Последняя Певерелл (джен)

Жасмин не сводила глаз с кончика волшебной палочки Сириуса, направленной ей в лицо. Его серые глаза горели магической силой. Неужели он и вправду собирался её проклясть? Что вызвало у него такую реакцию?

Она подняла бровь, глядя на оружие перед собой.

— Ты совсем рехнулся? Ты ведь понимаешь, что я могу обезоружить тебя без палочки? — напомнила Жасмин, испепеляя его взглядом.

Ей не хотелось причинять Сириусу вред, но она не позволит держать себя под прицелом лишь потому, что он принял её за самозванку.

Сириус не пошевелился, но на его челюсти дёрнулся желвак. Он явно не собирался отступать. За кого он её принимал? Другой Жасмин он никогда не знал.

— Не знаю, кто ты или что ты такое, но я выясню, что ты сделала с Джаз.

Он взмахнул палочкой, однако прежде, чем Сириус успел произнести заклинание, комнату огласил громкий кошачий вой.

Они оба повернули головы.

Ро влетела через открытое окно и на короткий миг вспыхнула. Комнату залил белый свет. Поддавшись инстинкту, Жасмин зажмурилась, спасаясь от слепящего сияния, исходившего от её кошки.

Когда свет померк, Жасмин обнаружила себя на полу — если в бесконечном белом пространстве вообще мог быть пол. На ней по-прежнему оставалась белая ритуальная мантия, однако она видела обоими глазами, а значит, физически её никуда не переносили. Жасмин коснулась лица и не нащупала шрамов. Куда Ро её привела? Здесь было немного похоже на те случаи, когда Смерть утаскивал её в общее пространство сновидений, но прежде оно всегда принимало облик какого-то определённого места.

— Что, чёрт возьми, происходит?

Жасмин обернулась на голос. Палочка из руки Сириуса исчезла, а сам он неуверенно кружил на месте и озирался по сторонам. Зачем Ро забрала его с собой? В какой уголок сознания они оба угодили? Вокруг не было парка — одного из любимых мест Смерти. Зачем божество привело их сюда?

Жасмин поднялась на дрожащие ноги и отряхнулась.

— Не знаю. Но, похоже, вмешавшиеся силы не хотят, чтобы ты пытался меня убить, — ответила она, проводя рукой по волосам.

Они оставались такими же длинными и кудрявыми, как у Жасмин, да и рост у неё по-прежнему был гораздо меньше, чем у Гарриет.

Сириус склонил голову набок и осмотрел её с ног до головы. Наверняка она выглядела иначе: в её облике странно смешались Жасмин и Гарриет. Она больше двух лет прожила как Жасмин и постоянно видела в зеркале одно и то же лицо. Это неизбежно должно было изменить её представление о собственной внешности.

Он решительно шагнул к ней и обвиняюще выставил палец.

— Спрошу ещё раз: кто ты такая? Ты похожа на Жасмин, но всё-таки выглядишь иначе. Говоришь как она, но голос у тебя другой. За тобой несколько месяцев таскался огромный дементор, а сегодня ночью он тебя поцеловал. Поцелуй дементора должен был лишить тебя души. Не знаю, какая мерзость от тебя осталась, но я не позволю тебе навредить Поттерам.

Хотя Сириус возвышался над ней, Жасмин нисколько его не боялась: голос юноши дрожал. Она отбила его руку от своего лица.

— Я всё тот же человек, который последние два года спасал твою никчёмную задницу. Это ты, идиот, напал на того, кто только что прошёл ритуал вступления в наследство! В какой вселенной тебе показалось разумным это делать, когда магия переполняет не только меня, но и земли Поттер-мэнора? Ты ведь не настолько глуп, Сириус.

Он скрестил руки и наклонился к ней. Жасмин знала, что говорила как прежде. Возможно, сейчас у неё был не совсем такой акцент, как у прежней Жасмин, но фразы она строила точно так же.

— Тогда почему здесь ты выглядишь иначе? Ты совершенно не похожа на Жасмин Певерелл… То есть похожа, но в то же время нет. Волосы те же, глаза другие, шрамы пропали, зато рот такой же… — пробормотал он, склонив голову так низко, что шея наверняка уже затекла.

Воздух вокруг похолодел на несколько градусов, а по белому пространству, где не могло быть никакого ветра, пронёсся лёгкий сквозняк.

— Наконец-то… — пробормотала Жасмин, когда перед ними возникла хорошо знакомая фигура в капюшоне.

