Закалённые в пламени (джен)

Император Луи Вальмон обладал высоким ростом, благородной осанкой и прекрасными чертами лица. Даже в зрелом возрасте он считался одним из первых красавцев империи. В молодости он был повесой, предпочитая общество женщин и друзей государственным делам, но после восшествия на престол новоиспечённый император полностью поменял образ жизни. Теперь Луи вставал с рассветом и перед завтраком оттачивал навыки фехтования, после углублялся в дела и проблемы империи. Поправляя галстук, неожиданно для себя, Луи вспомнил приём посланников Империума в дни прибытия на планету. Первая встреча с посланниками Империума мало произвела на императора впечатления, как впрочем и их длинная речь о объединении человечества под знаменем Терры, которые он счёл преувеличенными россказнями. Посланников мало что отличало от подданных прочих государств планеты, разве что оружие и экипировка. Однако он первым из остальных правителей планеты принял Согласие. В последующие дни, после приёма, он долго обдумывал, совещался и прислушивался к мнению близких родных. Им руководило не желание присоединиться к Терре, а чистый расчёт. Если другие представители человеческой расы смогли пересечь космическое пространство, то смогут и ксенорасы. «Как они себя поведут?»- вот эта мысль не давала покоя Луи Вальмону. И с нелёгким сердцем он дал клятву верности, приняв все условия Империума. Десятая часть доходов государства в виде товаров, акадийцы и колдуны отправлялись в назначенный день в космопорт, откуда покидали планету на всегда. Судьба их оставалось неизвестной. Временами Луи Вальмон сомневался в правильности своего решения. Роптали верующие, оскорбленные закрытиями храмов и гонениями священников. Аристократия роптала, оскорбленная капитуляцией, как они называли Согласие. Заговорщически шептались в кабаках подданные, недовольные тем, что защитники Акадийской империи отправляются завоёвывать неизвестные миры для далёкого Императора Человечества. Народ возмущался ещё и тем, что Империум признал Священную лигу независимых государств, древнего врага Акадии, первым среди равных и построил на её территории космопорт. Единственное с чем все были согласны, так это отдавать Империуму «проклятых» или «псайкеров». Недовольство медленно тлело, подогреваемое соседними государствами Теттийским блоком и королевством Дорсет. Тетийский блок — союз объединяющий океанические государств на северо-востоке континента. Армии блока были малочисленны, как и население. Чтобы компенсировать свою слабость, они сделали ставку на могучий флот и коварство. Эмиссары Блока плели интриги во всех материковых государствах, стремясь стравить их между собой. Не однократно им это удавалось, во многом благодаря тому что королевство Дорсет претендовало на власть на всём континенте. Дорсет по праву могло называться правителем западных земель континента, в то время как Акадийская империя правила восточными. Армии Дореста постоянно вторгались в Лигу независимых государств, но получали жёсткий отпор. Тетийский блок с удовольствием пользовался враждой соседей, торгуя со всеми сторонами и позволяя нанимать наёмников и каперов на своей территории. Политика Акадийской империи в основном была изоляционной. Любая попытка завоевать земли Священной лиги немедленно пресекалась союзом Дорсета и той же Лиги. Была ещё и Саамская уния — союз северных государств континента, но из-за того что территория Саамской унии находилась в «холодных» землях, где кратковременное лето сменялось продолжительной зимой, его редко брали в расчёт. А зря. Во многом предоставленное самой себе и раздираемое внутренними противоречиями, Саамская уния смогла отразить первое вторжение на свои земли ксеносов и держать свои границы на замке. Сейчас оно представляло централизованное государство и, в случае победы над ксеносами, составить конкуренцию остальным. Священная лига независимых государств гордо стояла между королевством Дорсет и Акадийской империи. Несмотря на то что лига состояла из сотен государственных образований, где каждый имел собственные законы, независимость каждого отдельного государства было условным. Каждый платил установленный сенатом налог, невзирая на обрушивающиеся бедствия или процветание. Изучив условия Согласия послов Империума, Луи Вальмону пришла в голову именно политическая структура Лиги. И это стало второй причиной принять Согласие. В самом деле он не прогадал. Империум не вмешивался во внутренние дела, пока десятину платили исправно. Единственным положительным моментом стало развёртывание промышленного комплекса по производству сельскохозяйственной и промышленной техники. Экономика планеты пошла в высь, когда крестьяне и фермеры получили минеральные удобрения и превосходящие всё что у них было сельскохозяйственные машины и небольшие, но эффективные рыболовецкие суда. Казалось процветание и стабильность государствам обеспечено, но на планету вторглись ксеносы. Гибель Священной лиги независимых государств, до этого многие века служившей сдерживающим фактором на планете. Орда зеленокожих ударила в самый центр Лиги и моментально рассыпалась, неся разрушение и порабощение. Расположенные вдоль границ корпуса и армии Священного союза смело контратаковали, но не смогли уничтожить тех с кем ещё не сражались. Так и не сумев спасти своих родных от тирании ксеносов обескровленные армии отступили под защиту королевства Дорсет и Акадийской империи. На юге континента ещё сражались остатки Лиги, но это уже не имело значения. Потери превышали воображение. Может и когда-то в своей истории некогда терранская колония и несла чудовищные людские потери, но они были забыты. Теперь человеческой расе снова преподали урок. И если бы Империум не сдержал слово, то Акидия, Дорсет и прочие, уже пали.

