| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Я всеми силами старалась последовать совету Владимира и «отдохнуть», но не могла успокоиться. Словно зомби, я продолжала ходить из угла в угол, надеясь, что рано или поздно смогу просто «отключиться», а потом, в очередной раз остановившись посреди комнаты, заторможенно уставилась на расстеленную кровать — свидетельство моих попыток хоть как-то отсрочить кошмар, творившийся за дверью. Но именно в этот самый момент «кошмар» решил в неё постучаться — слишком претенциозно для Аарона и бесцеремонно для Владимира.
Кто бы это ни был, он терпеливо ждал снаружи, и назло ему я плюхнулась на подушки и с головой накрылась одеялом. «Проваливай». Подождав ещё несколько минут, он так и поступил.
Долго, мучительно долго ночные минуты плавно перетекали в утренние. Периодически я впадала в дрёму, и тогда до ушей доносился шелест, неизменно сменявшийся какими-то отдалёнными звуками. Иногда мне казалось, что это звучало моё собственное имя, но, резко открывая глаза, я снова заставала абсолютно пустую и тихую комнату.
Мучительные переживания касались не только убийства. Что если, обо всём узнав, Вселенная перешла к «наказанию»? Что если странности ушедшего дня могли прекратиться, едва стоило мне начать игнорировать любые намёки на серебристую пыль? Даже если сегодня эта пыль упорно продолжала взывать к моему слуху, когда я забывалась неглубоким прерывистым сном.
«Что если, что если, — зло подумала я, пока за сомкнутыми веками продолжали шептаться пылинки. — Что если я наконец это проверю?»
И, откинув одеяло, я резко поднялась и направилась к окну. Если она была мною так недовольна, ей стоило дать об этом знать. Поэтому, минуя клубы серебрящейся пыли, я распахнула шторы и вскочила на уже хорошо знакомый песчаный остров.
«Не знаю куда, лишь бы подальше отсюда», — пронеслось в голове, когда, утопая в маджентовом пространстве, особняк начал отдаляться. А потом я снова услышала тот самый звук и тогда поняла: это был чей-то голос. И он действительно звал меня.
Прислушиваясь внимательнее, я инстинктивно направляла остров туда, где отрывистое «Джулия» раздавалось громче. Время неумолимо шло. Опасаясь, как бы снова не зачахнуть в маджентовом болоте, я уже решила повернуть обратно, пока искомый голос вдруг не раздался совсем рядом. И вот тогда я поняла, кому он принадлежал.
— Обернись.
Прямо за моей спиной на золотистом песке стоял Артур. Смотря в мои полные изумления глаза, он, напротив, совсем не выглядел удивлённым, но казался абсурдно радостным.
— Слава Богу, я наконец нашёл тебя, — с облегчением выдохнул он.
Вопросов возникло так много, что я не знала с чего начать, а потому молчала как рыба, наблюдая, как мужчина садится напротив меня.
— Ты ведь уже поняла, где мы? — взяв ситуацию в свои руки, спросил Артур. — Осознала, что это Суть?
— Да, — тихо, почти шёпотом ответила я, всё ещё собирая мысли в кучу.
— Можешь говорить громче, — сказал Артур. — Пока мы на острове, она нас не видит и не слышит. Но если сойдёшь с него, сразу тебя обнаружит. Потому что всё это, — мужчина раскинул руки, — и есть Вселенная. Вернее, что-то вроде её наполнения. Всё, что находится в её пределах, состоит из маджентовой материи, являясь материалом. Всё, кроме попаданцев.
Каждое произнесённое Артуром слово отзывалось в голове чувством удовлетворения, ведь с самого начала я оказалась права. Видимо, мужчина сделал точно такие же выводы.
— Так, значит, ты чувствующий Вселенную? — проговорила я, наконец обретя дар речи. — Как Юра?..
— Все попаданцы так или иначе её «чувствуют», просто с разной степенью глубины, — ответил Артур. — В «Суть» удаётся проникнуть лишь единицам — как правило, в случайном порядке. Произвольный транс встречается ещё реже.
— Так вот что со мной сейчас происходит? — отозвалась я. — Учащённый пульс и другие признаки — проявление транса?