Сириус застыл. Его серые глаза широко распахнулись, а из-под капюшона Смерти показались бледные губы, сложившиеся в подобие ухмылки.

— Что это такое? — спросил Сириус чуть более высоким голосом, чем обычно.

Жасмин закатила глаза и направилась к божеству. Сириус попытался её остановить, но успел лишь задеть пальцами её руку. При её приближении Смерть слегка помахал ладонью.

Жасмин была не в настроении терпеть его игры. Теперь, когда она связала с ним свою душу, божество должно было чувствовать себя немного более смертным, но сейчас вовсе не время забавляться общением с людьми.

— Почему мы здесь?

— Ни «спасибо»? Ни «ты спас меня от смерти от рук человека, который мне небезразличен»? — поддразнил её Смерть. Его голос звучал ровно, но это явно была попытка пошутить.

Жасмин сжала пальцами переносицу.

— Сейчас не время для шуток. Зачем ты привёл сюда Сириуса? Я могла справиться с ним в реальном мире. Незачем было тащить его сюда.

Смерть выглянул из-за её плеча туда, где Сириус наверняка наблюдал за их разговором.

— Госпожа Магия сочла его достойным узнать о твоём прошлом. Почему именно его — понятия не имею. Я думал, ты способна найти кого-нибудь получше, но, очевидно, мои представления о любви далеки от идеала.

Иными словами, Смерть был жутким собственником и ублюдком. А ещё, похоже, получал огромное удовольствие, пугая Сириуса.

Жасмин обернулась к юноше, на время оставив Смерть без внимания. Сириус не сводил с неё глаз.

— Чтобы я узнал обо всём этом, госпожа Магия должна была дать разрешение?

Смерть и Жасмин едва заметно кивнули. Тео и Блейз прошли через нечто подобное, хотя Жасмин сама выбрала их, чтобы они сохраняли воспоминания. Однако последнее слово всё равно оставалось за госпожой Магией.

— То, что я сейчас расскажу, никогда не должно выйти за пределы этого места. Лишь несколько человек знают, кому я служу и кто я на самом деле, — начала Жасмин, перебирая кончики волос.

Странно, как сильно она нервничала. Всего минуту назад ей хотелось придушить Смерть, а теперь она готовилась рассказать о своём прошлом Сириусу — человеку, который стал ей дорог за последние два года. Ей и без того было непросто смириться с тем, что Джеймс кое-что знал. Сириусу же предстояло узнать всё. Жасмин была обязана ему хотя бы потому, что втянула в этот хаос. К тому же, если они когда-нибудь всё-таки договорятся насчёт недоделанного брачного контракта, ей придётся быть с ним честной.

— Я понимаю, что от меня требуют поклясться хранить тайну, хотя отказаться мне, похоже, не позволят.

Улыбка Смерти стала хищной.

— Нет, особого выбора у тебя нет. Я вообще не склонен оставлять смертным свободу выбора. Правда, в данном случае мне выкручивает руки госпожа Магия. Лично меня вполне устраивало просто за тобой наблюдать.

Сириус нахмурился, а затем прищурился.

— Значит, я не сходил с ума! Ты и вправду месяцами ошивался рядом с Джаз!

О чём они вообще говорили?

Смерть широко улыбнулся, нисколько не раскаиваясь.

— Ты заинтересовался моей Повелительницей. Я не мог позволить кому попало к ней приближаться. Мне следовало убедиться, что ты справишься со всем, что скрывается в её прошлом. Такое по силам далеко не каждому.

Жасмин повернулась к Смерти. Иногда ей до ужаса хотелось на него напасть.

— Ты мне не нянька! В последний раз повторяю: я сама решаю, с кем проводить время. Мне плевать, что ты считаешь их недостойными моего внимания. Ты думал, что Тео и Блейз бросят меня при первой же возможности, но сколько жизней с тех пор прошло? А они по-прежнему заботятся обо мне!

— Не упоминай этого сладкоречивого монстра! Ты знаешь, что я его не выношу.

Тео отвечал Смерти полной взаимностью. Когда утром Жасмин расскажет ему об этом, он будет хохотать до упаду.

— Можешь сколько угодно его ненавидеть, но Тео снова поможет мне разыскать крестражи. Не понимаю, чем он тебе так не угодил, однако без его помощи мне не обойтись, — ответила Жасмин, демонстративно закатив глаза.

