По приколу (джен)

Основная больница разительно отличалась от блока. Жизнь здесь не стояла, застыв в ожидании чего-то ужасного, она неслась вперед на полной скорости, буквально сбивая с ног. Это было не конусообразное здание, а треугольник в восемь этажей. На этажах и в крыльях действовали строгие ограничивающие передвижения правила, но это не мешало пациентам превращать больницу в один огромный жужжащий улей. Здесь стояли реальные окна, показывающие внешний мир, а не голограммы. На этажах отсутствовала любая зелень, зато в центре треугольника под мерцающим барьером пахла и цвела оранжерея с лавочками и фонтанами.

Меня заселили в двухместную палату около семи утра. Я только и успела, что заприметить вещи на второй половине. Меня быстро переодели в другую больничную форму, отличавшуюся от предыдущей только оттенком белого, и сразу повели сдавать анализы.

Доктор Лицца расцветала на глазах. Отсутствие давящих стен блока шло ей на пользу. Она даже расщедрилась на подбадривающее хлопанье по плечу перед тем, как меня сунули в какой-то прибор, внешне схожий со солярием.

Меня окутала приятная полутьма, перебиваемая синеватым светом. Я расслабилась и уставилась в потолок крышки, игнорируя шум на фоне.

Только за пределами блока я кристально чисто осознала, как сильно он давил, буквально сводя все дни в один. Словно попав в день сурка, я каждый раз проживала одно и тоже: молчаливые врачи, сломленные взрослые пациенты, призраками бродившие по коридорам. Камеры в каждом углу и детекторы, за снятие которых серьезно прилетало. Я даже могу предположить, что связь в блоке отсутствовала. Кода мог разговаривать с внешним миром только в одной комнате — смежной с кабинетом главврача и только под присмотром живого работника. Почему не под присмотром робота? Они наблюдали за нами даже в туалете, записывая все — время и другие неприятные детали.

Максимально подбешивает эта чернуха, вылезшая из ниоткуда. Что-то не помню я в каноне Винкс каких-то проблем с магией и упоминаний подобных мест. Это такой жирный намек на реальность мира? И сколько здесь еще будет таких подводных камней? Нет, я знала. Читала же книги по истории. На Зените не остановилась и решила пойти дальше, но уже вчитываясь и анализируя. Благо, было у кого брать книги. И знатно так ахуела от некоторых фактов. Вселенная, которая буквально строилась руками династии Домино, отличалась от предложенного мультиком варианта. Здесь была и тирания ало-власых Хранителей, и кровавые войны, стирающие планеты и системы из истории. Домино долго и кропотливо подминало под себя всех, кроило под свою культуру, цензурило и перевирало историю. Историки Зенита с большим энтузиазмом взялись ворошить это осиное гнездо еще во времена правления королевы Юфимии IX — бабки Блум. Домино тогда впервые за долгие времена пришло в упадок. Внезапная и преждевременная смерть настигла почти всех детей королевы. За ними почти сразу бесславно последовали наследники сторонников короны. И без того слабая и недалекая правительница, дитя запретной любви родных брата и сестры, сошла с ума. Она правила недолго и, словно пытаясь искупить что-то, ослабила цензуру.

Тогда несколько королевств независимо друг от друга начали свое исследование. Вкус свободы и возможность укусить ненавистную династию придавали им сил. Пускай, на тот момент еще многое было не известно, а Эраклион и Солярия давили начинания на корню, кое-что нарыть смогли. Юфимия не сопротивлялась, щедро кидаясь компенсациями направо и налево. Ее не могли остановить ни совет короны, ни две оставшиеся в живых дочери, которым бы все это пришлось разбирать позже.

Королева ушла из жизни тихо. Потухла как маленький уголек. На ее место сначала посадили Кассиопею, бывшую на тот момент кронпринцессой, но вскоре та добровольно передала корону младшей сестре. Марион взошла на трон, едва успев окончить Алфею, а Кассиопея удалилась в храм Дракона, отказавшись от своего имени и прав на престол. Что удивительно, старшая за недолгое время царствования успела поправить дела планеты, заткнула всем рты еще на несколько десятков лет и устранила угрозы, шедшие от других планет.

