Эхо хищника (гет)

Лиам продолжал нависать над ней, упираясь ладонью в стену. Тишина стала густой и звенящей от неловкости. Он только что фактически прижал её к стене, демонстрируя доминантность альфы перед напуганной самкой, хотя разумом понимал — она не его собственность, а девушка на грани нервного срыва.

Адель первой нарушила молчание. Она медленно подняла руку и мягко, но настойчиво уперлась пальцами в его грудную клетку, прося отстраниться.

— Нам нужно выдвигаться, — ровно произнесла она, избегая смотреть ему в глаза. — Нас обоих ждут. Инквизиция не простит прогулов после предыдущего скандала.

Лиам послушно убрал руку, отступая назад, чтобы дать ей пространство. Зверь внутри недовольно заворчал, протестуя против потери контроля, но Лиам мысленно одернул его. Сейчас он вел себя как животное, защищающее территорию, а Адель была человеком. Хрупким, умным, но смертным человеком.

На ближайшей тумбочке раздалась тихая трель телефона. Девушка вздрогнула от неожиданности.

— Да? — ответила она, поднося аппарат к уху. — Натаниель... Доброе утро.

Она сделала паузу, слушая шквал вопросов со стороны инквизитора. Лиам видел, как краска заливает её шею и скулы.

— Я гуляла, — сухо ответила она в трубку, глядя куда-то в сторону окна.

Повисла пауза. Лиам слышал лишь неразборчивое басовитое бурчание Ната из динамика. Судя по лицу девушки, разговор шел о нём.

— Нет, я просто вышла проветриться, — её голос стал тише, почти извиняющимся. — Хорошо... Да, я поняла.

Закончив разговор, она опустила руку с телефоном. На лице читалась смесь облегчения и смущения.

Из трубки донесся приглушенный смех инквизитора. Звук был странным — понимающим и каким-то слишком веселым для человека, у которого пропал подопечный за час до общего сбора.

— Передай своему льву, — голос Ната зазвучал громче, видимо, тот наклонился к микрофону, — что через пять минут я буду у вашего подъезда. И пусть Блэквуд ведет себя аккуратно, мне моя машина еще дорога!

Адель положила трубку. Её щеки всё ещё горели румянцем, когда она встретилась взглядом с Лиамом.

— Мне нужно две минуты, — сказала она тем же ровным голосом, которым диктовала отчеты. — Привести себя в порядок.

Не дожидаясь ответа, она развернулась и скрылась за дверью ванной комнаты. Щелчок замка отрезал её от гостиной.

Лиам остался один. Запах снега теперь витал в воздухе так густо, что сводил с ума. Он провел рукой по лицу, пытаясь стереть остатки звериного безумия. Ему тоже стоило очеловечиться.

Спуск в лифте превратился в пытку.

Они стояли в углу крошечной кабины: Лиам прислонился плечом к холодному металлу, сложив руки на груди, а Адель замерла у противоположной стены, сжимая ремешок своей сумки. Между ними было не больше метра расстояния, но казалось — целая пропасть. Воздух искрил от невысказанных слов. Лиам чувствовал запах её шампуня даже сквозь закрытую дверь лифта и ненавидел себя за то, что инстинкты реагировали на неё сейчас так остро, несмотря на её страх.

Когда двери открылись на первом этаже, они вышли молча. Прошли мимо консьержа, который проводил их выпученными глазами, узнав вторженца и увидев рядом с ним бледную девушку.

Натаниель приехал следом буквально через минуту. Его старенький седан притормозил рядом, скрипнув тормозами. Инквизитор выбрался наружу, поправляя воротник пальто. Увидев их вместе, он удивленно приподнял брови, но комментировать сцену «Лев и человек ранним утром» не стал. Только хмыкнул:

— Вижу, вы нашли общий язык.

Адель обошла машину и открыла заднюю дверь.

Лиам ожидал, что она полезет вперед, поближе к нему или подальше от него, но девушка спокойно села сзади, пристегивая ремень.

Это почему-то вызвало у него волну иррационального облегчения. Ей хватило такта оставить личное пространство между водителем и пассажиром. Нат занял свое место за рулем, бросив нечитаемый взгляд на льва.

Мотор рыкнул. Машина плавно тронулась с места, выезжая обратно в утренний поток.