Повелитель Тайн (джен)

— Звучит как притянутая история. С тех пор как был открыт новый морской путь, не прекращаются рассказы о людях, разбогатевших благодаря риску, — небрежно прокомментировал Соэст содержание телеграммы. Задумавшись, он посмотрел в сторону одного из Красных Перчаток. — Я припоминаю, что ты уже расследовал Дуэйна Дантеса и общался с ним во сне.

— Да, — кивнул отвечавший за задание член Красных Перчаток. — Я не задавал ему эти вопросы напрямую, но могу сказать, что Дуэйн Дантес хорошо знаком с Южным континентом. У него там богатый опыт.

«Хе-хе, это, должно быть, информация, которую Дуэйн Дантес намеренно раскрыл тебе…» Леонард сомневался в содержании телеграммы, полагая, что это ещё один слой маскировки от древнего монстра, живущего со времён Четвёртой Эпохи.

Однако он не сообщил товарищам о своих догадках, поскольку у него не было для них оснований.

Соэст не придал этому значения, сказав:

— У вас есть какие-нибудь вопросы, связанные с Германом Спэрроу?

— Поскольку этот сумасшедший авантюрист ещё недавно находился в море, когда он успел прибыть в Баклунд? — Синди, как Кошмар, повторила свои сомнения. — Меня беспокоит не точное время, а то, мог ли он вообще успеть добраться до Баклунда. В конце концов, мы довольно далеко от моря.

Соэст мягко кивнул и сказал:

— На совещании один диакон поднял этот вопрос. Судя по времени и месту последнего появления Германа Спэрроу, при обычных обстоятельствах у него не было возможности прибыть в Баклунд вчера вечером и совершить проникновение.

— Разумеется, я говорю об обычных обстоятельствах.

— Пропавший служка рассказал нам, что, когда он подметал площадь, он внезапно потерял контроль над своим телом. Он застыл на месте и не мог позвать на помощь. Затем он увидел яркие цвета, похожие на абстрактную картину маслом, и почувствовал, что его тело поднимается вверх.

— Потом он потерял сознание, а после пробуждения обнаружил, что находится в неизвестной комнате в Восточном районе.

— Первое совпадает с описанием Хранителя о том, что он был одержим Призраком. Второе, предположительно, является Телепортом Путешественника.

— Если это действительно Телепорт, то Герман Спэрроу может появиться в Баклунде в любой момент.

Как элита Ночных Стражей, Красные Перчатки знали о различных потусторонних путях гораздо больше, чем коллеги того же уровня. Призраки и Путешественники не были для них чем-то незнакомым.

Выслушав объяснения капитана, другой член Красных Перчаток задумчиво добавил:

— Ходят слухи, что Адмирал Крови, за которым охотился Герман Спэрроу, — Призрак.

Детали совпали!

То, что Герман Спэрроу мог получить способности Призрака, не было чем-то неприемлемым. Самый простой способ — найти Ремесленника, который превратил бы добычу в мистический предмет.

Внезапно Синди вспомнила ещё кое-что.

— Говорят, что Герман Спэрроу обладает способностью менять облик… А лазутчик замаскировался под Хранителя.

Ещё одна деталь совпала!

— Хорошо подмечено, — Соэст поднял руку, чтобы потереть висок. — Согласно этим деталям, мы можем прийти к предварительному выводу, что лазутчик — это Герман Спэрроу. И, таким образом, список имён, который мы составили, может оказаться ошибочным. Герману Спэрроу не нужен спутник, чтобы часто приходить в собор для сбора информации. Он может каждый день менять внешность и входить, чтобы выяснить обстановку. Этот метод скрытнее, чем использование компаньона.

Как самый большой и священный собор Церкви Богини Вечной Ночи в Баклунде, Собор Святого Самуила каждый день принимал слишком много верующих, чтобы их можно было сосчитать. Ни один епископ не смог бы запомнить все незнакомые лица, которые ему когда-либо попадались.

Леонард поднял руку и довольно вяло сказал:

— Это также означает, что список имён, который у нас есть, бессмысленен?

— Это в какой-то степени верно. Наше внимание сейчас должно быть сосредоточено на Германе Спэрроу. Остальные цели можно отложить в сторону. Пока достаточно самого базового уровня наблюдения, — после этих слов Соэст хлопнул в ладоши и сказал: — Хорошо, приступайте.

У Леонарда не было никаких возражений. Он надеялся найти Сердце Машины, Уполномоченных Карателей и МИ-9, чтобы собрать дополнительную информацию.

* * *

Во вторник утром Клейн проснулся естественным образом, чувствуя себя расслабленно и спокойно. У него было ощущение, будто радостные эмоции понемногу оживают.

«Всё-таки потусторонние способности Психиатра весьма полезны… Они также хорошо сочетаются с заразительным оптимизмом мисс Справедливости…» Клейн встал с кровати и задернул шторы.

Он неторопливо рассматривал пейзаж за окном и рассеянный золотой солнечный свет. Он вновь обрёл бодрость и начал составлять планы на ближайшие пару месяцев и даже на год.

«Во-первых, найти новую марионетку.

Во-вторых, использовать личность Дуэйна Дантеса и контроль над марионеткой для создания сценариев, ускоряющих процесс усвоения зелья.

В-третьих, в процессе постепенно собирать ингредиенты, необходимые для зелья Эксцентричного колдуна. Я могу расспросить Маленькое Солнце о Причудливом Губителе — вдруг у него есть какие-либо подсказки. Также можно обратиться за помощью к мистеру Азику по поводу Грабителя Мира духов. В конце концов, Подземный мир — это часть Мира духов.

