На его каверзном пути через вселенные (гет)

Он чувствовал потребность — потребность в скорости.

Там, где уличные фонари смазывались в полосы, а шины визжали. Открытая дорога в два часа ночи была создана для этого и ничего другого.

Машина, за рулём которой он сидел, неслась по шоссе; тысяча километров ложилась под колёса, а один из напитков выносливости Эски отгонял прочь от него усталость после его предыдущей вылазки. Циклы дня и ночи в разных мирах сошлись самым кривым образом: он вернулся из кайлидской полуночи в нью-йоркский день и всё ещё не успел поспать. Плату за это ему предъявят в ближайшие часы, когда действие зелья спадёт.

Он въехал в маленький городок Полтергейст, единственным человеком на его пустых улицах. У магазинов, мимо которых он проезжал, свет уже был погашен — даже у тех, что продавали алкоголь; машины разных людей стояли на подъездных дорожках домов, расположенных чуть слишком далеко друг от друга и окружённых деревьями. У Жона сложилось впечатление, что это спальное местечко живёт само по себе и не слишком любит оживлённую клубную жизнь после наступления темноты.

Центр городка занимал одну-единственную улицу, короткую и милую. Тысячу раз он проходил такую из конца в конец, ни разу, впрочем, здесь не бывая. Боги, до чего же знакомым всё казалось.

Полицейский участок он нашёл почти сразу. Это было ближайшее здание к церкви, стоявшей точно по центру в конце улицы. Надпись над дверью гласила «шериф», но он решил, что в общем-то это одно и то же. Даже лучше. Во многих поселениях Вейла — обычно тех, что подальше, вроде его собственного, куда из города приходило мало поддержки, — выбирали кого-то из своих на эту должность, и этого вполне хватало, чтобы покрывать повседневные дела их небольшого населения. Собственное полицейское отделение было признаком того, что поселение вышло в большую лигу.

Насколько он знал, главная работа шерифа заключалась в том, чтобы по пятничным вечерам бросать пьяниц в камеру, чтобы те проспали запой там, где не могли заставить других людей злиться, грустить или чувствовать себя плохо. Вторая, более редкая забота шерифа касалась назначения горожан помощниками шерифа, чтобы всем сообществом разобраться с очередной проблемой.

В идеале такое делать надо заранее, но чаще приходилось делать это во время или после. Эта часть обычно получалась довольно кое-как, как уж выходило. Его отец всегда говорил, что в городе с этим справляются лучше.

Как бы там ни было, опыт с детства по юношество подсказывал ему, что шериф в таком месте размывал грань между холодной, безличной властью и повседневной нормальностью. Это был кто-то, кто блюдёт закон, но может с радостью уладить дело дружеской беседой или вкусным яблочным пирогом. Сегодня ночью это его вполне устраивало.

Приземистое, угловатое здание, где располагался участок-помещение, всё ещё было освещено, а двери того открылись от толчка. По его мнению, это был достаточно тёплый приём. Войдя внутрь, Жон обнаружил почти слишком уж пустое убранство: стол да пара шкафов для документов у задней стены, а вон в том углу телевизор — прямо рядом со входом. Зато было опрятно. Плитка пола скрипела под его ботинками, сверкая чистотой.

— Здрасьте! — бодро пропел он мужчине в годах за столом, чей значок объявлял его помощником, а не настоящим шерифом.

Значит, переработавший, которому не достаётся вкусного яблочного пирога. Ой-ёй.

Нет, нет. Не будем делать поспешных выводов.

Жон изобразил жизнерадостный, пусть и несколько скованный вид.

— Я вроде как насчёт девушки и её мотоцикла?

— Ты с этой долбанутой? Отлично, просто отлично.

Что ж, начало у них явно было превосходное.

— Ну, знаете, могу и оставить её здесь, если вы правда этого хотите. Это ж вам придётся потом бегать вокруг неё на цыпочках. У неё есть справка от врача.

Так изрёк он волшебные слова.

Ну, вроде как. Понадобилось ещё немного усилий, чтобы добиться доступа к тюремным камерам, поскольку после столь дружелюбного первого залпа у него уже чесались кулаки, а помощник шерифа почти провоцировал Жона этот залп сделать из какого-то извращённого желания развеять собственную скуку. Ночная смена творила с людьми странные вещи. И всё же обещание проблемы, которая исчезнет с глаз долой, убедило помощника шерифа пойти ему навстречу, хотя у Жона сложилось впечатление, что мужчина не до конца было готов на этом всё оставить.

