Проверено на грамотность 
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Оказавшись в другом мире, Арчи сразу почувствовал прилив сил — ярче, чем в Коруте, как будто до самого перехода дышал через тонкую трубочку, а теперь словно расправил крылья. Переведя дыхание и немного поразмыслив, он нашел это сравнение не слишком корректным, ведь на самом деле дышалось довольно тяжело. Ангар внутри напоминал раскаленную духовку, да и влажность зашкаливала. Вспомнив все, что объясняли ему ранее, Артуру захотелось хлопнуть себя по лбу за недогадливость. Ну конечно, минус двести двадцать один — это же число Мосана!
Арчи вспомнил внешний вид формулы, по которой оно считается, и скривился. Не настолько сильно он любит математику. Благо очень умные и очень добрые люди сжалились над неучами, все просчитали и сделали число Мосана табличным. Ограничили значением пятьсот в обе стороны и включили в атласы мироходцев. Все просто: для магов и колдунов — положительная область, для заемщиков, чья сила приходит извне, как у ревенантов, — отрицательная.
Неожиданно до Арчи дошел сюрреализм ситуации. Зачем в отрицательный мир отправлять магов? Число Мосана далеко от красной границы в пятьсот: помереть не помрут, но укрепляющие коктейли будут хлестать цистернами. Что-то тут было нечисто!
Прежде чем выходить на улицу, Арчи смотрел, как наемники вытаскивают из чехлов свое оружие. Он узнал три классических автоматических винтовки M16A1, а также один IMI Galil у Тьяго. У всего оружия были современного вида прицелы, называемые коллиматорными. Он задумался, каким образом они смогли доставить винтовки в центр Праги, и решил попозже уточнить у Кайзера… который, в свою очередь, цеплял на пояс кобуру с пистолетом Стечкина. Арчи точно знал, что Кайзер багаж не сдавал, проходил таможню как все. Поймав взгляд стажера и догадавшись, о чем тот думает, наставник лишь криво усмехнулся, закончив подготовку оружия; при этом сотрудники станции смотрели на это лениво, как на само собой разумеющееся.
Арчи посмотрел на Кайзера, который, казалось, помолодел. Мужчина шел широким уверенным шагом, обогнав всех наемников. Выходя из ангара, он не стал придерживать калитку, которая со всего размаху едва не заехала спешившему латиносу в лоб. Арчи едва удержал спокойное выражение лица, когда тот разразился потоком брани на испанском языке. Некоторые обороты Арчи слышал впервые и постарался их запомнить. А еще он сильно сомневался, что Кайзер сделал это случайно. «Грифоновцы» ему страстно не нравились, поэтому он вполне мог продемонстрировать свою неприязнь таким образом. Конечно, это явно мелочно, но, возможно, за этим скрывалось нечто большее.
На улице возле ангара их уже поджидал автомобиль — старый и ржавый Land Rover Defender темно-зеленого цвета со стилизованной эмблемой в виде солнца со спиралью по центру на борту. Арчи сразу заметил, что руль автомобиля располагается непривычно справа. Кайзер небрежной походкой подошел к автомобилю со стороны пассажира и перекинулся с водителем несколькими словами, после чего сел на переднее сиденье. Арчи услышал раздраженное шипение Тьяго про обнаглевшего «guero», но дальше развивать конфликт и приставать к Кайзеру он не стал. Вместо этого он повернулся к Арчи.
— Chico, залезай вглубь, — сказал он по-английски. Сам он сел лицом к юноше, поставив свою сумку между ног. Остальные наемники последовали его примеру, и Арчи очень быстро прижали к спинке сиденья водителя. Он мог наблюдать за Кайзером, который откинулся на спинку кресла и продолжал читать газету. Наемники угрюмо молчали, Тьяго перелистывал бумаги, закрепленные в планшете. Арчи даже пожалел, что не захватил из дома никаких книг: пожалуй, они бы пригодились. Наблюдать за пейзажем не получалось, ведь с его места обзор был чуть хуже, чем никакой.
Неожиданно для всех автомобиль резко вильнул в сторону, и со стороны водителя послышалась громкая ругань, которой вторил мат наемников, едва не посыпавшихся со своих мест. Арчи деваться было некуда, но и он со всего размаха приложился затылком о стекло. Причина ругани стала понятной через секунду, ведь взрыв ни с чем не перепутаешь. Водитель выжал тормоз и крутанул руль, отчего Land Rover пошел юзом, а боковые перегрузки заставили Арчи заподозрить, что они сейчас перевернутся, но обошлось. Зато в следующее мгновение двери распахнулись и все ринулись наружу. Арчи решил не отставать и, выскочив через заднюю дверь, бросился прочь от автомобиля. Вовремя, ведь раздались выстрелы из чего-то автоматического и звуки рикошетов. Арчи замешкался, но один из наемников изо всех сил толкнул его куда-то в кусты. Юноша споткнулся и полетел кубарем под уклон, уже слыша стрельбу где-то наверху. Оказавшись на дне канавы, он потер гудящую голову, после чего начал медленно подниматься наверх. Осторожно выглянув, он не увидел нападавших, но примерно понял, что они заняли небольшой холм по другую сторону дороги примерно в паре сотен метров. Вот была бы хохма, если бы он ломанулся в ту сторону!
