Жасмин и Роза (джен)

Глава 9. Будни

Морис проснулся от яркого солнечного света. Повернувшись на бок, он лениво потянулся и сонно уставился на кровать Вилли. Приятеля рядом не было, хотя тот всегда спал почти до обеда. Кровать, как обычно, была абсолютно разгромлена: простыня скомкана, а одеяло едва держалось на самом краю. Солнечный свет защекотал нос. Морис громко чихнул, тихонько шепнул: «Ой…» и потёр переносицу.

Он быстро поднялся и переоделся в традиционную белоснежную форму Братства. На его фигуру она легла идеально. Крутанув замок, Морис выскочил в коридор — там царила странная, звенящая пустота. Спохватившись, что жестоко проспал уроки, он схватил нужные свитки и со всех ног побежал в главный зал.

Ворвавшись туда, Морис замер. Все ученики выстроились в ровную линию, напряжённые и прямые, словно на расстреле. И только Вилли, как всегда, стоял чуть в стороне, витая в облаках и разглядывая потолок.

Морис бесшумно подбежал к нему и встал в строй. Вилли тут же повернулся, его янтарные глаза блеснули теплом. Он коротко приобнял друга за плечи и шепнул прямо на ухо:

— Морис, стой смирно. Приехал проверить учеников сам Владыка Рая.

У Мориса внутри всё похолодело. Сам Владыка Рая! Самый могущественный маг Братства, перед которым трепетали даже учителя.

В зал медленно вошёл высокий, величественный мужчина в красивой тёмной мантии. За ним, едва дыша от страха, шёл бледный профессор Клоудед. Владыка Рая медленно двигался вдоль строя, осматривая учеников. Но стоило ему поравняться с парнями, как он резко остановился прямо напротив Вилли.

Морис затаил дыхание, ожидая худшего. Однако грозный правитель вдруг… тихо и очень тепло вздохнул. Он окинул взглядом растрёпанного блондина, у которого мантия съехала набок, и обречённо, но по-доброму покачал головой.

Вилли в ответ даже не подумал поклониться. Вместо этого он улыбнулся, скорчил самую невинную рожицу и слегка помахал ему забинтованной рукой.

Владыка Рая едва заметно улыбнулся одними уголками губ, словно говоря: «Ну что за оболтус», спрятал руки в широкие рукава и спокойно пошёл дальше.

— Все свободны! — громко объявил Клоудед, облегчённо утирая пот со лба.

Как только учителя скрылись в кабинете, зал взорвался шёпотом. Морис тут же утащил Вилли за колонну.

— Вилли! — зашептал граф с круглыми от шока глазами. — Ты с ума сошёл? Ты улыбнулся самому Владыке! А он… он посмотрел на тебя так, будто хотел не казнить, а обнять и дать конфету! Что это было?

Вилли весело расхохотался, закинул руку Морису на плечи и легонько щёлкнув его по носу.

— Да ладно тебе, графёныш! Тебе просто показалось. Мужчина просто очень добрый, а у меня, сам знаешь, лицо такое — располагающее к улыбке! Погнали лучше в столовую, пока там весь изюм из булок без нас не выковыряли!

Морис лишь покачал головой, понимая, что Вилли опять шутит и отмазывается. Но золотая искра клятвы под рёбрами приятно покалывала, напоминая, что этот невыносимый парень — теперь его брат.

В столовой пахло свежей корицей, топлёным молоком и утренним умиротворением. Ученики, всё ещё взбудораженные визитом Владыки Рая, шумно обсуждали утреннее происшествие, а Морис и Вилли уже вовсю хозяйничали у раздачи.

Точнее, хозяйничал Вилли. Морис лишь благородно держал поднос, стараясь не привлекать к себе внимания.

— Так, графёныш, смотри сюда, — заговорщически прошептал Вилли, оценивающе прищурившись на гору румяных, пышных булочек с медом. — Официально выносить еду из столовой запрещено правилами Братства... Но правила созданы для того, чтобы их… красиво обходить!

— Вилли, не надо, — взмолился Морис, косясь на суровых дежурных у дверей. — Нас только утром пронесло. Если Клоудед поймает нас с контрабандной выпечкой на своём уроке, он заставит нас переписывать рунические свитки до конца века.

— Спокойно, братец! У меня всё под контролем, — Вилли озорно подмигнул и… начал ловко рассовывать горячие булочки по карманам своей черно-белой мантии.

Мантия Братства была скроена идеально, но когда в её потайные отделения ложится шестой по счёту пирожок, ткань начинает подозрительно топорщиться. К моменту, когда Вилли закончил свою «спецоперацию», он стал выглядеть раза в два шире в районе талии, а из-под его подола отчётливо пахло ванилью.

— Ну как? — Вилли картинно повернулся вокруг своей оси, забавно похлопав себя по раздувшимся бокам. — Заметно?

— Ты выглядишь так, будто проглотил подушку, Вилли, — Морис устало прижал ладонь к лицу, но сдержать смешок не смог. — Из тебя во все стороны торчат углеводы.

— Ничего ты не понимаешь в маскировке! Это не булочки, это мощный мышечный корсет, — гордо заявил блондин, вскинув подбородок. — Главное — идти уверенно. Погнали!

Они направились к выходу из столовой. Морис изо всех сил старался идти с самым невозмутимым видом аристократа, хотя его сердце бешено колотилось. Вилли же шагал впереди, насвитывая весёлый мотивчик и забавно покачиваясь из стороны в сторону, отчего пирожки в его карманах глухо шуршали пергаментом.