— Необязательно, — ответил Артур. — Кроме того, навыки взаимодействия со Вселенной можно развивать.
— С какого момента?.. — спросила я. — Юра что-то тебе рассказал?
В ответ на этот наивный вопрос мужчина весело присвистнул:
— Расскажет он, как же. Как ни пытался, раскрутить его на подробности мне так и не удалось.
— Он попался, — словно оправдывая Юру, сообщила я. — Вселенная убила его друзей, которые изучали её вместе с ним. Все они надеялись отсюда выбраться.
— Всё так, как я и думал, — сочувствующе покачал головой Артур, а потом, будто обращаясь к самому себе, добавил: — Такой же исследователь по своей природе, отчаянно мечтающий о свободе.
— Когда же ты начал своё собственное… «исследование»?
Остров продолжал плыть вглубь мадженты, но я не обращала на это внимания.
— Сразу после знакомства с нашим дражайшим психологом, — улыбнулся Артур. — Я не привык полагаться исключительно на авторитет, поэтому воспользовался случаем. В то время я только-только узнал о том, что упустил Шанс, и совсем не готов был с этим смириться. Не тогда, когда наделал столько ошибок.
Раз уж мужчина сам об этом заговорил, я осторожно поинтересовалась:
— Ошибок?..
— Да, — вздохнул Артур, словно человек, наконец-то получивший возможность облегчить душу. — Если бы я ценил то, что имею, не довёл бы дело до развода своими бесконечными изменами.
Наверное, это было слишком откровенно. Но я промолчала.
— Незрелость и эгоизм, — нахмурился Артур, явно прокручивая в голове события прошлых лет. — Мне постоянно чего-то не хватало, постоянно хотелось прочувствовать остроту жизни, развеять скуку. Но я осознал это слишком поздно.
— И теперь хочешь вернуть её? — сдержанно уточнила я.
— Да, — без раздумий ответил мужчина. — Как и свою жизнь по ту сторону, где остались дорогие мне люди. Где осталась она, гораздо моложе и разумней меня, а потому в любой момент способная найти кого-то получше. Так что мне стоит поторопиться.
— Но почему именно я?
Артур имел ответ и на это.
— Я искал единомышленников среди всех, с кем знакомил меня Юра, но так ни разу и не ощутил их присутствия в маджентовом пространстве. Ты же особенная, Джулия, даже если сама ещё об этом не знаешь. Смелая, решительная, — с чувством искреннего уважения выдохнул мужчина. — И такая же рвущаяся к свободе. Но, кроме того, ты единственная, кто вернулся, несмотря на то что сюда попадают лишь единожды. Твой опыт не просто уникален, но и крайне полезен.
— Но поделиться им я могу лишь на изнанке Вселенной, — чётче осознавая мотив собеседника, проговорила я.
— Именно, — кивнул Артур. — И когда я начал чувствовать, что ты где-то здесь, то окончательно убедился в твоих способностях. Сегодня ты наконец услышала мой зов и откликнулась на него, и я бесконечно этому рад.
— Боюсь, о своём возвращении я могу рассказать тебе не больше, чем рассказала при Юре, — тяжело вздохнула я.
— Время, — явно не согласный с моим убеждением, сходу отозвался Артур. — Оказавшись дома, ты запомнила хотя бы приблизительное время?
Сознание вмиг пронзила невидимая молния — казалось, я резко наэлектризовалась с головы до ног. Ну, конечно. Время ведь было запретной темой, на которую поговорить с Юрой подробно я не могла.
— Четыре с половиной часа, — потрясённая даже больше, чем при первом взгляде на электронные цифры, произнесла я. — Меня не было три месяца, но прошло всего лишь четыре с половиной часа. А потом — неделя. Но для вас она длилась целых девять лет.
— Как я и думал, — сосредоточенно кивнул мужчина, явно что-то прикидывая в уме. — Три минуты. Двадцать четыре часа в этом мире равняются трём минутам в нашем.
Я не могла поверить. То ли потому, что наконец услышала, какова была разница во времени по ту сторону и эту, то ли потому, что Артур высчитал точное значение за несколько секунд.
