Повелитель Тайн (джен)

— Всё разрешилось? — недоверчиво спросила Элизабет.

Клейн улыбнулся и кивнул.

— Да.

— Было не так уж трудно.

«Последнее, конечно, неправда…» — мысленно добавил он.

То ли потому, что Клейн всё это время был спокоен и собран, то ли потому, что был для неё единственной соломинкой, за которую можно ухватиться, — но Элизабет больше не сомневалась. Она приложила руки к груди и облегчённо выдохнула.

— Спасибо. Мистер Моретти, вы настоящий джентльмен, слову которого можно верить. Я только что испугалась до смерти. Как Селена? Она в порядке?

— Да, она может оставаться без сознания ещё несколько минут, но теперь с ней всё в порядке. Разве что в ближайшие два-три дня она будет чувствовать слабость. — Лицо Клейна внезапно посуровело. — Кто учил её мистике? Разве он не рассказывал Селене об основных запретах?

Элизабет даже немного выпрямилась, словно студентка, которую только что отчитал учитель.

Она на мгновение задумалась:

— Селена как-то сказала, что её учитель — Ханасс Винсент. Они познакомились год назад в Гадальном Клубе на улице Хоус.

«Ханасс Винсент… С виду он не учит ничему сомнительному, связанному с гаданием на волшебном зеркале, но, выходит, втайне передаёт тёмные способы гадания… Если бы я узнал об этом раньше, то сообщил бы капитану, и ему бы уже давно „проверили газовый счётчик“…» — с сожалением подумал Клейн.

— Это он учил Селену гаданию на волшебном зеркале?

Задним числом Клейна во всей этой истории больше всего пугало то, что едва не пострадала его сестра, Мелисса!

Элизабет осторожно кивнула.

— Да, Селена несколько раз пробовала гадание на волшебном зеркале, но всегда безуспешно. А сегодня она неожиданно сказала, что подсмотрела скрытые заклинания своего учителя, и теперь проблем не будет.

«Настоящая мастерица искать смерть…» — Клейн помассировал виски, пытаясь унять головную боль.

— Ты всё ещё помнишь эти заклинания?

«Что ж… Хотя Ханасс Винсент и не передавал Селене опасные знания напрямую, очевидно, что он экспериментирует, заигрывая с таинственной, скрытой сущностью. Рано или поздно это обернётся бедой. Нужно быстро разобраться, пока всё не стало ещё хуже и не коснулось кого-нибудь другого…»

— Помню, но всего несколько слов… — сказала Элизабет. — Селена говорила на гермесе, а как вы знаете, я недавно учу этот язык и ещё слабо с ним знакома. Всё, что я смогла разобрать, это то, что Селена использовала слова «блуждать», «дух», «Творец» и «приближённые».

«Творец? Неужели Истинный Творец? Множество любителей мистики верят в эту древнюю сущность, почитаемую разными тайными организациями… Да, древняя сущность, что появилась более тысячи лет назад, в самом начале Пятой Эпохи!»

Размышляя об этом, Клейн кивнул:

— Не забудь расспросить Селену обо всём заклинании целиком, когда она придёт в себя, а потом найди возможность пересказать его мне.

— Хорошо, — без каких-либо оговорок ответила Элизабет.

После этого она немного смутилась:

— Мистер Моретти, а почему бы вам не расспросить её самому?

— Не хочу, чтобы Мелисса знала, что я занимаюсь мистикой. Ты ведь поможешь сохранить мою тайну? — спросил Клейн, уйдя от ответа встречным вопросом.

Элизабет прикусила губу, а её глаза сверкнули.

— Без проблем. Мелисса всё равно предпочитает машины мистике. Ей ближе логика, а не интуиция.

Клейн прижал шляпу к груди и поклонился.

— Спасибо за понимание. Что касается Селены, ты сама знаешь, что она не тот человек, который может хранить тайны.

— Точнее будет сказать, что Селена любит делиться ими с друзьями, — согласилась Элизабет.

Клейн надел шляпу и на мгновение задумался:

— После того как Селена очнётся, не забудь сказать, что она потеряла сознание и разбила зеркало. Думаю, она ничего не будет помнить после того, как начала гадать.

Видя, что Элизабет кивнула, Клейн снова посуровел:

— Помни, будь то гадания или любые другие ритуалы, не молись никаким сущностям, кроме семи ортодоксальных божеств! Ты должна немедленно сжечь все подобные заклинания и держаться подальше от того, кто их распространяет! Если бы я не заметил этого вовремя, уже через десять минут Селена превратилась бы в монстра или злого духа, и все в этом доме, включая меня, были бы убиты!

Вспоминая о леденящем сердце образе Селены в зеркале, Элизабет не сомневалась в словах Клейна. Она вздохнула и испуганно сказала:

— Я понимаю и запомню. Я также присмотрю за Селеной.

— Хорошо, иди и позаботься о Селене. — Клейн поднял свою чёрную трость и пошёл к лестнице.

Во время ходьбы его глаза потемнели. Он достал один пенни и правой рукой подкинул его в воздух.

«С Селеной всё в порядке.

С Селеной всё в порядке».

…

Клейн повторил эту фразу, а затем поймал падающую монету. Он увидел, что лицо Георга III обращено вверх.

Это было упрощение не лозоходства, а гадания во сне. В тот миг Клейн при помощи когитации заставил себя уснуть и мысленно странствовал по Миру духов. Орёл и решка были лишь символическим проявлением результата.

Орёл представлял собой подтверждение, а решка — отрицание!

