Рейстлин, Поттер и махровые иррациональности (джен)

Холодно. Рейстлин перевернулся на другой бок и попытался нашарить в темноте одеяло. Его пальцы скользнули по гладкому камню.

— Ты такой предсказуемый, мой Рейстлин.

Голос Такхизис.

— Стоит поманить тебя могуществом и бессмертием, и ты сразу же лезешь за приманкой, как мышь в мышеловку.

Маг почувствовал радость от возвращения в свое тело и свой мир. Правда, эту радость несколько омрачало то, что Такхизис явно собиралась продолжить издевательства. «И когда ей уже надоест?»

— Никогда. Буду мучить тебя вечно. И у меня очень богатая фантазия, — промурлыкала Такхизис.

— И что на этот раз? Кстати, я только что был в мире, где драконов разводят как овец или кур. Я там даже чуть плащ из кожи дракона не купил. Хотел тебе об этом рассказать.

— Ты глупеешь, — недовольно протянула Такхизис. — Не стоило бить тебя головой об алтарь.

— Исторический момент: Богиня Тьмы раскаялась в своих грехах, — усмехнулся Рейстлин. — Что дальше? Извинишься за то, что убила меня 38 раз?!

— О, ты даже посчитал? Это так мило! — Такхизис потрепала Рейстлина по волосам.

Рейстлин попытался увернуться, но тут же почувствовал, как его крепко схватили появившиеся из ниоткуда руки. Маг продолжил сопротивление. Судя по хрусту, ему удалось сломать одной руке пальцы.

— Хватит вырываться, лучше подумай, где спрятан Философский камень в Хогвартсе.

— В Хогвартсе? О чем ты? Я же вернулся…

— Помнишь, Дамблдор говорил о коридоре на третьем этаже? Он закрыт для тех, кто не хочет умереть мучительной смертью. Думаю, тебе надо поискать камень там.

Теперь множество рук обвилось вокруг Рейстлина, не давая ему шевелиться.

— Спасибо, отличный совет. Как раз мечтал о тридцать девятой мучительной смерти. Только зачем мне этот совет, если я уже вернулся из этого Гарри Поттера?.. И убери от меня свои руки!

— Это твои руки.

— Что?!

— У тебя слишком больное воображение. История не может закончиться так быстро.

«Что за бред она несет?! Ненавижу эту тварь!»

Гладкий каменный пол покрылся трещинами, сквозь которые начала сочиться кровь. Руки исчезли. Рейстлин побежал. Неожиданно маг врезался в невидимую преграду. Оглядевшись, Рейстлин понял, что находится внутри исполинских песочных часов, быстро заполняющихся кровью.

Перед глазами Рейстлина возник профессор Снейп.

— Мистер Маджере, как смеете вы оскорблять Богиню? Минус восемнадцать миллионов баллов Гриффиндору!

Кровь затвердела и раскололась на множество рубинов, вихрь которых, подхватив Рейстлина, полетел в верхнюю часть песочных часов. У профессора Снейпа в руках появились розги.

— Я определенно считаю, что вам необходима хорошая порка, мистер Маджере!

Рейстлин подскочил на кровати. Он был в своей комнате в башне Гриффиндора. Все соседи спали.

«Это всего лишь сон… Обычный кошмар… Значит, я всё еще Гарри Поттер. Мне кажется, что-то важное было в этом сне…»

— Люмос!

Рейстлин надел очки, открыл чемодан и спустился в его внутреннюю комнату. «Руки, кровь — это ерунда… Песочные часы с рубинами — это точно искажение часов, в которых подсчитываются баллы Гриффиндора… Снейп? Он просто ничтожество, которое ненавидит свою работу. Возможно, стоит узнать о нем больше, мне показалось, что Гарри ему особенно неприятен, этому должны быть причины…»

Маг развел в банке волшебный синий огонь, наколдовал воду и поставил чайник.

«Что еще?.. Такхизис предложила мне поискать Философский камень в коридоре на третьем этаже. Довольно глупо. Будь я Дамблдором, хранил бы камень у себя в кармане. Кендеров в этом мире нет, а пытаться ограбить великого волшебника никто не посмеет».

Рейстлин насыпал в заварочный чайник сушеные листья мяты, липовый цвет и лепестки ромашки.

«Если камень, и правда, в коридоре… Философский камень, дающий бесконечную жизнь… Неудивительно, что мне приснилось, что камень спрятан там. Ведь Дамблдор очень демонстративно запретил ходить в этот коридор, можно ожидать, что там спрятано что-то очень ценное…»

Чайник закипел, и маг заварил успокоительный чай.

«С другой стороны, почему я решил, что в «Гринготтсе» был именно Философский камень? Там могло быть и что-то другое, что-то, о чем не упоминается в общедоступной биографии Дамбдлора. Но если это всё же камень и Дамблдор через Хагрида подсовывает мне информацию о нем… Проклятье! Выходит, он понял, что я не тот, за кого себя выдаю?! Это же ловушка, ловушка для человека, который жаждет бессмертия… Вот я дурак! Я же расспрашивал Хагрида о бессмертии Волдеморта! И чего меня тогда дернуло?..»

Рейстлин отхлебнул чаю. В свете нового открытия, придется заварить еще порцию. Лучше взять измельченные корни валерианы, сушеный пустырник и цветки кипрея.

«Значит, Хогвартс — это «мышеловка» с Философским камнем вместо сыра… Дамблдор подозревает, что я темный маг, но не уверен в этом. И если я полезу искать Философский камень, он подтвердит свои подозрения и прикончит меня».

Маг открыл коробку с имбирным печеньем в форме мухоморов, и заварил вторую порцию чая.

«Я не попадусь в эту ловушку. Буду игнорировать Хагрида и его неловкие попытки «случайно» подсунуть мне что-либо. И еще неплохо бы вести себя как ребенок. Хоть и гениальный. Поэтому в выходные стоит как-то развлечься, а не подозрительно сидеть в библиотеке…»