Сириус прочистил горло.

— Как бы мне ни нравилось слушать, как вы обсуждаете совершенно непонятные мне вещи, кто-нибудь из вас всё-таки объяснит, зачем я здесь?

Жасмин вздохнула и повернулась к нему. Длинные волосы волнами упали ей на плечи.

— Я расскажу тебе, откуда я родом и какое задание получила от самой госпожи Магии. Но сначала ты должен поклясться своей магией, что ни одной душе не расскажешь о том, что сейчас услышишь, если только я сама не разрешу.

Анимаг-пёс снова оглядел совершенно белое пространство, из которого не было выхода, и кивнул.

— Хорошо. Я уже говорил, что приму любые твои тайны, какими бы они ни оказались, Джаз. Клянусь, я не выдам то, что ты собираешься мне рассказать.

— Что ж, тогда первый секрет: я прожила девять других, неполных жизней и девять раз умерла. Как последняя наследница Певереллов, я служу Смерти. Этот долг достаётся не каждому, в ком течёт кровь Певереллов. Смерть и госпожа Магия избрали меня, чтобы я приняла на себя эту роль, победила Тёмного Лорда Волдеморта и укротила Светлого Лорда Дамблдора. Серую магию необходимо возродить, а рождаемость магических детей должна увеличиться, иначе волшебное сообщество не выживет… Ты успеваешь следить за моей мыслью?

Сириус нахмурил брови.

— Девять других жизней? Тогда сколько тебе лет? Мы были вместе в какой-нибудь из прошлых жизней?

Жасмин открыла рот и снова его закрыла… Она и сама не знала. Восемь раз она возвращалась в своё одиннадцатилетнее тело, но во многих жизнях погибала ужасной смертью всего через год или два. С Сириусом она определённо не встречалась ни в одной из них. Да и романы после первых двух жизней её почти не интересовали.

— Я не считала свой возраст… В первой жизни дожила до двадцати, но потом всякий раз просыпалась в теле одиннадцатилетней девочки. Во многих жизнях я не прожила и года. Если сложить всё вместе, может быть, наберётся шесть лет… А может, и меньше. Не знаю. Мне почти никогда не удавалось дожить до совершеннолетия. А насчёт наших отношений — нет. В этой конкретной эпохе я оказалась впервые. Поэтому здесь я выгляжу немного иначе… Смерть, пожалуй, тебе стоит объяснить эту часть — всё-таки идея была твоя.

Внезапно белое пространство вокруг них сменилось свежескошенной травой и журчанием воды. Жасмин моргнула, привыкая к перемене, и обнаружила, что они оказались в лесу возле небольшого ручья. Смерть сидел на камне неподалёку. Его лицо почти полностью скрывал капюшон. Божество указало на землю.

— Сядьте.

Жасмин закатила глаза, опустилась на берег ручья и погрузила ступни в воображаемую воду. На ощупь та оказалась прохладной. Сириус плюхнулся рядом — не так близко, как обычно, но хотя бы не убежал с криками.

— Как столь любезно выразилась моя Повелительница, мы пытались решить проблему близкородственных браков, возникшую из-за двух крупных войн волшебников. После девятой попытки она заметила, что ей не хватает времени завершить задачу. Я, будучи понимающим божеством, нашёл способ эту проблему обойти. Если перенести её душу в тело достойной наследницы, умершей задолго до того, как должна была родиться моя Повелительница, времени станет больше.

Жасмин скрестила руки, фыркнула и плеснула ногой водой в Смерть. При виде этого Сириус побледнел.

— Сомневаюсь, что ты хоть сколько-нибудь обдумывал это решение.

— Погоди, то есть ты из будущего и заняла место какой-то несчастной, ничего не подозревавшей девушки?

Смерть нахмурился и поджал бледные губы.

— Нет. Прямые потомки Певереллов знают, чего от них могут потребовать. Жасмин Певерелл было суждено умереть в тот роковой летний день, когда напали на поселение её рода. Её душа не подходила для моей задачи, зато мне было нужно её тело. Поэтому я предложил исполнить её желание.

Сириус по-прежнему выглядел растерянным и немного напуганным. Он сжал руки в кулаки, сминая пальцами траву под собой.

Жасмин вздохнула и запрокинула голову к искусственному солнцу.