Арчи пытался разглядеть хоть кого-нибудь, но бесполезно. Грифоновцы обстреливали холм со всех стволов, изредка где-то слева тихо и явно прицельно бил пистолет, похоже принадлежавший Кайзеру. Неожиданно раздался громкий крик со стороны обороняющихся. Похоже, кого-то зацепило. Что делать дальше, Арчи не представлял, поэтому решил просто сидеть и не высовываться какое-то время, хотя вся его деятельная натура протестовала против такого решения. Если бы у него было хоть что-то из оружия, тогда можно было выказать свою активную смертельную позицию, а так…
Вскоре стрельба начала стихать, пока не закончилась вовсе. Выждав еще несколько тянущихся со скоростью улитки минут, Арчи позволил себе выглянуть. Он сразу понял, что транспорта у них больше нет, поскольку Land Rover выглядел как решето, а из-под днища текла какая-то жидкость. Водитель сидел на земле и кривился, пока один из наемников затягивал жгут на его ноге. Похоже, кричал именно он. А вот Кайзера не было видно ни возле машины, ни в кустах, и Арчи забеспокоился за здоровье наставника. Да, он ревенант и так просто его не убьешь, но оставаться один на один с подозрительными личностями…
Тем временем наемники начали вытаскивать оставшиеся в машине вещи, и Арчи вспомнил, что его рюкзак с документами, запасной одежной и «мыльно-рыльными» принадлежностями остался внутри. Один из латиносов выкинул рюкзак наружу, а точнее — то, что от него осталось. Арчи в панике вытряхнул все наземь, увидел, что почти ничего не уцелело — лишь две пары трусов отделались дырками сбоку, не сильно мешающими функциональности, да зубная щетка оказалась сломана пополам. Пользоваться можно, хотя и не так удобно. Документы о практике оказались изорваны в клочья, включая характеристику от минчара.
Арчи ударил себя по карману, где лежали часы с фотографией Элен, и с облегчением выдохнул, обнаружив их на месте. Один из наемников сочувствующе хлопнул Арчи по плечу.
— Главное, что loscojones целы! — засмеялся он. Арчи не мог не признать его правоты и согласно кивнул. Тем временем из кустов выбрался целый и невредимый Кайзер и подошел к наемникам.
— Кажется, вы одного нападавшего подстрелили наглухо, — тихо произнес он.
— Точно? — недоверчиво спросил Тьяго.
— Валяется там, откуда по вам стреляли. Там же куча стрелянных гильз и пара разбитых стволов. Могу показать, полюбуетесь на образину.
— Идем, — согласился Тьяго. Он быстро дал распоряжение двум своим бойцам оставаться возле раненого водителя, контролируя обстановку, а сам с одним из наемников пошел за Кайзером. Про Арчи в суматохе забыли, и тот решил двигаться за Кайзером. Почему-то рядом с наставником он чувствовал себя в большей безопасности, чем с непонятными наемниками. Да и было любопытно, черт возьми!
Шли они не самым очевидным маршрутом, а сделали крюк, и Кайзер показывал Тьяго кое-какие следы, оставшиеся от бегства нападавших: вытоптанную траву и срубленные чем-то острым лианы. Поднялись на холм они с противоположной от дороги стороны, и Арчи сразу увидел лежащего посреди невысокой травы человека. Он рефлекторно отвернулся.
«А с другой стороны, я знал, что он тут будет лежать… Петр Ильич ведь сказал об этом сразу», — подумал Арчи и пошел за Кайзером и Тьяго. Он живо вспомнил тот разнос, что Кайзер ему устроил после обнаружения тела прототипа того доппеля, что стрелял в Арчи.
— Стажер, ты служитель Вечной Госпожи. Ты уже умирал, причем крайне неприятно. Так какого черта ты ведешь себя как выпускница института благородных девиц при виде жмура? Я могу отправить тебя на практику в морг любой больницы на выбор, уж там ты всякого насмотришься.
— Виноват, Петр Ильич. Исправлюсь, — покаялся тогда Арчи.
И вот теперь у него возник шанс восстановить свою репутацию в глазах наставника. Арчи хотелось, чтобы Кайзер ему доверял. Он подошел и глянул на тело.
— Ничего себе, настоящий рептилоид! — вырвалось у него.
Действительно, Арчи ожидал увидеть человека, но никак не странное существо, покрытое зеленоватой чешуей, с длинным хвостом с костяными наростами на нем, как у крокодилов. Глаза широко раскрыты, усиливали сходство с крокодилами — желтоватые с вертикальными зрачками. А вот лицо (или морда) походили на вполне человеческие — лишь чуть вытянутые вперед челюсти. Оружия или чего-то похожего рядом видно не было. Причиной смерти, похоже, стало два пулевых ранения в грудь. Это зрелище оказалось не настолько омерзительным, как полуразложившееся тело стрелка в квартире.
— Инкерний, а не рептилоид, — тоном профессора поправил его Кайзер под многозначительное хмыканье наемников. — Человеко-ящер или ящеро-человек. Чему вас в школе учат?
Услышав знакомое название, Арчи вспомнил, как возбудился Кайзер, услышав, что Город Чужого Солнца располагается недалеко от поселения этих инкерниев. И теперь он собственными глазами увидел, что это такое.
— Я таких впервые вижу.
