Повелитель Тайн (джен)

Увидев, как мисс Посланница ушла, Клейн взглянул на письмо в своей руке и снова задумался о Западном Баламе.

Он решил, что ему необходимо подготовиться на случай, если мистер Азик не ответит ему в течение следующего месяца. Когда наступит июль, ему, вполне возможно, придётся отправиться в Западный Балам всего с несколькими военными, без защиты Консула Смерти. Если это произойдёт, тень Школы Мысли Розы в итоге нависнет над ним.

«Есть два варианта. Если подтвердится, что это дело крайне опасно, я сразу же откажусь от своей личности Дуэйна Дантеса. В противном случае я должен серьёзно подумать о „списке клиентов“. Я не буду иметь дел ни с одной фракцией, которая может быть связана со Школой Мысли Розы… Хм, лучше сначала наметить цель, чтобы любые неожиданности можно было контролировать… Информация, которую предоставил Даниц, наверняка получена от Вице-адмирала Айсберг. Два упомянутых туземных генерала кажутся довольно особенными… У остальных фракций, независимо от причины, есть пометки об их связях с Лоэном, Интисом, Фейсаком и Фейнапоттером или о различных склонностях внутренних групп, которые образуют противовес. Только у этих двоих, помимо поддержки Духовного Ордена, не упоминаются зарубежные страны…» Клейн прочитал содержание от начала до конца, смутно о чём-то догадываясь.

Его первым предположением было, что эти два туземных генерала связаны с Церковью Бога Знаний и Мудрости. Причина, по которой Эдвина не сделала пометок, заключалась в том, что она намеренно выделила их уникальность, сообщив Герману Спэрроу, что с ними можно сотрудничать.

Так ей не нужно было беспокоиться о том, что Даниц где-нибудь это проболтает, потому что, кроме намёка, никакой информации для утечки не было.

«Майсанчес, Катамия… Первый получает поддержку от королевской фракции Духовного Ордена, последний тайно утверждает, что является потомком Смерти… Хех, даже если это правда, кто знает, сколько поколений их разделяет. Если он встретит мистера Азика, как ему следует к нему обращаться?» Клейн усмехнулся и небрежно встряхнул запястьем, сжигая письмо.

После этого он продолжил наслаждаться изысканным послеобеденным чаем в полуоткрытой комнате с балконом, пока не вошёл Вальтер и не прошептал:

— Сэр, снова пришла полиция. Это касается самоубийства Карлона.

На первый взгляд улики в этом деле указывали на Дуэйна Дантеса, поэтому, несмотря на то что барон Синдрас всё уладил, полиция время от времени навещала его. В противном случае репортёры написали бы о неисполнении полицией своих обязанностей.

Что касается нападения на члена парламента Махта, то, поскольку Дуэйн Дантес был лишь относительно важным свидетелем, они больше не беспокоили его после получения показаний.

— Пригласите их в комнату для занятий на втором этаже, с видом на сад, — Клейн положил надкушенный масляный бисквит обратно на тарелку и сделал глоток чая.

Как хозяину, ему не нужно было беспокоиться о том, что еда пропадёт. Остатки отдавали слугам. Если бы он постоянно съедал всё подчистую или требовал готовить идеальные порции, репутация скупого хозяина распространилась бы среди слуг на улице, а затем достигла бы ушей дам и джентльменов.

Вальтер ответил с невозмутимым выражением лица:

— Они желают, чтобы вы отправились в полицейский участок. Сегодня семья Карлон будет опознавать подозреваемого среди предъявленных лиц.

— Они сказали, что им очень жаль, но это необходимый процесс, который нельзя пропустить.

Клейн медленно встал и сказал:

— Понятно. Ричардсон, принесите мне моё пальто, шляпу и трость.

Поскольку он уже больше не был вовлечён в это дело, ему хотелось со стороны выяснить, с чем столкнулись Карлон и его семья, а также как это дело направили на барона Синдраса.

* * *

Внутри просторной комнаты в полицейском участке в Северном районе.

Клейн стоял за стеклянной стеной и видел семью Карлона. Это были пожилой джентльмен, пожилая леди, дама в возрасте около сорока лет, подросток, которому было около пятнадцати, и девочка, которой было не больше десяти лет.

Их взгляды пронеслись по подозреваемым за стеклянной стеной и одновременно остановились на лице Дуэйна Дантеса.

— Это он! Это он! — закричал подросток и его глаза покраснели. Он сжал руки в кулаки, пытаясь броситься к стеклянной стене.

— Это он, офицер. Это он, — дама лет сорока вдруг разрыдалась, глядя на Дуэйна Дантеса глазами, полными ненависти.

Маленькая девочка, державшая её за руку, завопила.

— Папочка! Верни моего папочку!

Два пожилых человека вытирали слёзы. Один из них изо всех сил старался сохранять спокойствие, а другая едва не теряла сознание от рыданий. Всех охватила печальная атмосфера.

Однако Клейн никогда не встречал их до сегодняшнего дня.