Звеня ключами, помощник открыл дверь в короткий коридор, продолжая их разговор, дошедший до особенно раздражающего тупика.

— Не надо мне тут заливать, что это естественно, — настаивал он. — Оно прилипло к её лицу и не снимается. Протез, ага, как же.

— Я же показал вам бумаги, — сказал Жон, заходя за мужчиной. — У неё был несчастный случай. Давайте закроем на этом тему, ладно?

— Да-да, была бы настоящая слезодавилка, будь это правдой. А ещё это должно было быть при ней с самого начала, вместе с удостоверением личности, — помощник шерифа хлопнул по листу бумаги, который держал в руке: распечатанной копии водительских прав и паспорта, одновременно совершенно новых и датированных несколькими годами назад. — Не думай, что я не заметил фальшивое имя или то, что у нас на неё ничего не было в системе, пока ты тут не объявился. Да что вообще теперь значат законы...

Помощник был не единственным недовольным человеком. Лиза ныла и жаловалась без конца, пока платила сверху за срочное оформление документов и разные другие услуги, которые предлагал их любимый фальсификатор для подтверждения личности. Срочная работа означала халтурную работу, и всю следующую неделю Лиза будет проверять и перепроверять, чтобы трещины, которые фальсификатор замазал ради выпуска этих удостоверений, потом не вернулись и не укусили их всех за зад.

В его представлении это была проблема на завтра. Сегодня ночью нужно было вернуть их подруге свободу.

Короткий коридор вёл к двум большим камерам, запертым простыми механическими замками, по одной с каждой стороны прохода. Камера слева была пуста, а вот в правой находилась единственная обитательница. Высокая длинноногая блондинка в красном, сидевшая на длинной скамье, закинув ногу на ногу; её равнодушный вид изменился, когда она заметила его. В одно мгновение она поднялась на ноги и зашагала через камеру, а оказавшись перед ним, подняла руку и коротко помахала.

— Привет.

Жон опёрся на стальные прутья камеры и ярко улыбнулся:

— Привет, Киви. Как жизнь в этом странном новом мире?

* * *

— Не моя вина.

— Спору нет.

— Если они не хотели, чтобы я гоняла, не надо было строить тысячу километров асфальтированной дороги.

— О-о, да, полностью понимаю. Это ведь так классно, а?

— И что мне оставалось делать, не ехать по ней на максимальной скорости?

— Лучше бы я и сам не сказал.

Услышь помощник шерифа разговор, который Жон и Киви вели, дожидаясь в его кабинете, он, скорее всего, бросил бы Киви обратно в камеру, а Жона вместе с ней. Однако мужчина придерживался чуждого им взгляда на мир. Взгляда закона и порядка — и дорог без чудес. Он не понимал, что видели Жон и Киви.

Будь у Жона время, он бы в мгновение ока сделал то же, что Киви: поехать так далеко и так быстро, как только мог его конь. От побережья к побережью, с севера на юг, туда и обратно. Просто потому, что это было возможно. Какой же восторг во всём этом — полное владение землёй.

— В любом случае, ты точно в порядке? Ты просидела здесь, сколько, почти день? — спросил Жон, опёршись локтем о подлокотник стула и расслабленно склонив голову в сторону Киви. Помощник шерифа предоставил им жёсткие деревянные стулья, но недооценил способность паренька развалиться на любой неудобной поверхности, если тот считал, что так будет выглядеть круто. И всё же именно он не застрял на много часов в комнате, где приходилось сидеть на холодной металлической скамье — отсюда и шло его беспокойство.

— Не так уж плохо. Они не могут помешать мне переписываться с Ху Тао, а потом и с Лизой, когда она вернулась, — сказала Киви, затем изобразила пистолетик, приставленный к собственной голове. — Правда, смотреть, как краска облезает со стены, реально наскучило. Хорошо, что ты пришёл.

— Когда выйдем, я найду нам местечко на ночь, чтобы ты могла поспать на чём-нибудь мягком. Та камера меня не впечатлила.