— Chico, я бы молил Бога, чтобы этот был первым и последним, — вздохнул Тьяго. — Крайне неприятные твари, хотя и по-своему полезны.
Кайзер многозначительно хмыкнул, но ничего не сказал.
— И еще повезло, что до летнего солнцестояния еще больше месяца, но теперь надо быть вдвойне внимательней.
— А почему крови от этого так мало? — спросил Арчи, глядя на Тьяго. Действительно, на земле вокруг не наблюдалось никаких брызг. Он перевел взгляд на Кайзера, который сердито взглянул на него, но ответил.
— Они же холоднокровные! — произнес он обманчиво ровным тоном, и Арчи понял, что спросил что-то не то.
— Так, надо отсюда уходить, — распорядился Тьяго. — Sánchez, échale gasolina y quema esa basura!(1).
— Jefe, y si primero nos llevamos los trofeos(2)? — ухмыльнулся Санчез.
— Si tan solo una parte de esa bestia llega a la base, yo mismo te fusilaré, entiendes(3)? — процедил сквозь зубы Тьяго.
— Lo siento, jefe(4)! — потупился наемник. Он вытащил из своего рюкзака бутылку и щедро полил содержимым убитого инкерния. В нос Артуру сразу ударил резкий запах бензина. Когда они отошли на несколько шагов, Санчез бросил спичку и бросился их догонять. Они постояли, глядя, как огонь пожирает тело существа. Арчи неожиданно задумался о том, не загорятся ли джунгли, но, похоже, влажность сделала свое дело и огонь дальше не распространился. Тело не сгорело полностью, но от тошнотворного запаха горелого мяса желудок Арчи сделал кульбит.
Арчи не понял смысла этого маневра с бензином, ведь тело не уничтожено полностью; возможно, проще было закопать, но делать этого ни Кайзер, ни грифоновцы не собирались. Да и вопрос с трофеями все еще оставался открытым. Причем реакция Тьяго свидетельствовала о том, что это явно какая-то опасная вещь, но в чем опасность — он не знал. Видать, следует найти больше информации об инкерниях.
Оставленные «на хозяйстве» наемники и водитель отчитались, что все было тихо. Из курток и срубленных неподалеку двух молодых деревьев соорудили импровизированные носилки и потащили водителя вдоль дороги. Для этого они постоянно чередовались, и даже Арчи и Кайзер участвовали в переноске раненного.
В какой-то момент Арчи отправили вперед, наказав оповещать обо всем, что движется. Он видел, как напряжены грифоновцы, да и Кайзер выглядел напряженным. Было бы лучше, чтобы ему дали хотя бы пистолет, поскольку он чувствовал себя голым. Тем не менее он внимательно глядел во все стороны, а в какой-то момент даже использовал свое «ветровиденье», но все было странно тихо. Лишь иногда Арчи замечал то птицу, то какое-то животное.
Шли они целый день, лишь пару раз останавливались на привалы, чтобы оправиться и перекусить. На первом же привале Тьяго попытался узнать про Артура и Кайзера, но если Кайзер в основном отвечал односложно — Арчи так не смог. Он держался в рамках легенды, рассказывая о себе. Заодно он познакомился с грифоновцами. Тьяго, как выяснилось, звали Сантьяго Ортега, а его подчиненных Алонсо Санчез, Рауль Робертс и Хосе Карраско, или просто Пепе. Английским из них более-менее владели лишь Тьяго и Рауль. Арчи не стал признаваться, что знает испанский, поэтому разговор шел на английском. К концу привала Арчи успел нахохотаться от рассказов Тьяго про то, как они бывали в различных странах и мирах и что там видели. Сложнее всего Арчи оказалось удержаться от того, чтобы не вставить свои «пять копеек» и не рассказать про Корут. Что помогло ему сдержаться, он так и не понял, но подозревал, что не последнюю роль в этом сыграл презрительный взгляд Кайзера. Арчи догадывался, что его ждет грандиозный разнос по прибытии на базу, и морально готовился к этому.
До базы они добрались лишь в глубоких сумерках, почти ночью. Она была окружена невысоким забором с единственной наблюдательной вышкой у ворот, вплотную примыкала к небольшому городку, преимущественно с одно- и двухэтажными домами, примерно такими, как изображают в многочисленных вестернах. На улицах города царила тьма, лишь центральная площадь освещалась одним-единственным тусклым фонарем. Провода от фонаря шли в сторону базы, где даже на расстоянии был слышен работающий генератор. Арчи не стал уточнять, откуда берется топливо, хотя догадывался, что для богатой экспедиции его вполне могут откуда-то доставлять. Либо же добывать на месте.
В самом городе царила тишина, лишь кое-где были слышны разговоры, поэтому на шествие новоприбывших никто не обратил внимания. На вышке никого не было, поэтому Пепе подошел и громко постучал в ворота, но никто к ним так и не вышел. Где-то в глубине базы кто-то играл на гитаре и несколько голосов пели. Откуда-то раздавался смех, кто-то на кого-то кричал. Пепе еще несколько раз постучал, но всем было плевать. Тогда Кайзер не выдержал, выхватил пистолет и сделал предупредительный выстрел в воздух. Этого, как оказалось, хватило, чтобы зашевелились. На вышку кто-то взбежал и разразился громкими паническими криками.