И смоталась на раннюю пенсию. На последнем фото, во время коронации Марион, она предстала седой и истощенной, будто неделями не ела.

Во всей истории Домино меня больше поразило, что династия за века своего существования ни разу не прерывалась. А потом я залезла в историю Линфеи, нашла там кровавые жертвоприношения Лесу и шаманизм. И вылезла с мыслью, что даже цветочки могут сожрать. Но самое интересное и ожидаемое увидела в истории Солярии. Инцест в королевских семьях как бы встроен по умолчанию, но то сколько его было среди Звезд… Я даже вспомнила Габсбургов и их семейные проблемы. Правда, короли Солярии обогнать самую чистокровную династию Земли не смогли. Но мне все равно поплохело.

Что ж, это объясняло почему Энона забеспокоилась, когда узнала, что ее дочурка берет книги из папиной коллекции. Прилетело нам знатно тогда.

Этот мир претендовал на реальность. Здесь не срали радугой, не блевали блестками. От истории Магикса разило кровью и слезами, как и от любой реальной истории. Исключение составляла разве что родная планета Шишы. И брать у них вроде нечего и вроде все есть. К ним не лезут, они не лезут. Маленькая, одинокая и без ресурсов, на которые можно облизнуться. Там правда фауна какая-то отбитая и народ в целом…

Крышка отъехала и ко мне сунулась голова Лицца.

— Вставай. Сейчас завтрак и свободна до вечера.

— Ура, — выдохнула я, сев и свесив ножки. Рука робота замерла у лица, любезно предлагая опору.

— Что-то радости в голосе не слышу, — доктор хмыкает и отправляет в рот горсть конфет. Она берет бумаги, дает отмашку своему помощнику и быстрым шагом покидает кабинет, громко отбивая каблуками.

Приемы пищи, как и в блоке, происходили в палатах. Как пояснил любезный робот, столовая была, но находилась в другом крыле и предназначалась взрослым, лежащим в обычной палате. А вот детей и VIP-персон баловали и кормили на месте. Я обрадовалась. В моей палате на стене висел телевизор. Не знаю, какие каналы он показывает, но сейчас я была готова смотреть даже кулинарные шоу.

Мультики, крутящиеся в блоке, оставили в моей душе глубокий шрам. Эти говорящие цифры, смотрящие прямо в глаза безжизненным взглядом…

Бр-р-р-р.

Я влетела в палату воодушевленная. На кровати уже ждал переносной столик с едой, от которой поднимался пар. Каша, легкий овощной салатик и кружка молока. И ничего, что могло бы напоминать алгоритмичный суп.

Жизнь прекрасна.

— Установленные дни посещения для вас — вторник, среда и четверг с полудня до восьми вечера с перерывом на тихий час.

Учитывая, что сейчас понедельник, а лежать мне здесь до пятницы, навестить меня успеют. Если будут такие.

Я огляделась в поисках пульта от телевизора. Экран висел напротив двери, на «нейтральной» территории, а вот сам пульт лежал на чужой кровати под книгой. И как мне его взять? Девочке, наверно, не сообщили о внезапном соседе, но все равно оставлять общую вещь на одной стороне как-то…

Ой, сама бы так сделала, не обдумав. Детское же крыло. В коридоре только малышню видела, всем меньше четырнадцати. Не буду гнать на ребенка.

Но в тишине будет грустно.

Интересно, а телефон мне когда вернут? Вдруг «после выписки» означал перевод в основную больницу? Было бы неплохо. Связаться с детьми, взять домашку. Вообще ко мне должны приходить учителя, учебный год же идет. Но кто знает, может подобное на Зените не практикуется.

— А у меня будут часы с учителями? — робот завис на пару секунд, а после отрицательно мотнул головой, выдав лаконичное «не предусмотрено».

