Я переродилась нелюбимой дочерью герцога в... а где, собственно? (гет)

Я стояла на пороге дома и сжимала в руках юбку платья. Мой старший брат переговаривался со стражником — одним из рыцарей герцогства, которому предстояло охранять меня ближайшие три дня. Мне такая слежка нахрен не сдалась, но как будто моё мнение хоть кого-то волновало.

Наконец, Леонар отлип от стражника и прилип ко мне, тут же стискивая в объятиях. Я херакнулась головой о стальной нагрудник его доспехов. И нахрена ты тащишься куда-то в доспехах? Лучше сними их и дай стреле благородного воителя угандошить тебя раз и навсегда! Обещаю, я даже сделаю вид, что плачу над твоей могилкой.

Правда, вместо всей этой тирады я лишь чуть приобняла брата в ответ и похлопала его по спине. А тот приклеился ко мне, будто его «Моментом» облили.

Не знаю, сколько ему понадобилось времени, чтобы отстать от меня, но слуги на нас не косились — ссыковали. Вместо этого они уткнулись глазами в землю, изучая охренительно интересные песчинки. Честно, я б тоже их поизучала, а не вот это вот инцестное всё.

— Дашь мне что-нибудь с собой? — попросил брат, смотря сверху-вниз с таким выражением лица, что меня аж передёрнуло. Не, любовь — это круто, но уж лучше бы он меня ненавидел.

— У меня ничего с собой нет, — честно ответила я. Ничего я не собираюсь ему давать, пусть валит отсюда!

— А платок?

А не пойти бы тебе нахер? Чо, дрочить в него собрался? Хотя чего я спрашиваю, это ж очевидно. Ещё как собрался.

У знати без выебонов не бывает. Тут если девушка дарит мужчине платок, то она как бы подкатывает к нему и намекает, мол, май диар, ай лав ю соу мач. Но я своего брата не лав и не соу мач.

Я развела руками, мол, платка нет. Леонар расстроился и состроил грустное выражение лица. Ага, иди кому другому глазки построй. А лучше вали уже отсюда, я хочу хоть чуть-чуть побыть в тишине и покое. И вообще, мне надо подготовиться к вечерней вылазке.

Брат наконец сел на коня, махнул мне рукой на прощание и свинтил в закат. И было у меня какое-то нехорошее предчувствие по этому поводу…

Я вздохнула и обернулась к стражнику, с которым до этого мой братец базарил.

— Как вас зовут? — спросила я. Стражник чуть приподнял голову, но всё также не смел смотреть мне в лицо.

— Сэр Тариан, мисс. — Ага, будет Торином. К счастью, не Дубощитом.

— Вы отвечаете за мою сохранность в эти дни?

— Верно, мисс.

— Отлично. Как много стражи будет патрулировать коридоры? И когда вы сменяетесь? — продолжила я. Торин удивился.

— Но зачем вам, мисс?

Я состроила крайне злое выражение лица и поджала губы.

— Потому что мой брат, единственный человек, который по-настоящему может защитить меня, уехал из поместья. Я хочу знать, насколько хорошо обеспечена моя защита и в какие часы мне стоит проявлять осторожность и быть на чеку. Очень жаль, что вы, сэр, занимая столь высокую должность, не смогли сами до этого додуматься!

— Прошу прощения, мисс, но вам совершенно нечего бояться. Мои люди…

— Скажи это кронпринцу! — закричала я. — Неужели непонятно, что в отсутствие Лео кронпринц может просто воспользоваться вашей перестановкой и тайно проникнуть в поместье? Скажи. Мне. Количество. Людей. И. Время. Смены. Караула, — последнее я буквально выплёвывала по слову.

— Шестьдесят четыре рыцаря, мисс, — мгновенно отозвался рыцарь, вставая передо мной на одно колено и опуская голову. — По двое у каждого входа. Ещё двое у вашей двери. Четверо патрулируют первый этаж, шестеро — второй, и ещё четверо — третий. Пересменка каждые шесть часов, начиная с полночи. В одной смене тридцать два рыцаря.

— Отлично. Сразу бы так.

