо, и она меня отпустила.

Лгать об этом он не видел смысла.

— Ты и правда вёл себя очень странно, Рон, — добавила Трейси. — Даже ни на один вопрос не ответил… А ведь обычно ты отвечаешь на все. Или хотя бы пытаешься. Если тебя что-то тревожит, можешь рассказать нам! В конце концов, мы же «союзники».

На последнем слове она многозначительно усмехнулась. Рон невольно улыбнулся её насмешке над чистокровной политикой.

Из всех друзей рядом с Трейси ему было спокойнее всего. Ей с детства не вдалбливали в голову эти безумные чистокровные правила. Если человек ей нравился, она просто с ним дружила, а не называла «союзником»…

Её обыкновенность нравилась Рону и помогала расслабиться. Рядом с Трейси не приходилось постоянно следить за каждым словом или размышлять о последствиях любого поступка.

— Спасибо, Трейси, но это действительно пустяки. Вам не о чем беспокоиться.

Рон искренне ей улыбнулся. Она просияла в ответ, подмигнула и продолжила есть.

Рон уже собирался последовать её примеру, но Дафна остановила его язвительным замечанием:

— Да, Трейси, — пробормотала она себе под нос, но достаточно громко, чтобы услышали все. — Рон всего лишь рассердился, потому что обидели его «девушку»…

Настроение за столом мгновенно переменилось. Улыбки исчезли с лиц Трейси и Рона. Миллисента и Тео молча смотрели на Дафну. Блейз лишь вздохнул, развернулся вместе с тарелкой в другую сторону и продолжил обедать.

Да что у Дафны за беда? Почему она цепляется ко мне без всякой причины?

— Она не моя девушка, Гринграсс, — процедил Рон.

Щёки его запылали, уши покраснели.

— Она моя… подруга, — неубедительно закончил он.

Отлично сказано. Теперь-то все наверняка поверили…

Дафна раздражённо фыркнула и снова принялась за еду. Хмурое выражение на её лице невыносимо действовало Рону на нервы.

Да что с ней такое? Она вечно находит повод довести меня до белого каления…

Из всех друзей Дафна определённо была самой несносной: она всегда пыталась вывести его из себя. Закатывала истерики, если Рон не помогал с домашним заданием в первую очередь ей. Вечно отпускала раздражающие, осуждающие замечания о каждом его поступке. Говорила прямо, совершенно не думая о чужих чувствах. А это проклятое фырканье всегда было таким… таким невыносимым!

— Ребята, не ссорьтесь, — тихо попросила Миллисента. — На нас смотрит вся школа… Давайте поговорим об этом в гостиной.

— Милли права, — быстро добавил Тео. — Нельзя выносить сор из избы. Верно, Рон?

Он посмотрел на Рона с бесстрастным и непреклонным выражением. Рон вздохнул и коротко кивнул.

Он знал, что самому Тео нет никакого дела до «сора из избы». Тот сказал это лишь потому, что не хотел дурно выглядеть в глазах окружающих. Тео вечно вёл какую-то игру, стараясь возвыситься над остальными…

Истинный слизеринец до самого нутра!

— Не о чем здесь разговаривать, — раздражённо бросила Дафна, даже не подняв головы.

Из-за её угрюмого поведения у Рона едва не лопнула жила на лбу.

До чего же бесит… Вечно дуется и жалуется, если что-нибудь не по её… А Я ВООБЩЕ НЕ ПОНИМАЮ, ЧТО НА ЭТОТ РАЗ СДЕЛАЛ НЕ ТАК!

— Да и плевать, — сказал Рон, сделав успокаивающий вдох. Сейчас у меня есть заботы поважнее.

Вскоре обед закончился, и Рон отправился на сдвоенный урок защиты от тёмных искусств к самому бездарному преподавателю на свете.

Он терпеть не мог занятия Квиррелла: на них ученики не узнавали ровным счётом ничего. Этот человек только рассказывал бессмысленные байки о своих странствиях и без конца заикался, словно какой-то слабоумный.

Как же Рону хотелось, чтобы профессор Снейп преподавал и зельеварение, и защиту! Все знали, что Снейп мечтает получить эту должность, и Рон никак не мог понять, почему директор предпочёл ему Квиррелла.

Да, Снейп был злым и суровым наставником. Но Рон знал: у профессора имелась и добрая сторона, которую он показывал лишь слизеринцам. Все на факультете, включая самого Рона, уважали Снейпа, потому что тот всегда защищал их интересы. Он никогда открыто этого не признавал, однако для факультета хитрецов эта истина не требовала слов.

И всё же место преподавателя защиты досталось Квирреллу, который окончательно испортил Рону весь предмет.

Проклятый Квиррелл…

На уроке было так скучно, что Рон втайне начал надеяться: горный тролль ворвётся прямо в класс и прикончит Квиррелла. От этой мрачной мысли он сухо усмехнулся.

Нужно успокоиться… Думай о Гермионе, а не об этом бездарном болване в тюрбане…

И тут в голову пришла страшная мысль.

А где он был, когда тролль убивал моих друзей?.. Он же преподаёт защиту. Именно от таких тварей он и должен охранять школу…

Из живота поднялся обжигающий жар, лицо мгновенно вспыхнуло от гнева. Кажется, ещё никогда Рон не ненавидел Квиррелла настолько сильно.

Этот идиот должен защищать учеников! А его и близко не было!

Рон мрачно впился взглядом в преподавателя. Квиррелл заметил рыжеволосого мальчика.

— Мистер У… Уизли, что… что-то слу… случилось? — нервно пролепетал он.

Рон торопливо придал лицу спокойное выражение и мысленно проклял себя за то, что попался.