— López, pedazo de mierda, qué coño estáis haciendo ahí? Por qué no montáis guardia? Llama a Duval(5)! — заорал Тьяго.
— Jefe, es usted(6)? — спросил наблюдатель.
— Sí, soy yo! Abre la puerta rápido(7)!
После этого ворота быстро открылись, впуская процессию внутрь. Тьяго сразу начал орать на заспанного наблюдателя. Раненого водителя оттащили в лазарет, а вот перед Арчи и Кайзером встала другая, более насущная задача: им попросту негде было спать. Арчи сомневался, что руководство базы с удовольствием примет их в столь поздний час, поэтому мысленно уже приготовился к тому, что спать придется под открытым небом. Тьяго предложил им разместиться на ночь в казарме, а наутро выдвинуться к руководству, но Кайзер отказался. Вместо этого он прихватил Арчи и повел его к самому большому вагончику в центре базы. Точнее, это было несколько соединенных друг с другом вагончиков. Арчи понял, что именно там находится руководство экспедиции.
В тусклом свете светильника над входом одного из вагончиков на крыльце сидела стайка молодежи с гитарой. Они негромко играли и пели. В этом было что-то такое… уютное. Он понял, что никогда не ходил так в походы, чтобы с гитарой у костра. Единственный раз что-то подобное было, когда они с Элен и кузенами ездили на ферму приятеля дяди Рида.
Кайзер умел достичь желаемого, и уже через десять минут они сидели в кабинете заспанного заведующего хозяйством, который прожигал Кайзера злым взглядом.
— Николай Антонович, никто кроме вас не сможет распределить нас на покой. Достаточно указать койку, а уж белье, так и быть, получим завтра, — наставник улыбался сидящему перед ним лысому мужчине как старому другу.
— Петь, а до утра это не могло подождать?
— Я решил, что ночевать под открытым небом — моветон. А еще больший моветон — ночевать в казармах грифоновцев, хотя они предлагали.
— Да уж… — Николай Антонович порылся в ящике стола и вынул какую-то папку. Взял в руки карандаш. — Одноместных номеров в нашей гостинице не предусмотрено, но место вам я найду. Так, у Заврика и Лаврика есть одно место, так что молодой человек может пройти туда. А тебя определю к Лишенцу и Франту.
— А это не тот ли Лишенец, который…
— Он самый.
— О-бал-деть, — по слогам протянул Кайзер. — А он здесь в каком качестве?
— Охрана. Здесь все бойцы — в охране. Даже ЧВК. Надо же обеспечить безопасность деточек и ученых, — в голосе завхоза прозвучали саркастические нотки. Похоже, он отделял стажеров и археологов.
Несмотря на то что Кайзер отказывался, они вместе с Николаем Антоновичем сходили на склад и получили комплект постельного белья как в поезде. С подушкой под мышкой Арчи шел по опустевшей базе к указанному домику. Он не сильно удивился, оказавшись возле того домика, где были вечерние посиделки с гитарой. Впрочем, они уже разошлись, хотя в домике горел свет. Арчи вежливо постучал и спустя несколько секунд открыл дверь и вошел внутрь.
Вагончик был рассчитан на четверых жителей. Арчи сразу насчитал троих, при этом один уже лежал, укрывшись с головой, а двое других сидели на кровати и попивали что-то из кружки. Когда Арчи зашел, они замерли, не зная, как к нему относиться.
— Добрый вечер, — тихо сказал он и продублировал по-английски:— Good evening!
— Добрый, — на чистом русском ответил крепкий парень лет двадцати с коротко стриженными темно-русыми волосами. Второй же явно ленился стричься, поэтому волосы отрасли, но недостаточно, чтобы собирать их в хвост. Он также поприветствовал Арчи по-русски.
— Меня зовут Артур, я вроде как свежее, но отставшее пополнение.
Коротко стриженный нахмурился и окинул Арчи взглядом с ног до головы.
— Где учишься?
— Я из Ленинграда.
— Земляк! — усмехнулся второй. — А там ты откуда?
— С Петроградской стороны я.
— А я с Автово. Ты в ЛГУ учишься?
— Ага, — не стал вдаваться в подробности Арчи. Все равно доказать ничего не сможет.
— Как и я. А почему отстал?
— Чертовы бюрократы, — вздохнул Арчи. — Родственники за границей, пока всех проверили, вот я и…
— О, сочувствую, — покачал головой парень. — Меня Даниилом зовут, а это Владимир.
— А я — Артур. А спит кто?
— Это Шарль, но не Перро, а Дюбуа, — хихикнул Даниил, а Владимир лишь сдержанно усмехнулся. Арчи догадался, что это и есть Заврик и Лаврик, однако показывать свою осведомленность не стал. — Француз, который ни по-русски, ни по-английски, ни по-немецки не умеет.
— А как с ним общаетесь? — заинтересовался Арчи.
— После второго стакана языковой барьер стирается, — ответил Владимир. У него оказался очень приятный басовитый голос. — По работе мы с ним редко пересекаемся, он картограф, а мы больше на одном объекте работаем. Ты археолог?
— Никак нет, — покачал головой Арчи, присаживаясь рядом с Даниилом.
— А вообще историк?
— Тоже нет. Я скорее техник.
— О, могут к нам определить.