Прямо у дверей их ждало главное препятствие — строгий дежурный старшекурсник. Заметив странную траекторию движения Вилли, дежурный подозрительно прищурился и сделал шаг вперёд, преграждая им путь.

— Эй, первокурсник! — строго окликнул он. — Что у тебя под мантией? Почему она так странно топорщится?

Морис замер, похолодев от ужаса. Всё, попались.

Но Вилли даже бровью не повёл. Он уморительно округлил глаза, состроил самую жалобную, несчастную гримасу и, прижав забинтованную руку к своему «раздувшемуся» животу, тихонько застонал:

— О-о-о, не спрашивай… Это всё утренняя каша! У меня от страха перед Владыкой Рая так разыгрался метеоризм, что живот раздуло, как покрывало! Доктор сказал, мне срочно нужно бежать на лекцию по медитации, иначе случится магический взрыв прямо в коридоре! Пропусти, умоляю, а то пострадают невинные!

Дежурный на секунду оцепенел. Он перевёл взгляд с абсолютно честных янтарных глаз Вилли на его подозрительно круглые бока, от которых пахло свежим медом, вспомнил, как утром сам Владыка Рая мягко улыбался этому странному парню, и… испуганно сглотнул. Связываться с любимчиком верховного мага, у которого к тому же «проблемы с животом», старшекурснику явно не хотелось.

— Проходи… Быстрее проходи! — брезгливо замахал руками дежурный, отступая на шаг.

— Спасибо, святой человек! Век не забуду! — радостно пискнул Вилли.

Они пулей выскочили в коридор и припустили в сторону кабинета Клоудеда. Только завернув за безопасный угол, Морис наконец-то смог нормально выдохнуть. Он прислонился к стене, чувствуя, как от смеха и адреналина трясутся плечи.

— «Магический взрыв», Вилли? Серьёзно?! — хохотал граф, вытирая выступившие слёзы. — Ты самый невыносимый лжец во всём Братстве!

— Зато эффективный! — Вилли весело расхохотался в ответ, запустил руку в карман и выудил оттуда ещё тёплую, слегка примятую булочку. Он протянул её другу, озорно шевельнув бровями: — Держи, братец. Половина твоя по закону клятвы. Клоудед заставит нас потеть над свитками, так хоть пожуём с комфортом!

И тут Морису приспичило назвать Вилли не просто по имени, а именно братом. Он судорожно обдумав, решил попробовать это сделать на уроке.

Урок у Клоудеда проходил как всегда скучно, поэтому Вилли закусив кончик языка достапал булочки из карманов. Одну он с улыбкой протянул Морису:

— О-о-о, графёныш, ты только посмотри на это чудо! Это же не просто выпечка, это настоящее кондитерское золото Братства!

Слушай сюда: правильная булочка с мёдом должна быть такой пышной и мягкой, будто ты откусываешь кусочек от того самого облака, на котором восседает Владыка Рая. Ткнёшь в неё пальцем — а она пружинит, как тренировочный мат в зале боевых искусств! А корочка? Она обязана быть румяной, глянцевой и липкой, чтобы пальцы потом склеивались, как наши судьбы после клятвы.

Но самый сок — это когда мёд внутри! Настоящий, янтарный — точь-в-точь как мои глаза, когда я вижу свободную раздачу в столовой. Он должен быть горячим, тягучим и пропитывать тесто насквозь, чтобы кусаешь — и у тебя внутри случается персональный магический взрыв тепла и корицы. Ради такого вкуса не то что профессору Клоудеду руны переписывать, ради него можно и перед целым советом магов метеоризм сымитировать!

Короче, брат, это не просто углеводы. Это официально лучшее лекарство от занудства, депрессии и строгих дежурных. Жуй давай, пока мёд на мантию не капнул!

— Спасибо... — тихо произнёс Морис, сглотнув дурацкий ком. Он замялся на долю секунды, а потом набрал в лёгкие воздуха и добавил: — Спасибо, брат.

Вилли замер.

Челюсть блондина перестала двигаться. На секунду его лицо стало абсолютно чистым от вечных ужимок, а янтарные глаза уставились на Мориса так, будто тот только что заговорил на древнедемоническом. В этой внезапной оглушительной тишине Морис впервые увидел его настоящим — растерянным и до странного беззащитным.

Но уже в следующий миг Вилли резко «отмер».

— Так, стоп! — он картинно схватился за сердце, выронив бы из рук булочку, если бы не вовремя сработавшие рефлексы. — Кто-нибудь, запишите это в свитки Братства! Срочно! Сам граф Карден снизошёл до простых смертных! Всё, у меня сейчас от умиления магия из ушей пойдёт.

Он резко подался вперёд, бесцеремонно грёб Мориса под мышку и зажал его шею в локтевом захвате, принимаясь вовсю ерошить графу идеально уложенные волосы.

— Ну всё, Карден, попался, — Вилли сиял так, что, казалось, мог осветить тёмный коридор без всяких заклинаний. Он заливисто хохотал, стискивая Мориса в объятиях. — Назад дороги нет. Назвал братом — теперь ты официально в банде. Будешь со мной до конца веков тырить контрабандную выпечку, врать дежурным и делить позор на ковре у Клоудеда строго пополам.

Морис попытался вырваться из этого медвежьего захвата, ворча для приличия, но на самом деле его губы сами расползались в улыбке.