— Нет, сэр, — ответил он как можно вежливее. — Я просто задумался о сегодняшнем празднике в честь Хэллоуина…

Да, замечательное объяснение того, почему ты смотришь на него как убийца. Молодец, Рон.

— А, я… я по… понимаю, — нервно рассмеялся Квиррелл. — Вы все, до… должно быть, очень его ждёте…

Последние слова он обращал ко всему классу, но глаз с Рона не спускал. Ученики поспешили согласиться с заикающимся профессором, и урок продолжился.

Всё шло как обычно, однако до конца сдвоенного занятия Рон то и дело ловил на себе быстрые взгляды Квиррелла. Он изо всех сил старался их избегать. Сейчас ему не нужны были ни неприятности, ни чужое внимание. Если нападение случится сегодня, Рон должен оказаться рядом и помочь, а не гнить на наказании.

Едва прозвенел звонок, он молниеносно собрал вещи и вылетел за дверь. Рон сбежал в спальню, бросил там учебники и сразу же направился обратно, но у выхода из гостиной дорогу преградили друзья.

— Ты куда? — подозрительно спросил Тео. — После урока ты умчался как ошпаренный…

— Пойду искать Гермиону, — ответил Рон.

Ему было нужно, чтобы люди считали, будто он действительно разыскал её, а не просто угадал, где она находится. Профессор Макгонагалл наверняка спросит, как он узнал о её местонахождении, и тогда кто-нибудь должен подтвердить рассказ.

— Она пропустила трансфигурацию и обед… Может, и на уроки после обеда не пошла. Я хочу её найти и убедиться, что всё в порядке.

Закончив, Рон двинулся сквозь друзей к выходу. Трейси пошла с ним, и это почему-то очень его обрадовало.

Хотя бы она меня поддерживает.

— Ты куда собралась, Трейс? — надменно спросила Дафна.

Трейси замерла как вкопанная. Рон тоже остановился, заметив это.

Сегодня Дафна — моя главная головная боль…

— Помогу Рону искать, — робко ответила Трейси. — Знаешь… одна голова хорошо, а две лучше…

Закончила она совсем неуверенно.

Дафна раздражённо фыркнула и сердито посмотрела на Рона. Ему уже осточертело её отношение. Ещё немного — и он сорвётся.

— Хорошо, — отрезала Дафна, развернулась и зашагала в спальню.

После неё повисло неловкое молчание, растянувшееся на несколько долгих секунд.

— Я тоже помогу, — сказала Миллисента и кивнула Рону.

Он благодарно улыбнулся.

— А вы двое? — спросила она Тео и Блейза.

Тео секунду смотрел на Рона, затем грубо расхохотался и отправился к себе. Блейз лишь покачал головой и совершенно равнодушно пожелал им удачи.

Двое из пяти… Хороши «друзья»…

Рон тоже покачал головой и вышел из гостиной в сопровождении девочек.

— Сначала нужно найти кого-нибудь из гриффиндорских первокурсников, — предложила Трейси. — Лучше девочек: они наверняка подскажут, где искать. А ещё стоит проверить библиотеку. Я слышала, Грейнджер там живёт.

Рон довольно ухмыльнулся. Как же хорошо, что Трейси стала его подругой.

— Согласна, — подхватила Миллисента. — А когда девочки расстраиваются, они обычно плачут в уборных. Можно поискать и там.

Ухмылка Рона стала ещё шире, и ему пришлось насильно согнать её с лица.

С ними всё окажется гораздо проще! Они даже помогут уговорить Гермиону выйти. Если её вообще не будет в уборной, значит, она и остальные не погибнут!

— Спасибо, — тихо произнёс Рон. — Вы обе просто замечательные.

Он смотрел прямо перед собой и не сбавлял быстрый шаг, поэтому не увидел улыбок, появившихся на лицах девочек.

— Начнём с женских уборных.

— Ну конечно, Рон, — с намёком протянула Трейси.

Они с Миллисентой тихонько захихикали.

— Что? — спросил Рон, не останавливаясь.

Он должен добраться туда до ужина. Уже темнело, а значит, нападение могло начаться в любую минуту.

— Ничего… — проворковала Трейси. — Извращенец…

Рон тут же застыл и обернулся к девочкам. Лицо покраснело, уши пылали, рот возмущённо приоткрылся. При виде него Трейси и Миллисента расхохотались.

— НЕТ! Я не… Я вовсе не это имел… Я НЕ ИЗВРАЩЕНЕЦ! — запинаясь от смущения, выпалил Рон.

Девочки засмеялись ещё громче.

— Она просто тебя дразнит, Рон, — сквозь смех объяснила Миллисента.

Он посмотрел на обеих, быстро отвернулся и зашагал ещё быстрее.

Неужели они и правда считают меня извращенцем?.. Я же не…

Тут Рон вспомнил то злополучное видение — и как он умудрился забраться в чужую спальню. От этого воспоминания он съёжился.

Мерлин… Они правы. Я извращенец…

Рон с девочками добрался до женской уборной возле подземелий и всем сердцем надеялся, что Гермиона внутри. Он не знал, в какой именно уборной её искать, — только то, что она находится в одной из них.

— Ладно, вы двое заходите и проверьте, — сказал Рон, прислонившись к стене коридора.

Девочки кивнули и скрылись за дверью. Рон остался ждать снаружи.

Она должна быть там… Если так, нужно уговорить её выйти и держаться подальше от этого места. Но как это сделать, не раскрыв свою тайну? Вот же чёрт, какая путаница…

Прошло около пяти минут, и терпение Рона быстро иссякало. Что они там так долго делают? Он уже готов был ворваться внутрь и выяснить сам, но совершенно не хотел на следующие семь лет прослыть «Мальчиком-Который-Подглядывал».