— Пока не знаю, куда меня определят. Мы только полчаса назад прибыли. Я видел, кстати, как вы с гитарой на крыльце сидели.
— Мы каждый вечер посиделки устраиваем, — Даниил расплылся в улыбке. — Присоединяйся завтра. Володь, вы ведь еще здесь будете?
— Будем, мы послезавтра только выходим на объект. У нас учеба, нам Гилберт читает лекции по археологии.
— Кстати, завтра лекция будет, надо спать ложиться, — заметил Владимир.
Арчи застелил выделенную ему кровать принесенным бельем и, раздевшись до своих последних целых трусов, лег спать и почти сразу уснул.
* * *
Утро началось с ревуна над территорией базы. К вопросу побудки здесь отнеслись основательно, и Арчи, чертыхаясь, выполз из-под одеяла. Под утро он даже сумел продрогнуть, ведь температура снаружи сильно понизилась. Он быстро напялил на себя водолазку с высоким воротником и плотные штаны, после чего принялся ждать соседей. Он твердо намеревался упасть к ним «на хвост». Первым, как ни странно, проснулся выспавшийся француз. Длинные светлые волосы торчали во все стороны, придавая ему сходство с самым известным портретом Альберта Эйнштейна. Он не обратил на Артура никакого внимания и прошел на выход. Вскоре собрались Даниил и Владимир. Увидев готового Арчи, Владимир лишь хмыкнул.
— Пошли, покажем тебе наше захолустье.
Парни провели Артура, показывая одинаковые на вид домики, поясняя, кто где живет. К своему сожалению, Артур не запомнил и половины, ведь для него эти имена ничего не значили. Владимир тем временем куда-то сбежал, а Даниил продолжил экскурсию.
— А вот там наши девчонки живут. Света, Валя и Глаша, — пояснил Даниил. — А с ними — Ласка.
— Ласка? Это имя такое? — удивился Арчи.
— Нет, конечно! Позывной. Это наша руководительница группы, Ласкина Анастасия Михайловна.
— Ух ты, позывной? А как его выбирают?
— Ну… Сложно так сразу сказать. У кого-то «погремуха» от фамилии, иногда от имени. Как у меня фамилия Лавров, позывной — Лавр. У Володьки — Завр, только у него по другой причине, но лучше не спрашивай: захочет — расскажет.
— По радио не путают вас? — поинтересовался Арчи.
— Постоянно, — со вздохом признал Даниил. — Но мы привыкли уже.
— Понимаю, — подходя к санблоку, пробормотал Арчи. Очередь оказалась неприлично длинной, и Арчи задумался о целесообразности водных процедур в данный момент. Возможно, во время завтрака очередь будет меньше. Этой мудрой мыслью он поделился с Даниилом, но тот покачал головой.
— Не ты один такой хитрый. Сейчас очередь маленькая, обычно она тянется аж до того вагончика, — он указал пальцем на вагончик, стоящий метрах в десяти от санблока. Арчи присвистнул.
— Как-то не слишком продуманная система. Разве нельзя поставить еще один блок?
— Не знаю. Привет, Дим, — обратился он к чернявому парню чуть за двадцать, что подошел к ним.
— Привет, — кивнул тот и внимательно посмотрел на Артура. — Что-то не видел тебя раньше.
— Приехал этой ночью, документы задержали, — опустил Арчи взгляд.
Дима понимающе кивнул.
— Слышал, вы под обстрел ночью попали и инкерния завалили.
Арчи понял, насколько быстро распространяются слухи. Вероятно, в этом и проблема маленького сообщества: кроме сплетен, мало новостей.
— Было дело, — признал он. — И дохлого инкерния тоже видел.
— Брешешь! — поразился Даниил.
— Если бы. Я без вещей почти остался. Все пулями изрешетило. Даже «сопроводиловку», — грустно добавил Арчи.
— Ты на склад обратись, если одежды нет. Выдадут все, что нужно. Пусть не царские шмотки, но вполне приличные. На экипировке тут не экономят.
— Искренне на это надеюсь. А мне нужно руководителю группы представиться.
— Я после завтрака к Ласке тебя отведу, — пообещал Даниил. Подходила его очередь на умывание.
* * *
На завтраке Артур присоединился к Даниилу и Диме за длинным столом. Вскоре с ними рядом еще один парень лет около двадцати, которого звали Арсений, очень высокий и худой.
Завтрак Артура ничуть не разочаровал. Вполне съедобно и сытно, хотя он видел, как некоторые ели без особого энтузиазма. Что поделать, если до того как готовку на себя взяла Элен, им приходилось питаться тем, что приготовил отец. Кулинария никогда не входила в число достоинств Василия Ивановича Тенева. После этого незамысловатые завтраки тетушки Дори казались вершиной кулинарного мастерства.
Овсяная каша с кусочками фруктов показалась Артуру вполне съедобной, хотя и явно готовилась на воде, а не на молоке. Хлеб с маслом и совершенно нормальный черный чай.
Когда завтрак кончился, желающих сопровождать Артура к Ласкиной оказалось неожиданно много. И Даниил, и Дима, и Сеня — все они решили поприсутствовать на «событии месяца», как они это назвали. Поэтому шанса улизнуть Артуру не дали, и уже через десять минут он стоял возле двухэтажного вагончика, выполнявшего роль лазарета в тяжелые времена, а в обычные — лекционной аудитории, комнаты заседаний и кинозала по воскресеньям.