— Но как ты смог определить так быстро?
Переведя на меня взгляд, Артур усмехнулся:
— Быстро? У меня на это ушли все прожитые здесь годы.
— Не понимаю, — только и сказала я.
— Сейчас поймёшь. «Взгляни», — сказал Артур и, поднявшись на ноги, указал на крошечный объект впереди.
— Это?.. — толком не зная, что хотела сказать, в полной растерянности промямлила я, пока остров приближался к указанному мужчиной объекту.
Спустя минуту он разросся до размеров, позволявших определить, что это была маленькая, в половину человеческого роста деревянная дверь. Закруглённая кверху, она была выкрашена в светло-коричневый матовый цвет, и в ней не было ничего, кроме круглой золотистой ручки и крупной замочной скважины. Ни на что не опираясь, эта дверь выглядела застывшей посреди маджентовой бездны, прямо на уровне моих глаз.
Как только остров остановился в нескольких сантиметрах от этой двери, я указала рукой куда-то за неё.
— Что с обратной стороны? — не успев толком ничего обдумать, выдала я первое, что пришло в голову.
— То же, что и с этой, — пожал плечами Артур. — Можешь её обогнуть — всё останется по-прежнему. Интерес представляет то, куда ведёт эта дверь.
Затаив дыхание, я уставилась на кусок коричневого дерева как заворожённая. Куда же?..
— Но сначала выслушай внимательно, Джулия, — вмиг посерьёзнев, предупредил Артур. — Очень внимательно.
— Хорошо, — едва не уронив сердце в пятки, насторожилась я.
Бросив на дверь быстрый взгляд, Артур сказал:
— Ни в коем случае не трогай её. И тем более не пытайся открыть: она всё равно заперта, но главное, она являет собой плоть Вселенной, как и маджентовая бездна вокруг. Услышав от тебя историю Юры, я примерно представляю, на чём именно он и его товарищи могли «проколоться».
Расширив глаза от испуга, я покосилась туда, куда только что посмотрел Артур.
— Не бойся, — мягко сказал он. — Подойди поближе и загляни в замочную скважину — размер и расположение двери идеально подходят для того, чтобы сделать это сидя на песке.
Выполнить указание не составило труда и, неуверенно придвинувшись, я слегка наклонилась вперёд, чтобы заглянуть в скважину. Она была обита позолотой, и в неё можно было свободно запихнуть по меньшей мере два пальца. Но размеры и внешний вид мгновенно утратили для меня значение, едва я осознала, что вижу внутри неё.
Улица. Моя улица, где я жила до похищения, и дом, настоящий пятиэтажный кирпичный дом. Примыкавший к нему двор, усеянный тёмными голыми деревьями, был накрыт белоснежным ковром, и по протоптанным дорожкам средь утренних сумерек проходили редкие прохожие, напоминавшие маленькие и едва различимые фигурки.
Закрыв рукой рот, я, как ошпаренная, отскочила назад и неверящим взглядом уставилась на дверь. По щекам, прямо на песок, с разницей в долю секунды скатилось две слезы.
— Мы так близко… — дрожащими губами проговорила я. — Так чертовски близко.
— И одновременно недостижимо далеко, — спокойно произнёс Артур. — Каждый видит свой собственный дом, но не может отсюда выйти. Потому что для всех попаданцев, за исключением тебя, эта дверь открывается лишь два раза.
— При попадании и Шансе, — догадалась я. — Так вот что это на самом деле. Но почему?.. — голос дрогнул и оборвался; в душу вклинилась злость. — Неужели, как и говорил Юра, всего лишь из праздного интереса?
— Не только, — играясь с горсткой песка, чтобы занять руки, ответил Артур. — Эта Вселенная появилась гораздо раньше нашей и потому вынуждена развиваться быстрее. Она как паразит, прицепившийся к реальной и живущий за счёт её ресурса — нас.
— Нас?.. — не веря своим ушам, отозвалась я.
