Империя Поттеров (джен)

— Генри, до нас дошли странные слухи, — без лишних предисловий начала Вальпурга, едва они разместились в гостиной, и Тайни подала им чай. К чаю, впрочем, никто не притронулся. — Будто бы у тебя вдруг обнаружился ребенок шести лет. Мы несколько обеспокоены.

Она пристально посмотрела на Генри, и от него не укрылись мастерские диагностические чары, которые леди Блэк наложила на него почти незаметно, лишь едва пошевелив рукой со спрятанной в рукаве палочкой.

Ну разумеется, его легенда рассыпалась в прах в глазах Блэков, которые знали о том, что он не мог завести никакого ребенка больше шести лет назад, ведь тогда его в этой реальности просто не было. Они подозревали, что произошло нечто из ряда вон выходящее, возможно, даже опасное, и были обеспокоены. Сириус с Регулусом, которые действовали не так мастерски, как их мать, тоже сейчас вовсю проводили свою собственную диагностику. Генри с помощью Дианы сумел уловить как минимум дюжину сканирующих чар, которые должны были выявить проклятия, следы действия зельев и ментальные чары подавления воли. Они опасались, что Генри мог стать жертвой чьего-то злого умысла.

Генри сделал вид, что не замечает их осторожные проверки. Ему было тепло и приятно от такой заботы.

— Со мной все в порядке, — с улыбкой сказал он. — И я расскажу вам, что произошло на самом деле. Прошу, угощайтесь чаем.

Трое Блэков украдкой переглянулись, но чашку взял в руки только Сириус. Вальпурга не собиралась долго ждать объяснений и вцепилась в Генри своим акульим взглядом, на время снова став с ним той суровой подозрительной женщиной, к которой он пришел несколько месяцев назад.

— Все мы знаем, что он не может быть твоим сыном в обычном понимании, Генри. Но тест гоблинов не ошибается. Так кто этот мальчик?

Генри сам взял чашку и сделал несколько глотков, оттягивая момент и тщательно взвешивая слова. Ему не хотелось лгать своей только обретенной семье, близким любимым людям, но он боялся, что всю правду — о воскрешении Темного Лорда в Капсуле Жизни — они сейчас принять просто не смогут. Поэтому он решил рассказать лишь часть истории, не вдаваясь в подробности, которые могут вызвать непонимание и отрицание.

— По крови и магии этот мальчик — действительно мой сын, — сказал он медленно. — Но его выносила не женщина.

В гостиной стало тихо. Сириус, который до этого дул на чай, не удержал чашку и ошпарил себе колени, страшно вытаращив глаза.

— Русалка?! — выпалил он с искренним ужасом.

Все уставились на него. Вальпурга подняла брови, да и для Генри такое предположение оказалось большой неожиданностью.

— Русалка? — недоуменно переспросил он. — Сириус, ты в своем уме? Откуда такие мысли?

— Он просто начитался любовных романов, — сухо пояснила Вальпурга, жестом высушивая мантию сына. — Из запретной секции нашей семейной библиотеки.

Сириус мгновенно покраснел и громко звякнул чашкой о кофейный столик. С невнятным бормотанием он взял большое печенье, засунул его целиком в рот и принялся жевать, делая вид, что слишком занят, чтобы давать пояснения. Генри с облегчением рассмеялся. Кажется, когда они поняли, что он не околдован, не проклят и не находится в беде, то немного расслабились. Вернулось их обычное семейное настроение с юмором и тонкими взаимными шпильками.

— В нашей запретной секции есть любовные романы? — с неподдельным удивлением спросил Регулус у матери. — Я всегда думал, что там только книги по темной магии и кровавым ритуалам.

— Там есть эротические романы, — с достоинством сказала Вальпурга. — Пришлось их туда переместить, когда у ваших кузин начался возраст созревания. Чтобы они не читали всякую неподобающую юным леди ерунду.