Странно. Надеюсь, он мой вопрос в отчет не вставит. Не хотелось бы подкидывать таким гениальным зенитцам столь простые идеи.

— На посещение во вторник записались миссис и мисс Магесто и мистер Варма. Указанное время начала посещения 12:00.

Варма? Это фамилия Шишы? Ни разу не слышала, чтобы его по ней называли. С фамилиями в Магиксе вообще какая-то чехарда. То их использует, то нет. К кому-то обращаются, а к кому-то нет. А найти объяснения я так не смогла, оставшись с туманным ответом преподавателя по истории. «Так исторически сложилось» меня не удовлетворило.

Какой кошмар. Я не знала фамилии друга. Это как не знать имя мамы подруги, ее адрес, любимый цвет…

— В среду записана мисс Цифр. Указанное время начала посещения 13:40, — я подорвалась и удивленно вскинула брови. Исса? Я не ослышалась? Мы с ней давно не говорили, чего бы ей идти сюда. Визит старосты?

— На посещение в четверг записались, — что? Еще кто-то? Вроде бы все уже записались. Кого там принесет нелегкая? Снова ребят?

Электра и так один день без нашей полной компании провести не может, а здесь две недели. Не удивлюсь, будь у меня больше дней для посещения, она бы материализовалась у двери ровно в полдень и уходила ровно в восемь. Шиша в этом плане поспокойнее.

Я хлебнула молока, дослушивая медленную речь робота.

— Жрец Аарон и мисс Фрей. Жрец Аарон записан на 12:10, мисс Фрей записана на 13:00.

Молоко пошло не в то горло. Мисс Фрей?.. Аарон? Со вторым вопросом ноль, а первая кто? Мать, сестра, тетя? Если мать, почему мисс? У меня неполная семья? Где отец Кэти? Да, Джесси только хозяйку упоминала пару раз, но… Я даже как-то не задумывалась.

Стоп, она будет здесь? Она?! В одно время с Аароном?! Нет-нет! Я уже наслушалась о безответственности маман Кэти. Если они столкнуться, это будет конец всему. Я уже вижу, как он из неоткуда достает свою дубину переговоров и начинает зачитывать нотации.

Да о чем я думаю? Проблема в другом. Такое эпохальное событие, приезд родительницы. Уже скоро как полгода я здесь, а от нее ни весточки, ничего. Бляха, а как вела себя Кэтрин с мамой? Как с этой женщиной вообще говорить? О чем? Что она здесь забыла?

А. Ну да. Доча в больницу попала. А может это дальняя родственница? Не так страшно, напрягаться не буду.

Если это и правда мать… И Аарон как вишенка на торте…

Это будет ужасный день.

Спаси и сохрани.

Мои мольбы, больше похожие на скулеж, робот проигнорировал. Забрав столик с подносом, он быстро удалился, перед этим подробно обозначив где здесь библиотека в крыле и комната для игр. Честно, утопая в своих грустных мыслях, я прослушала весь его монолог. Библиотека и игрушки сейчас интересовали в последнюю очередь.

За своим хныканьем, я пропустила возвращение соседки. Сухое «кхм-кхм», прозвучавшее от двери, возмутило. Я вскинула голову, негодуя на нарушителя чужой истерики.

На входе в палату застыла девочка с короткими розовыми волосами. Она прижимала к груди ноутбук и грозно смотрела своими то ли голубыми, то ли зелеными глазами.

— Ты кто? — юный возраст явно не играл ей на пользу. Попытка выглядеть внушительно с треском провалилась.

— Соседка твоя, — зеваю и машу ей кистью руки. Ребенок хмурится еще больше, смотрит на номер палаты и громко топая ногами проходит на свою сторону.

Ноутбук осторожно ставится на прикроватную тумбочку. Детская ладошка нежно проходится по ее крышке, поглаживая будто котенка или щенка. Когда она повернулась обратно, лицо расслабилось, а в глазах застыло свойственное взрослым Зенита безразличие.

