Повелитель Тайн (джен)

Фигура, сидящая по диагонали позади статуи, была старцем в чёрной мантии. Он носил капюшон, а его голова была склонена с закрытыми глазами. Возле рта у него была густая, длинная и белая борода. Казалось, что он не подстригал её годами, и никто не мог сказать, как он выглядел изначально.

В глазах Клейна этот дряхлый старец был ещё более странным, чем висящие фигуры.

Его Нити Духовного Тела не устремлялись к месту, которое, казалось, скрывало «магниты». Вместо этого они обвились вокруг его тела и вернулись обратно, так что источник и место назначения совпали!

Обычно Нити Духовного Тела исходили изнутри Духовного Тела, распространяясь в разные стороны в бесконечность. Что касается фигур, которые висели сверху, их источник Нитей Духовного Тела был обычным, но место, куда они устремлялись, находилось на вершине собора, поэтому было очевидно, что здесь что-то не так.

Так вот почему его не повесили? Или, лучше сказать, так он избегает опасности внутри собора? Подумал Клейн, пока управлял своими Нитями Духовного Тела, чтобы противостоять непрерывному притяжению вверх.

Вдруг он увидел пару чёрных глаз, похожих на неосвещённую поверхность воды.

Старец, сидевший за статуей, открыл глаза.

Он был ещё жив!

Клейн невольно шагнул назад, слегка согнув спину и вытянув перед собой левую ладонь.

Среди неописуемой тишины и тревоги, старец слегка приоткрыл рот и приглушённо произнёс:

— Наконец-то сюда пришёл ещё один Провидец…

«Ещё один? Потусторонние Пути Провидца уже до этого входили в этот собор? Верно, кроме ангела-Ластика, стирающего людей и отправляющего их в этот туманный город, сюда должны попадать и те, кто исчез ночью в руинах битвы богов. Среди них могло быть несколько Потусторонних Пути Провидца, которые искали русалок в этих водах или успешно продвинулись и собирались уйти…» Видя, что собеседник не собирается немедленно нападать на него и хочет поговорить, Клейн взял себя в руки и после некоторого раздумья сказал:

— Что это значит?

Старец в капюшоне с чёрными глазами и белой бородой не сразу ответил, а тихо спросил:

— Ты хочешь сбежать? Я могу сказать, как это сделать.

Клейн не поддался и сразу же спросил:

— Тогда почему вы всё ещё здесь?

Поскольку способ сбежать из этого туманного города был известен, зачем надо было оставаться в таком опасном соборе?

Старец опустил голову и хрипло усмехнулся.

— Потому что я уже давно умер.

— …

Волосы на спине Клейна встали дыбом, его прошиб холодный пот. Он потерял дар речи.

Он мог точно сказать, что старец не был существом в форме души!

Не видя ответа, старец медленно поднял голову и бросил взгляд на Клейна в его облике Германа Спэрроу.

— Я использовал особые Потусторонние способности, чтобы найти пустоту в истории и судьбе этого мира. Я отрезал часть своей проекции и оставил её здесь. Она сохранилась и по сей день. Что касается моего тела и моего духа, то они давно умерли и рассеялись.

Какая удивительная способность… Клейн не мог проверить это утверждение, поэтому ему оставалось только спросить:

— Тогда почему вы даёте указания, как сбежать, Провидцам, пришедшим сюда?

Голос старца оставался тихим.

— После того как ты откроешь дверь, история и судьба здесь изменятся. Проекция, которую я вырезал, также исчезнет, и когда придёт время, ты увидишь урну с пеплом. Я только хотел бы, чтобы пепел был развеян над рекой Сренцо недалеко от столицы Интиса, Трира. Это мой родной город, место, где я родился. Ты знаешь место, о котором я говорю? Я понятия не имею, сколько времени прошло в реальном мире.

Он был в заточении по меньшей мере сто лет? Клейн честно ответил:

— Они всё ещё существуют.

— Отлично, — кивнул старец, его горло, очевидно, было наполнено мокротой.

Хотя Клейн не полностью доверял этому человеку, он считал, что, зная больше, он сможет найти истину в этом вопросе. Поэтому он решил не терять времени, опасаясь, что его снова прервут.

— Тогда как мне сбежать?

Старец остался сидеть на своём месте и сказал без всякого видимого движения:

— Видишь ту стену за статуей? Видишь выемку?

На самом деле Клейн не хотел следовать его указаниям. В конце концов, его таким же способом подтолкнула к этому Панатия, в результате чего он увидел её неполную форму Мифического Существа и, следовательно, испытал шок и повреждения. Однако он всё равно планировал осмотреть окрестности в поисках улик, поэтому осторожно перевёл взгляд на стену позади статуи.

На ней были выгравированы короткие древние символы, но посередине было пустое место, не позволяющее соединить их в единое целое.

Пустое место было углублением размером с две ладони и явно повреждено. Казалось, будто кто-то отколупнул кирпич с поверхности стены.

— Если найти нужный обсидиан и вставить его, эта стена временно выйдет из скрытого и тайного состояния. На ней появятся иллюзорные цвета. Когда придёт время, я расскажу тебе о сложном специальном символе. Он будет ключом к открытию двери на стене, что позволит тебе сбежать, — старец не поворачивал головы, смотрел прямо перед собой и подробно рассказывал.

Сложный особый символ… Ключ к открытию двери… Клейн слушал, как позади него бредни «Хорнакис… Флегрея…» разносятся с ветром, и в памяти вдруг всплыл символ.

Это был вертикальный глаз, образованный из множества тайных символов!

Это была информация, которую передала ему тетрадь семьи Антигон, испортив Тканевую Куклу Несчастий!