Сейчас он был лекционной аудиторией. Арчи сразу увидел преподавателя — профессора Гилберта, а с ним невысокого роста женщину средних лет с мышиного цвета волосами и некрасивым мужиковатым лицом. Также в аудитории уже сидели пятеро молодых специалистов. Арчи тут же узнал Владимира, который сидел со светловолосой девушкой на первом ряду раскладных стульев, что стояли перед доской и экраном проектора. Справа от спутницы Владимира сидела еще одна девушка — коротко стриженная шатенка. Еще одна шатенка, но на этот раз пухленькая и с длинными волосами, сидела сразу за ними. К ней и направился Дима. Ну и один парень сидел «на камчатке» — на заднем ряду с краю.
— Анастасия Михайловна, к нам новенький поступил, — радостно сообщил Даниил. Женщина, которую называли Лаской, отвлеклась и повернулась в его сторону. Обернулись и остальные. Арчи окинул их быстрым взглядом и застыл, глядя на спутницу Владимира. Эту девушку он знал и не ожидал ее еще когда-нибудь увидеть. Она тоже смотрела на него с удивлением и легким недоверием, ведь тоже его узнала. Аглая Иншакова собственной персоной. Арчи сразу же вспомнил и погоню за ними по Петроградке, и прятки в кустах, и поцелуи на лавочке. Он совершенно не ожидал ее увидеть здесь. Даже несмотря на то, что этот мир с ходу продемонстрировал свое к нему отношение, ситуация чуть улучшилась, ведь он нашел знакомое лицо, которое может стать для него точкой опоры…
— Молодой человек, я, кажется, к вам обращаюсь! — холодно проговорила Ласка, отвлекая Артура от созерцания девушки.
— Простите, задумался, — стыдливо опустил взгляд Арчи.
— Полагаю, ты — новый стажер.
— Так точно. Приписан к восьмой группе, но документы пострадали во время ночной перестрелки.
— Нет необходимости, — с сильным английским акцентом, но по-русски, произнес Гилберт. — Я получил ваши документы при помощи факс.
Арчи поразился тому, что факс работает в таком месте, но потом сообразил, что Абрахам просто применил знакомый большинству термин к какому-то устройству.
Наконец все пришедшие расселись на стулья, Арчи сел на заднем ряду с другой стороны от сидящего с краю парня, приготовившись внимать мудрости и надеясь, что хоть что-нибудь поймет.
* * *
В профессоре Абрахаме Гилберте Арчи заметил кое-что знакомое. Он понял, что этот человек вполне органично смотрелся бы в мундире старшего командного состава, причем неважно, какой державы. У него была абсолютно заурядная внешность: чуть выше среднего роста, короткие седые волосы, гладко выбрит, одет в полевую одежду археолога — хлопковая рубашка с закатанными рукавами, брюки из плотной ткани заправлены в высокие стоптанные сапоги. Вообще он немного напомнил Арчи какого-то статиста из вестерна, что сидит в салуне, куда зашел главный герой. Абрахам оглядел их и белозубо улыбнулся.
— Я не собирался рассказывать эту тему, я считал, что мы достаточно далеко от инкерниев. Однако последние события убедили меня в обратном, — Абрахам взглянул в сторону Арчи. Такое внимание со стороны руководителя экспедиции, с одной стороны, льстило, а с другой стороны… Как говорил отец Сереги Паршина, «в армии нужно держаться подальше от начальства и поближе к кухне». Арчи рефлекторно ссутулился, чтобы на него не обращали лишнего внимания, а Гилберт продолжал:
— Инкернии, которых называют также инкеры, — это не люди. Гибриды человека и ящерицы. Они обитают только в этом мире, где мы сейчас находимся. Строй общества первобытно-общинный, часто живут большими племенами. Некоторые племена оседлые, некоторые — кочевые. Господствуют первобытные верования. Центральную часть их пантеона составляют бог плодородия Шеохошегакш, бог войны и охоты Хаашет, а также верховная богиня Шаахаш.
Гилберт удивительно хорошо говорил по-русски, хотя иногда и путал падежи. Где он его мог выучить и, самое главное, зачем? Артур смотрел на этого мужчину и начинал догадываться, в каком ведомстве тот мог служить. Больше всего Артура смущало то, что тот лично решил прочитать камерную лекцию для группы русских студентов. К ним какое-то особое отношение? Впрочем, если Арчи правильно понял объяснения Дельфинина, то это мог быть и обманный маневр.
— Инкернии известны своей жестокостью по отношению к врагам. К сожалению, попавшие к ним в руки пленники не могут рассчитывать на то, что вернутся домой живыми. К тому же инкернии считают, что их боги очень любят кровь чужаков. При этом каждая жертва может найти свое предназначение. По их убеждениям, кровь воина подпитает Хаашета, бога войны и охоты, кровь женщины — бога плодородия Шеохошегакша, кровь ребенка — верховную богиню Шаахаш. Божества погоды Шоохх и мудрости Шехехша также требуют своих жертв, но обычно это или часть добычи, или дары природы. Богине мудрости обычно жертвуют то, что сделано своими руками: инструменты, оружие, небольшие поделки из трав.
