Повелитель Тайн (джен)

Увидев Леонарда, Клейн почувствовал, как мышцы спины мгновенно напряглись, а нервы стали, как натянутая до предела тетива, готовая в любой момент лопнуть.

Он прекрасно помнил, что на Леонарде паразитировал ангел Пути Вора, Паллез Зороаст, который мог уловить уникальность его тела и по ней увидеть сквозь маскировку.

«Если бы этот старик сообщил Леонарду, что с Хранителем перед ним что-то не так, то у меня были бы проблемы. Мне остаётся надеяться, что мой дорогой поэт испугается разоблачения своей тайны и прикинется невеждой… В Тингене, хотя он часто говорил, что у каждого есть свои секреты и его они не волнуют, тогда это не касалось напрямую Церкви. Кто знает, вдруг он, решив отстаивать справедливость и быть верным своему долгу, рискнёт разоблачить меня. В конце концов, эта ситуация очень похожа на дело Инса Зангвилла…» В этот момент лоб Клейна едва не покрылся холодным потом.

Честно говоря, он никак не ожидал встретить Леонарда на пути к Вратам Чаниса, ведь тот был Красной Перчаткой, а не обычным Ночным Стражем. Ему не нужно было дежурить, а значит, и появляться здесь в этот момент.

Однако Клейн тут же вспомнил об одном важном моменте.

Тот, кто мог обнаружить его уникальность, был Паллез Зороаст, а не Леонард Митчелл. Отношение первого было важнее!

«Этот старик знает, что я в курсе о Его существовании. Когда Он раскроет мою маскировку и загонит меня в угол, Он должен быть готов к тому, что и сам будет разоблачён мной. Когда придёт время, мы, безусловно, будем обмениваться ударами друг с другом, и никто не получит от этого выгоды. А для ангела Пути Вора, который не верит в Богиню, нет никакой необходимости в разоблачении… На Его месте я бы сделал вид, что ничего не произошло. Я бы даже не стал говорить Леонарду Митчеллу, оставив свою безопасность на усмотрение носителя…» Быстро собравшись с мыслями, Клейн успокоился и подошёл к Красной Перчатке Леонарду Митчеллу.

Леонард равнодушно посмотрел на Хранителя с седеющими редкими волосами и зевнул, прикрывая рот правой рукой.

«Ему нечем заняться, потому что он не спит по ночам, и он пошёл в дежурную комнату, чтобы поиграть в карты с дежурным? Надо же, какой образцовый Бессонный…» Клейн примерно понял причину появления поэта.

Он вспомнил реакцию Хранителей, когда они встречали Ночных Стражей в Тингене. Он молча кивнул Леонарду, указательным и средним пальцами правой руки начертил луну и четыре раза по часовой стрелке коснулся груди.

Леонард повторил то же действие в ответ и, ничего не заметив, прошёл прямо мимо Хранителя с дряблой кожей и крупноватым носом.

Клейн мысленно выдохнул, сохраняя свой обычный темп и походку, пока не достиг места назначения.

Железная чёрная двустворчатая дверь была тяжёлой и холодной. На ней были выгравированы семь священных эмблем, и казалось, что ничто не может её поколебать.

Клейн повернулся боком, сделал два шага в сторону, постучал в дверь комнаты Хранителя и под пристальным наблюдением дежурного Ночного Стража открыл Врата Чаниса.

Глубокая тьма внутри сразу же хлынула наружу. Хотя внутри тихо горели серебряные свечи с выгравированными узорами, они не могли развеять это ощущение. Призрачно-голубое пламя только подчёркивало чувство гробовой тишины.

Тем временем Клейн почувствовал, как что-то невидимое в темноте пробирается сквозь его кожу и проникает вглубь его тела. Оно прошло через границу реальности и иллюзий, соединившись с Призраком Сеньором.

Внезапно, даже не активируя Духовное Зрение, он увидел чёрные нити, заполняющие всё пространство за Вратами Чаниса. Они плавно колыхались, то сплетаясь в пучки, то вытягиваясь, словно девушка распускала волосы или какое-то чудовище размахивало щупальцами.

Клейн шёл вперёд со спокойным выражением лица. Войдя на запечатанную территорию, он повернулся и закрыл Врата Чаниса.