А семья Антигон, как оказалось, имела глубокую связь со страной Вечной Ночи на главной вершине горного хребта Хорнакис!

Может ли это быть так называемым ключом? Клейн спокойно отвёл взгляд и спросил:

— Почему все прежние Провидцы потерпели неудачу?

Старец усмехнулся и ответил:

— Некоторые из них были такими же болтливыми, как ты, и не смогли покинуть этот собор до того, как багровая луна стала ясной. В итоге их повесили. Так было с тем парнем, который сделал себе красивое лицо. То же самое касается и дамы с безупречными чертами лица.

— …

Клейн почти потерял дар речи от язвительности старца.

Однако он также кое-что понял. Опасность внутри собора значительно возрастёт, как только багровая луна станет ясной. Даже Кукловоды в тот момент не могли контролировать свои Нити Духовного Тела!

Мне придётся постоянно следить за изменениями в освещении. Как только багровая луна станет ясной, я пройду сквозь стену… Клейн огляделся вокруг и убедился, что ближайшая к чёрному алтарю стена находится на расстоянии шести-семи метров. Затем он быстро придумал план действий в чрезвычайной ситуации.

Старец в капюшоне продолжил:

— Остальным не повезло. Они столкнулись с врагами, которые потеряли рассудок и хотели их съесть. В итоге они были съедены. Ты должен знать, что Потусторонних Пути Провидца изначально не так уж много. Тех, кто стал Кукловодом, ещё меньше. А тех, кто по разным причинам попал сюда, и вовсе единицы. Конечно, есть ещё много тех, кого привлекли и заманили сюда, но им трудно было добраться сюда, и они…

Он не закончил свою речь и медленно поднял голову, посмотрев на вершину древнего собора. Затем он сказал приглушённым голосом:

— Их исход был одинаково трагичен.

Что ты имеешь в виду… Если бы я не попытался украсть тетрадь, мне пришлось бы полагаться на бред этих висящих трупов внутри собора и взбираться на главную вершину горного хребта Хорнакис в поисках сокровищ семьи Антигон. Считался бы я одним из тех, кого привлекли или заманили? Добраться сюда трудно, а исход был бы таким же трагичным? В голове Клейна зашевелились мысли, и он начал подозревать, что так называемые сокровища семьи Антигон — не что иное, как ловушка, судя по полуразрушенному дворцу и полупрозрачным червям, которых он видел во время гаданий.

Он не стал расспрашивать более подробно, пытаясь выудить более важную информацию.

— Вы знаете, где находится этот обсидиановый камень?

Старец усмехнулся.

— Он в руках Демонессы Отчаяния.

Демонесса Отчаяния. Значит, Панатия действительно Демонесса Отчаяния… Клейн и раньше внутренне обращался к Панатии именно так, но это было потому, что он знал, что её называют Леди Отчаяния, а также был уверен, что она Демонесса. Поэтому он упростил эти две части информации и дал ей такое прозвище. Он никак не ожидал, что четвёртой Последовательностью Пути Демонессы будет Демонесса Отчаяния.

— Мне будет очень трудно получить этот обсидиановый камень. Она настоящий полубог, — Клейн не скрывал, в какое трудное положение он попал, и ждал, есть ли у старца какие-либо предложения.

Старец покачал головой и сказал:

— Я человек, который давно умер. Я мало чём могу помочь. Хм… Разве у тебя не было марионетки, когда ты пришёл?

— Да, но её уже съела Демонесса Отчаяния, — спокойно ответил Клейн.

Старец вздохнул и усмехнулся.

— Я могу помочь тебе вызвать его из истории этого мира.

Как только он сказал это, Клейн увидел, как рядом с ним быстро очертились линии, вырисовывая Адмирала Крови Сеньора в его треугольной шляпе и тёмно-красном плаще. Более того, Нити Духовного Тела всё ещё находились под его контролем!

Зрачки Клейна мгновенно сузились. После этого он услышал, как старец в капюшоне добавил:

— Его можно поддерживать только в течение тридцати минут. Используй это время с пользой. Я помогу тебе усилить некоторые связи, повысив твой контроль над марионеткой. Таким образом, ты сможешь позволить марионетке использовать твои Потусторонние способности, а также мгновенно меняться с ним местами. Хе-хе, радиус контроля и черты, благодаря которым он выглядит живым, тоже усилятся.

Позволит моей марионетке использовать мои Потусторонние способности? Не означает ли это, что я смогу использовать силы Безликого, чтобы заставить мою марионетку превратиться в другого меня? В идеального двойника? Это сила полубога Пути Провидца? Это одна из способностей Эксцентричного колдуна? Враг никогда не знает, является ли убитый настоящим Эксцентричным колдуном? Кроме того, вызвать марионетку из истории. Это совершенно немыслимо… Клейн с трудом мог успокоиться.

Старец поднял голову и посмотрел на него, прежде чем продолжить:

— Дай мне бумажную фигурку.

Клейн слегка нахмурился и несколько секунд колебался, после чего достал бумажную фигурку и передал её.

Старец протянул морщинистую руку, взял бумажную фигурку и небрежно провёл по ней пальцем.

Головная боль, жар и увеличенные миндалины Клейна внезапно исчезли!

На бумажной фигурке появились пятна красной ржавчины, и она быстро стала хрупкой и растрескалась.

Передать бумажной фигурке недуг? — подумал Клейн и наконец спросил:

— Извините за нарушение этикета. Как я могу к вам обращаться?

Старец не сразу ответил. Вздохнув, он сказал:

— Я могу лишь оказать тебе эту небольшую помощь.

Он помолчал и издал приглушённый смешок.

— Ты можешь называть меня… Заратул.