Минуло ещё пять минут. Рон был на грани, когда девочки наконец вышли. Выглядели они немного растерянными и, кажется, встревоженными.

— Ну? Почему так долго? — спросил Рон, раздражённо притопывая ногой.

— Она там. Я… — Трейси умолкла, а затем посмотрела прямо на него. — По-моему, она весь день плакала, Рон… Она не захотела разговаривать ни со мной, ни с Милли, хотя мы перепробовали всё… Прости.

Когда всё закончится, я убью Финнигана… Пусть меня за это отправят в Азкабан, мне плевать… Я тут разгребаю то, что он натворил, а сам он хохочет и ни о чём не беспокоится!

— Больше там никого нет, — добавила Миллисента. — Мы с Трейси постоим на страже, а ты попробуй с ней поговорить…

Рон торопливо кивнул и, не раздумывая, вошёл внутрь. Он должен был вытащить Гермиону из места, где её ждала смерть под чудовищной тушей.

В уборной Рон с удивлением заметил, насколько она… не разрушена. Мысль была глупой, но он ничего не мог с собой поделать. В прошлый раз, когда он видел это помещение, вокруг лежали развалины и всё было залито кровью…

СОСРЕДОТОЧЬСЯ!

Рон мотнул головой, похлопал себя по щекам и подошёл к единственной закрытой кабинке.

— Гермиона… — неуверенно прошептал он, не зная, насколько громко следует говорить. — Гермиона, это я, Рон…

— ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ СЮДА, РОНАЛЬД! — пронзительно завопили из-за двери.

Рон испуганно отшатнулся. Нервы и правда были натянуты до предела.

— Знаю, — торопливо ответил он. — Но Трейси и Миллисента сказали, что ты не хочешь с ними разговаривать… Поэтому я… решил поговорить с тобой сам.

Гермиона молчала. Рон подождал несколько секунд и продолжил:

— Они сказали, что ты просидела здесь весь день… Даже на уроки не ходила… Пожалуйста, просто поговори со мной…

Почему у меня так плохо получается? Перси давно бы уже выманил её оттуда…

— Ты послал их за мной, — произнесла Гермиона и громко шмыгнула носом. — Зачем?

— Я за тебя беспокоился… Искал повсюду, а когда девочки предположили, что ты можешь быть в одной из женских уборных, понял, что без них не обойтись.

Ответа не последовало, но за дверью по-прежнему слышались всхлипы.

— Гермиона, пожалуйста, выйди и поговори со мной…

Почти целую минуту стояла тишина. Рон терпеливо ждал.

— Здесь меня никто не любит, — внезапно всхлипнула она. — Никто со мной не разговаривает. Все на факультете смеются, потому что я учусь… Другие девочки не замечают меня, даже когда мы вместе в спальне… Я ненавижу это место… Я хочу домой… Я просто хотела стать своей…

Гермиона громко расплакалась, и что-то болезненно сжалось в груди Рона.

Неужели она чувствовала себя настолько одинокой?

Он вспомнил, с каким восторгом Гермиона каждый раз соглашалась заниматься вместе, и сердце стиснуло ещё сильнее.

Какой же я идиот… Почему не заметил настолько очевидного?!

Будь на её месте Джинни, Рон сразу всё понял бы. Но о том, каково приходится Гермионе, он ни разу по-настоящему не задумался.

— Ты нравишься мне, Гермиона… И Гарри с Невиллом тоже…

Она перебила его:

— НЕТ, НЕ НРАВЛЮСЬ! — пронзительно крикнула Гермиона и сорвалась на низкий, надрывный всхлип. — Они ни разу со мной не заговорили с тех пор… с тех пор, как мы ходили в… зал наград. Я им не нравлюсь. Здесь я никому не нравлюсь… Остальные даже смеются надо мной из-за того, что я занимаюсь с тобой, слизеринцем. А Гарри… Гарри и Невилл никогда не пытаются их остановить…

От рыданий Гермионы у самого Рона почему-то защипало глаза. Он изо всех сил вытер их рукавом мантии.

— Я просто хочу домой… — хрипло закончила она.

— Ты нравишься мне, Гермиона… Мы с тобой друзья. Ты ведь это знаешь?

Теперь Рон почти умолял.

Пожалуйста, только выйди… Нам нельзя здесь оставаться!

В уборную ворвалась Трейси. Рон подпрыгнул от неожиданности.

— Рон, сюда идут старшие девочки! Милли их задерживает! СКОРЕЕ! — в панике выпалила она.

Вот же чёрт! Я почти её убедил…

— Просто оставь меня в покое, — хрипло отозвалась Гермиона. — Мы не друзья… Тебе меня просто жаль…

— Герми… — начал Рон, но Трейси его оборвала:

— РОН, БЫСТРЕЕ!

Ругнувшись вслух, он выбежал вместе с Трейси и оставил рыдающую Гермиону позади.

Мерлин, ну почему мне так не везёт…

Они торопливо добежали до противоположного конца коридора и выглянули из-за угла. Миллисента разговаривала с тремя старшими ученицами. Девушку посередине Рон узнал: староста пятого курса Слизерина.

Вот чёрт, едва увернулся от проклятия…

Рон и Трейси как ни в чём не бывало приблизились к Миллисенте со спины, изо всех сил изображая невинность. Услышав их шаги, та извинилась перед старшими девочками.

Рон помахал им и невинно улыбнулся. Староста улыбнулась и помахала в ответ. Рон вынужден был признать, что она очень красивая. Две другие лишь вскинули брови и презрительно фыркнули.

Старшекурсницы прошли мимо троих друзей и направились в уборную.

— О Мерлин, как близко… — выдохнула Трейси. Похоже, всё это время она не дышала.

— Спасибо, Милли, — сказал Рон, пытаясь унять бешено колотившееся сердце.

Он даже не заметил, что впервые назвал Миллисенту уменьшительным именем. Она секунду удивлённо моргала, а потом широко улыбнулась.

— Я прикрою, — только и ответила Миллисента.

Рон благодарно кивнул.

Она спасла наши шкуры… Если бы староста нашего факультета застала меня в женской уборной…

От одной мысли Рон содрогнулся.

— Ужин скоро начнётся. Кэри сказала, что мне пора идти на праздник.

— Кто? — настороженно спросил Рон, не понимая, что ещё за Кэри.

— Кэри… наша староста, — пояснила Трейси и раздражённо взглянула на него. — Вы, мальчишки, вообще когда-нибудь замечаете, что происходит вокруг?

Рон лишь пожал плечами.

Вытащить Гермиону из уборной не получилось… Теперь придётся вмешать профессора Макгонагалл. Другого выхода нет.

На празднике в честь Хэллоуина Рон сидел за слизеринским столом между Трейси и Миллисентой. Напротив расположились Тео, Блейз и Дафна. Тягостное молчание между друзьями заставляло Рона ёрзать от неловкости.

— Украшения красивые, — подал голос Тео, стараясь говорить непринуждённо. — Мне нравятся летучие мыши и летающие тыквы…

— Да, а еда, говорят, будет просто потрясающая… — добавила Трейси.

Она почему-то избегала смотреть на Дафну. Наверное, какие-то девчачьи дела, разбираться в которых Рону совершенно не хотелось.

— Жаль, я не увидела Грейнджер, когда вошла, — отрезала Дафна.

Рон свирепо посмотрел на неё. Дафна ответила таким же взглядом.

Молчание вернулось…

— Ради всего святого, — устало вздохнул Блейз. — Может, уже хватит, Дафна?..

Она тут же обратила гнев на него.

— МНЕ хватит?! — почти взвизгнула Дафна. — Это Рон бегает и водится с грязно…

— Заткнись! — приказал Рон и с силой ударил ладонями по столу.

Тарелки задребезжали. Все вздрогнули, а сидевшие дальше старшекурсники повернули головы и неодобрительно нахмурились. Рону было плевать.

— Я тебя уже предупреждал… — процедил он.

Наверное, от ярости у него на губах едва не выступила пена, потому что Дафна широко распахнула глаза. Впрочем, так же поступили и остальные друзья.

Но сейчас Рону не было до них никакого дела. Он не сумел вытащить Гермиону из проклятой уборной, и страх перед её неминуемой гибелью давил так сильно, что стало трудно дышать.

Дафна взяла себя в руки и вновь сердито уставилась на него. Несколько мгновений они не отводили глаз, но затем она фыркнула и отвернулась.

Эгоистичная маленькая дрянь!

— Прошу внимания! — Голос Альбуса Дамблдора прогремел над Большим залом, и все мгновенно смолкли. — Желаю вам счастливого Хэллоуина. А теперь не станем больше медлить. Да начнётся… пир!

Дамблдор громко хлопнул в ладоши, и на столах появились горы угощений. Правда, это была не обычная еда, а всевозможные сладости. Рон сомневался, что родители одобрили бы подобный ужин.

Впрочем, сейчас их мнение его совершенно не волновало.

Он положил на тарелку пару тыквенных пирожков и медленно принялся есть. Под мышками и на лбу выступил пот.

Она погибнет там в полном одиночестве, пока мы сидим и едим… Я должен что-нибудь сделать! Что угодно!

Но Рон не мог придумать ничего, что позволило бы спасти Гермиону и сохранить свою тайну. Сейчас ему виделся лишь один выход: немедленно рассказать обо всём Дамблдору.

Оставалась ещё Макгонагалл, но прежний план с большой вероятностью провалится. Профессор вряд ли тут же побежит проверять Гермиону лишь потому, что Рон её попросит. А времени уже не было.

Значит, всё решено… Придётся это сделать… Ради Гермионы, Гарри и Невилла…

Рон медленно поднялся, не обращая внимания на расспросы друзей.

Не верится, что я не продержался в Хогвартсе и трёх месяцев, прежде чем выдать себя…

Тут главные двери Большого зала с грохотом распахнулись, и все разом повернули головы. Профессор Квиррелл бегом ворвался внутрь и помчался прямо к преподавательскому столу.

— ТРОЛЛЬ В ПОДЗЕМЕЛЬЯХ! — завопил он. — Решил, что вам стоит знать…

Квиррелл рухнул лицом в пол и лишился чувств.

Что?.. Постойте, а я…?

Большой зал охватила паника. Ученики кричали, вскакивали с мест и пытались убежать. Рон застыл, пока его не начали толкать спешившие мимо дети.

Это привело его в чувство. Он сразу понял, что делать.

Нужно сказать преподавателям! Сейчас они её спасут!

Отчаяние придало сил. Рон принялся проталкиваться к преподавательскому столу. Он кричал, требуя пропустить его, но старшекурсников было слишком много, а сил растолкать их не хватало.

— ТИШИНА! — прогремел над залом голос Дамблдора.

Все разом замерли и перестали кричать.

— Хорошо. Теперь сохраняйте спокойствие и подойдите к старостам своих факультетов. Они отведут вас в гостиные. Никому не разрешается выходить, пока опасность не минует. Старосты, исполните свой долг перед школой. Преподаватели — за мной, в подземелья.