— Ей предложили вечный покой: её долг перед родом считался исполненным, а взамен я получила доступ к воспоминаниям и право воспользоваться телом. Ей досталась лучшая часть сделки. Ей пришлось умереть всего один раз. Прежняя Жасмин устала, Сириус. Всю жизнь она была рабыней на дуэльных аренах, хотела умереть и ждала гибели в той битве. Я не паразит — она согласилась на этот обмен.

— Разве? Ты сама не выглядишь особенно довольной.

Жасмин тихо фыркнула, повернулась к нему и криво улыбнулась.

— Моё согласие перестало кого-либо интересовать, когда я родилась хотя бы с каплей крови Певереллов в жилах, а в первой жизни собрала все три Дара. Магия избрала меня возглавить спасение волшебного мира. Я обречена исполнять эту роль, пока не справлюсь.

Сириус вздрогнул, широко распахнул серые глаза и торопливо встал на колени.

— Погоди-ка. Если ты из будущего, причём, судя по всему, не такого уж далёкого…

— Примерно на двадцать лет — смотря какую из её смертей считать, — совершенно безразлично пояснил Смерть, пока Сириус поднимался на ноги и начинал расхаживать взад-вперёд.

Прекрасно. Он начал размышлять. Для Жасмин это ничем хорошим не закончится. Сириус был гораздо умнее, чем полагало большинство.

— Значит, если Жасмин умерла в твоём родном времени, то, если мои знания британских родословных не подводят — а мы оба знаем, что не подводят, — в тебе должна течь кровь Поттеров. В Британии это единственный род, чья основная линия напрямую связана с Певереллами.

По мере того как Сириус говорил, кровь отливала от его лица.

— А это значит, что ты дочь Сохатого…

Он резко повернулся к ней, осторожно приподнял её лицо за подбородок и принялся разглядывать. Черты Жасмин и Гарриет смешались, однако Жасмин знала, что здесь всегда будет больше похожа на Гарриет. В собственном представлении она по-прежнему оставалась прежде всего ею.

— Чёрт возьми, у тебя её глаза. Как я мог не заметить? Пожалуйста, скажи, что я ошибаюсь. Это один из немногих случаев, когда я отчаянно хочу ошибиться. Ты не можешь быть дочерью Сохатого и Лили, — взмолился Сириус и отпустил её.

Жасмин повалилась спиной на траву.

— Меня звали Гарриет Джейн Поттер. Я родилась 31 июля 1980 года у Джеймса и Лили Поттер. 31 октября 1981 года Тёмный Лорд Волдеморт убил их обоих. Он направил палочку на нас с мамой. Она умоляла его не убивать меня и отказалась отойти в сторону, когда он приказал. Тогда он убил её и занялся мной. Проклятие отразилось, оставило на моём лбу шрам и лишило его тела. Этот ублюдок создал крестражи… К тому времени их было шесть, а позднее стало семь.

Сириус навис над ней.

— Тогда кто тебя вырастил? Сохатый назначил бы меня крёстным. Я бы тебя воспитал! А это, — он указал на них обоих, — неправильно. Какого…

Жасмин его перебила:

— Тебя заперли в Азкабане за преступление, которого ты не совершал. Ты вышел, когда мне исполнилось тринадцать, но к тому времени от тебя осталась лишь оболочка человека. Я никогда не знала тебя таким, какой ты сейчас. Ты то и дело принимал меня за отца. Для юной девушки это было довольно неприятно. В такие моменты Ремус за тебя извинялся, но было очевидно, что с той версией тебя не всё в порядке. А воспитывали меня родственники, которые ненавидели меня и издевались надо мной. Они ненавидели магию и обращались со мной как с последним дерьмом. Если после этого тебе легче принять… — Жасмин указала на них обоих. — Нас. Если тебя хоть немного утешит, прежде чем встретиться с тобой, я успела несколько раз умереть.

Сириус сжал пальцами переносицу и глубоко вдохнул.

— Мне ничуть не легче. Джаз… Погоди, мне теперь называть тебя…

— Нет, Джаз вполне подходит.

Жасмин не хотела, чтобы кто-то, кроме Тео и Блейза, называл её Гарриет или Гарри. Никто другой.

— Но почему я? Почему госпожа Магия и Смерть выбрали меня?

Жасмин пожала плечами.

— Не я решала.

— Это был твой выбор. Точнее, ваш общий. Когда госпожа Магия почувствовала, что наследник рода Блэков заинтересовался моей Повелительницей, меня послали наблюдать и выяснить, достоин ли он её любви. Я сказал госпоже Магии, что нет, но она сочла меня предвзятым.