Не говоря больше ни слова, я ушла. Итак, суммарно меня охраняет более шестидесяти стражников. Это ж пиздец какой-то. Хотя, учитывая нрав кронпринца и мятежников, с которыми типа пиздился Валтор, то ничего удивительного.

Я поднялась к себе в комнату, сказала Анне не беспокоить меня по поводу обеда, но принести ужин. Желательно — двойную порцию бутербродов, которые я собиралась схомячить вместе с Сабо, пока мы будем ждать полуночной пересменки.

В своей комнате я просидела до позднего вечера, листая книгу и думая о всяком. Горничная выполнила мой приказ, после чего я выпроводила её и сказала до утра не беспокоить. А сама переоделась в удобные штаны и футболку, поверх которой натянула домашнее платье — мало ли.

Ровно в назначенный час на пороге комнаты объявился Сабо. Как всегда, он носил полумаску, прячущую верхнюю часть лица. Я тут же шёпотом поделилась с ним всем, что разузнала и про караул, и про стражу, и про всё на свете. Тот покивал, похвалил меня и завалился на диван ждать часа икс. Я тут же пододвинула ему двойную порцию бутербродов, на которые тот с радостью накинулся, кажется, даже забывая жевать.

Мы молчали. Разговаривать было опасно — мало ли стража нас услышит. Вместо этого обменивались записками. Это было даже забавно и как-то… аутентично, что ли. Совсем как в тех моих любимых романтических новеллах с псевдосредневековьем. Я даже всплакнула от очередного осознания того, что вместо сёдзё мне подсунули свинью в виде сёнена и революции. Зато дедушка Ленин ставит лайк, ага.

Пробила полночь. Мы переглянулись. Сабо указал на окно. Я покрутила пальцем у виска и начала раздеваться. Пацан охуел. Потом выхуел, когда понял, что под платьем у меня была нормальная одежда. А уши-то как загорелись! Смутился, да? Думал, я тебя щас повалю и трахну по-быстрому, пока стражники отошли?

Ну, может и трахну, но не сейчас. Хитрое «хо-хо».

Ладно, кого я обманываю. Никого я тут не трахну. Скорее это меня верёвкой на шее трахнут — и это в лучшем случае. В худшем — меня трахнет сводный брат.

Теперь я была готова и подошла к окну. Мда. Жила я на втором этаже. Сабо сюда забраться — как два пальца обоссать. А мне вот стрёмно. В итоге пацан просто подхватил меня на руки, и пока я вцепилась в него, как в пиво по акции, он сиганул вниз.

Наш план-капкан был прост: Сабо обчищает дворецкого на предмет Золотого Ключика Буратино, потом приходит ко мне, и во время пересменки стражи мы сваливаем через окно. Затем забираемся в окно над моей комнатой на третьем этаже и выходим в коридор и в кабинет брата. Валим по той же схеме, только наоборот. План был великолепен, ведь его составителем была я.

Всё прошло как по маслу. Меньше пары минут — и мы уже вломились в кабинет Леонара. Без лишних прелюдий мы прошли к его столу и принялись с помощью каких-то супер-пупер крутых Ден Ден Муши сканировать каждую бумажку, какую только находили. Мы перерыли весь стол, и это заняло не меньше нескольких часов.

— Тут сейф, — шепнул Сабо, отодвигая картину с изображением нашей семейки Аддамс в сторону. — Нужен пароль.

— Сколько цифр?

— Шесть.

Я задумалась. Пароль из шести цифр. Что мог туда поставить мой дорогой братец? Я предложила год его рождения. Мимо. Тогда год рождения Лианоры (той, которая настоящая сестра, потому что дата рождения моей предшественницы была неизвестна). Тоже мимо. Остался последний вариант. Я сжала руки в кулаки.

— Девяносто шесть, пятьдесят четыре, девяносто три. — И кто бы, сука, сомневался, что подойдёт.

— Что это значит? — спросил Сабо. О, бедный наивный Сабо!

Поджав губы, я хмуро ответила:

— Мои параметры.

Тот покраснел, заткнулся и отвернулся. Поздравляю, пацан, теперь ты знаешь обо мне практически всё.