Директор быстрым шагом направился к двери позади преподавательского стола, и профессора последовали за ним.

НЕТ! ПОДОЖДИТЕ!

Рон ещё яростнее попытался пробиться сквозь толпу, но ничего не получилось.

— СТОЙТЕ! ПРОФЕССОРА, ПОДОЖДИТЕ! — закричал он.

Голос утонул в топоте и гомоне учеников. Толпа против воли оттесняла Рона назад. Он уже начал падать, когда чья-то рука схватила его за плечо и втянула обратно на скамью.

— Что ты делаешь? — спросила Миллисента. — По школе разгуливает тролль! Нам нужно в гостиную!

Рон посмотрел на неё. На его лице был написан такой чистый ужас, что Миллисента широко распахнула глаза.

— Рон?

— Гермиона… Она не знает о тролле, Милли! — быстро и громко произнёс он.

Миллисента тревожно посмотрела на него и вздохнула.

— С Гермионой всё будет хорошо, Рон. Преподаватели и директор уже отправились за троллем. Пойдём, нельзя отставать.

Она взяла Рона за руку и потащила к слизеринским старостам. Рон хотел сопротивляться, но голова кружилась от того, что всё разом пошло наперекосяк.

Столько готовился — и всё равно провалился… Она действительно погибнет… ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ?! Почему я сразу не рассказал Дамблдору правду?..

Слизеринцы начали покидать Большой зал. Миллисента тащила Рона следом, а он лишь оглядывал испуганные лица друзей и товарищей по факультету. В животе лежала невыносимая тяжесть, ноги едва волочились. Казалось, он вот-вот лишится чувств…

Они её не найдут… А когда найдут… От неё останутся одни куски…

Глаза Рона обожгло при воспоминании об изломанном теле Гермионы. Он вспомнил её последние слова перед ужином. Её восторг, когда он предложил заниматься вместе. Её рыдания и одиночество.

Ноги остановились.

НЕТ… НЕТ, Я ЭТОГО НЕ ПОЗВОЛЮ! ОНА ЗАСЛУЖИВАЕТ ЛУЧШЕЙ УЧАСТИ!

Миллисента тоже остановилась, потому что Рон словно прирос к полу. Он вырвал руку и посмотрел на неё красными от слёз и страха глазами.

— Рон… Что ты делаешь? — Голос Миллисенты задрожал при виде друга в таком состоянии.

— Гермиона не знает, Милли… Она… она не знает, — безумным голосом пробормотал Рон. — Я должен был её вытащить… Я не могу…

Он начал пятиться от Миллисенты. Та лишь широко раскрытыми глазами смотрела на него. Староста заметила, что Рон покинул строй и отходит от остальных.

— Уизли! — окликнула она. — Уизли, немедленно вернитесь в строй! Что вы делаете?

Друзья и другие слизеринцы обернулись. На лицах друзей отразились те же тревога, страх и потрясение, что и у Миллисенты.

— Рон… — тихо позвали Дафна и Трейси.

Он посмотрел на них и глухо рассмеялся. Страх окончательно спутал мысли.

Она не знает… Тролль откусит Гарри голову… От Невилла не найдут и половины… Я… я должен сделать больше… Всё как с Пандорой… ДВИГАЙСЯ ЖЕ! ТРУС НЕСЧАСТНЫЙ! ПОЖАЛУЙСТА, БЕГИ!

— Простите… Я не могу позволить ей так погибнуть… — пробормотал Рон, отступая всё быстрее.

— УИЗЛИ, ТЫ КАКОГО ЧЁРТА ТВОРИШЬ?! — заорал староста-мальчик. — НЕМЕДЛЕННО ВЕРНИСЬ В СТРОЙ!

Крик громом отдавался в ушах Рона. По щекам потекли слёзы.

Пусть меня исключат… Но я… Гермиона ничего не знает… Если она погибнет… Это будет моя вина…

Рон развернулся и со всех ног помчался к женской уборной.

Позади послышались громкие крики и торопливые шаги. Его звала староста, друзья тоже требовали вернуться. Даже Блейз кричал, чтобы он остановился.

Но Рон не остановился.

Он бежал так быстро и яростно, что ступни болели при каждом ударе о каменный пол.

Я УСПЕЮ! Я ЕЩЁ МОГУ ЧТО-ТО СДЕЛАТЬ!

Голоса становились всё тише. Рон понял, что упражнения приносили плоды. Быть может, именно благодаря им он успеет вовремя.

Рон выхватил палочку и крепко стиснул рукоять. Все мысли сосредоточились на женской уборной.

Почти добежал. Ещё немного…

Тут впереди раздались тяжёлый удар и звон разбивающейся керамики. Сердце застучало у Рона в ушах. Он закричал и заставил тело бежать ещё быстрее.

ТОЛЬКОНЕУМИРАЙТОЛЬКОНЕУМИРАЙТОЛЬКОНЕВЗДУМАЙУМЕРЕТЬ!

Рон попытался свернуть в уборную, но нёсся слишком быстро и не успел затормозить. Он со всей силы врезался правым плечом в стену возле входа.

Вскрикнул от боли, однако тут же рванул вперёд и левым плечом распахнул дверь.

Внутри Невилл помогал Гермионе подняться, а Гарри уворачивался от дубины тролля.

Я УСПЕЛ! В САМЫЙ ПОСЛЕДНИЙ МИГ!

Никто не заметил его появления: всем хватало собственных бед.

Рон вбежал глубже и левой рукой направил палочку в затылок чудовищу. Дверь позади снова распахнулась, внутрь ворвались друзья и староста, но Рон не обратил внимания.