— Профессор, а с ними пытались вступить в контакт? — спросила Аглая.
— Конечно. Они говорят на своем шипящем языке, который сложно даже воспроизвести человеку, не то чтобы понять.
Арчи, вспомнив «секретный» язык своих племянников Эни и Реджи, который переняла его сестра, нахмурился. Тетя Дори тогда усомнилась, что он что-то означает, кроме звуков, но Элен после освоения по секрету шепнула, что это вполне полноценный язык, хотя и значительно упрощенный. А вот Бетти, мать Эни, услышав его в первый раз, сильно напугалась и умоляла дочь больше никогда не говорить на этом наречии, что совсем не вязалось с образом вечной насмешницы и суровой в гневе колдуньи.
— К тому же инкернии очень недоверчивы и при любой возможности стараются напасть, — продолжал Гилберт. — А теперь я хочу показать несколько снимков их поселений.
Он включил проектор и вывел изображение небольшой деревни у реки, огороженной заостренными кольями, связанными между собой лианами. По форме деревня была овальной, рядами расходящейся от центрального кострища с каменным идолом в центре. Жилища представляли собой удлиненные шалаши, но несколько строений заметно отличались. Одно из зданий было выше остальных и стояло рядом с кострищем. Вероятно, принадлежало вождю, а другое возвышалось на западной окраине деревни, окруженное частоколом с белыми набалдашниками.
Лишь когда Гилберт показал фотографию этого здания поближе, Артур понял, что это не набалдашники, а вовсе даже черепа. В основном различных животных, но среди них выделялись похожие на человеческие, только чуть вытянутые вперед. Скорее всего, ранее принадлежавшие таким же инкерниям.
Поселение, продемонстрированное Гилбертом, было давно покинутым, ведь ни на одной фотографии не было ни одного жителя, загоны для скота пустовали, кострище успело зарасти травой. Тем не менее при виде пантеона почти все студенты издали возгласы отвращения. Даже Гилберт чуть скривился, и было отчего.
Похоже, «аллея богов» располагалась за пределами деревни, что логично, поскольку смрад от нее наверняка был сильным. Семь деревянных изваяний почерневшими от времени столбами возвышались над семью ямами. Возле каждой ямы стояли каменные алтари, на которых и разделывали несчастных жертв. В этой аллее не росла трава. Даже спустя столько лет сквозь верхний слой почвы только-только начали проклевываться отдельные травинки.
— У инкерниев свои празднования, во время которых считается, что их боги наиболее близки к миру несколько раз в году. Солнцестояние, равноденствие — все они имеют значение. Также есть ритуалы, связанные с двумя спутниками этой планеты. Например, самое ближайшее время — осеннее равноденствие. В этот день приносят жертвы Шеохошегакшу и Шоохху. Одного благодарят за урожай, другого молят о том, чтобы зима была не слишком суровой, и отдают часть урожая.
— А что, боги между собой договориться не могут? — тихо пробормотал Даниил, но Арчи его услышал и усмехнулся.
— Суть моей лекции, надеюсь, понятна. Если во время раскопок вы встретите инкерния, то вам следует сделать только одно: бежать как можно быстрее! — Гилберт повысил голос. — Вам не справиться с ними! Особенно если среди них будет шаман. Инкернии опасны, с ними невозможно договориться, и вас они будут рассматривать только как предмет торга с богами. Есть вопросы?
— А что насчет использования различных частей тел инкерниев? — ухмыльнулся один из незнакомых парней.
— Если вы про феромоны, что выделяются специальной железой у самцов, то вынужден вас разочаровать. Для человеческих женщин они бесполезны, — Гилберт криво усмехнулся. — К тому же они плохо отстирываются, и если вы не хотите стать игрушкой для инкернийских самок, то не рекомендую их наносить на собственное тело.
— Я про другое, — не успокаивался парень. — Один мужик рассказал, что…
— Он вас обмануть, — отрывисто перебил его Гилберт, но Арчи уловил колебание в его голосе. Что-то тут скрывалось явно! Недаром так взбесился Тьяго. — А теперь, если у вас больше нет вопросов, я вынужден откланяться.
— Поблагодарим профессора Гилберта за столь увлекательную лекцию, — натянуто улыбнулась Ласкина. Абрахам поклонился и прошел к выходу.
— А что тебе сказали про инкерниев? — поинтересовался Арчи у спрашивающего парня.
— Говорят, что если подмешать эту железу в алкоголь даме, то она воспылает ни с чем не сравнимой страстью, — усмехнулся парень. — Говорят, три года назад тут такое творилось… Кстати, я — Витя, — протянул он руку.
— Артур, для своих — Арчи, — пожал он протянутую ладонь.
— Очень приятно. Ты недавно прибыл?..
Артур не успел ответить, как его окликнула Ласкина.
— А вас, Тенев, я попрошу остаться!
Арчи развел руками и подошел к женщине. Она тут же кивнула ему на стоящий за столом стул, сама села рядом. Тем временем все вышли из вагончика, но Аглая даже не посмотрела в его сторону, словно его и вовсе не существовало. Она с улыбкой что-то говорила Свете и Владимиру, активно жестикулируя. Арчи перевел взгляд на руководителя группы археологов.
* * *
Ласка молчала, внимательно разглядывая Артура.