Сильно. Исса так не может, хотя старается. Очень старается.

— Меня не уведомили, — четко проговаривая каждое слово, категорично заявляет она и скрещивает руки на груди. — Либо это ошибка врачей, либо ты самовольно проникла в мою палату. Ни первый, ни второй вариант не предполагает мое участие. Это возмутительно.

Просто пожимаю плечами и откидываюсь на подушку. Лицо девочки слегка покраснело. Блин, может в библиотеку сбежать? Подъем в шесть утра не придает любовь к миру и сущим, а я выше ругани с дитем малым.

— Я даю тебе выбор, — ее голос зазвенел, почти срываясь на крик, — либо ты покидаешь палату сама и прямо сейчас, либо мы идем к главврачу и тебя переселяют уже под конвоем.

— Подожди. Ты думаешь, главврач примет к сведению слова ребенка, который на ровном месте возмутился и начал выдвигать условия?

Прозвучало грубее, чем предполагалось. Девочка застыла, а я прикусила язык.

Нет. Так нельзя. Ребенок есть ребенок.

— Прости, — сажусь в вальяжную позу и примирительно поднимаю руки вверх, — но иногда жизнь бывает сукой и делает то, что тебе может не понравится. Поверь, лучше почувствовать это сейчас, в детстве, чем в более взрослом возрасте.

А то знала я паренька, Ванечку-дурочка. Всю жизнь получал все, что хотел, а потом папенька решил перекрыть поток денег на карточку. С одной стороны смешно, с другой — его это сломало вдоль и поперек.

Жалко. Пускай и идиотом был. Может, и не повесился бы, воспитывай его нормально родители.

— Причем здесь собака женского пола? — девочка удивленно вылупилась на меня.

Ностальгия схлынула. Пожимаю плечами. Соседка молчит, сжав руки в кулак и не сводя с меня внимательного взгляда. Это должно напрягать, но слишком маленький возраст, чтобы внушить страх.

— Ты не с Зенита, — наконец произносит она, словно обдумав что-то и приняв решение. — Я как раз пишу работу про поведение ровесников-мигрантов в условиях непривычной обстановки Зенита. Так уж и быть, можешь остаться.

— Премного благодарна столь щедрому жесту, — нежно произношу, прижимая руки к груди. — Эта презренная инопланетная девочка рада и возносит хвалу до небес за проявленное вами к ней внимание.

У соседки пропадает дар речи. Лицо вытягивается, а в глазах бежит кружочек загрузки. Пока она на полном серьезе обдумывала слова, я сдерживала неприличное хихиканье наполовину с хрюканьем.

Я думала Исса забавная в этом плане. Ничего не искала, а нашла золото.

— Называть себя «презренной» не этично. На Зените все люди равны между собой, никто не заслуживает подобной оценки.

— Тебя как зовут, этичная ты моя? — хрюканье все же пробивается. Держи себя в руках, взрослая ты женщина. — Меня Кэтрин. Как и говорила, я здесь до пятницы.

— А я на месяц, — девочка садится на кровать и обиженно поджимает нижнюю губу. — К чему обмен именами? Не думаю, что наше знакомство продолжится долго.

— Считай это одним из правил приличий других планет, — важно поднимаю вверх указательный палец. — Им руководствуется любой, кто хочет проявить уважение и интерес к собеседнику.

— Ладно, раз так, — с сомнением тянет она. — Правило глупое, но если им пользуется весь Магикс, значит зерно рациональности в нем есть.

— Тогда давай сначала. Привет, нудная незнакомка. Я Кэтрин, учусь в Высшей школе Зенита.

— Да?.. По тебе не скажешь. И я не нудная. Привет, меня зовут Текна. Я учусь в Высшей школе Зенита. Посещаю занятия онлайн.

Текна?

Вздрагиваю внутри и новым взглядом смотрю на соседку.

Розовые коротко подстриженные волосы. Сине-зеленые глаза. Нежно любимый ноутбук.

Здравствуй.

Я так боялась, что в этой реальности тебя нет.