— Не волнуйся, для попаданцев это не опасно, — поспешил успокоить Артур. — Похищение людей «из-за двери» — необходимое для существования Вселенной условие. Так она мимикрирует под чужой мир, но раз взаимодействует с ним через попаданцев, а не напрямую, то частично принимает форму вымышленного мира, в той или иной степени находящегося в энергетическом поле похищаемого человека — если, конечно, может интегрировать эту форму в уже имеющуюся среду. Соответственно, чем сильнее поле, тем выше шанс однажды подвергнуться считыванию и оказаться здесь.
Артур сделал паузу, чтобы проверить степень моего понимания. Зря потратил время: блаженному неведению безвозвратно пришёл конец.
— Но зачем? — с трудом выговорила я, стараясь дышать размеренно.
— Она живёт за счёт энергетического поля попаданцев, — с готовностью ответил Артур. — Поэтому и создаёт особые условия для каждого — ну, в той степени, в какой от неё это зависит. Когда занимающая тебя сказка становится реальной, поле позволяет ей выжимать максимум.
— Тогда почему она даёт Шанс? — с трудом удерживая в голове нить логики, спросила я.
— Это не одолжение, — покачал головой Артур. — Это феномен, возникающий при её ослаблении. Черпать энергетическое поле бесконечно нельзя, поскольку мир вокруг постепенно начинает восприниматься как настоящий, что ослабляет энергию. А вот поддерживать своё существование на уровне, превосходящем уровень зачатка, Вселенной нужно постоянно. Тогда образуется брешь, обеспечивающая баланс энергии, и «испитый» попаданец может сбежать. Если упрощать данное явление, происходит разъединение «устройства» и «источника питания». Этот процесс необратим, поэтому ушедший попаданец не может вернуться, иначе будет нарушено циркулирование жизненной энергии Вселенной.
— Но я вернулась, — тихо заметила я.
— Верно, — подтвердил Артур. — Хоть процесс попадания имеет объективные причины, он не лишён субъективности. Вселенная не хочет, но вынуждена отпускать попаданцев, и по какой-то причине ты представляешь для неё особый интерес. Думаю, именно поэтому она в столь сжатые сроки использовала остатки энергетического поля остальных, что позволило им сбежать: копила ресурс, чтобы тебя вернуть. Полагаю, по той же причине все эти годы она никого не похищала.
— Но что насчёт тех, кто не смог уйти? — избегая взгляда Артура, решилась надавить на больное я.
— В энергетическом плане мы ничем не отличаемся от ушедших, — без какой бы то ни было горечи в голосе ответил Артур. — Поэтому нельзя допускать, чтобы оставшихся стало слишком много — это чревато.
— Чем?
— Не могу сказать, — честно сказал мужчина. — Не сомневаюсь только в одном: последствия твоего возвращения непредсказуемы, и нам нужно как можно скорее отсюда выбираться. Не знаю, заметила ли ты, но с момента твоего ухода во Вселенной начали происходить довольно неприятные вещи, возьми хотя бы историю с Феликсом или бывшей женой Юры.
При упоминании Феликса я передёрнула плечами, отгоняя цепь ассоциаций, неизбежно ведущих меня в особняк, где недавно произошло убийство. Но не оказалось ли возвращение кровожадного вампира одним из упомянутых Артуром последствий?..
— Разве это не была месть со стороны Вселенной?..
— Была, — кивнул Артур. — В случае Юры. Но живущие в этом мире люди не марионетки, бездумно подчиняющиеся его воле. Они автономны, как и мы, самостоятельно живущие в своей реальности, но подвергающиеся её косвенному влиянию. Со стороны Вселенной же это влияние заключается в выборочном вытягивании энергии из материала. Она не просто мстила — она готовилась. Дальнейшие реакции и связанные с ними изменения в психике лишившихся энергии людей ей неподвластны, хотя она может их спрогнозировать.
— Это безумие, — потерев глаза руками, произнесла я. — Просто безумие. Что нам теперь делать?
— Я в поиске идей. Но мне нужна твоя помощь, — прямо заявил Артур.
Удивлённая этими словами, я отняла ладони от лица и взглянула на него.
— В чём? Ты уже можешь написать о Вселенной по меньшей мере параграф в учебнике.