— Значит, ты и есть Тенев Артур Васильевич?
— Да.
— А по твоему личику я бы сказала, что твоя фамилия Курагин. Не так ли?
— Мне все это говорят, но я готов поклясться, что моя фамилия — Тенев, — нахмурился Арчи. Ласкина ему совсем не понравилась. Было в ней что-то подозрительное.
— Что ж. Ты вроде в ЛГУ учишься? — спросила она и, дождавшись кивка Арчи, продолжила, — какой курс?
— Первый окончил, перешел на второй, — проговорил свою легенду Арчи.
— Хорошо. Как там поживает Аркадий Петрович?
— Если вы о Лозинском, то нормально. — Он понял, что это проверка. Про Лозинского он слышал, что это легендарная личность, а вот описать его вряд ли бы смог, так как даже фотографии не видел.
— Ну хорошо, что у старика все в порядке, — улыбнулась Ласка. — Итак, тебя прикрепляют к нашей группе?
— Да.
— В каком году случилась Октябрьская социалистическая революция? — с места в карьер задала вопрос женщина.
— В семнадцатом, — ответил Арчи. — Седьмого ноября по новому стилю.
— Очень хорошо. Расскажи, что ты знаешь о восстании Дубинина.
И тут Арчи понял, что влип. Он знал, что Дубинин с группой колдунов подняли восстание во время царствования императора Александра, вот только не помнил точно — Первого или Второго, а может, это вовсе был Николай… Нет, во время Николая были декабристы, значит…
— Восстание произошло во время царствования Александра Второго. Группа колдунов в лице Михаила Дубинина, его брата Ивана и еще четырех в ранге высших магов… — Арчи пытался вспомнить все, что им рассказывали на специальных предметах, но историю он знал плохо, что не укрылось от Ласки.
Ласка гоняла его долго, как по истории первых, так и по магической. Причем вопросы сыпались совершенно бессистемно. Она могла спросить дату какой-то войны, потом следом спросить о принятии какого-нибудь магического закона, а потом шлифануть это вопросом по археологии. Похоже, страдания Арчи доставляли ей неимоверное удовольствие, поскольку она широко улыбалась, когда он тушевался и не знал, что ответить.
— А теперь назови мне фамилии трех командиров, что во время Второй мировой войны со своими небольшими отрядами остановили превосходящие силы Анненербе под Минском.
Арчи не знал ответа.
— Не знаешь? Стыдно не знать! Их звали Василий Тенев, Иван Курагин и Олег Кирсанов, — Ласка уже откровенно глумилась над Арчи.
А Арчи почувствовал странную смесь гордости и недоверия. Он знал, что отец участвовал во Второй мировой, но тот никогда не раскрывал деталей. Даже когда в лицее нужно было рассказать про своих родственников, участвовавших в войне, отец ограничивался лишь общими фразами. Даже Элен никогда не встречала имя отца в учебниках истории, уж ему бы она показала, а потом они на пару устроили бы допрос с пристрастием. Однако то, что Ласка об этом знала, уже о многом говорило.
— Так какой курс, ты говоришь, закончил? — спросила женщина, постучав пальцами по столу.
— Первый, — упавшим голосом ответил он.
— Артур Васильевич, я скажу так: историю вы не знаете от слова совсем, даже историю своей семьи. А теперь назовите три причины, по которой я должна взять вас в группу, а не сообщить о вашей профнепригодности Гилберту и не отправить вас обратно?
— Я не говорил, на каком факультете учусь, я на мехмате учусь. Спросите меня что угодно про физику, химию и математику — я отвечу, — ухватился за последнюю соломинку Арчи. — Также я умею вскрывать замки и ловушки. Вам в раскопках это может понадобиться. Умею водить мотоциклы, автомобили, могу справиться с вездеходом. Могу проводить разведку полостей с помощью сродства к стихии ветра. Обещаю, вы не пожалеете, что возьмете меня!
— Посмотрим, посмотрим… — Ласка вновь постучала пальцами по столу и поднялась на ноги. — Будешь у нас в качестве тягловой скотины. Сам понимаешь: что-то перенести, что-то вытащить, что-то протолкнуть. Все остальное нам не нужно. Сосчитать количество колонн и измерить между ними расстояние мы и сами можем. А на что-то другое ты вряд ли сгодишься. Ты, неуч, даже историю своей семьи не знаешь.
— Отец никогда не говорил о войне.
— Да уж поняла, однако это не повод быть неучем. Все, свободен. Завтра утром — как штык на общий сбор.
Арчи пошел к выходу, но уже в дверях Ласка его окликнула.
— И да, Артур…
— Да, Анастасия Михайловна?
— Передай Кайзеру, что ему должно быть стыдно! — сказала Ласкина и отвернулась.
1) Санчез, облей бензином и сожги эту падаль! (исп.)
2) Шеф, может быть, сначала возьмем трофеи? (исп.)
3) Если хоть одна часть этой твари попадет на базу, я лично тебя расстреляю, понял? (исп.)
4) Простите, шеф! (исп.)
5) Лопез, кусок дерьма! Какого черта вы прохлаждаетесь? Почему не несете караул? Позови Дюваля! (исп.)
6) Шеф, это вы? (исп.)
7) Да, это я. Быстро открывай ворота! (исп.)
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу
