Последняя Певерелл (джен)

Вскоре после обсуждения личной жизни Ремуса они закончили сплетничать. Мастера рун постучали в дверь и велели через два часа быть готовыми к осмотру храма. Жасмин как раз успевала попрощаться, поесть и принять душ.

— Увидимся на Рождество! — сказала Жасмин, помахав зеркалу. Джеймс, Ремус и Лили попрощались и отошли, но Сириус на мгновение задержался.

— Эм-м, тётя просила передать, что ты приглашена на рождественский приём, который мы устраиваем в этом году. Он пройдёт в Министерстве… Отец хочет выяснить, кто поддержит нас в предстоящем противостоянии. А ещё напомнить семьям с предрасположенностью к тёмной магии, что у рода Блэков достаточно денег и влияния, чтобы устроить приём в Министерстве.

Сириус явно не был в восторге от перспективы провести канун Рождества в Министерстве. Жасмин его понимала.

— Я приду. Ты в порядке? Какой-то ты тихий. Тебя что-то беспокоит?

Сириус покачал головой, прикусил губу и лишь потом ответил:

— Просто всё так странно. Никогда прежде я не чувствовал себя настолько чужим среди друзей. Кто бы мог подумать, что единственным без пары останусь я? Наследница Фудзивара славная, но у нас с ней ничего бы не вышло. Наши отношения напоминали бы деловое соглашение, а этого не хотелось ни ей, ни мне. Она очень милая и охотно объясняет различия между нашими культурами, но смотрит только на Лунатика.

— Уверена, предложений у тебя было предостаточно, Сириус. Ты наследник рода Блэков, — нахмурившись, ответила Жасмин. Этот титул чаще приносил Сириусу одиночество, чем близость с кем-либо.

Он снова покачал головой, и лохматые волосы заметались из стороны в сторону.

— Я избегал подобных знакомств. Мне казалось, это будет нечестно по отношению к тебе. Знаю, ты сказала, что нам нужно отдохнуть друг от друга, но я хочу доказать, что готов всерьёз отнестись к тому, что есть между нами. Ты стоишь того, чтобы тебя ждать, Джаз. И я это докажу.

От этого признания щёки Жасмин слегка запылали. Она не успела ответить: Сириус отключился.

Остаток утра прошёл в спешке: Жасмин пыталась привести себя хотя бы в отдалённо человеческий вид. Ей хотелось как следует подготовиться к встрече с Блейзом и его невестой. Одно то, что Блейз и Тео теперь были братьями, казалось странным… А теперь у Блейза появилась невеста. Жасмин всё ещё не могла к этому привыкнуть. Эта жизнь принесла немало перемен их небольшой компании. Впрочем, невеста Блейза вполне могла вообще не пожелать разговаривать с Жасмин. Общество волшебников майя почти не общалось с чужаками, за исключением коренных народов Северной, Центральной и Южной Америки.

Глубокое недоверие местных к европейцам заметно тревожило мастеров рун, пока группа ждала перед древним храмом. Погода сегодня благоприятствовала: было тепло, но солнце не палило, да и дождь не лил как из ведра. Влажность стояла ужасная, однако в тропиках ничего другого ожидать не приходилось. Со всех сторон их окружала буйная растительность, а ветер тихо посвистывал среди листвы.

В кустах слева что-то зашелестело. Из зарослей показался Блейз, придерживая ветку для миниатюрной девушки, которая наверняка и была его невестой. На ней был традиционный уипиль; затейливые узоры на одежде указывали на высокий статус владелицы.

— Так это та самая девушка, о которой ты мне рассказывал? Я думала, она выше, — произнесла незнакомка достаточно громко, чтобы её услышали все.

Блейз закатил глаза. Его длинные волосы были собраны в косу. Несомненно, ради гостей они говорили по-английски: от Тео Жасмин знала, что местные старались не пользоваться английским, как и любым другим языком колонизаторов.

— Нельзя судить обо всём по внешности. Ты ещё ниже её, но при этом могущественная волшебница, — ответил Блейз и успокаивающе положил ладонь девушке на плечо. На миг она прильнула к его руке и сжала пальцы. Затем что-то пробормотала себе под нос и подошла к Жасмин.

Она протянула смуглую руку; золотые браслеты на запястье тихо звякнули. Её пальцы покрывали многочисленные шрамы.

— Я Юнуэн. О тебе мне рассказывали много историй, Жасмин Певерелл. Очень много. Кажется, они охватывают несколько жизней. Боги наделили тебя весьма необычным даром.

Жасмин пожала ей руку. Эта девушка ей нравилась: смелости ей было не занимать. Если Блейз хоть немного открылся ей, а она после этого осталась рядом, значит, либо была безумна, либо искренне о нём заботилась. А может, и то и другое.