«Имплантированные воспоминания?» Он слегка нахмурился. Вздохнув, он начал размышлять о том, с чем столкнулась семья Карлон.

Тем временем в морге под полицейским участком.

Дейли Симон взяла в руки карандаш и начала делать наброски, её тело слегка дрожало.

Поскольку она пришла помочь в полицейский участок, и могла столкнуться с репортёрами при входе или выходе, она не надела свою обычную одежду Медиума. Она переоделась в женский комплект чёрно-белой полицейской формы. На ней была блузка и юбка, а также кожаные ботинки.

В этот момент её ладонь неконтролируемо двигалась, и вскоре на листе бумаги появились письменный стол, эркерное окно, бутылка с чернилами, револьвер и другие предметы.

В эркерном окне отражалась фигура.

Волосы фигуры были аккуратно зачёсаны назад, в них смешались серебристый и вороново-чёрный цвета. У морщинистой фигуры был широкий лоб и высокие скулы. Это был не кто иной, как барон Синдрас!

Па!

Карандаш в руке Дейли упал на лист бумаги.

Затем она подняла глаза и сказала Леонарду, который взял на себя инициативу помочь, и двум полицейским инспекторам, отвечавшим за связь:

— В тот момент, когда Карлон совершил самоубийство, в его душе шла глубокая борьба. Это означает, что его самоубийство — результат Подсказки и Направления. Это не простая психологическая проблема. Должно быть, были задействованы потусторонние силы довольно высокого уровня. И эта противоречивая борьба привела к тому, что его эмоции разрушились, вызвав взрыв духовности. Перед смертью он до определённой степени восстановил правду. Эта сцена запечатлелась в его глазах.

Высокопоставленный инспектор рядом с ней нахмурил брови.

— Мадам Симон, вы намекаете, что последний человек, которого видел Карлон, и есть настоящий убийца? Барон Синдрас действительно настоящий убийца?

Леонард Митчелл тут же насмешливо произнёс:

— То, что вы видите, может быть не равнозначно истине.

— Возможно, вы не поймёте, если я назову это иллюзией, но, будь я убийцей, я мог бы найти человека, похожего на барона Синдраса, чтобы он появился в комнате перед тем, как Карлон совершит самоубийство.

Два инспектора были очень довольны объяснением и вздохнули с облегчением.

— Мы уже договорились о визите семьи Карлона. Мне придётся побеспокоить вас двоих, чтобы вы без прямого вмешательства получили больше улик, указывающих на правду.

— Хорошо, — Дейли потёрла уголок глаза. — Сначала я воспользуюсь уборной.

На этот раз она не нанесла свои странные тени или румяна. Если не считать довольно бледной кожи, в её облике не было ничего жутковатого. Более того, она казалась моложе, скорее женщиной двадцати с небольшим лет, чем тридцати. У неё были яркие глаза и красивые черты лица.

Полагая, что им предстоит много работы, Леонард Митчелл тоже покинул морг и направился в уборную наверху.

Как только они закончили подниматься по лестнице и свернули за поворот, они вдруг увидели, как в другом конце коридора появился джентльмен с белыми бакенбардами. Он выходил из полицейского участка вместе со своим камердинером.

Этот джентльмен был зрелым и элегантным, с глазами, похожими на озеро под луной. Это был не кто иной, как Дуэйн Дантес.

Мысли Дейли Симон на мгновение уплыли. Она задумчиво повернула голову, посмотрела на Леонарда Митчелла и обнаружила, что этот черноволосый, зеленоглазый поэт смотрит на Дуэйна Дантеса.

— Почему ты вдруг подал запрос на разрешение помочь мне? Того члена Духовного Ордена скоро найдут. У тебя и без того хватает дел…

Дейли не дала Леонарду и шанса найти оправдание. Сделав секундную паузу, она прямо спросила:

— Ты думаешь, что с тем джентльменом что-то не так?

Леонард отвёл взгляд и замолчал на пару секунд.

— Дуэйн Дантес уже встречался с Его Светлостью.

Он намеренно не дал никакого подтверждения или опровержения, как будто вопрос, который она задала, должен быть задан Святому Антонию.

Между строк он говорил, что Его Светлость не упоминал, были ли у Дуэйна Дантеса какие-либо проблемы. Он мог ничего не обнаружить, а мог просто не сказать; это оставалось неясным.

Дейли мягко кивнула, переведя взгляд в сторону уборной.

* * *

В среду утром Одри Холл, получившая приглашение, приехала в карете к собору Святого Самуила на Фелпс-стрит.

Благотворительный стипендиальный фонд Лоэна, который предстояло учредить, располагался на Фелпс-стрит, 22. Здание принадлежало Церкви Богини Вечной Ночи, поэтому не нужно было платить за аренду.

Прежде чем выйти из кареты, Одри взяла в руки приглашение и посмотрела на пейзаж за окном. Её переполняло предвкушение будущего.

Она станет членом совета директоров и будет заниматься сбором средств и внешними связями.