Киви пожала плечами, изобразив беззаботность:

— Да пофиг. Я могу спать хоть на камне.

Они болтали ещё какое-то время, пока помощник шерифа не вернулся в комнату через боковую дверь. На плече он нёс громоздкую спортивную сумку, которую вскоре бросил на пол рядом со своим столом.

— Твои вещи. Хочешь, можешь проверить, всё ли на месте.

Несмотря на резкость, говорившую всем и каждому, что ему плевать, бровь помощника изогнулась, когда Киви втянула сумку к себе на колени и принялась перебирать содержимое прямо у него перед лицом. Она, ни капли не доверяя офицеру, даже пересчитала деньги в кошельке, чтобы убедиться, что он ничего не украл. Такой намёк заслужил ей угрюмый взгляд со стороны мужчины, пока тот плёлся к старому офисному креслу, рассчитанному на более молодую и худую версию его самого из давно минувших дней. Кресло заскрипело, когда он закинул ноги на стол, устраиваясь поудобнее.

Все его действия кричали, что он король этого замка, и в каком-то смысле так и было. По его словам, настоящий шериф обладал всей полнотой власти, но работал из главного офиса в нескольких городках отсюда, а отдел, к которому они принадлежали, был растянут тонким слоем по штуке под названием «округ».

— Твой моцик вернут чуть позже, — добавил помощник.

— Сколько, чтобы ты передумал? — без ноты колебания спросила Киви, застёгивая сумку теперь, когда её проверка была закончена.

Вместо того чтобы арестовать их за откровенную попытку взятки, помощник шерифа гавкнул безрадостным смехом, подтверждая всё, что Жон подозревал. Освобождение Киви прошло слишком легко, слишком гладко. Оказалось, тут имелся подвох.

— Ты, — помощник указал на него. — Ты Жон Арк, верно? Ты охотник на монстров.

— С заглавных букв, но да.

— ...

Мужчина уже собирался возразить, но, похоже, передумал и покачал головой.

— Почему мне вечно приходится иметь дело с чудиками? — пробормотал он, протянув руку к стеклянной бутылке на столе. При ближайшем рассмотрении этикетка оказалась от корневого пива, а не от алкоголя.

Работает в ночную смену трезвым — какой, однако, честный человек. И всё же, при всей его законопослушности, когда его пальцы сомкнулись на бутылке, его единственная отрада вдруг выскользнула из хватки. Прежде чем кто-либо успел что-то сделать, она упала на пол, где разбилась на миллион осколков, разлив содержимое по плитке пола. Киви с раздражённым видом поморщилась от шума.

Помощник шерифа глубоко вдохнул. Затем ещё раз.

Жон посмотрел на этого мужчину, который вот-вот был готов сорваться, и очень осторожно сказал:

— Хотите, я схожу и куплю вам другую бутылку? За мой счёт. Где-нибудь тут точно должен быть круглосуточный.

— Нет, — прорычал помощник. — Всё нормально, — это явно было не так. — Просто полтергейст.

— ...?

— Здесь у нас так говорят, — объяснил помощник.

Жон хмыкнул:

— Так город получил своё название? Я как раз задавался вопросом.

Это заставило помощника фыркнуть в редком приступе веселья, закатив глаза.

— Раньше он назывался Челси, пока лет двадцать назад сраный дурак-мэр не решил, что это привлечёт туристов, если мы пойдём ва-банк. Будто такое вообще могло случиться, — помощник шерифа покосился на разбитую бутылку и, похоже, решил, что это проблема на потом; выбор не слишком впечатлил Киви, которая отодвинула стул подальше от лужи, пока та не успела добраться до её обуви. — Я слыхивал, ты главный человеческий специалист по... улаживанию... с той стороной вещей.

Новости распространялись быстро. Насколько в этом был замешан комиссар полиции Нью-Йорка, который его расхваливал, Жон хотел бы знать. И зачем.

С другой стороны, репутация имела значение и могла далеко унести человека. Заслуженная или нет.

— Я разобрался с парочкой дел. Пару раз всё могло пройти не очень гладко, так что абсолютным лучшим в деле я бы себя не назвал, — скромно сказал Жон.

Ему ведь можно было простить попытку выловить комплименты, верно? От Лизы он их точно получал недостаточно. Этот Жон Арк вообще-то был цветком, что расцветал от похвалы.