— Ты не любишь ни с кем мной делиться. Она это знает. К тому же госпожа Магия благоволит роду Блэков. Для неё это беспроигрышный вариант. Но высшие божества, строя свои планы, часто забывают о человеческих чувствах. Прости, что они втянули тебя в этот хаос, — пробормотала Жасмин, прикусив губу.

Сириус отвёл глаза и больше на неё не смотрел.

— Нет, я рад, что они это сделали. Уж лучше знать, зачем ты, чёрт возьми, всё это время лгала и что-то скрывала. Ненавижу, что именно высшие силы заставили тебя открыть мне правду.

Жасмин упёрла руки в бока.

— А ты думаешь, я не казалась бы совершенно безумной, если бы заявила, что прибыла из будущего, являюсь Повелительницей Смерти и должна убить Тёмного Лорда? Меня бы заперли в больнице Святого Мунго и никогда оттуда не выпустили! Ответь честно: если бы я усадила тебя и всё это рассказала, ты бы счёл меня в здравом уме? — огрызнулась она, устав от обвинений во лжи.

Эти слова больно задели, ведь Жасмин и вправду лгала: иногда слегка и во спасение, а иногда нагло и напрямик. Но правду всё равно сочли бы бредом сумасшедшей.

Сириус немного ссутулился и отступил от неё на шаг.

— Возможно, я решил бы, что ты сошла с ума или тебя прокляли. Но ты всё равно столько всего скрыла от Джеймса, Ремуса и меня. Ты и вправду оказалась не тем человеком, которым я тебя считал. Я помогу тебе исцелить магию или что там ещё потребуется. Никому ничего не расскажу, но не знаю, что делать с… ну, с нами.

Он хотел протянуть к ней руку, но передумал. Очевидно, Сириус и сам не понимал, как теперь с ней обращаться.

Впрочем, в большинстве случаев Жасмин тоже не знала, что делать с самой собой.

— Поэтому я обычно не завожу романов, — проворчала она, повалившись на землю и раскинув руки и ноги звездой.

Сириус лёг рядом, коснувшись пальцами её руки.

— Теперь понятно, почему ты так долго сопротивлялась моему невероятному обаянию. Нам обоим предстоит многое осмыслить. Даже не знаю, злиться ли мне за то, что госпожа Магия посвятила меня в тайну, или считать это честью.

Жасмин вздохнула и зацепилась мизинцем за его мизинец.

— Хотела бы я получить предупреждение. Тогда смогла бы всё объяснить намного лучше. Для Тео и Блейза я заранее подготовила объяснение, а они следовали за мной последние восемь жизней.

— Что ж, надеюсь, в этой жизни я помогу тебе завершить миссию и больше не придётся проживать очередную жизнь, исправляя сломанную временную линию… Погоди, раз уж мы заговорили о времени: что случится, когда в этой жизни наступит дата твоего рождения?

Жасмин тихо рассмеялась.

— Если ты беспокоишься, я не исчезну. Не знаю точно, что произойдёт, но полагаю, вместо меня родится кто-то другой.

— Загадочно…

Она повернула к нему голову.

— Ты собираешься оставаться со мной достаточно долго, чтобы это выяснить?

— Думаю, да… — В голосе Сириуса прозвучала нерешительность, лёгкий страх, которого раньше не было.

За его спиной Жасмин увидела бледную ухмылку Смерти. Всё шло по плану божества: оно желало оставить Жасмин себе.

Она понимала, что Сириусу необходимо всё обдумать в одиночестве. Поэтому Жасмин глубоко вдохнула и посмотрела ему прямо в глаза. Ему требовалось время, чтобы принять решение, осмыслить случившееся и, возможно, немного повзрослеть.

— У тебя есть год, чтобы решить, чего ты хочешь. Через пару дней я уеду на стажировку, так что нам в любом случае пришлось бы сделать перерыв в отношениях. Познакомься с делегатом из Японии, который скоро прибудет. Пообщайся с другими наследниками. Разберись в себе. Если после этого по-прежнему захочешь быть со мной, мы поговорим. Но так или иначе, я попытаюсь убить Тёмного Лорда. Эта часть моей жизни никогда не изменится.

Сириус судорожно сглотнул и кивнул. Смерть за его спиной неторопливо зааплодировал, всей позой излучая самодовольство.

— Как ни приятно было с вами побеседовать, пора просыпаться.

Ублюдок.