Он сосредоточился на цели, отгородившись от испуганных вздохов и криков за спиной.

— СДОХНИ, ЧУДОВИЩЕ! — завопил Рон во всё горло.

Теперь все посмотрели на него. Тролль тоже обернулся к шуму. В этот миг Рон выкрикнул первое проклятие, пришедшее в голову:

— КОНФРИНГО!

Палочка обожгла ладонь. С кончика вырвался огненно-оранжевый луч и ударил тролля в правую половину лица.

Раздался оглушительный взрыв. Невидимая сила отбросила всех прочь от чудовища. Рон влетел спиной в друзей, а Гарри швырнуло в обломки кабинок. От удара у Рона перехватило дыхание. Судя по стонам, остальных постигло то же самое.

Тролль с тяжёлым грохотом рухнул набок. Пол содрогнулся.

Комнату поглотила зловещая тишина. Одно мгновение растянулось в вечность.

Рон попытался встать. От боли в правом плече едва снова не упал.

Но падать было нельзя. Пока нельзя.

Рон с криком поднялся, выплёскивая боль, и, пошатываясь, направился к Гермионе. Она забилась в угол вместе с Невиллом. Оба выглядели так, словно ужас отнял у них дар речи.

Проходя мимо мёртвого тролля, Рон посмотрел на него и ощутил болезненное удовлетворение. Правая половина морды была разорвана. Целые куски исчезли, обнажённая плоть обуглилась и дымилась. Правого глаза не осталось. Вокруг изувеченной головы растекалась большая лужа крови, перемешанной с клочьями мяса и выбитыми зубами.

Ты это заслужил… чудовище!

Рон вновь посмотрел на Гермиону и, прихрамывая, приблизился. Она глядела на него с чистым ужасом и дрожала от пережитого.

— Я… я тебя спас… Я успел… — тихо произнёс Рон со слабой улыбкой.

Он остановился прямо перед ней. Гермиона не могла унять дрожь.

Налитые кровью глаза Рона, едва заметная улыбка и мокрые дорожки слёз на щеках делали его таким… безумным.

Похожим на чудовище…

Рон рухнул на колени и схватился левой рукой за правое плечо.

— Рука… проклятая рука… — прохрипел он.

Гермиона тут же бросилась к нему.

— Рональд… Что ты… что ты сделал… с троллем?.. — Голос её дрожал.

— Он собирался тебя убить… И… — Рон стиснул зубы от боли. — И Гарри с Невиллом… Вы мои друзья…

Он говорил как в бреду. Боль затмевала рассудок.

Вдруг дверь с грохотом распахнулась. Гермиона взвизгнула и вскочила. Рон медленно обернулся. Гарри, кряхтя, выбирался из разрушенных кабинок и ошеломлённо смотрел на тролля.

У входа, позади потрясённых и перепуганных друзей Рона, стояли профессора Макгонагалл, Снейп, Квиррелл и Флитвик.

— Что… Что всё это значит?! — потребовала Макгонагалл. При виде страшных останков тролля голос её дрожал. — НЕМЕДЛЕННО ОБЪЯСНИТЕСЬ! — закричала она, повернувшись к старосте.

— Уи… Уизли, профессор Макгонагалл… — пробормотала та и дрожащим пальцем указала на рыжеволосого мальчика. — Он разнёс голову тролля… на куски.

Закончив, староста метнулась в сторону, и её вырвало ужином.

От звуков и зрелища затошнило и Рона. Всё внутри выворачивало от истощения, страха, потрясения и собственного поступка.

Я только что убил живое существо… И мне это…

Едва он осознал мысль, его тоже вырвало. Почти нечем — за ужином Рон едва притронулся к еде, — но горло всё равно обожгло.

Макгонагалл в мгновение ока оказалась рядом и обняла его за плечи. Рон поморщился от боли и отпрянул. Профессор вздрогнула, вытащила палочку и без слов наложила диагностические чары.

— Правое плечо вывихнуто… Филиус, помогите с мальчиком. Нужно отвести его и остальных детей к мадам Помфри.

Профессор Флитвик быстро превратил дубину в носилки, а Макгонагалл помогла Рону лечь. Затем повернулась к Невиллу и Гермионе, всё ещё дрожавшим после пережитого.

— Идёмте, дети, — ласково позвала она, протягивая руку Гермионе.

Та медленно за неё ухватилась.

Дорога до больничного крыла прошла для Рона словно в тумане. Он слышал слова, но не понимал смысла. Слышал шаги, но не знал, кому они принадлежали. Перед глазами оставался лишь потолок, проплывавший над ним, пока удобные носилки не доставили его в больничное крыло.

Теперь Рон сидел на койке, укрыв ноги белым одеялом, и пристально наблюдал за всем вокруг. Мадам Помфри в два счёта вправила плечо и дала небольшую дозу Успокоительного напитка — несомненно, чтобы смягчить потрясение.

С подносом в руках целительница обходила учеников, пришедших из женской уборной, и каждому по очереди давала немного напитка. Профессора Снейп и Флитвик ушли за директором, а Макгонагалл и Квиррелл беседовали со старостой. Та, без сомнения, объясняла им случившееся.

Как же её зовут? Милли говорила, но я опять забыл.

Рон заметил, что, в отличие от Умиротворяющего напитка, Успокоительный не превратил его в законченного болвана. Впрочем, возможно, всё дело было в меньшей дозе.

Так или иначе, это не имело значения. Сейчас Рон испытывал лишь облегчение: он спас гриффиндорцев, и теперь все трое находились вместе с ним в больничном крыле.