— Не такую историю я слышал, — возразил помощник и поднял телефон. На экране на Жона смотрело его собственное лицо, прикреплённое к документу, который он со своего места толком не мог прочитать. — Друг друга поведал мне, что ты тот, кому звонят, когда дело касается странных делишек. Я далеко не единственный помощник шерифа из маленького городка с такими проблемами, но, в отличие от остальных, наверное, у меня есть то, что тебе нужно.

— Монстр в обмен на мотоцикл? — предположил Жон и получил кивок.

Так-так-так. С этим уже можно было работать.

Если Киви и была против того, что помощник использует её мотоцикл как рычаг давления, она этого не показала. На самом деле она откровенно заинтересовалась, подавшись вперёд на стуле, чтобы ясно дать понять: она часть разговора. Жизнь эджраннера вращалась вокруг таких вот моментов, рассудил Жон. Должно быть, её это напоминало дом.

— Я готов выслушать, но только это. Никаких обещаний, — уклончиво сказал он. — Сначала расскажите подробнее о проблеме.

Помощник прочистил горло и выпрямился, пытаясь — безуспешно — скрыть облегчение.

— Что вы знаете о городке Полтергейст?

В ответ Жон развёл руками, показывая полное неведение, и Киви рядом с ним повторила жест. Один жил на другой планете, другая — в другой истории. Помощник с тем же успехом мог спросить, бывали ли они на Луне.

— ...Не виню вас, в Айове есть места покрупнее, — сказал помощник, заметив их пустые взгляды. Постучав пальцами по столу, он протяжно вздохнул. — Нам не везёт, вот в чём дело. Двести лет невезения, которое тянется за всеми нами, как какой-то дурной запашок. Вот зачем ты мне нужен.

— Мне надо дать бой невезению? — произнёс Жон, и начал задумываться, не розыгрыш ли это. Он посмотрел на Киви, но помощи от неё не получил. Она была так же растеряна, как и он. — Честно, даже не знаю, что вам сказать. Это звучит немного за пределами моего спектра услуг, да и вообще случай растяпости не обязательно означает, что кто-то проклял ваш род.

— Это больше чем... — помощник заметно сдержал себя и осел в кресле. — От чужаков мы часто слышим такой скепсис. Но послушай, я не сумасшедший, и в этом вообще нет ничего естественного. Индустрия тарелок, наверное, обязана нам всей своей прибылью, учитывая, сколько мы их бьём. Вещи пропадают так часто, что люди теперь просто с этим живут, — он жестом указал на беспорядок на полу. — А это?

Прежде чем он успел развить мысль, раздался тихий щелчок, и тепло, дувшее в комнату из вентиляции, оборвалось, мгновенно погрузив их в холод на несколько градусов ниже. По лицу помощника промелькнуло выражение — ярость и страх там соседствовали.

— Типичный вторник, вот как мы это называем. Как же задолбало.

— Похоже, термостат отрубился, — заметил Жон. — Может, что-то скакнуло? Вам недавно пополняли Прах — то есть топливо? — он уже собирался встать, чтобы включить его обратно, но помощник отмахнулся.

— Пополняли? Да хер там. Он работает на городском газе, парень. Мы не такая уж глушь, — проворчал офицер, поднимаясь со своего скрипучего офисного кресла и ковыляя к стене, чтобы повозиться там с электронной панелью.

Пока он отвлёкся, Жон тихо прошептал Киви:

— Это ведь не ты, да?

Нетраннер покачала головой.

И он сомневался, что любой случайный человек с улицы способен удалённо взламывать технику так, как она. Значит, ситуация была немного за пределами нормы. Может, ещё недостаточно, чтобы считать это окончательным доказательством злых духов и всего такого, но, учитывая, что сейчас он жил в мире вампиров, оборотней и прочих тварей, что шуршат по ночам, беды помощника шерифа могли быть признаком сверхъестественного вмешательства — если, конечно, очень сильно прищуриться.

