Времена иные (гет)

Роланд не собирал совета. Не было ни пафосных речей в Элизиуме, ни балов с ритуальным обменом любезностями, растянутым на часы, словом, всего того, что Алиса успела увидеть в Варшаве. Всё решалось в его номере в Виктории, жарком, несмотря на работающий кондиционер.

Алиса ловила себя на мысли о том, что Летописец сильно ограничен во времени — так же, как она в Кракове. Что-то гнало его вперёд, не давая остановиться.

— Москва, — наконец произнёс он, захлопывая ноутбук. — Седьмую книгу удерживает группа отщепенцев. Не Шабаш, даже не Анархи, а камарильское отребье, не нашедшее себе места после последней реорганизации.

Алиса молча кивнула.

Наёмники, против ожиданий, принадлежали Камарилье. Как это часто бывает — группа вампиров высоких поколений во время одного из слияний-поглощений городов откололась, не сумела найти себе место в новой иерархии и перешла на полулегальное существование, кочуя по небольшим селениям. Таким придонными отбросами юстициары брезговали — разумеется, пока соблюдался статус-кво.

Она стояла рядом с Вадимом, чувствуя, напряжение брата. На Мирослава напали не шабашиты, хотя спровоцировала и оплатила расходы им епископ. Он пока явно не разбирался в хитросплетениях вампирской политики.

— Московской княжне на всё плевать, пока не нарушен Маскарад, — продолжил Роланд. — Это нам на руку. Быстро и тихо. В Москве к нам присоединяться союзники. Можно выдвигаться. — Летописец снял свой меч с подставки.

Никаких вопросов, никаких обсуждений, через два часа самолет вылетел.

Москва встретила их холодным осенним дождём. Безразличный, переполненный мегаполис. Роланд назвал их имена деловому смертному, подъехавшему, сфотографировавшему и тут же умчавшемуся. В съёмной квартире на Рублёвке — безликой, с дизайнерской мебелью и панорамными окнами — их ждала Инга, связная, которая помогала вести расследование. А вместе с ней — ещё один вампир.

— Герхард! — Роланд остановился на пороге, и на его лице отразилась радость встречи.

— Ро, мой занудный друг! — Вампир поднялся с кресла, раскинув руки. Он был высок, широкоплеч, с копной черных волос и широкой улыбкой. — Сколько лет, сколько зим!

Он обнял Роланда прежде, чем тот успел отступить.

— Герхард.

— О, этот тон! — Герхард отстранился, всё ещё улыбаясь. — Не меняешься.

— Я не знал, что ты в Москве.

— Я вот вообще не знаю чем ты занимаешь целыми веками, кроме того, что записываешь неонатов! — Он повернулся к остальным, театрально разводя руками. — Дамы и господа, клянусь вам, когда-то он умел смеяться.

Инга закатила глаза.

— Я умею смеяться, — сухо парировал Роланд. — И если бы ты больше внимания уделял вопросам Башни, ты бы видел меня чаще.

Алиса переглянулась с Вадимом. Брат выглядел так, будто наблюдал за редким природным явлением — вроде северного сияния или извержения вулкана.

Роланд молча прошёл к столу, где была разложена карта.

— Мы здесь не для светской беседы.

— Разумеется, — Герхард мгновенно посерьёзнел. Впрочем, его радость никуда не делась. — Инга ввела меня в курс дела. Заброшенный завод, изгои, книга. Я знаю этот район.

— Кому-нибудь ещё сообщил? — пауза длилась секунду. Может, две.

— Ты же меня знаешь. — возмутился наконец Герхард

— Знаю, — тихо ответил Летописец.

Больше они об этом не говорили. По словам Инги вампиры-наемники облюбовали заброшенный завод на окраине города, тот, в котором половина помещений на верхних этажах стояла пустая, а нижнюю занимали разномастные магазинчики. Но был один нюанс.

— Нюанс? — переспросил Роланд.

— Завод находится в сфере интересов твоего единокровного. Мне не хотелось бы злить Равиля. — Пожала плечами сыщица.

Роланд фыркнул.

Алиса удивлённо уставилась на Летописца, она не знала, что у него есть единокровные. Логично, сир, родственники и потомки, как у всех наверное… Хотя она первый раз об этом слышала.

— Равиль, к счастью, внемлет голосу здравого смысла. Не волнуйся, его я беру на себя, если возникнут вопросы.

Операция началась в полночь.

Они двигались бесшумно, зайдя в здание с черного входя, стараясь не потревожить людей, спешащих закрыть последнюю смену в магазинах. Завод «Прогресс» был монстром из ржавого металла и битого кирпича, молчаливым свидетелем ушедшей эпохи. Монстром заселённым и обжитым и потому опасным вдвойне.

Проникнуть на территорию, облюбованную вампирами, было делом техники для Ильи и Инги. Обитатели ничего не заподозрили, до них донеслись обрывки разговоров. У Алисы по спине бежали мурашки. Чужая речь. Острая, колючая.

Илья поднял руку, заставляя всех замереть. Он прислушался, и его лицо стало каменным.

— Венгерский, — беззвучно прошептала Инга, прижавшись к стене.

Герхард склонился к Роланду, его губы почти касались уха Летописца:

— Гангрелы?

Рыцарь едва заметно кивнул.

— Илья — периметр, — приказал Роланд еле слышно. — Отрежь пути к отступлению, проследи за соблюдением Маскарада. Вадим, иди с ним. Герхард , Инга, Алиса...

Он повернулся к ним.

— Мы идём за книгой. Сейчас.

Алиса кивнула, взывая к силе крови. Пальцы легли на рукоять рапиры — когда она успела привыкнуть к этому жесту? Воздух гудел от напряжения. Наставник последний раз взглянул на Алису. Только решимость, только безжалостная ясность.

Он сделал короткий, резкий жест рукой.

Вперёд.