«Отлично, теперь всё хорошо…» — Клейн радостно закрутил бронзовую монету между пальцами.

Подобное упрощённое гадание было под силу только Провидцам.

* * *

Элизабет смотрела в спину Клейна и увидела, как он подкинул и поймал монету.

Только когда Клейн скрылся из виду, Элизабет развернулась и вошла в спальню. Она увидела, что Селена лежит на полу, а рядом с ней валяются осколки разбитого зеркала.

Элизабет задержала дыхание и на цыпочках вошла в комнату. Глядя на осколки, она хотела удостовериться, что в них больше нет того ужасного образа. Кусочки зеркала отражали только потолок.

«Уф…» — успокоившись, выдохнула Элизабет.

Но несмотря на все её усилия, Элизабет не смогла перенести Селену на кровать, так что она начала её будить.

— Элизабет… Что случилось? Я переборщила с алкоголем? — слабым голосом спросила Селена. Блеск в её глазах заметно потускнел, и взгляд был полон растерянности.

Элизабет на мгновение задумалась и серьёзным тоном ответила:

— Нет, Селена, с тобой что-то случилось. Своим гаданием на волшебном зеркале ты призвала злобную сущность.

— Неужели? — Селена, опираясь на Элизабет, медленно подошла к кровати и потёрла висок. — Всё, что я помню, — это тот момент, когда я начала гадание на волшебном зеркале.

Элизабет сказала полуправду:

— Во время ритуала ты была совсем другим человеком. Та, что отражалась в зеркале, совсем не походила на тебя настоящую… Я очень испугалась. Под предлогом сюрприза я отвела тебя в спальню, потом выхватила у тебя зеркало и разбила его о ковёр. А потом… потом ты упала в обморок. Хвала Богине, теперь с тобой всё хорошо!

— Я… я ничего не помню… — пробормотала побледневшая Селена.

Чем сильнее Селена пыталась вспомнить, тем более пустым становился её разум и тем сильнее она пугалась.

Не осознавая этого, она взглянула на свой стол и заметила, что вещи на нём лежат совершенно по-другому.

«Что же произошло на самом деле?» — Селена изо всех сил старалась вспомнить, но ей на ум приходил только образ человека в чёрном костюме и шляпе. Он не казался ни сильным, ни высоким, но обладал ровной осанкой.

— Селена, — серьёзно сказала Элизабет, — я встретила специалиста по мистике, когда пошла на подпольный рынок, чтобы купить талисман. Он сказал, что мы не должны молиться никому, кроме семи ортодоксальных божеств. В противном случае мы наверняка накличем беду. Обещай, что больше не будешь этого делать. Я даже не знала, сможет ли то, что я только что сделала, спасти тебя!

Селена была напугана до смерти. Она в оцепенении кивнула.

— Хорошо, я больше никогда не стану этого делать!

— И ещё, что означало то заклинание, которое ты произносила? Если мне снова удастся встретить того эксперта, я расспрошу его об этом, — спросила Элизабет, притворяясь беспечной.

Селена потёрла виски:

— Блуждающие, не находящие покоя духи; приближённые Истинного Творца; глаза, что вглядываются в судьбу.

* * *

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Спускаясь по лестнице, Клейн разгладил складки на костюме и стряхнул с него пыль.

После этого он снял шляпу и медленно вернулся к обеденному столу.

— Куда вы ходили? Прошло почти 10 минут, — спросил брат Селены, Крис.

Клейн улыбнулся:

— В ванную, затем наверх, чтобы познакомиться с дамами.

— Ценю вашу честность, — похвалил Крис.

У него были рыжие волосы и невысокий рост, характерный для их семьи. Парень носил очки в золотой оправе и держался весьма по-деловому, собранно. К тому же он был великолепным адвокатом.

«Ты бы так не сказал, если бы знал, что я лишил твою сестру сознания…» — Клейн смиренно ответил:

— Мы просто вели академическую беседу.

«В области мистики…»

Он положил шляпу и вернулся на своё место. Когда начался новый раунд, он получил две карты.

Приподняв уголки карт, он увидел пикового короля и бубнового туза.

«Похоже, мне повезло… Воздаяние за доброе дело?» — Клейн достал монету, готовясь сделать ставку.

«Так как Ханасс не раскрывал заклинание Селене намеренно, мне не нужно срочно сообщать об этом капитану…»

Клейн продолжал осторожничать и делал ставки только тогда, когда у него были хорошие карты. Он не рисковал блефовать, и потому выиграл не так много. Когда в половине одиннадцатого игра закончилась, он выиграл всего шесть пенни.

— Я выиграл два соли и восемь пенни. — Бенсон возился с банкнотами и монетами в руке.

— Я не ожидал, что ты окажешься знатоком покера, — смеясь, похвалил его Клейн.

— Нет, я играю не часто, но знаю, что это очень похоже на переговоры. Ты должен спрятать свои карты и выяснить, какие карты скрывают другие люди, а потом любым способом напугать или соблазнить их… — Бенсон ещё не закончил предложение, когда увидел, что Мелисса и остальные спускаются со второго этажа.

— Пора возвращаться домой, — потирая виски, сказал Клейн, глядя на свою сестру и её друзей.

Пульсирующая боль в голове всё ещё не прошла.

Клейн ещё раз пошёл в ванную и воспользовался случаем, чтобы пройти мимо Элизабет и получить полный текст заклинания.

Вернувшись к своим брату и сестре, он улыбнулся и сказал:

— О, я вдруг кое-что вспомнил. Мне нужно вернуться в компанию. Можем сначала заехать на улицу Заутлэнд? Это быстро.