— «Ваше Величество. Вас что-то беспокоит?»- спросил верный камердинер.

— «Дела государства»- холодно ответил Вальмон.

— «Прошу простить покорного слугу»- учтиво промолвил камердинер.

Луи Вальмон бросил последний взгляд на зеркало и оценил свой внешний вид. Высокий брюнет. Уложенные назад волосы. Идеально выбритое лицо. Мундир сидел безукоризненно, согласно существующим армейским правилам. Луи Вальмон кивнул в знак одобрения камердинеру и вышел из покоев. Тренировка принесла чувство бодрости и император с хорошим настроением направился в дворцовый сад, чтобы позавтракать с семьёй. Семья в полном сборе уже ожидала самодержавца в просторном зале сада.

— «Прошу простить за ожидание»- сказал Луи Вальмон, как только приблизился к семье. Он с удовлетворением отметил присутствие его четырнадцатилетнего наследника Филлипа и его младшего брата Георга. Напротив них находились их сестры. Старшая своевравная Сильвия и младшая кроткая Эйлин. Между детьми сидела супруга императора Алиенора. Императрица не обладала красотой как её муж, но имела острый гибкий ум. Их брак состоялся только из-за богатой родословной рода Алиеноры. Сначала Луи предвзято к ней относился, предпочитая её любовницам. Однако чем глубже Луи Вальмон погружался в дела, тем сильнее росла привязанность к супруге. Равнодушие сменилось уважением, а уважение переросло в любовь.

— «Мы рады вас видеть, Ваше Величество»- произнесла Алиенора и сделала короткий кликсен. Дочери повторили движения матери, а сыновья коротко поклонились.

— «Присаживайтесь»- кивнул Луи, одобрительно глядя на отпрысков.

После того как все уселись, слуги поставили перед императорской семьёй блюда. С самого начала войны Луи Вальмон постановил чтобы на утреннюю трапезу подавали те блюда, из которых состоял солдатский паёк. Таким образом семья выказывала солидарность с теми кто не щадя жизней бился за империю и её народ. Приём пищи всегда проходил в молчании, пока на столе не подавался десерт. Он не входил в утреннее меню поэтому за ним дозволялось говорить.

— «Отец до нас дошли слухи о воинах Повелителя Человечества. Ростом в два метра, сильные телом и несокрушимые духом. Своим взором они способны убивать зеленокожих ксеносов десятками»- первым нарушил молчание Филлип.

— «А я многое слышала о железных воинах. Их не берут пули, а в бою совершенно неутомимы»- поддержала его Сильвия.

Сильвия была на год младше Филлипа. Двое старших детей сильно дружили между собой, в то время как Георг и Эйлин ещё не достигли десяти лет. В силу возраста младших мало интересовало происходящее вокруг, но они с упоением слушали старших, жадно ловя каждое слово.

— «Вот как и где же вы слышали о них»- спросил отец.

— «На уроках от учителей Максимилиана и Жака-Рене»- ответил Филлип.

— «А ещё о них шепчется знатные особы и вся прислуга»- дополнила Сильвия.

— «Многие верные короне аристократы сражаются на фронте и пишут разные небылицы про терранских воинов. Вот детям и интересно» — пояснила Алиенора.