— Мне уже доводилось такое слышать. Мой дорогой друг сказал, что сегодня ты покажешь нам несколько рун.

Юнуэн наморщила нос.

— Он сказал, что тебе можно доверять. Я верю Чатану и доверяю его суждениям. Пока он ни разу не сбил меня с верного пути. Вам разрешено войти во внутреннюю часть храма. Она уже много десятилетий закрыта для чужаков. Испанцы не раз пытались её уничтожить. Вы ведь знаете, какую магию мы здесь практикуем?

Жасмин кивнула. Майя в основном практиковали магию крови. Она была распространена гораздо шире палочковой магии, но сама по себе не являлась тёмной. Во всяком случае, так читала Жасмин. В её основе лежала добровольная жертва. Никакой чепухи вроде «насильно взятой крови врага». Разумеется, некоторые практиковали тёмные ритуалы, основанные на магии крови. Ярчайшим примером был Волдеморт. Но, по словам Блейза и Тео, эта магия отлично помогала искать тёмные артефакты, а именно это сейчас им и требовалось. Тео отправился в Европу и изо всех сил старался найти один-другой крестраж, но после его возвращения в Америку основная часть работы всё равно ляжет на Жасмин.

Тео отдал ей амулет, помогавший обнаруживать тёмные предметы. Но если Блейз не ошибался, его невеста знала способ выследить их и определить местонахождение с точностью до пары километров. Такой способ был бы бесценен.

— Покажи нам дорогу, — попросила Жасмин, жестом пропуская Юнуэн вперёд. Ей не хотелось создавать впечатление, будто она здесь главная.

Юнуэн слегка склонила голову, подошла к грубому камню и прижала к нему ладонь. Почти сразу она зашипела и отдёрнула руку. Камень впитывал каплю крови, а из кончика её указательного пальца медленно сочилась новая.

Кровь за несколько мгновений просочилась в камень и исчезла без следа. В стене возник дверной проём. Юнуэн без малейшего колебания вошла внутрь, Блейз последовал за ней по пятам, а затем туда поспешили и остальные. Никому не хотелось оставаться снаружи и ждать, пока другие осматривают древний магический храм майя.

По внешнему виду невозможно было представить великолепие внутренних залов. Снаружи храм тоже поражал размерами, но внутри позолоченные стены сияли, а испещрённые рунами камни светились от переполнявшей их силы. На многих золотых пластинах были изображены расцвет империи майя, ритуалы и различные магические практики.

— Это лишь краткая история магии нашего народа. Большинство из нас узнаёт её ещё в детстве. Наши предания обычно передаются из уст в уста, но мы позаботились и о том, чтобы где-то записать их целиком. Хотя самым знаменитым произведением нашей магии остаётся календарь. Пусть он и заканчивается две тысячи двенадцатым годом. Видимо, немаги выдохлись и перестали его составлять. Теперь из-за суеверий они считают, будто тогда наступит конец света.

Если бы грядущий конец света и правда было так легко предсказать.

Впрочем, сама Жасмин сейчас пыталась предотвратить гибель волшебного мира. Ей прямо рассказали, что произойдёт в следующие несколько десятилетий.

— Маглы склонны раздувать подобные вещи. У них нет провидцев, способных рассказать о конце времён.

Юнуэн закатила глаза и взяла Блейза под руку.

— Насколько я знаю, даже когда провидцы у них были, маглы к ним всё равно не прислушивались, — заметил Блейз. Он ухмыльнулся Жасмин, прежде чем Юнуэн увлекла его дальше в глубины храма.

Он был прав. Один из самых известных случаев, когда маглы не послушали провидицу, произошёл с Кассандрой. Правда, она была проклята: никто не верил ей, хотя все её предсказания сбывались. Божеству, придумавшему такое сочетание несчастий, не помешал бы строгий выговор… Впрочем, судя по тому, как мало провидцев осталось в будущем, дар ясновидения явно начал угасать и в волшебном мире. По крайней мере, в европейской его части. За Азию, Африку и обе Америки Жасмин говорить не могла.

Маленькая группа продолжила углубляться в храм. Стены здесь покрывали изображения богов и богинь, вновь рассказывавшие истории построившего это место народа.

— Первым делом испанцы попытались лишить нас магии крови, — объяснила Юнуэн. С помощью новой капли крови она открыла ещё одну дверь, за мгновение до того ничем не отличавшуюся от стены.

Мастер рун Селеста кивнула.

— Да, в Европе магия крови уже тысячу лет считается тёмной. Даже мысль о её применении воспринимается как нечто чрезвычайно опасное. Однако за последние несколько недель путешествий по Южной, Северной и Центральной Америке мы заметили, что ваш народ, похоже, использует её повсюду.

Юнуэн кивнула и поднесла ладонь к груди. Бусины на её уипиле застучали о металлические кольца на пальцах.

