ГривИстория (джен)

Пятница. День естествознания. День, когда я прихожу в школу и вижу детей, которые... нарядились в мои цвета.

— Что это? — спросила я, замирая в дверях класса.

Двадцать пар глаз уставились на меня. Двадцать грив — и у каждой одна прядь, выкрашенная в ярко-зелёный. То же самое с хвостами.

— Фан-клуб! — гордо объявил жеребёнок с первой парты. — Вы запретили колпаки с щупальцами. Мы нашли другой способ!

— Вы... покрасили гривы?

— И хвосты! — добавила кобылка с последней парты, демонстрируя зелёную кисточку на кончике хвоста.

— Родители разрешили? — спросила я слабым голосом.

— А мы не спрашивали! — радостно сообщил кто-то.

— Это временная краска, — уточнила Тростинка, сидевшая в первом ряду. — На неделю. Мы проверяли.

Я посмотрела на неё. У Тростинки тоже была зелёная прядь. И у Льдинки, которая сидела с краю (она пришла на факультатив как вольный слушатель, потому что "мне тоже интересно").

— Вы с ума сошли, — сказала я.

— Мы преданные фанаты! — выкрикнул кто-то.

— Преданные сумасшедшие, — поправила я, но в голосе не было злости.

Урок прошёл как обычно. Я рассказывала, жеребята слушали, записывали, задавали вопросы. И всё это время я смотрела на двадцать зелёных прядей, которые маячили перед глазами, как маленькие флаги.

— Крафт, — поднял копытце жеребёнок с первой парты. — А почему у вас щупальца зелёные?

— Потому что это мой цвет, — ответила я.

— А у нас?

— А у вас — потому что вы меня копируете.

— А что в этом плохого?

— Ничего, — я вздохнула. — Просто... вы — это вы. А я — это я. Не надо превращаться в меня.

— Но мы вас любим!

— Я знаю. И я вас люблю. Но любовь — это не когда красишь гриву в чужой цвет. Это когда... — я задумалась. — Когда помогаешь друг другу. Когда поддерживаешь. Когда рядом в трудную минуту.

— А зелёная прядь — это поддержка? — спросил кто-то.

— Это символ, — ответила я. — Но символ без действия — просто краска.

— А что тогда действие?

— Действие — это когда вы учитесь. Когда становитесь умнее, добрее, сильнее. Когда вырастаете и меняете мир к лучшему.

— Как вы? — спросила Льдинка.

— Как я, — кивнула я.

* * *

На перемене ко мне подошла Тростинка.

— Крафт, ты сердишься? — спросила она.

— Нет, — я покачала головой. — Я удивлена.

— Чем?

— Тем, что вы так стараетесь. Для чего?

— Чтобы ты знала, что мы тебя любим, — просто ответила она. — Ты для нас — пример. Ты пришла из ниоткуда, стала мыловаром, учителем, спасла папу, подружилась с принцессами...

— И что?

— И мы хотим быть как ты. Не щупальцами — характером. Смелыми. Добрыми. Настойчивыми.

— Тогда зачем зелёная краска?

— Чтобы не забывать, — она улыбнулась. — Как напоминание.

Я помолчала.

— Ладно, — сказала я. — Но если ваши родители придут с претензиями — я ни при чём.

— Договорились, — она убежала.

* * *

После второго урока я попросила детей остаться.

— Раз вы так любите мои щупальца, — сказала я. — Я покажу вам, что они умеют.

Щупальца зашевелились, распустились веером, а потом начали сплетаться.

— Они могут делать платья, — я продемонстрировала.

Щупальца сплелись в изящное зелёное платье, которое колыхалось на мне, как живое.

— Ого! — выдохнул класс.

— А ещё, — я сосредоточилась. — Они могут менять цвет.

Платье из зелёного стало синим. Потом красным. Потом жёлтым.

— Как хамелеон! — закричала Льдинка.

— Как Крафт, — поправила я. — Я не хамелеон. Я пони. Просто с необычной гривой.

— А мы так можем? — спросил жеребёнок.

— Нет, — я покачала головой. — У вас нет щупалец. У вас есть гривы. Обычные, нормальные, красивые. И не надо их красить в зелёный.

— Почему?

— Потому что ваш цвет — это вы. А мой цвет — это я. Мы разные. И это прекрасно.

К концу дня я заметила, что некоторые дети начали смывать краску.

— Крафт, — подошла кобылка с последней парты. — А правда, что мы красивые без зелёного?

— Правда, — я погладила её по голове. — Вы красивые всегда. С краской и без. Но без краски — вы больше похожи на себя.

— А вы?

— А я — на себя, — я улыбнулась. — С щупальцами и без платья.

— Вы красивая, — сказала она.

— Спасибо, — я смутилась и щупальца покраснели.

К вечеру зелёных прядей стало меньше. Не все смыли — некоторые решили оставить "до конца недели, как обещали".

— Крафт, — Льдинка подошла ко мне после уроков. — А почему ты не хочешь, чтобы мы красились?

— Потому что вы — мои ученики, а не моя копия, — ответила я. — Я хочу, чтобы вы выросли собой, а не мной.

— А если мы хотим быть как ты?

— Будьте. Но не внешне. Внутренне. Будьте смелыми, добрыми, настойчивыми. Краска тут не поможет.

— А что поможет?

— Учёба, — я улыбнулась. — И мыло.

— Мыло?

— Хорошее мыло делает мир чище, — я подмигнула. — А доброта и знания — лучше.

* * *

— Крафт, — Нитка встретила меня на крыльце. — Ты сегодня какая-то... задумчивая.

— Думаю, — ответила я.

— О чём?

— О детях. О том, как они на меня смотрят. О том, что я для них — пример.

— Это плохо?

— Нет, — я покачала головой. — Это ответственно.

— Ты справишься, — она обняла меня. — Ты же Крафт.

— Я же Крафт, — повторила я.

* * *

Вечером я сидела на крыльце и смотрела на звёзды. Щупальца лениво покачивались — они тоже устали после демонстрации платья.

— Крафт, — Льдинка выскользнула из дома. — Ты чего не спишь?

— Думаю.

— Опять?

— Опять.

— А можно я с тобой?

— Садись.

Она устроилась рядом, прижалась к моему боку.

— Крафт, — сказала она. — А я не буду красить гриву. Потому что ты сказала, что я красивая и так.

— Ты красивая, — я поцеловала её в макушку.

— И ты красивая, — она зевнула. — Даже без зелёной краски.

— Спасибо, — я улыбнулась.

Мы сидели и смотрели на звёзды. Где-то там, в городе, дети смывали зелёную краску с грив и хвостов. А здесь, на крыльце, была тишина и покой.

— Крафт, — Льдинка уже засыпала. — А завтра ты покажешь мне платье?

— Покажу, — пообещала я. — А теперь спи.

— Ага, — она закрыла глаза.

Я понесла её в дом, уложила в кровать и вернулась на крыльцо. Звёзды всё так же сияли. А я думала о том, что любовь — это не когда тебя копируют. А когда понимают.

— Спокойной ночи, — прошептала я. — Всем.