— А я-то гадал, почему Белла так старалась попасть в запретную секцию в свое время, — задумчиво протянул Регулус и тоже взял чашку. — Думал, что она ищет книги по темным искусствам.

— Ну, конечно, — фыркнула Вальпурга. — Беллу интересовали совсем другие виды "искусств".

Некоторое время они, посмеиваясь, пили чай с фирменным пряным печеньем Тайни, сегодня щедро сдобренным цукатами, но Генри понимал, что Блэкам по-прежнему нужны были объяснения.

— Это магия будущего, — наконец сказал он.

— Магия будущего? — переспросил Сириус и ткнул в его сторону очередной печенькой. — Приятель, ты что, просто создал себе человека с помощью магии будущего?

— Можно сказать и так, — уклончиво ответил Генри. Он пока не хотел показывать им Капсулу Жизни, объяснять принцип работы и тем более — рассказывать о том, где именно взял душу для создания полноценного мальчика. — Кстати, раз уж мы заговорили о Томе... Моему сыну нужен крестный отец. Регулус, что скажешь? — перевел он тему.

Регулус замер, не донеся чашку до рта, и растерянно моргнул.

— Ты предлагаешь мне стать крестным? — тихо спросил он, и во всегда спокойном тоне его голоса Генри сейчас хорошо различил волнение.

— Конечно, — улыбнулся Генри. — Не представляю, кто мог бы справиться с этим лучше.

— Эй! — возмутился Сириус.

— Кроме тебя, Бродяга, — тут же поправился Генри. — Но ты уже крестный Гарри. Предлагаю распределить... детей.

Лицо Регулуса засветилось.

— Я согласен, — с уже нескрываемым радостным волнением сказал он.

— Чтобы связь была крепкой, предлагаю провести крещение в Литу, — добавил Генри. — Это будет лучшее время.

Вальпургу, впрочем, эти сантименты, нисколько не сбили с толку. Она поджала губы и неодобрительно покачала головой.

— В мое время наследников заводили другими, более традиционными способами, — ворчливо заметила она и красноречиво посмотрела по очереди на обоих своих сыновей. — Через брак и союз двух родов.

Генри хорошо знал о ее переживаниях. Несмотря на сотни писем с предложениями о помолвке от самых уважаемых чистокровных семейств Британии и материковой Европы, а также личный интерес множества молодых дам к двум красивейшим братьям волшебной Британии, ни Регулус, ни Сириус пока даже не помышляли о женитьбе. Хотя, надо сказать, Сириус успел обрасти слухами о множестве романов, но ничего серьезного из этого не выходило.

— Ну, мама! — возмущенно воскликнул он. — Не начинай опять! У нас еще много времени!

— "Много времени" — очень опасная иллюзия, мои дорогие, — вздохнула Вальпурга, но спорить не стала.

Когда чай был допит, а атмосфера окончательно разрядилась за шутками над тем, что именно Сириус обнаружил в семейной библиотеке Блэков и как собирается применять полученные знания, они договорились, что Генри представит Блэкам своего сына, как только тот будет готов. Пока же он не собирался тревожить мальчика и пугать его толпой родственников, а также не хотел тревожить самих Блэков видом ребенка, который пока даже не умел говорить. Он хотел дать Тому время освоиться в мире, куда вернул его против воли.

Перед уходом Вальпурга извинилась за внезапный визит и подозрения.

— Прости нас, Генри, за недоверие, — сказала она в свойственной ей строгой манере — и извинения сейчас звучали так, будто она его отчитывала. Впрочем, так и было — ведь это он ничего заранее им не рассказал и заставил переполошиться. — Но эти странные события с появлением ребенка, которого просто не могло быть согласно законам природы и времени, нас очень взволновали. Мы решили, что должны лично убедиться, что в Поттер-мэноре не происходит ничего плохого и никто не попал в беду.

Генри вновь стало невероятно тепло от их заботы, которую они проявили в типично Блэковском стиле — резко, решительно и с чувством юмора.