— Мы не пользуемся палочками и не хотим. Европейцы черпают магию иначе, чем большинство других волшебных народов мира. Чатан берёт палочку лишь для вида. Он взывает к силе земли и призывает големов, чтобы они сражались за него и защищали его. Мой народ поддерживает течение магии кровью и добровольными жертвами. В ваших землях магия крови запрещена, потому что вы применяете её лишь во зло. Добровольно отданная кровь — не то же самое, что украденная.

Жасмин сдержала дрожь, вспомнив ритуал возрождения, который Том провёл на её четвёртом курсе. Кровь врага, взятая против воли.

— Кровь исчезает, как только касается нужного места, или растворяться ей позволяет какое-то её особое свойство? — спросил мастер рун Саймон с маленьким блокнотом в руке.

Юнуэн с неприязнью покосилась на блокнот и вздохнула.

— Так устроены чары храма. В само его основание вписаны руны, позволяющие таким способом открывать проходы в нижние помещения. Но они подчинятся далеко не каждому. В этих стенах рады лишь верховным жрецам и жрицам. Нам разрешено приводить гостей, но сначала им должны дать официальное разрешение. Дальше нам не пройти, не нарушив сразу несколько законов, а ради едва знакомых людей я этого делать не стану.

— Осмотритесь как следует. Возможно, другого такого шанса в жизни вам не представится, — напомнил Блейз.

Петуния тем временем с улыбкой сделала несколько снимков, тщательно выстраивая идеальную композицию.

Мастера рун показывали Петунии, какие руны следует сфотографировать. Жасмин улыбнулась, отошла на другой конец зала и принялась сама разглядывать символы на стене в надежде найти что-нибудь полезное для поисков крестражей.

— В этих помещениях ты не найдёшь того, что ищешь, — прошептал Блейз, едва не заставив её подпрыгнуть.

Вот же мерзавец, сумел подкрасться! Обычно застать Жасмин врасплох было почти невозможно, но сейчас она не сосредоточилась на рунном зрении. Она прижала ладонь к сердцу.

— Не делай так! — прошипела Жасмин и толкнула его в плечо, почти не сдвинув с места.

— Да не кипятись ты. Мы с Юнуэн хотим кое-что тебе показать. Твоим мастерам рун этого видеть нельзя. Считай поздним подарком на день рождения от меня лично.

В прошлых жизнях Блейз всегда дарил ей лучшие подарки.

Жасмин кивнула и увидела, как к мастерам рун подошёл ещё один жрец. Он заговорил с ними и жестами показывал Петунии, куда направить объектив. Опубликовать найденное здесь они не смогут, но сумеют применить эти знания при создании новых защитных чар — именно для этого и делались снимки.

Блейз взял Жасмин за руку повыше локтя и потянул к открывшемуся дверному проёму, у которого их ждала Юнуэн. Девушка держалась непринуждённо, но, подойдя ближе, Жасмин заметила напряжение в её плечах. Блейз первым вошёл в комнату, Жасмин последовала по пятам. За Юнуэн дверь бесшумно закрылась. На мгновение комната погрузилась во тьму, а затем пространство озарили факелы с синим пламенем. В центре стоял крепкий деревянный стол, вокруг которого было расставлено около дюжины стульев с декоративными подушками.

Юнуэн села слева от места во главе стола и предложила Жасмин устроиться напротив. Блейз прислонился к столу и лениво провёл кончиком пальца по древесным волокнам.

— Правда ли, что ты пытаешься уничтожить предметы, пропитанные чёрной магией? Чатан рассказал, что твоя цель — уничтожить человека, создавшего эти мерзости. Я ему верю: за два года нашего знакомства он доказал, что достоин доверия. Близнецы-Ястребы умеют разбираться в людях, и я хочу доверять тебе так же, как они. Знания, которые я собираюсь тебе подарить, нельзя передавать чужакам. Ты меня понимаешь? — спросила она.

Жасмин могла поклясться, что, когда магия Юнуэн начала заполнять комнату, температура упала на несколько градусов.

— Всё, что произойдёт в этой комнате, в ней и останется. Я не хочу создавать неприятности. Мне лишь нужно помешать одному человеку уничтожить мир.

Блейз фыркнул.

— Если бы наши жизненные цели всегда были так просты. Я-то знаю, что твоя гораздо сложнее, Жасмин.

Она показала ему язык, и Юнуэн прочистила горло.

— Так вот, наш народ поставил перед собой задачу разыскивать источники злой магии. В прошлом мы либо уничтожали их, либо пытались очистить. Обычно с подобными предметами можно справиться лишь уничтожением, но труднее всего их найти. У меня есть несколько рун, которые могут пригодиться, и несколько заклинаний магии крови, которые помогут отыскать нужные тебе предметы, — объяснила девушка. Прикусив губу, она достала маленький мешочек с бусинами, по виду вырезанными вручную.