В этот момент все звуки снаружи были полностью отрезаны. Тишина внутри была похожа на царство мёртвых, заставляя людей невольно испытывать страх. Это заставило Клейна вспомнить, как в детстве он иногда лежал на своей маленькой кровати и смотрел в темноту, не решаясь заснуть, хотя даже не слышал никаких историй о призраках.

«Неудивительно, что Богиня носит титул Императрицы Ужаса…» Клейн отвёл взгляд в сторону, поднял фонарь, стоявший в углу, и умело зажёг его.

Тусклый жёлтый свет тут же полился наружу, а затем окрасился в призрачно-голубой цвет.

Клейн, одетый в чёрную рясу священнослужителя, не спешил отправляться на второй этаж подвала на поиски тетради семьи Антигон. Вместо этого он остался за Вратами и терпеливо ждал.

Он делал это на тот случай, если Ночным Стражам что-то срочно понадобится, поскольку они не могли получить это ночью и оставалось только ждать до рассвета.

Исходя из его опыта, Хранителей чаще всего отвлекали в первые пять минут после того, как они входили во Врата Чаниса. Если он переживёт этот период и не произойдёт никаких других происшествий, нормальный процесс выдачи материалов начнётся после восьми часов. Это было стандартное рабочее время Ночных Стражей и гражданского персонала.

Другими словами, если Клейн продержится первые пять минут, то в течение следующих двух часов Ночные Стражи его не побеспокоят. Конечно, у него не было столько времени на операцию. Церковь Богини Вечной Ночи открывалась в восемь, и служки просыпались на час или полтора раньше, чтобы приступить к работе. После половины седьмого остальные служки могли понять, что один из них пропал!

Время шло, а сердцебиение Клейна всё учащалось. Эти пять минут казались ему мучительно долгими.

Наконец, обратный отсчёт закончился, и он бросил взгляд на каменную лестницу в темноте. Это был проход, ведущий на второй этаж.

В этот момент здесь не было никого, кто мог бы его остановить!

На этом этапе Клейн считал, что преодолел 70% трудностей. Оставшиеся 30% заключались в том, как он будет уходить после получения тетради.

Конечно, всегда существовала определённая вероятность возникновения всевозможных случайностей, поэтому Клейн не снижал бдительность, неся фонарь и шаг за шагом направляясь к каменным ступеням.

Для других Потусторонних первый этаж за Вратами Чаниса был гораздо привлекательнее, чем Запечатанные Артефакты. Здесь были всевозможные Потусторонние ингредиенты, формулы зелий и тайные знания. Здесь были даже пойманные сектанты, а также неофициальные Потусторонние. Будь то попытка разбогатеть, продвинуться или спасти своих товарищей, всё это нужно искать на этом этаже.

Однако Клейну нужно было пройти глубже внутрь, где были запечатаны опасные предметы.

Пройдя через несколько плотно запертых камер, он ясно почувствовал, что внутри находятся люди. Однако они не шумели и не кричали, не молили о пощаде и не звали на помощь. Они молча лежали или сидели. Их ауры уже стали холодными.

Свет фонаря мерцал, освещая лестницу, ведущую вниз. Клейн снова сосредоточился и уверенно пошёл вглубь под землю.

Он не бежал, боясь вызвать негативную реакцию ядра печати.

По мере того как становилось всё темнее и темнее, призрачно-голубое пламя от подсвечников по обе стороны лестницы ослабевало. Казалось, что оно вот-вот погаснет. В этот момент чистая тьма могла породить невообразимые ужасы. Клейн подавил свой инстинктивный страх и, наконец спустившись по лестнице, оказался на втором этаже подвала.

С помощью ночного зрения Призрака Клейн обнаружил, что здесь были странные стены из стали, кирпича, грунта и серебра. Пространство было разделено на разные комнаты: одни были открыты, другие наглухо закрыты. В каждой из них находился Запечатанный Артефакт.

С фонарём в руке Клейн повернул налево, и сцена перед его глазами осветилась. Он увидел горящее пламя и раскалённые докрасна чёрные антрацит и древесный уголь.

Это была полуоткрытая комната. Внутри находился предмет, похожий на ванну, сделанный из стали. Область под ним была вырыта и засыпана антрацитом, древесным углём и другими легковоспламеняющимися предметами.

