Повелитель Тайн (джен)

«Кто это? Кто говорит?» Мышцы Клейна напряглись, и он едва не открыл глаза.

В этот момент по его спине струился пот, пропитавший рубашку.

Больше всего его встревожили не сами слова, а то, что они прозвучали прямо в сердце, причём голос ничем не отличался от его собственного.

«Хотя я сохранил ясность в этом сне, моё Духовное Тело всё же было загрязнено его психикой, стоявшей на грани потери контроля? Или кто-то использует этого Хранителя, чтобы передать мне сообщение?» Бесчисленные догадки проносились в голове Клейна. Наконец, сопоставив содержание сказанного и собственную ситуацию, он пришёл к предварительному выводу.

«Число людей, знающих о том, что я Клейн Моретти, и без того невелико. То же самое касается тех, кто знает, что Клейн Моретти однажды дал клятву, прикоснувшись к Священному Артефакту. Более того, между этими двумя группами почти нет пересечений.

Мистер Азик уже слышал, как я упоминал первое обстоятельство, но если он хочет напомнить мне об этом, он может сделать это напрямую через посыльного. Нет необходимости использовать такой пугающий метод… Уилл Осептин может знать. В конце концов, он — Змей Меркурия, представляющий судьбу. Но по той же логике „Он“ может напрямую связаться со мной… Конечно, я не могу исключать возможность, что ему вдруг пришла в голову мысль напугать меня, ведь днём я как раз думал о шансе стать его крёстным отцом…

Тетрадь семьи Антигон осквернила Хранителя, так же как когда-то использовала Тканевую Куклу Несчастий, чтобы доставить символ? Но если это действительно тетрадь семьи Антигон, почему она не дала мне формулу зелья напрямую? Или не попыталась договориться со мной, чтобы я помог устроить побег тетради из заточения… Собор Святого Самуила — штаб-квартира Баклундской епархии, поэтому его уровень выше, чем у Собора Святой Селены. У той тетради не должно быть возможности сделать что-то ещё. Она должна быть надёжно запечатана…

Кроме них, есть только одна сущность, которая в курсе обоих дел, — Богиня Вечной Ночи. Однако при гордости божества „Ей“ нет нужды притворяться прохожей, чтобы окликнуть меня вежливым и отчуждённым тоном… Я нахожусь в Соборе Святого Самуила, так что „Ей“ достаточно ниспослать откровение, и десятки потусторонних появятся, чтобы скосить меня. А в штаб-квартире епархии, при достаточной подготовке, они наверняка смогут нарушить Путешествие. Так что нет нужды так напрягаться…

Хм, остаётся ещё один человек, который в курсе обоих вопросов…

Это я!

Прежде чем планировать операцию, я действительно рассмотрел соответствующую проблему. Тогда я пришёл к выводу, что мне не нужно слишком беспокоиться об этом, потому что только после продвижения к Безликому часть силы Серого Тумана вошла в реальный мир, позволяя некоторым полубогам почувствовать мою особенность. До этого только потусторонние Пути Монстра могли обнаружить крошечную частичку моей особенности, а когда я коснулся священного меча и дал клятву, я ещё даже не был Клоуном…

Только благодаря тайной связи, установленной клятвой, Богиня постепенно почувствовала во мне что-то. Прошло столько времени, а я не видел, чтобы „Она“ предпринимала какие-либо действия… Эта женщина-Ангел, хм… она должна быть Ангелом. Она даже улыбнулась мне, когда стёрла Мистера А… Поэтому Богиня может быть не против того, чтобы я забрал тетрадь семьи Антигон. Хотя я не уверен в „Её“ мотивах, на своём нынешнем уровне я могу только принять это и потом думать, как с этим справиться. В конце концов, это всё равно безопаснее, чем взбираться на главную вершину горного хребта Хорнакис… Конечно, всё это держится на предположении, что леди, которая стёрла Мистера А, — Ангел Церкви…

Хм… Хотя на этапе Безликого я прошёл через всевозможную практику Метода Действия и хорошо узнал себя, я употребил дополнительные зелья, не переварив их полностью. А Кукловод требует, чтобы каждая марионетка придерживалась определённой личности. Это тоже легко вызывает диссоциацию личности… Кроме того, чтобы украсть тетрадь семьи Антигон и действовать как Дуэйн Дантес, я испытываю огромный стресс. Я подсознательно колеблюсь и становлюсь подозрительным… В таком состоянии загрязнённая психика почти потерявшего контроль Хранителя раздражила моё Духовное Тело, вызвав у меня раздвоение личности?»

Как только Клейн подумал об этом, в его голове снова зазвучал знакомый и в то же время незнакомый голос.

