Повелитель Тайн (джен)

Странные, искажённые, едва уловимые вибрации промелькнули и тут же исчезли — так быстро, что Клейн чуть было не заподозрил у себя галлюцинации.

Если бы Клейн не считал себя достаточно опытным в духовном восприятии, он, скорее всего, списал бы эту аномалию на случайность.

Он нахмурился, вспомнив о своей сестре наверху. Клейн крепко схватил трость, миновал ванную и, прихрамывая, направился к лестнице дома Вудов.

Он поднялся наверх, следуя за своим духовным восприятием, и оказался в гостиной рядом с балконом.

— Должно быть тут… — пробормотал Клейн, подняв руку и дважды постучав по межбровью.

Сквозь стены и большую деревянную дверь он увидел ауры. Большинство были обычными и обладали размытыми контурами.

Тем не менее поверхность одной из аур рябила зловещим тёмно-зелёным цветом, который медленно разъедал её изнутри.

«Так и есть: что-то не так». Лицо Клейна стало необычайно серьёзным. Он протянул правую руку и снял серебряную цепочку, обмотанную вокруг левого запястья.

Он зажал её в левой руке, позволяя цитрину свободно свисать.

Когда цитрин прекратил раскачиваться, он представил себе сферический свет и мысленно произнёс:

«В комнате передо мной есть опасность, вызванная потусторонним».

Как правило, лозоходство подходило только для предсказания событий, связанных лично с предсказателем или происходящих в небольшом радиусе от него. Поэтому он сформулировал свои слова очень конкретно: опасность могла затронуть его самого, а комната находилась прямо перед ним.

…

«В комнате передо мной есть опасность, вызванная потусторонним».

Повторив эту фразу семь раз, Клейн увидел, как цитрин быстро закрутился по часовой стрелке.

Такое поведение маятника указывало, что в комнате действительно есть опасность, вызванная потусторонним. И опасность была немалой!

«Селена — любитель мистики. Что-то пошло не так, когда она баловалась каким-то ритуалом? Что же мне делать?» — Клейн помассировал лоб и обернул цепь вокруг запястья, после чего постучал в дверь.

Тук! Тук! Тук!

Он трижды ритмично постучал в дверь и приветливо улыбнулся.

Дверь со скрипом открылась. Перед Клейном появилась Мелисса, в своём новом платье.

— Клейн, что-то не так? — Девушка совсем не ожидала, что здесь окажется её брат, поэтому на мгновение опешила.

Клейн ответил с улыбкой без каких-либо признаков беспокойства.

— Мне просто любопытно, я слышал, как вы веселитесь.

— Извините нас за беспокойство. — Извиняясь, Мелисса опустила голову, чувствуя себя немного смущённой. — Мы играем в гадание на волшебном зеркале. Селена много знает, и это очень весело.

«Гадание на волшебном зеркале… Сестрёнка, почему бы вам не поиграть в Чарли Чарли или не попробовать доску Уиджи?» — Клейн покачал головой, не зная, сердиться ему или смеяться.

Клейн перевёл взгляд мимо Мелиссы в глубь гостиной. Внутри он увидел Селену, на лице девушки застыла сияющая улыбка и глубокие ямочки на щеках.

Однако в духовном зрении ауру девушки с винно-красными волосами, державшей посеребрённое зеркало, зловещий тёмно-зелёный цвет разъел ещё сильнее.

Быстро всё обдумав, Клейн сказал:

— Хе-хе, не стану мешать вашей игре. Ах да, а где Элизабет? Мы обсуждали грамматику древнефейсакского, и она сказала, что хочет задать мне несколько вопросов.

— Элизабет? — Мелисса смерила брата взглядом с головы до ног и странным тоном подчеркнула: — Ей всего шестнадцать.

«Эй, не давай волю воображению!» — Клейн сразу же объяснил: — Это самая обычная научная дискуссия. Элизабет очень интересуется историей и древними языками.

Мелисса внимательно посмотрела на брата, прежде чем ответить:

— Она внутри. Я сообщу ей.

— Хорошо. — Клейн сделал шаг назад и отошёл от двери.

Наблюдая, как сестра оборачивается, он облегчённо выдохнул. План был не из лучших, но Клейн всё же радовался тому, что в опасности оказалась не Мелисса.

Клейн подождал всего десять секунд, прежде чем вышла озадаченная Элизабет. Девушка спросила:

— Мистер Моретти, в чём дело? Я не говорила, что меня интересует история и древние языки…

Однако, заметив серьёзность Клейна, она остановилась на полуслове. Девушка напряглась и, казалось, почувствовала неладное.

Клейн сделал несколько шагов по диагонали, намекая Элизабет, чтобы та укрылась за дверью.

Серьёзность Клейна подействовала на девушку с ещё по-детски пухлым лицом, и она невольно пошла за ним.

— Как ты знаешь, я любитель мистики. — Клейн обернулся, решив начать с главного.

Элизабет кивнула:

— Да, я даже считаю, что вы эксперт в мистике.

— Нет, я всего лишь любитель, но даже я вижу, что ваше гадание на волшебном зеркале обернулось проблемой, — серьёзно сказал Клейн.

— Проблемой? — Элизабет едва не повысила голос и поспешно подняла руки, чтобы прикрыть рот.

Клейн мгновение подумал:

— Я знаю, что одним лишь словам тебе будет трудно поверить. Вернись в комнату и, когда Селена отвлечётся, украдкой взгляни на лицевую сторону зеркала, которую Селена скрывает от всех вас.

— Откуда вы знаете, что она скрыла от нас лицевую сторону зеркала? — выпалила Элизабет.