Гермиона лежала на койке неподалёку. Гарри и Невилл сидели на стульях рядом с ней. Слизеринские друзья Рона тоже остались здесь и расположились вокруг его кровати. Ближе всех села Дафна.

Никто не разговаривал — отчасти потому, что зелье притупило потрясение и чувства, отчасти потому, что каждый пытался осмыслить увиденное.

Внезапно дверь распахнулась, разрушив спокойствие. Внутрь стремительно вошёл Дамблдор, следом за ним — двое профессоров.

— Поппи, — мягко произнёс он. — Где мальчик?

Мадам Помфри нахмурилась.

— Альбус, прошу, дай ему отдохнуть. Сегодня он пережил слишком многое.

— Боюсь, я не могу, Поппи, — с виноватой улыбкой ответил Дамблдор.

Он прошептал ей нечто, чего Рон не расслышал. Что бы это ни было, мадам Помфри указала на его койку.

Ласковый взгляд Дамблдора остановился на Роне, и того слегка замутило.

Придётся ему лгать… Иначе тайну не сохранить.

Рон всё-таки решил никому не рассказывать о своём даре. В конце концов, всё обошлось, а он даже сумел убить тролля. Быть может, он и правда справится в одиночку?

— А, мистер Уизли, именно вас я и искал, — с ноткой веселья произнёс Дамблдор, приближаясь к кровати.

Слизеринцы поднялись, собираясь уйти, но директор неодобрительно поцокал языком и велел им снова сесть.

— Мне понадобятся объяснения каждого из вас. И совершенно незачем покидать друга из-за моего появления.

Слизеринцы медленно опустились на стулья, обмениваясь тревожными взглядами друг с другом и с Роном.

— Итак, мистер Уизли, расскажите, пожалуйста, как вы оказались в женской уборной в столь поздний час? — мягко спросил Дамблдор, и глаза его лукаво блеснули.

Он что… нарочно задал вопрос так двусмысленно и неловко? Ему это нравится?.. Зловредный старый пень…

Рон откашлялся и посмотрел директору в глаза.

— Сэр, я убежал из строя Слизерина… Хотел предупредить Гермиону о тролле.

Дамблдор медленно кивнул.

— А откуда вы знали, где искать мисс Грейнджер?

— Я… ну… Я уже заходил в ту уборную раньше… Но только потому, что искал её!

Уши Рона запылали, щёки вспыхнули.

Теперь и он точно считает меня извращенцем…

— А зачем вы её искали, Рональд? — В глазах Дамблдора плясали весёлые искры. Рассказ интересовал его всё сильнее.

— Утром она пропустила уроки после того, как… — Рон умолк.

Дамблдор приподнял брови, предлагая продолжить.

Не хочу ни на кого ябедничать… Фред с Джорджем всегда приходят в бешенство, когда я на них жалуюсь.

— Над Грейнджер издевались её товарищи-гриффиндорцы, сэр, — вмешался Тео, и Рон с облегчением вздохнул. — Они отпускали шутки за её счёт, и после утреннего урока заклинаний она убежала в слезах. Рон весь день за неё переживал и перед ужином отправился на поиски. Миллисента и Трейси пошли вместе с ним.

Закончив, Тео перевёл взгляд на девочек, словно приказывая подтвердить его слова.

— Это правда, директор, — выпалила Трейси. — Мы… мы нашли её плачущей в уборной, но она отказалась выходить. Тогда позволили Рону поговорить с ней. Гермиона всё равно не вышла… А когда тролля заметили в подземельях, Рон побежал её предупреждать. Он сказал, что она ничего не знает и может пострадать или погибнуть.

Трейси закончила и глубоко вдохнула. Дамблдор снова медленно кивнул, затем обратился к гриффиндорцам:

— Мисс Грейнджер, всё было именно так?

Гермиона приподнялась и посмотрела на Рона. На лице появилась лёгкая улыбка.

— Да, директор, — тихо ответила она. — Рон просил меня выйти, но я… отказалась. Поэтому он и знал, где меня найти.

— А вы двое? — спросил Дамблдор у гриффиндорских мальчиков. — Почему вы тоже оказались возле уборной?

Теперь голос директора откровенно лучился весельем.

— Мы отправились искать Гермиону, сэр, — ответил Гарри.

Невилл же смотрел в пол и нервно теребил пальцы.

— Слизеринцы… говорят правду. Над Гермионой издевались. Рон разозлился и… за обедом накричал на нас за то, что мы её не защитили.

Услышав это, Гермиона просияла. Рон смущённо покраснел.

— Мы с Невом почувствовали себя виноватыми и стали расспрашивать гриффиндорцев. Парвати Патил сказала, что Гермиона плачет в женской уборной возле подземелий… — Гарри опустил глаза. — Мы тоже хотели её предупредить, но тролль уже был там. Он едва…

Гарри осёкся. Потрясение начало возвращаться.

Дамблдор тихо и облегчённо вздохнул.

— Довольно, Гарри, — мягко сказал он. — Теперь мне ясны события сегодняшнего дня. Поппи, можете отпустить всех учеников, которых не считаете нужным оставить на ночь. После пережитых волнений им наверняка не помешает хороший сон.

Мадам Помфри отправила слизеринских друзей Рона, Гарри, Невилла и старосту Слизерина обратно в гостиные. Из детей в больничном крыле остались лишь Рон и Гермиона.

Однако профессора не ушли. Рон заметил, что они бросают на него любопытные и… испуганные взгляды.

Что случилось? Я всё-таки влип?..