— Какие красивые… — неуверенно начала Жасмин, но Юнуэн закатила глаза.

— Это правда, однако на них наложены чары: рядом с проклятыми предметами бусины нагреваются, а при правильном применении заклинаний способны привести прямо к ним. Всегда носи их при себе, чтобы знать, если один из таких предметов окажется поблизости. Руны очень могущественные. Не разглядывай их слишком долго, иначе можешь навсегда повредить зрение.

Жасмин прикусила губу.

— Какие заклинания помогут мне отыскать крестражи?

Юнуэн ухмыльнулась, продемонстрировав острые клыки.

— Рада, что ты спросила. Сейчас покажу.

Остаток дня они фотографировали руны и негромко беседовали с разными жрецами и жрицами храма. Несмотря на ухудшающееся зрение, мастер рун Селеста старательно составляла каталог рун и перерисовывала их. Даже полуслепая, она делала почти безупречные копии. Жасмин немного завидовала её мастерству. Сама она достигнет такого совершенства лишь со временем и после долгих упражнений. Петуния с удовольствием фотографировала и слушала объяснения разных рун, хотя никогда не сможет воспользоваться ими сама.

Ближе к концу дня мастер рун Саймон отвёл Юнуэн в сторону, чтобы поговорить с ней. Мастер рун Селеста попросила Петунию проводить их в гостиницу. Глаза беспокоили её весь день, и ей нужно было дать им отдохнуть, чтобы утром группа смогла вовремя отправиться в путь.

Жасмин и Блейз остались вдвоём. Он вывел её из храма подальше от чужих глаз и быстро наложил чары отвлечения внимания и несколько заклинаний от подслушивания. Теперь они могли отдохнуть и поговорить почти без риска, что их услышат.

— Как ты? Я скучал по нашим встречам. Знаю, при первом знакомстве Юнуэн может ошеломить.

Жасмин крепко обняла давнего друга, и он расслабился в её объятиях.

— В основном всё хорошо. Ни в одной из жизней я так надолго не уезжала из Британии. Я скучала и по тебе, и по Тео. Вы всегда помогали мне пережить охоту за крестражами. Столько лет мы занимались этим вместе. Странно, что теперь каждый из нас ищет их отдельно. Кстати, твоя невеста, похоже, прекрасно умеет держать тебя в узде. Она мне очень нравится, и мне всё равно, что выглядит она устрашающе. Главное, чтобы она была тебе дорога. Тео упомянул, что этот брак устроили ваши семьи. Я хочу, чтобы ты был счастлив, Блейз.

Он вздохнул и отстранился.

— С ней я счастлив. Юнуэн умна, увлечена своим делом и могущественна. Именно такую спутницу я искал много лет. Какой бы необычной ни казалась эта охота за крестражами, думаю, мы найдём их все. Тео уже занимается поисками. Скорее всего, он обнаружит хотя бы один спрятанный крестраж. Тебе нужно забрать кольцо из поместья Реддлов — не говоря уже о вставленном в эту проклятую вещицу камне. Когда ты с этим справишься, останется всего три.

Жасмин сжала его ладонь и улыбнулась.

— Да, и я думаю, что как минимум два он спрятал в Гринготтсе. Чаша наверняка лежит в одном из сейфов. Самым сложным будет найти её и заручиться поддержкой гоблинов, чтобы они согласились уничтожить крестражи.

— Вот видишь, у нас есть несколько возможных мест. Всё получится.

— Пока мы продолжаем действовать сообща. Ты всё это время поддерживал связь с Тео? Знаю, он не любит чувствовать себя третьим лишним. Отношения его не интересуют.

Тео не интересовали ни романтика, ни вообще всё, что связано с сексом. Он хотел лишь лечить людей, проводить время с двумя лучшими друзьями и остановить Тёмного Лорда. Только этого он всегда и желал. Но Жасмин и Блейз неизменно заботились о нём и следили, чтобы с ним всё было хорошо и он не слишком замыкался в себе. Если их обоих не будет рядом, помочь ему они не смогут.

— Я говорил с ним два дня назад. Связываюсь не реже четырёх раз в неделю. У него всё хорошо. В Венгрии он исцелил молодую ведьму, а скоро отправится в Румынию. Он сказал, что получил твоё письмо и посылку и очень ценит, что даже в поездке ты о нём думаешь.

Жасмин тихо фыркнула от смеха. Где бы она ни находилась, об этих двух оболтусах она не забудет никогда.

— А теперь скажи: после вступления в наследство ты уже пробовала принимать анимагическую форму? Я хочу полетать вместе с тобой.

Уголок губ Жасмин приподнялся в лукавой улыбке.

— А вот не скажу.