Эхо хищника (гет)

Лиам стоял, вжимая девушку в свою грудь, и просто дышал. Вдыхал её запах — смесь льда, дорогого парфюма и того специфического мороза, который исходил только от неё одной. Сердце в её груди колотилось с бешеной скоростью испуганной птицы, но оно билось. Живое.

Тишину прервал тихий, почти беззвучный шепот прямо ему в ключицу:

— Дверь.

Лиам вздрогнул, возвращаясь к реальности. Намек был понятен лучше любого приказа. Не отпуская Адель, он сделал шаг назад, толкнув спиной входную дверь. Тяжелый замок щелкнул, отрезая их от лестничной клетки, запаха чужих людей и потенциальной опасности. Теперь они были одни.

Только тогда Лиам позволил себе немного ослабить хватку.

Он почувствовал, как девушка судорожно втянула воздух, когда стальные тиски объятий разжались, позволяя ей дышать полной грудью. Переборщил. Он снова напугал её своей силой. Зверь внутри недовольно заворчал, требуя вернуть контакт, но Лиам заставил себя сделать шаг назад.

Адель тут же отступила на полшага, увеличив дистанцию. Она стояла перед ним в той самой рабочей одежде: строгие брюки, белая блузка сейчас выглядела мятой и неуместной. Волосы растрепались, несколько прядей прилипли к влажной шее. Выглядела она так, будто одевалась впопыхах среди ночи или... словно бежала вместе с ним по крышам всего пару минут назад.

Её сердце всё еще билось слишком часто, отдаваясь набатом для обостренного слуха Льва. Она была испугана. Напугана им.

Лиам попытался взять себя в руки, прочистить горло, чтобы голос звучал ровно, как подобает следователю.

— Новое убийство, — хрипло произнес он, чувствуя себя идиотом под этим изучающим синим взглядом. — Натаниель передал, что ты не отвечаешь на телефон.

Она чуть истерически хмыкнула. Звук получился ломким, совсем не похожим на её обычный холодный тон.

— А вы сразу помчались выяснять всё лично, верно, мистер Блэквуд?

Лев рыкнул. Низко, предупреждающе, но без агрессии. Скорее, это был протест против ледяной стены, которую она мгновенно выстроила между ними.

— Мы опять на «Вы»? — прорычал он, понимая всю нелепость ситуации. Страх за её жизнь отключал разум полностью, оставляя только инстинкты собственника.

Адель устало выдохнула, прикрыв глаза. Когда она открыла их снова, во взгляде читалась бесконечная усталость.

— Лиам... Я в порядке.

Мужчина медленно осмотрел её сверху вниз, сканируя каждую деталь профессиональным взглядом. Дорогая ткань костюма, идеальная осанка даже сейчас... Всё это совершенно не вязалось с интерьером убогой панельки. Здесь было стерильно чисто, пахло дешевым освежителем воздуха и пылью пустующего жилья.

Лиам нахмурился, но промолчал об этом. Сейчас важнее было другое.

— Ты должна была быть дома, — глухо сказал он, делая шаг вперед и нависая над ней, сокращая расстояние до минимума. Ему нужно было чувствовать границы её личного пространства своим телом. — Почему не отвечала?

Адель лишь плотнее закуталась в воображаемый невидимый плащ, отводя взгляд.

— Я гуляла. Хотела побыть одна. Подумать.

— О чем подумать? — его голос стал опасным, низким вибрирующим рокотом. — Об убийце? А если он узнает тебя на улице?

Девушка сжалась, инстинктивно пытаясь стать меньше, спрятаться.

— Это не...

— Но это так! — рявкнул Лиам, теряя терпение. — Если бы любой псих захотел добраться до тебя сегодня ночью, твоя железная дверь не стала бы препятствием!

Он подошел вплотную, загоняя её в угол между стеной и кухонным гарнитуром. Это было жестоко, давить на неё, но страх потерять её окончательно затуманивал рассудок. Его ладонь легла на стену рядом с её головой, блокируя путь к отступлению. Зверь внутри бесновался, готовый разорвать любого, кто посмел угрожать паре.

— Ты моя, Адель, — процедил он, глядя ей прямо в глаза. Желтые зрачки горели диким огнем в полумраке коридора. — Моя. Если ты делаешь глупости, которые могут стоить тебе жизни — это касается меня напрямую. Поняла?

Адель сглотнула. Её губы дрогнули, но она не отвела глаз. Вместо страха в них появилось странное, упрямое выражение.

— Я поняла вас... Лиам.

Это прозвучало как капитуляция. Но Лев чувствовал запах её кожи сквозь ткань рубашки — тонкий аромат снега смешивался теперь с запахом его собственного пота и кофе. Её пульс под его пальцами (которыми он упирался в стену) начал замедляться, переходя из панической дроби в ровный, быстрый ритм. Она реагировала на него. На его близость.

Зверь внутри довольно заурчал, наконец-то успокаиваясь. Она здесь. Она слушается. Всё остальное решаемо.