Дамблдор подошёл к профессорам Снейпу, Макгонагалл, Квирреллу и Флитвику. Они начали о чём-то тихо совещаться и время от времени поглядывали на Рона.

Он решил не обращать внимания. Ни на что другое сил уже не осталось.

— Пс-с-ст, — позвала Гермиона.

Рон тут же повернул голову.

— Ты… ты и правда накричал на гриффиндорцев?

Она улыбалась, и Рон невольно ответил тем же.

— Ну… да, — произнёс он, почесав затылок и чувствуя себя ужасно неловко.

Всё в порядке, Рон. Это было частью плана… Который с треском провалился, но всё же…

— Значит, в женской уборной ты говорил правду?.. Мы действительно друзья? — спросила Гермиона, смущённо покраснев.

— Правда, — коротко ответил Рон.

Гермиона просияла, а в её глазах заблестели слёзы.

— Ты даже отправился меня искать… хотя знал, что по школе разгуливает тролль. А потом ты…

Она умолкла, вспомнив, что Рон сделал ради её спасения. Благодарность невозможно было выразить словами, однако к ней примешивался лёгкий страх.

В тот миг, сразу после убийства тролля, Рон выглядел по-настоящему жутко.

После этого оба замолчали. Рон попытался прислушаться к разговору взрослых, но не сумел разобрать ни слова.

Через несколько минут к его койке подошли Дамблдор и Снейп. Остальные профессора торопливо покинули больничное крыло.

— Мистер Уизли, — привычно тихо и протяжно заговорил Снейп. — Мы должны обсудить ваши действия против тролля. Директор и я желаем знать, какое заклинание вы применили и где или у кого ему научились. Я ясно выразился?

Чёрные глаза Снейпа буравили Рона. Мальчик громко сглотнул.

— Не беспокойтесь, Рональд, — ласково добавил Дамблдор. — Вы не совершили ничего дурного, обещаю.

Рон медленно кивнул и снова посмотрел на профессора Снейпа.

— Я применил… Взрывное проклятие, сэр, — признался он.

Глаза Снейпа на долю секунды расширились.

— «Конфринго», — торопливо уточнил Рон.

— Это чрезвычайно сложное проклятие, Рональд, — тихо произнёс Дамблдор.

Теперь его глаза не мерцали. Взгляд стал тяжёлым и пронизывающим.

— Ни один первокурсник не должен даже знать о подобных чарах, не говоря уже о способности их применить. Откуда вы получили необходимые знания?

«Не совершил ничего дурного», как же… Он пострашнее профессора Снейпа.

— Меня… меня научил брат Чарли, — запинаясь выговорил Рон.

Дамблдор несколько секунд смотрел на него. Затем весёлые искры вернулись в глаза директора, и он тихо рассмеялся.

— Вы и правда необыкновенный мальчик, Рональд, — улыбнулся Дамблдор озадаченному Рону. — Не многие одиннадцатилетние могут похвастаться тем, что сразили двенадцатифутового горного тролля, защищая друзей. Сегодня вы спасли жизни, Рональд. Надеюсь, вы понимаете, насколько выдающийся поступок совершили.

Директор ласково улыбнулся. Рон с облегчением улыбнулся в ответ.

Значит, меня не исключат… Уже хорошо.

— Я присуждаю Слизерину… пятьдесят баллов. За вашу отвагу и предусмотрительность: несмотря на опасность, вы отправились разыскивать подругу. Прекрасная работа.

Рот Рона распахнулся.

Пятьдесят баллов…

Дамблдор рассмеялся при виде его выражения.

— Мистер Уизли, — негромко произнёс Снейп. — Неужели встреча с троллем повредила ваш рассудок? Поблагодарите директора как следует.

— Спасибо, директор, — быстро сказал Рон, боясь рассердить Снейпа.

— В этом нет необходимости, Рональд. — Дамблдор поднял ладонь, останавливая его. — Это мне следует благодарить вас за службу школе и помощь товарищам, независимо от их факультета. Желаю вам и мисс Грейнджер доброй ночи и приятных снов.

Дамблдор со Снейпом повернулись к выходу, но у самой двери оба остановились.

— Кроме того, я сообщу вашим семьям о сегодняшнем происшествии. Таковы школьные правила.

Семьям… Мама с папой обо всём узнают… А как же?..

— Директор! — не подумав, окликнул Рон.

Дамблдор обернулся с улыбкой.

— Да, Рональд?

— Не могли бы вы… ещё связаться с Лавгудами? От моего имени… Они мне тоже как семья.

Рон произнёс это ясно и твёрдо. Дамблдор улыбнулся, кивнул и вышел вместе со Снейпом.

— Вот же чёрт, — пробормотал Рон, укладываясь.

— Следи за языком, Рон! — притворно отчитала Гермиона.

Он едва не подпрыгнул от неожиданности. Рон почти забыл, что она здесь.

Как же я устал…

— Прости, — улыбнулся он.

На самом деле ему ничуть не было стыдно. Рон обожал говорить «вот же чёрт».

— Спасибо тебе, Рон, — с улыбкой ответила Гермиона. — За то, что стал моим другом. И за то, что за меня вступился.

Рон лишь кивнул. Честно говоря, он не представлял, что на это отвечать. Но Гермиона, кажется, не возражала и продолжала ему улыбаться.

— Спокойной ночи, Рон.

— Спокойной ночи, Гермиона.

Они закрыли глаза и больше не произнесли ни слова.

Перед сном Рон думал о благодарной улыбке Гермионы и о том, что никогда её не увидел бы, если бы в решающий миг не нашёл в себе силы.

Он счастливо улыбнулся, погружаясь во тьму.

Сегодня я победил… Я спас их…

* * *