Луи Вальмон тихо засмеялся и ответил:

— «Любопытство не порок. Боюсь слухи преувеличены. Да терранцы обладают специфической внешностью, но залог их побед это оружие и наука. Ваш дядя Мегрен подробно описал терранских воинов. В окружающей наш мир пустоте летают спутники, наблюдающие за всем происходящим на поверхности. Благодаря им терранцы способны видеть на многие километры и даже то что творится за горизонтом. В бою они используют разрушительное оружие. Лазеры и болтеры. Боевые машины куда совершенне наших. За один миг они преодолевают огромные пространства, а самолёты парят подобно птицам. Кстати, дядя прислал гильзы от болтов, собранные нашими солдатами на полях сражений. Капитан легиона Саламандр милостиво разрешил оставить нам их себе. Капитан Бабёф, вам пришли лазерные винтовки?».

Капитан гвардии и по совместительству начальник охраны дворца Бабёф подошёл к столу и поклонился августейшей семье:

— «Совершенно верно. Гвардейцы осваивают новое оружие под руководством магоса Феладикса на стрельбище. И надо сказать что и оружие и доспехи выше всяких похвал».

— «В таком случае сегодня проведите смотр» — велел император.

— «Будет сделано» — заверил Бабёф императора.

Дети радостно переглянулись, а супруга благодарно сказала:

— «Мы будем в одиннадцать. Нашим гвардейцам будет удобно?»

— «Мои люди будут рады приветствовать господ в любое время» — скромно отозвался Бабёф.

— «Договорились»- выкрикнула Сильвия, хлопнув в ладоши.

— «Но супруг, скажите, какие настроения присутствуют в рядах наших, м.. союзников? Не разочарованы ли они защитниками империи? И как дальше будут развиваться наши отношения?» — поинтересовалась Алиенора.

— «Капитан Аксман и магос-доминус Дана Нод отмечают храбрость и жертвенность солдат Акадии в своих докладах. Они собственноручно составили список героев. Что же до отношений, то командиры терранской армии не проявляют никакого интереса к внутренней мировой политике» — пояснил жене Луи Вальмон.

— «Молюсь чтобы было так и дальше. В их руках сейчас сосредоточена огромная сила. Не только влияние, но и армия» — обеспокоено сказала императрица.

— «Имперская армия. Вчера было принято официальное решение так его именовать. Мегрен сообщает о планах задействовать его в Великом Крестовом походе после окончания конфликта» — сообщил новость супруге Луи Вальмон.

— «В таком случае буду молится за успех наших воинов на иных мирах».

Луи Вальмон бросил взгляд на часы и поднялся из-за стола:

— «Прошу простить, но дела не ждут. И Алиенора будь осмотрительнее за пределами покоев. Повелитель Человечества не приветствует любое проявление религиозности. Не надо давать почву для разного рода слухов. По крайней мере пока его воины ещё здесь».

Алиенора кивнула супругу и Луи Вальмон покинул сад. Окончив трапезу он направился на заседание совета при Высочайшем дворе, состоящего из проверенных временем восьми высших сановников империи. Совет действовал как совещательное учреждение не только по вопросам военной и внешней, но и внутренней политики. Совет собирался раз или два в неделю и обсуждал действия правительства на ближайшее или долгосрочное время. В него входили военный министр Оноре Габриель, генерал-прокурор сената Демульен, канцлер Верньо, президент Иностранных миссий Виктюрн, президент Императорской Академии наук и художеств Клотс, адмирал флота Басерес, глава казначейства Камбон и верховный блюститель Геральдической канцелярии Неккер. Все они уже ожидали императора в конференц-зале, обсуждая события на фронте и влияние на политику государства. Как только Луи Вальмон вошёл в зал сановники прекратили все разговоры и поклонились Его Величеству.

— «Приступим» — бросил император и сановники расселись по местам.

Император воссел во главе стола, окинул всех и, убедившись что все на местах и готовы, сказал:

— «Оноре Габриель, вам слово. Каково состояние армии?».

В военной структуре Акадийской империи существовало разделение на главнокомандующего всеми вооружёнными силами и военного министр. Главнокомандующий избирался на период военных действий и, в то время как министр отвечал за состояние вооружённых сил. Должность военного министра была постоянной и возлагала огромную ответственность на сановника.