— Хех, твои рассуждения слишком идеализированы. Все твои действия, по сути, являются результатом удачи. Если бы тот высокопоставленный диакон, Крестет Цезимир, со святым мечом был здесь, в Баклунде, чтобы заниматься делами потусторонних, можешь ли ты гарантировать, что святой меч не почувствует тебя, когда вы будете в одном соборе? Вы оба связаны клятвой!

«Если диакон Цезимир приедет, я откажусь от этого плана… К тому же это можно заранее обойти. Я найду предлог или причину, чтобы какое-то время побыть за городом…» — внутренне пробормотал Клейн.

Затем он услышал голос, принадлежащий ему самому, звучащий в его сознании:

— В такой ситуации слишком много случайностей и непредсказуемого развития.

— Разве перед тем, как прийти в Собор, ты учитывал, что простое наблюдение за Нитями Духовного Тела приведёт к мутации?

«Моя нервозность тогда была тревогой из-за того, что случилось нечто выходящее за пределы моих ожиданий. Но поскольку это было простое наблюдение без прямого контакта, я не верил, что возникнет слишком большая проблема. В будущем мне следует быть осторожнее… Кроме того, случайности и развитие событий существуют во всём… Кто ты такой?» Клейн закрыл глаза, делая вид, что сосредоточился на молитве.

Поколебавшись, голос сказал:

— Я — Клейн. Ты — Чжоу Минжуй. Нет, я Чжоу Минжуй. Ты — Клейн…

«Действительно…» Клейн снова почувствовал, как волосы встают дыбом. Он решил немедленно покинуть Собор Святого Самуила, вернуться домой и решить проблему диссоциации личности.

«Когда симптомы появляются впервые, ситуацию легче разрешить. Как только другая личность стабилизируется и окрепнет, она начнёт перехватывать контроль над телом. Когда это произойдёт, мне даже может понадобиться помощь извне!»

Он открыл глаза и посмотрел на Электру со спокойным выражением лица.

— Я чувствую, что успокоился.

«С тех пор как у меня появилась психическая болезнь, с головой стало куда лучше…» Пока он говорил, Клейн мысленно поддел сам себя.

Ему нравилось подтрунивать, отчасти потому что это было в его характере, а отчасти чтобы укреплять собственную личность. В конечном счёте это напоминало ему, кто он такой, и помогало не потерять себя в своих ролях.

Епископ Электра улыбнулся.

— Да благословит вас Богиня.

Пока он говорил, он взял из рук священника чашу с водой и передал её Дуэйну Дантесу.

Клейн без всяких объяснений понял, что это святая вода. Он часто пил её в прошлом. Поэтому, скрывая своё волнение, он принял её в спокойной манере и выпил.

Освежающее чувство разлилось по его горлу, встряхнув его разум, и он стал гораздо бодрее. Даже голос в его голове ослаб.

«Это успокаивает Духовное Тело… Церковь действительно относится к Дуэйну Дантесу с большим вниманием. Конечно, эту воду создали их потусторонние…» Кивнув епископу Электре, Клейн начертил знак багровой луны, спокойно прошёл к алтарю и положил в ящик для пожертвований пятьдесят фунтов.

Сделав это, он вместе с Ричардсоном покинул Собор и на карете вернулся на Бёклунд-стрит.

На обратном пути он не стал кормить голубей, потому что обычному человеку, только что столкнувшемуся с чем-то, вряд ли хватило бы на это душевного спокойствия.

Вернувшись домой, молчаливый Клейн воспользовался предлогом послеобеденного сна, чтобы отпустить слуг. В ванной комнате хозяйской спальни он сделал четыре шага против часовой стрелки и поднялся над Серым Туманом.

Проходя сквозь рёв и бред, он не почувствовал, что его тело очищается. Он всё больше убеждался, что голос в его голове исходил от него самого. Это был результат загрязнения и раздражения, вызвавший диссоциацию личности.

Сидя в кресле с высокой спинкой, принадлежавшем Шуту, Клейн немедленно изучил состояние своего Духовного Тела. Он обнаружил в нём признаки хаоса; оно уже не было чистым. Соответствующие цвета ауры были несколько пятнистыми.

После двух минут серьёзных размышлений, не обращая внимания на эхом отдававшийся в голове шум, Клейн создал образ Мира Германа Спэрроу и заставил его набожно молиться:

— Почтенный мистер Шут… Пожалуйста, сообщите Луне, что я хочу арендовать Свечу ментального ужаса на полдня. Я знаю, что у него есть способ её получить…

Изначально личность Мира была подготовлена для Шерлока Мориарти, поэтому Клейн не беспокоился об этом.

* * *

К югу от Моста, Церковь Урожая.

Эмлин Уайт, который вечером предвкушал получение Кольца Лилит, вдруг увидел бесконечный Серый Туман и услышал Мира.

Встревоженный, он тихо пробормотал:

— Откуда он знает, что я могу получить Свечу ментального ужаса?