— Это был совершенно новый термостат, — сказал помощник, возвращаясь к столу. — Я трижды проверял проводку за последние полгода. Это. Продолжает. Случаться. Давным-давно люди свалили невезение на полтергейста, мелкого пакостника, и название прижилось на следующие два века. Но что-то изменилось, потому что в какой-то момент выходка перестала быть смешной. Теперь машины на шоссе пробивают колёса о камни размером с человеческую голову. Водители часами застревают, если им повезёт, а если нет — просыпаются без сознания и без вещей.

Жон моргнул, опешив, потому что это внезапно стало больше похоже на бандитские дела, чем на шалости призрака. Кривая эскалации тоже выглядела довольно резкой и была пропитана мотивом, уж слишком человеческим.

— Что случилось с их кошельками? — вмешалась Киви.

— Вывернуты. Лично я думаю, что это ведьма, хотя ни за что на свете не полезу в те леса, чтобы выяснять.

Жон нахмурился:

— Но вас не смущает отправить меня.

— Естественно! Ты ведь тот самый, кому звонят, разве нет?

Он обдумал это, затем повернулся к Киви:

— Это твой мотоцикл, так что ты думаешь? Готова за него половить призрака?

Термостат щёлкнул снова. На этот раз мягкий смешок сопровождал холодный ветер, дующий из щели под входными дверями.

* * *

— Прости.

Внезапное извинение Киви заставило Жона оторваться от сообщения, которое он только что отправил Лизе, держа её в курсе ситуации. Представлять, что его напарница не спит, вся изводится в ожидании его звонка, загадывать было, пожалуй, слишком круто, но она действительно ценила, когда знала о происходящем по мере событий.

Мы сняли мотель на ночь :ЖонУтром разберусь с этим полтергейстом. Назойливая блондинка №8: Ок. Я тогда гляну,

какая инфа о нём есть в инете

— Это из-за мотоцикла? — сказал он Киви. — Да блин, не переживай ты. Так мы сможем вернуть его без лишнего шума и заодно разобраться с бедами города. Я называю это победкой.

Кое-что ему нравилось в Киви: она не зацикливалась на таких вещах после того, как каждый уже сказал своё. Кивнув ему, она открыла дверь старого номера в мотеле, который они сняли, — единственном мотеле в городе, расположенном рядом с единственной же заправкой в городе, у выезда на шоссе. Намёк в этом присутствовал, как и в том, что все комнаты пустовали до их приезда.

Поначалу дверь доставила Киви немного хлопот, отказываясь поддаваться, так что она упёрлась плечом в её потёртую поверхность и толкнула сильнее. Усиленная Аурой её сила победила, и дверь с грохотом распахнулась, сотрясая комнату.

Киви изящно придержала дверь для Жона, пока он снова перевёл внимание на телефон.

Я всё держу под контролем. Иди спать :Жон Остальных в чате это тоже касается. Я вижу, что слишком уж много кто здесь не спит.

Шквал сообщений прилетел одновременно.

Бу! Тао: ( ˶°ㅁ°) !!

Фишль: Я не хотела!

Назойливая блондинка №8: лол кучка ночных сов в этом доме

Эска на крыше воет на луну

Только Беннетт хороший мальчик

 

Назойливая блондинка №8: И иди-ка в пень

Ты бросил мне на колени загадку

скрврнсь

 

Фишль: Вот бы ты сказал мне, что происходит.

Фишль: Я бы помогла Киви!

Фишль: Что значит скрврнсь?

 

Бу! Тао: Это моя вина.

Я подумала, что лучше положиться на Жона и Лизу.

Не нам встревать в жизнь этого мира

 

Ничего страшного, Фишль :Жон

 

Киви: Что он сказал. Но спасибо.

 

Ху Тао всё правильно сделала :Жон Не было смысла заставлять всех волноваться.

 

Бу! Тао: ( ` ꒳ ´ )✧

Почему она использовала нормальные слова со всеми, кроме него?

Когда ты мне понадобишься, я обязательно тебя позову :Жон А скрврнсь значит «скоро вернусь».

Фишль: Пожалуйста!

Фишль: И пожалуйста, скрврнтсь!

Жон выключил экран телефона, закрыв его на этом последнем неуклюжем сообщении. Тонкости сленга переписки были глубоким и сложным делом, всё ещё ускользавшим от многих в их групповом чате. Пролистай выше — и добрая половина сообщений показалась бы кому-то из его мира непонятной как разговор, всё-таки десятилетия условностей переписок втиснулись в несколько дней, пока люди разбирались в них на ходу. Он не мог объяснить почему, но это оставляло странное чувство у него в груди.

