Повелитель Тайн (джен)

Внутри здания Фонда поиска и сохранения реликвий Одри, мысли которой пришли в смятение, моргнула. Она взяла под контроль язык тела и выражение лица, затем наполовину искренне начертила на груди багровую луну. Вздохнув, она сказала:

— Какая трагедия. Надеюсь, что их души смогут упокоиться с миром.

О том, что археологическая группа могла состоять из членов Психологических Алхимиков, она догадалась потому, что ранее получила задание помочь организации получить записную книжку, связанную с Двадцатилетней войной. А эта записная книжка принадлежала рыцарю из деревни Хартларкх по имени Линделира.

Тогда Одри обратилась с просьбой к мистеру Шуту и, положившись на гадание на волшебном зеркале, определила происхождение записной книжки. Она обнаружила, что та была глубоко связана с деревней, поклоняющейся драконам. Поскольку она заранее знала, что в море коллективного подсознания скрывается дракон разума, она в итоге решила передать записную книжку Психологическим Алхимикам, учитывая свою недостаточно высокую Последовательность и силу.

Это также означало, что у Психологических Алхимиков был довольно большой шанс вычислить деревню Хартларкх через записную книжку, после чего отправиться туда на поиски своей цели.

Ещё одним фактором в рассуждениях Одри была странная психическая болезнь, которой страдала археологическая группа. Она распространялась как чума, заставляя людей сходить с ума целыми группами.

В реальном мире существовала вероятность того, что психические заболевания передавались по наследству, но заразиться ими было практически невозможно. Однако в таинственном мире, в мире разума и сознания, хаос и безумие могли передаваться другим людям через спиритическое общение, сны и подсознание!

И в деревне Хартларкх скрывался дракон разума, живший уже долгие годы!

«Психологические Алхимики нашли деревню Хартларкх через записную книжку, а оказавшийся под угрозой дракон разума использовал такой хитроумный способ, чтобы распространить ментальную порчу? „Он“ мог сделать это через море коллективного подсознания… Мир потусторонних действительно опасен. Эта небольшая команда, должно быть, была собрана из отобранных потусторонних, но они погибли таким простым и нелепым способом…» Размышляя об этом, Одри была рада, что приняла достаточно рациональное решение. Она не стала по своей воле использовать записную книжку рыцаря, чтобы исследовать деревню Хартларкх. Иначе к списку участников, сошедших с ума, наверняка добавилось бы ещё одно имя.

«Спасибо мистеру Шуту. Спасибо другим членам Клуба Таро. Спасибо Квилангосу, который когда-то проник под чужой личиной. Благодаря им я всё ещё могу распознавать скрытые опасности, несмотря на отсутствие реального опыта в области мистицизма. Это сделало меня достаточно осторожной…» — мысленно поблагодарила Одри.

В этот момент, вспоминая своё поведение, когда она только вступила в Клуб Таро, ей захотелось зарыться лицом в подушки и мысленно накричать на себя:

«Одри, ты была тогда такой наивной и незрелой!

К счастью, ты встретила мистера Шута. Если бы это было любое другое скрытое существо, ты бы давно сошла с ума или превратилась в чудовище!

Мистер Шут — такой хороший человек! Нет, такой хороший ортодоксальный бог!»

Рядом доцент Мишель заметил, что Одри замолчала. Он тяжело кивнул и сказал:

— Да, это действительно пугающая трагедия.

— Я лишь надеюсь, что правительство уже занялось этим вопросом и не дало заразной психической болезни стать чумой.

«Не волнуйтесь, если только этот дракон разума не выйдет из-под контроля и не задумает бросить вызов трём Церквям, жертв этой психической болезни больше не будет…» — мысленно ответила Одри.

С её точки зрения, официальные потусторонние уже взялись за это дело. В конце концов, заразная психическая болезнь определённо должна находиться в компетенции официальных потусторонних.

Поэтому герб дракона в стеклянной витрине должен был быть признан не опасным, прежде чем его передали в фонд. У полицейского управления нет таких полномочий!

Хотя Одри жалела археологическую группу, которую подозревала в принадлежности к Психологическим Алхимикам, словно сама пережила эту трагедию, ей было интересно, остался ли дракон разума в окрестностях деревни Хартларкх.

«Спрятаться в море коллективного подсознания вместе со своим реальным телом, вероятно, затруднило бы обнаружение… Однако у трёх Церквей долгая история. В Четвёртую Эпоху или даже раньше у них наверняка были столкновения с драконами разума, так что, возможно, у них есть соответствующие записи об этом… Кроме того, Психологические Алхимики контролируют Путь Зрителя, и среди них есть потусторонние Высокой Последовательности. Их понимание моря коллективного подсознания не может быть намного слабее, чем у дракона разума. Потерпев ужасную неудачу из-за недостатка информации, они определённо пошлют очень мощную команду… Хм, хотя этот дракон разума оказался сильнее, чем ожидали Психологические Алхимики, он, вероятно, не останется в той деревне, ожидая, пока его обнаружат. Он должен был уже уйти…» Одри сделала вывод на основе того, что знала.

У неё и в мыслях не было посетить деревню Хартларкх, чтобы выяснить правду, потому что она давно знала: нынешней ей не хватит сил справиться с драконом разума.

Она лишь собиралась упомянуть об этом на следующем Собрании Таро и посмотреть, смогут ли другие члены Клуба дать какие-нибудь отклики или ценные знания. Например, может оказаться, что дракон разума вошёл в море коллективного подсознания из-за местного поклонения драконам; а может быть, именно пребывание дракона разума в море коллективного подсознания заставляло жителей деревни видеть его во сне, подсознательно попадать под его влияние и формировать традицию поклонения драконам.