— Столь высокая оценка лестна, — хохотнул Артур. — Однако уже долгое время я топчусь на месте, не в силах продвинуться дальше. Я достиг предела своих способностей в постижении Сути Вселенной, но не нашёл способ из неё выбраться.
— И ты думаешь, что это удастся мне? — с сомнением в голосе уточнила я.
О чём мужчина вообще думал? Я едва могла оставаться в сознании, постигая Вселенную, в то время как он оттачивал экстрасенсорное мастерство годами.
— Вполне возможно, — серьёзно ответил Артур. — Похитив тебя во второй раз, Вселенная нарушила энергетический обмен и наверняка сама могла стать донором для тебя и сделать твой потенциал неисчерпаемым. Но даже если нет, вдвоём мы сможем больше, чем я один. Тем более что времени у нас мало.
— О чём ты? — ощутив холодок в области затылка, спросила я.
Вместо ответа Артур указал на дверь, а потом добавил:
— Посмотри внимательнее. Ничего не замечаешь?
Спустя пару секунд пристального разглядывания я отрицательно покачала головой:
— Нет.
— Допустимо, — вздохнул Артур. — В конце концов, я годами наблюдал за миром в скважине и так дотошно фиксировал изменения, сверяя время, что просто не мог однажды не заметить. Давай подойдём поближе.
Приблизившись к двери почти вплотную (спасибо, что Артур держал меня за локоть), я снова осмотрелась.
— Вот они, — сказал мужчина, указывая пальцем на ломаные линии.
И тогда я наконец заметила.
Там, где находился палец Артура, маджентовое пространство, как рваную ткань, пронизывали тоненькие, едва заметные белые трещины. Начинающиеся где-то за дверью, они тянулись в разные стороны и постепенно разветвлялись. Неудивительно, что, уставившись на дверь, я их сначала даже не увидела.
— Что это? — спросила я, цепляя глазами всё больше и больше трещин.
— Судя по вашим с Юрой данным, они появились аккурат в ночь твоего возвращения, — тихо, но твёрдо сказал Артур. — Поэтому у меня есть основания думать, что это те самые последствия, о которых я упоминал. И они медленно увеличиваются. Как в количестве, так и в размере.
Кажется, я начинала понимать, что пытался донести мужчина. Но искренне не хотела — больше всего на свете не хотела.
— Она разрушается?.. — только и смогла выдавить я, плутая взглядом от одной трещине к другой.
— Я в этом уверен, — заявил Артур. — Не знаю, как долго будет длиться этот процесс, но точно могу сказать: если не выберемся отсюда до того, как всё здесь исчезнет, нам конец.
Сердце в груди болезненно сжалось.
— Конец?.. — беспомощно повторила я, словно это могло изменить чужой ответ.
— Именно, — подтвердил Артур. — Из-за необдуманного шага Вселенная умирает, а смерть этого паразита приведёт и к уничтожению единственного выхода. Не останется ничего, а значит, нас ожидает та же участь, что и весь вселенский материал, ведь вне пространства и времени мы существовать неспособны.
В очередной раз слова Артура повергли меня в неописуемый шок. Почувствовав слабость, я почти откинулась на спину, но мужчина заключил меня в крепкие объятия.
— Не отчаивайся, Джулия. Мы обязательно выберемся. Я обещаю.
Вдыхая слабый аромат терпкого парфюма, я прижалась щекой к закрытой футболкой груди и, стиснув зубы, просто дышала, пока чужая ладонь успокаивающе-ласково гладила меня по волосам.
Мягко отстранившись от Артура, я посмотрела на него полными слёз глазами.
— Я научу тебя всему, чему научился сам, — обхватив руками моё лицо, обнадёжил он. — Всё будет хорошо, слышишь меня?
Покорно кивнув в ответ, я вытерла глаза. Но поверить мужчине на слово оказалось гораздо труднее, чем просто кивнуть. Будто в подтверждение моим мыслям остров понуро сдал назад.
Какое-то время и я, и Артур молчали. Но потом я вдруг спросила:
— Если всё здесь является материалом, то почему Вселенная не замечает остров?