— Они за тебя волновались, — сказал он, и Киви тут же застенчиво застонала.

— Они суется почём зря. Я бы справилась, даже если бы ты не приехал.

Когда они вошли в свои апартаменты, одним взглядом Киви включила телевизор над тумбой, и тот теперь громко транслировал захватывающую круглосуточную программу наблюдения за погодными закономерностями Айовы. Полный любопытства взгляд, брошенный на Киви, заставил её объясниться.

— Привычка, — сказала она, пожав плечами. — Это глушит наши разговоры для людей в соседней комнате. Мотелям нельзя доверять.

— Скажи честно... Ты могла выбраться из той тюрьмы в любой момент, когда захотела бы?

Последовал кивок.

— На замках тех камер был компьютерный обход, чтобы открыть их в чрезвычайной ситуации. Пущенный скрипт справился бы с этим так быстро, что и глазом не успеешь моргнуть.

Да, было похоже на правду. Её разновидность хакерства с его точки зрения была почти магией.

Киви остановилась, чтобы оглядеть комнату, сморщив нос при виде пятен на ковре. Жона тем временем больше беспокоил уродливый узор на шторах. Горошек, да ещё коричневый на жёлтом? Из множества недостатков, которые можно было приписать этому унылому номеру мотеля, вот это было величайшим преступлением.

— Хотя не то чтобы я горела желанием стать беглянкой, — добавила Киви. — Слишком уж много проблем на пустом месте.

— Справедливо, — сказал он, подходя к кроватям. — С компьютерами тебе всё ещё непросто? — именно над этим проектом она корпела, когда они разговаривали в прошлый раз: святой Грааль, с помощью которого она собиралась... захватить мир или что-то такое.

— Чуть-чуть.

Если послушать Киви, Сеть Найт-Сити была подобна второму городу. Целый ландшафт, сформированный из моря информации, наложенного на реальность и закреплённого набором глубинных правил, составлявших его основу. Пароли были воротами, защитные программы — стражами. Прорвись сквозь них, и мир принадлежал ей.

— Здесь они... огоньки, — сказала она, жестикулируя руками, чтобы лучше объяснить. — Соединения не сплетены вместе, и они слабенькие. Я, типа, могу управлять телевизором, — она снова продемонстрировала, включая и выключая телевизор. — Но лампы над нами для меня полностью тёмные.

— Потому что они не подключены к компьютеру, — предположил Жон.

— Верно... Этот мир тихий. Мне нравится.

Киви наклонила голову, задумавшись:

— Тем не менее я изучаю концепцию «Интернета вещей», которая сейчас ходит вокруг. Я предполагаю, это ключ к созданию здесь настоящего Киберпространства. Только на этот раз без искинов.

Всё это означало, что в данный момент она с тем же успехом могла взорвать компьютер, как и взломать его программное обеспечение.

— Но если я подрублю мою кибердеку, всё будет иначе! — возразила она, копаясь в сумке, чтобы показать ему планшет, который часто носила с собой. — Я уже заставила почти все мои программы работать нормально и без косяков!

— Ну, в смысле, я тут могу только поверить тебе на слово. Найти кулинарный рецепт — вот и весь примерно предел моих умений.

Взмахом руки он опустил спортивную сумку Киви на её кровать; набор повседневных принадлежностей — на свою кровать, а еду и напитки — на маленькую тумбочку между ними. Киви тут же схватила стакан смузи, просунула трубочку в одну из прорезей на своей маске, села на край кровати Жона и с удовольствием принялась пить клубнично-банановую вкусноту, к которой в последнее время пристрастилась.

Смузи в Найт-Сити делали из синтетики. Он не был уверен, как к этому относиться, и потому просто начал скупать как можно больше фруктов, которые Киви бросала в блендер.

Включая киви. Её это не развеселило.

Жон плюхнулся рядом с Киви, спиной на матрас. День — два дня, на самом деле, — наконец начал его догонять. Какой бы грубой и комковатой ни была кровать, она казалась настоящим блаженством, и вскоре его веки начали смыкаться...

*фш-ш-ш*

— Киви, ты включила воду в ванной?