* * *

В пятницу днём Клейн получил список приглашённых на завтрашний бал. Он начал серьёзно заучивать темы, которые ему нужно было обсудить с разными гостями.

«При встрече с членом парламента Махтом нужно сделать замечания по поводу недавнего хорошего воздуха в Баклунде, немного пошутить об Имперском научном институте королевства Лоэн…» Заучивая каждую строку, Клейн вдруг услышал наложившиеся друг на друга иллюзорные мольбы.

«Мужчина… Судя по времени, это, скорее всего, мистер Повешенный…» В раздумье Клейн отложил листок бумаги, сделал глоток чёрного чая и, выйдя из полуоткрытой комнаты с большим балконом, направился в ванную комнату главной спальни.

Сделав четыре шага против часовой стрелки и поднявшись над Серым Туманом, он обнаружил, что это действительно был Повешенный.

Этот человек попросил почтенного Шута сообщить Миру, что прибыл в столицу архипелага Рорстед, Город Щедрости, Баям. Он сможет отправиться на первобытный остров через два дня, после того как пополнит свои запасы.

Он хотел, чтобы Мир начал подготовку, чтобы они могли вовремя встретиться. Он также указал: если у Мира нет способа добраться до первобытного острова, он может устроить так, чтобы Мир тайно поднялся на борт «Тёмно-синего Мстителя».

«Подняться на борт „Тёмно-синего Мстителя“ и привести группу моряков из Церкви Повелителя Штормов к окрестностям первобытного острова? Надолго ли хватит сангвинского анестезирующего газа, купленного у Эмлина? Будет ли достаточно времени для исследования?» Клейн задумался на мгновение и создал образ Мира Германа Спэрроу, заставив его набожно молиться:

— …Нет необходимости так хлопотать.

— В Баяме у вас должна быть свобода передвижения. Встретимся на кладбище за городом сегодня в полночь.

— Перед этим пополните свои запасы.

* * *

Баям, в трактире.

Элджер слегка нахмурился, услышав слова Мира Германа Спэрроу.

В Городе Щедрости у него действительно была свобода передвижения. Это объяснялось тем, что моряки стремились попасть в такие места, как Красный Театр. Они определённо не собирались возвращаться сегодня вечером, и, проснувшись днём, почти наверняка отправились бы в казино, чтобы поиграть в азартные игры. Это было необходимо, чтобы выпустить наружу эмоции и давление, которые возникали в результате длительного плавания в море.

Это также означало, что даже если Элджер исчезнет на сутки, никто этого не обнаружит.

«…Мир намекает, что мы должны использовать этот промежуток? Это действительно лучше, чем использовать сангвинский анестезирующий газ. Я уже использовал его дважды, так что кто знает, может кто-то уже что-то подозревает и ждёт подтверждения своей теории… Но без корабля как мы доберёмся до первобытного острова… О, Путешествия Леймано? Мисс Маг упоминала, что они обладают потусторонней способностью Телепортации. Однако там всего одна страница, что делает обратный путь невозможным…» Элджер, полагаясь на свою сильную способность связывать факты, смутно догадывался о намерениях Германа Спэрроу, но полагал, что необходимых условий не хватает.

С этими сомнениями он вышел на контакт с Сопротивлением и пополнил свои оловянные амулеты Бури.

Когда наступило одиннадцать вечера, Элджер тайно покинул трактир и под покровом ночи направился к выходу из города.

Он не беспокоился, что моряки обнаружат его исчезновение, потому что у него тоже были физиологические потребности. Вполне возможно, что он спал в женской постели в Красном Театре и не желал возвращаться. И таких борделей в Баяме было много, проституток в них тоже хватало. Нельзя было сказать, что с ним что-то не так, только потому, что его не было в Красном Театре.

Покинув Баям, Элджер шёл по узкой дороге, по которой не могли проехать конные экипажи, направляясь к склону горного хребта у моря.

Внезапно его взгляд замер, когда он что-то заметил.

Под светом багровой луны гора, которая существовала изначально, исчезла!

А местность под ней, включающая нагромождения камней, растительность и рельеф, почти полностью изменилась!

«Это…» Элджер ранее прибыл из частной гавани Сопротивления. Он не успел обратить пристального внимания на гору, поэтому заметил аномалию только в этот момент!

«Гора обрушилась? Она действительно обрушилась? Точно, ранее в газетах упоминалось, что в Баяме произошло поверхностное землетрясение, сила которого сосредоточилась в горном массиве за городом… Также диакон Церкви сказал, что Герман Спэрроу почти уничтожил Баям, и в этом деле были замешаны полубоги… Оба события произошли в один и тот же период… Может ли это быть делом рук Германа Спэрроу? Он спровоцировал битву на уровне полубогов, сумел успешно скрыться и при этом убил Адмирала Крови?» Зрачки Элджера расширились, а его шаги замедлились и остановились.

Он вдруг понял, почему Церковь Повелителя Штормов придавала огромное значение Герману Спэрроу и почему за него назначена награда в 50 000 фунтов!

На неповреждённом кладбище впереди, в тихой ночи, поднялся холодный ветер и долетел до Элджера. Он заставил того непроизвольно вздрогнуть.

В этот момент сердце Элджера дрогнуло, и он повернул голову, чтобы посмотреть направо.

Под огромным деревом в тени быстро очертилась фигура.

Эта фигура держала руку на цилиндре и медленно поднимала голову, открывая худое лицо с резкими чертами. Безэмоциональные тёмно-карие глаза принадлежали не кому иному, как Герману Спэрроу.