— Всё дело в пыли, — сказал мужчина. — Энергия, получаемая от попаданцев, образует маджентовое вещество, основу материала. Некоторые ожидающие Шанса и ставшие частью Вселенной попаданцы продолжают выбрасывать в пространство остатки энергетического поля, которое уже не может быть использовано Вселенной. Неиспользованная энергия и есть серебристая пыль, и потому остров, состоящий из нее, материалом не является. Пылью можно управлять, и это позволяет делать невероятные вещи.
— Какие? — хоть и вяло, но поинтересовалась я.
— Например, перемещаться, — ответил Артур, указав на песок под нами: — Твоя энергия приобрела предметную форму, в то время как я оказался рядом, практически телепортировавшись в вихре пыли, которая при необходимости также сможет стать вещественно-осязаемой — именно поэтому с моим появлением твой остров стал гораздо больше.
Осмотревшись по сторонам, я поняла, что это действительно было так. Незаметно для меня песчаное облако увеличилось, и маленькая пальма оказалась гораздо дальше.
— Почему, находясь здесь в одиночестве, я постепенно теряю сознание? — вдруг спросила я, вспомнив своё последнее путешествие по мадженте.
— Потому что истощается запас энергии, — ответил Артур. — Если научиться экономить расход, можно выходить из транса как ни в чём не бывало и копить ещё.
— Но как тебе удаётся делать всё это так просто? — вздохнула я, беспомощно смотря на грозди горьких красных плодов среди раскидистой листвы.
— Медитации и другие вещи, в реальной жизни казавшиеся мне совершенно идиотскими, — улыбнулся мужчина. — Но я почти готов пересмотреть мнение на этот счёт.
На горизонте показался особняк — так резко и неожиданно, что я вздрогнула. Воспоминания о том, что поджидало меня внутри, снова захлестнули с головой.
— Какой план? — спросила я, без энтузиазма вглядываясь в тёмные окна.
— Как и сегодня, я позову тебя спустя несколько дней, — сказал Артур. — Помогу развить выносливость, и вместе мы найдём слабое звено этой реальности. Возможно, даже сможем докричаться до Юры, чтобы было легче вытащить его отсюда, когда всё разлетится к чертям.
— Но сколько у нас времени?
— Не знаю, — покачал головой мужчина. — Разрушение только началось и может продлиться как десять лет, так и год. Пока всё идёт как обычно, и волноваться не стоит.
— Мы втроём остались здесь одни?
Остров почти упёрся в стену особняка.
— Возможно, но нам нужно это проверить.
Желая отсрочить момент возвращения, я снова задала вопрос:
— Но почему Юра сопротивляется, если всё на самом деле так просто?
— Потому что обжёгся и многое потерял, — пожал плечами Артур. — И теперь пытается защитить то, что ему дорого: своих товарищей. Знаешь, он вспоминал о тебе в течение всех этих лет.
Удивлённо посмотрев на Артура, я даже слегка приоткрыла рот. В ответ мужчина лишь задорно рассмеялся, а затем сказал:
— Когда мы сбежим, советую тебе присмотреться к этому парню. Он будет едва ли старше того студента, которым когда-то сюда попал. Тем более что вы оба из одной страны.
Подобного я совершенно не ожидала. И, забавляясь моим замешательством, Артур снова рассмеялся:
— С возрастом становишься прагматичным и менее сентиментальным. А Юра замечательный парень. Но, наверное, в семнадцать я бы тоже страдал по однокласснику и подобно тебе округлял глаза.
Теперь становилось немного неловко. И, наконец приняв неизбежное, я попрощалась:
— До встречи, Артур. Надеюсь, она состоится скоро.
— Гарантирую, — кивнул он, следя за тем, как я делаю шаг в розовую комнату.
Но, стоило мне оглянуться, позади не осталось ни острова, мужчины — он растворился в облаке серебристой пыли, и тогда я поняла, что чуть ранее Артур имел ввиду. Это было впечатляюще.
«И он действительно верит, что я смогу так же?» — уныло подумала я, не представляя себя на его месте.
Впрочем, до момента нашей следующей встречи оставалось целых две ночи, и в силу прибытия в особняк старого гостя стоило проявлять крайнюю осторожность, чтобы ни одна из этих ночей не оказалась последней
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|