В-четвёртых, я продолжу расследование Великого смога Баклунда и найду истинных виновников. Среди них Инс Зангвилл и полубог, убивший Безумного Капитана. Для моего ритуала продвижения нет более подходящих целей, чем они. Однако я должен быть осторожен с 0-08. Мне нужно постоянно следить за любыми намеренными совпадениями… Хм, я просто буду заниматься этим делом обычным образом и в основном оказывать поддержку. Опасные расследования можно поручить Демонессе Трисси.»

Мысли Клейна постепенно прояснялись. Хотя он по-прежнему испытывал беспокойство и страх, это уже не влияло на его психическое состояние и способность действовать.

Отведя взгляд от пейзажа за балконом, Клейн прошёл в ванную комнату и умылся.

Вскоре он в приподнятом настроении открыл дверь спальни и, кроме своего камердинера Ричардсона, увидел ещё дворецкого Вальтера, также ожидавшего снаружи.

Джентльмен в белых перчатках вежливо поклонился и сказал:

— Доброе утро, сэр. На сегодня у вас запланирован только один пункт: участие в мероприятии в Клубе офицеров-ветеранов Восточного Балама с членом парламента Махтом в три часа дня. Он новый член парламента, поэтому, приняв его приглашение, вы также обозначите свои политические взгляды. У вас всё ещё есть возможность отказаться от приглашения.

Клейн задумался на мгновение, после чего сказал:

— В этом нет необходимости. Это мой выбор, — он помолчал и спросил: — Это будет мой первый визит в Клуб офицеров-ветеранов Восточного Балама. На что мне следует обратить внимание?

— Похвалите работу, которую они проделали в Восточном Баламе. Используйте эту возможность, чтобы сделать пожертвование. Не нужно давать ни слишком много, ни слишком мало. 500 фунтов — вполне подходящая сумма, — высказал своё мнение Вальтер.

«500 фунтов… Серьёзно, в какой бы круг я ни вошёл, мне придётся платить большую сумму денег… Эх, это потому, что у Дуэйна Дантеса нет ни связей, ни происхождения. Он может открыть путь только с помощью денег…» Клейн осторожно кивнул и согласился с предложением дворецкого.

В то же время он быстро подсчитал свои нынешние активы.

«Ремесленник ещё не закончил работу над предметом на основе характеристики Океанского Певца, но деньги за характеристики Наставника Беспорядка и Друида уже получены. В общей сложности выходит 16 000 фунтов…

С учётом наличности, которая у меня была изначально, если вычесть 13 000 фунтов, потраченных на покупку 3% акций компании „Коим“, а также ежедневные расходы семьи богача и пожертвования в соборе, останется 23 985 фунтов и 5 золотых монет…

Кроме того, я всё ещё должен мисс Посланнице 3 413 золотых монет…

500 фунтов уже превысили 2% наличности, которой я располагаю…»

Клейн молча вышёл из спальни и направился на второй этаж в столовую, чтобы позавтракать.

* * *

В подвале собора Святого Самуила Леонард Митчелл вернулся в свой офис раньше коллег.

Он уже получил необходимую ему информацию и узнал об одном неприметном деле.

Принц Эдессак, скончавшийся во время Великого смога Баклунда, нанимал частного детектива для расследования смерти учителя конной езды Талима Дюмона.

И имя этого частного детектива… Шерлок Мориарти!

«Как и ожидалось! Есть намёки на его причастность к Великому смогу Баклунда!» Леонард был в восторге, взволнованно ероша волосы.

После этого он стукнул кулаком по документам на своём столе, собираясь найти ещё больше улик.

Однако он вдруг замер на семь-восемь секунд, а затем смущённо поднял чашку и сделал большой глоток кофе. Он пробормотал про себя:

«Что я хотел сделать? Я забыл об этом после удара…»

После нескольких попыток Леонард наконец вспомнил, что он собирался делать. Он выдвинул ящик стола и достал колоду карт Таро.

Затем он нашёл карту «Шут» и положил её на лист бумаги. На нём он написал три имени:

Шерлок Мориарти, Герман Спэрроу и Дуэйн Дантес.

После некоторого колебания Леонард провёл линию, связывающую эти три имени с картой «Шут», намекая на то, что они вполне могут быть членами тайной организации, поклоняющейся Шуту.

Среди них он больше всего не был уверен в личности Германа Спэрроу, поэтому пририсовал около его имени знак вопроса.

После этого Леонард достал карту «Император» и прикрепил её рядом с именем Шерлок Мориарти. Он пометил его как «подозреваемый».

«Герман Спэрроу и Дуэйн Дантес соответствуют каждый своей карте?» — мысленно пробормотал Леонард. Он достал записи сумасшедшего авантюриста и начал серьёзно их читать.

Вдруг он обнаружил очень знакомую дату.

Начало января!

Первое появление Германа Спэрроу было в начале января!

«Не может быть…» Леонард затаил дыхание, пролистывая очередную пачку документов. В конце были написаны слова:

«В конце декабря Шерлок Мориарти покинул Баклунд и отправился на юг в отпуск. Он до сих пор не вернулся».

«Конец декабря… Начало января… Баклунд… Гавань Притц… Герман Спэрроу может менять свою внешность… Не может быть?» — мысленно пробормотал Леонард, ставя пунктирный знак равенства между Шерлоком Мориарти и Германом Спэрроу.

«Этот великий детектив — ключ к разгадке…» Леонард нашёл портрет Шерлока Мориарти, который он нарисовал с помощью ритуала, и внимательно посмотрел на него.

Подумав о том, что «внешность можно изменить», он начал представлять себе детектива в разных обличьях.

По мере того как он это делал, взгляд Леонарда понемногу застывал, и он не мог не нахмуриться.