Они продолжали гореть, заставляя стальную ванну издавать булькающие звуки. Из неё выходил пар, конденсирующийся на потолке и капающий вниз как дождь.

«Артефакт, который для запечатывания нужно держать в горячей воде… А Хранители должны периодически добавлять антрацит и древесный уголь, чтобы огонь не погас… Хм, если есть Запечатанный Артефакт, который может постоянно излучать высокую температуру, их можно поместить вместе, что облегчит запечатывание…» Клейн посмотрел на стальную ванну. Надеясь, что никакая случайность не испортит его планов, он подошёл к ней и с помощью инструмента добавил немного антрацита в яму для костра.

Когда он поднял голову, то краем глаза заметил что-то. Под горячей водой в ванне лежали серебристые металлические предметы.

Вместе они, казалось, образовывали тяжёлую полную броню. А в некоторых местах были нестираемые тёмно-красные пятна крови.

«1-42… Кровь Древнего Бога… И теперь она хранится в епархии Баклунда…» Когда Клейн увидел этот Запечатанный Артефакт, соответствующая информация всплыла в его сознании.

Как раз, когда он собирался отвести взгляд, он увидел необычный серебряный шлем.

Козырёк шлема был опущен, из-за чего его внутренняя часть казалась тёмной. В этот момент Клейн почувствовал, что чей-то взгляд проникает сквозь эту темноту и устремляется на него.

Он вздрогнул и поспешно сделал два шага назад, его сердцебиение участилось.

Не смея больше смотреть на шлем, Клейн взял себя в руки, отвёл взгляд в сторону и уверенно зашагал вперёд, покидая это место.

Пройдя несколько запечатанных областей, Клейн духовным восприятием уловил, что справа его что-то зовёт. Более того, оно издавало звуки, похожие на биение сердца!

«Действительно, тетрадь семьи Антигон ждала меня всё это время…» Клейн молча подтвердил свою теорию и, следуя иллюзорному зову, изменил направление в её сторону.

Уже через две-три минуты он увидел комнату с приоткрытой каменной дверью. Внутри было тёмно без какого-либо источника света.

При свете фонаря перед глазами Клейна предстала пустая книжная полка, сложенная из белых костей. На ней лежала древняя тетрадь в чёрном твёрдом переплёте.

Это была тетрадь семьи Антигон!

Хорнакис… Флегрея… Хорнакис… Флегрея…

Иллюзорные голоса зазвучали в ушах Клейна, подтверждая, что он нашёл свою цель!

Всё шло очень гладко, но Клейн не осмеливался действовать беспечно или опрометчиво. Он осторожно вошёл в комнату, боясь, что механизм, запечатавший тетрадь семьи Антигон, ему навредит.

Поэтому, когда он приблизился, между его грудью и животом вдруг высунулась тёмно-красная рука!

Это была рука Призрака Сеньора.

Одно из правил Кукловода: использовать марионетку как можно чаще в ситуациях, в которых возможно использовать марионетку. Если что-то случится, марионетка примет на себя основной удар!

В этот момент со стороны двери раздался хлопок, словно кто-то вошёл.

Зрачки Клейна расширились, и он без раздумий бросился к костяной полке, заставляя руку марионетки, протянувшуюся из его живота, схватить тетрадь семьи Антигон. В то же время он засунул правую ладонь в одежду, открыл железный портсигар и надел Ползучий Глад. Он пытался телепортироваться прямо наружу, пока ядро печати не среагировало.

Во время этого процесса в его сознании естественным образом возникла сцена у двери.

Там стояла фигура в классической мантии с капюшоном. У фигуры было красивое безэмоциональное лицо. В глубоких чёрных глазах не было никакой духовности!

«Тот высокопоставленный член Церкви, который стёр Мистера А и положил конец Великому смогу Баклунда? Почему она прячется под землёй? Это нелогично!» Когда в сердце Клейна возникло чувство ужаса, он инстинктивно опустил голову и посмотрел на своё тело.

Его тело быстро стиралось, как ластик стирает карандашный рисунок. Не успел он прикоснуться к тетради семьи Антигон, как полностью исчез.