— Трубопровод там не подключён к интернету, — сухо ответила Киви. Жон, застонав из-за прерванного сна красоты, перекатился на ноги.

Он вошёл в ванную и щёлкнул переключателем света. Пространство носило тот же унылый налёт, что и остальной мотель: старое и выцветшее, пусть и более-менее ухоженное. Из крана раковины текла вода. Он повернул ручки, и поток прекратился.

— Наш призрак, думаешь? — спросила Киви, повернувшись на кровати, чтобы следить за ним взглядом — только теперь она лежала полулёжа с отброшенными в стороны хвостами пальто и потягивалась как кошка.

— Фиг его знает. Может, полтергейст, а может...

*фш-ш-ш*

— ...расшатанные детали.

Ручки смесителя повернулись сами за его спиной. Жон снова их закрыл и на этот раз подождал несколько секунд, чтобы посмотреть, что произойдёт дальше.

*щёлк*

Отопление в комнате отключилось.

— Киви?

— Уже.

Его спутница не двинулась, но термостат включился обратно, и вентиляция снова задула.

Ну, секунды на две.

*щёлк*

— Клянусь, я только что видела, как кнопка двинулась, — сказала Киви.

Что подтверждало: когда речь шла о манипуляции устройствами, у них не было разгулявшегося хакера. Одна и та же сила действовала на всё в городке Полтергейст.

*фш-ш-ш*

*щёлк*

*фш-ш-ш*

*щёлк*

*фш-ш-ш*

*щёлк*

Так, нет уж. Он не собирался играть в эту игру. Лучший способ остановить розыгрыш — просто не реагировать.

— Мне всё равно, если вода будет течь, — сказал он. — Всё равно всё вернётся в землю. Я из-за этого сна не лишусь.

— Мотель выдал нам толстые одеяла. Начинаю понимать почему, — ответила Киви.

Придерживаясь одного мнения, они приготовись ко сну. Пустой стакан из-под смузи отправился в мусор, а их вещи вернулись в Карман Жона, чтобы никто с ними не игрался. Каждый быстро принял душ, неловко осознавая, что у них, возможно, есть подглядывающий, а затем они забрались в свои кровати, плотно завернувшись в одеяла для тепла.

Позднеосенняя погодка была не такой уж зябкой. Они могли это вытерпеть. И звук бегущей воды почти успокаивал. Им не потребовалось много времени, чтобы уснуть, не потревоженные ни монстрами, ни розыгрышами и ни невезением. Сердца оставались ровными и спокойными.

Глупцы они, раз решили, что на этом всё закончится. Не прошло и мгновения, ну двух от силы, как крик пронзил ночь.

...То есть утро. Ого, как летит время.

Солнечный свет проникал в комнату через щель между шторами, когда Жон вскочил с кровати, готовясь достать весь свой арсенал и начать махать всем подряд. Оглядевшись, он увидел, что Киви уже проснулась, а его вялые мысли собрались достаточно, чтобы сообщить: кричала именно она.

Вероятно, это было связано с брызгами красной крови, заляпавшими всю её кровать, а ещё мёртвым кроликом, разбросанным у неё на коленях. Кто-то прошёлся ножом по бедной животинке.

— Что это за хуйня такая? — хрипло спросила Киви, прижавшись к стене и ногой отталкивая кролика подальше.

— ...Ты раньше не видела кролика? — какое блаженное дитя.

Влажное липкое ощущение привлекло его взгляд к собственному одеялу, где в почти таком же состоянии, что и кролик, лежал енот. Жон поморщился при виде пустых глаз, уставленных прямо на него.

— Этот помощник не городил, — пробормотал он. — Ничего смешного в этом нет.

И что это за послание? Что он енот? Толстый маленький енот?

Что он какой-то вредитель, который продолжает лезть в чужую собственность, продолжает игнорировать, что ему не рады, роется в мусоре и копит всякий хлам, учиняет бардак, обжирается едой, звереет по первому...

Проклятье.

В городке Полтергейст творились шалости — жестокие и злые.

 

* * *

 

 Иллюстрации главного каста

 

Киви

Придёт к тебе установить винду

Найт-ситивский киберпанк

Видела снег

 

У меня нет рта, но я должна целовать

 

Курящая Киви

 

Киви на моцике