«Согласно данным Ночных Стражей, более чем в девяноста процентах случаев гадания на волшебном зеркале, связанных со злом, встречаются такие признаки…» — Клейн улыбнулся и сказал:

— Это общеизвестно.

Когда сомневающаяся и испуганная Элизабет вернулась в комнату, его сдержанная улыбка мгновенно исчезла, а на лице появилось беспокойство.

«Мы всё ещё находимся в Северном районе, от улицы Фания до улицы Заутлэнд потребуется не менее 15 минут езды. К тому времени, пока капитан с остальными доберутся сюда, ситуация может ухудшиться до безнадёжного состояния… Если бы только здесь не было Бенсона и Мелиссы… Но я не смогу справиться с этими скрытыми и неизвестными сущностями… Есть ли у меня хоть что-то, чтобы их сдержать… Точно, Селена — любитель мистики. У неё в комнате точно должны быть экстракты, эфирные масла, травы и прочее…»

Как раз когда Клейн ломал голову над решением проблемы, Элизабет села рядом с Селеной под предлогом что-то с ней обсудить.

Одна из девушек напротив отпила красного вина и, покраснев под дразнящими взглядами остальных, всё же собралась с духом:

— Можешь погадать, когда я встречу романтичного и красивого джентльмена?

Селена слегка кашлянула, потирая заднюю сторону зеркала, и сказала:

— Зеркало, зеркало, скажи мне. Когда в сердце Йонины появится джентльмен?

Повторив это три раза, она взяла зеркало и подняла перед собой.

Пользуясь случаем, Элизабет резко повернулась и вытянула шею, чтобы заглянуть в зеркало.

Она ожидала увидеть лицо Селены и половину собственного отражения.

Однако увидела лишь Селену. В крошечном зеркале отражалась только она — целиком!

Зеркало было абсолютно чёрным, а Селена с холодным выражением лица стояла посередине!

Элизабет задрожала, откинулась назад и прислонилась к спинке дивана. У неё на секунду перехватило дыхание.

Она затряслась, не в силах сдержаться, и, не пытаясь даже придумать предлог, резко вскочила и, спотыкаясь, бросилась к двери. Элизабет даже не посмела обернуться, чтобы посмотреть на сияющую Селену.

— Джентльмен Йонины появится в воскресенье второй недели, спустя полгода…

Под общий смех Элизабет открыла дверь и вышла из комнаты. В коридоре она увидела Клейна, который стоял в тени настенных светильников, одетый в вечерний костюм и полуцилиндр.

— Мистер Моретти, я-я… — запнулась она.

Клейн спокойно улыбнулся:

— Не мешай девушкам и дамам внутри.

Поддавшись его улыбке, Элизабет заметно успокоилась. Она протянула руку, закрыла дверь и быстро подошла к настенному светильнику.

— Я увидела это. Я увидела внутри зеркала только Селену, похожую на дьявола… — хрипло прошептала она.

«Значит, всё правда…» Лицо Клейна стало серьёзным, и он спросил низким голосом:

— Ты знаешь, где спальня Селены? И где она держит свои мистические принадлежности?

— Вон там. И мистические вещи тоже там. — Элизабет без колебаний указала на комнату по диагонали.

Клейн взял трость и открыл незапертую деревянную дверь. Под уличным освещением и светом багровой луны он повернул клапан и зажёг газовую лампу.

Когда загорелся бледно-жёлтый свет, он пробежался глазами по комнате и обнаружил бутылки с экстрактами, цветочную эссенцию, ящички с молотыми травами, свечи и талисманы.

Всё лежало на столах или аккуратно стояло на полках. Названия были указаны на этикетках.

Осмотрев комнату, Клейн сказал Элизабет, которая шла за ним следом:

— Ты хочешь спасти Селену?

— Да! — Элизабет подсознательно кивнула, а затем ошеломлённо спросила: — Будет опасно?

— В определённой степени. В конце концов, я всего лишь любитель, — откровенно ответил Клейн.

— В определённой степени опасно… — Элизабет на несколько секунд крепко сжала губы, после чего ответила: — Вам что-нибудь нужно?

Клейн тепло улыбнулся, успокаивая её:

— Не нервничай. Теперь тебе нужно лишь вернуться и притвориться, будто ничего не произошло. Вернись к Селене. Через пять минут, запомни, через пять минут скажи ей, что у тебя есть приятный сюрприз, и приведи её ко мне. Тихо постучи в дверь: один длинный стук и два коротких. А дальше предоставь всё мне.

Элизабет молча обдумала его слова, после чего кивнула.

— Хорошо.

Увидев, что она возвращается в гостиную, Клейн посмотрел на свои карманные часы. Он закрыл дверь спальни Селены и быстро расчистил стол. Затем он выбрал необходимые предметы и положил их на стул.

Сразу после этого Клейн взял две светлые свечи с едва уловимым ароматом и разместил их в верхнем левом и правом углах стола.

Они символизировали Владычицу Багрянца и Императрицу Бедствий и Страха.

Клейн собирался провести ритуал, чтобы позаимствовать силу Богини Вечной Ночи и отогнать таинственную и неизвестную сущность, воздействовавшую на Селену.

Поскольку Клейн был лишь на уровне Последовательности 9, ритуальная магия, которую он знал, была недостаточно сильной. Чтобы всё удалось, Элизабет должна была заманить Селену в запечатывающий круг прямо возле алтаря.

Поэтому следовало учитывать, что Селена может что-то заметить и начать сопротивляться.

По этой причине Клейн собирался прибегнуть к ритуальной магии «прерывающего» типа.