— «На сегодняшний день потери убитыми приближаются к трём миллионам человек, ранеными тремя миллионами двухста тысячам, из которых вернуться на фронт сможет лишь треть. Боевая подготовка краткосрочна. Дообучение солдат возложено на полевых командиров, хуже всего дела обстоят с офицерским составом. Из-за роста численности состава армий нам приходится повышать в званиях нижестоящие чины, не имеющих ни образование, ни навыков управления частями. Многих офицеров, прослуживших достаточно долго на фронте, приходится выводить в тыл для передачи боевого опыта. Офицерский преподавательский состав слишком мал, чтобы в корне изменить ситуацию. Я отдал приказ об отмене отпусков и выходных дней, но и этого мало. Снабжение непосредственно военной промышленностью империи сильно хромает. Войска испытывают недостаток в оружии, снарядах, технике. Наша промышленность не способна обеспечить войска всем необходимым. На сегодняшний день на передний план выходит проблема логистики. План снабжения фронта начинает буксовать. Войска и снабжение поступают на фронт с задержкой. Из положительных новостей могу сообщить, что мобилизация населения проходит в плановом режиме, а дух новобранцев высок. Единственный кто справляется с военными заказами так это магос Стронций. Храм-кузница под его руководством наладила выпуск продукции на девяносто восемь процентов своих мощностей и продолжает строится. Оружие Империума прямиком поставляется в имперскую армию, чья численность только увеличивается. Воинские контингенты Его Величества снабжаются во вторую очередь, но и без этого количество оружия велико. Я распорядился первыми в очереди поставить ударно-штурмовые батальоны. К сожалению, из-за постоянной интенсивности боёв многое оружие теряется в боях. По прогнозам военно-учённого совета полное перевооружение армии займёт около шести месяцев, при условии что мы сможем поддерживать темп производства. И тут у нас возникает новая проблема. Храм-кузница пожирает ресурсы, как голодающий хлеб. Всё чаще нам приходится отправлять необработанные ресурсы к магосу Стронцию. Соответственно это тоже приводит к задержке».

Луи Вальмон выслушал Онора Габриэля и перевёл взгляд на канцлера. Верньо моментально ответил на невысказанный императором вопрос:

— «Проблема в мобилизации. Вербовщики собирают всех мужчин возрастом от двадцати до пятидесяти. А это квалифицированные рабочие руки. Экономика в упадке. Лёгкая промышленность сократила производство на четверть. Сельскохозяйственная на треть. В городах не хватает врачей, про сельскую местность я не говорю. Также из экономики на нужды фронта изымается транспорт. Ушедших заменяют женщины и дети. Люди трудятся непокладая рук, но от них мало проку. Единственное что испытывает рост только военная промышленность и связанные с нею отрасли. Но и там не всё гладко. Железнодорожные службы испытывают недостаток в персонале. Из-за этого и возникла проблема с логистикой. Половина локомотивов стоят в депо. Ремонтные бригады не справляются с объёмом работ».

— «Финансы также требуют внимания»- сказал Камбон, как только Верньо умолк: «Дефицит бюджета достиг тринадцати процентов. Казначейство выпустило новые облигации, но без повышение налога и введении косвенных, боюсь дефицит вырастет до девятнадцати. Казначейство совместно с Иностранными миссиями провело переговоры о заёме. Торговый союз и картели промышленников согласны его предоставить. В первые за два столетия у империи появится внутренний долг».

— «Не только внутренний, но и внешний» — буркнул Виктюрн, но спохватился и прямо сказал: «Тетийский блок и Саамская уния готовы предоставить кредит деньгами и ресурсами на достаточно льготных условиях. Семь процентов годовых».

— «Заём поддержит экономику на год, может на два. Всё зависит от длительности военных действий» — поддержал коллегу Камбон.

Луи Вальмон задумчиво потёр лоб и затем кивнул:

— «Подготовьте все документы в кратчайшие сроки. Составьте перечень тыловых должностей, где присутствие мужчин не обязательно. Откройте допуск на обучение женщин в санитарно-медицинские образовательные учреждения. И объявите набор добровольцев в для службы боевых частях».

Все советники в шоке уставились на императора. Им потребовалось время, чтобы смысл сказанного достиг их разума и после этого они заговорили разом:

— «Женщин в армию?»

— «Женское дело рожать, а не сражаться!».

— «Произойдёт падение дисциплины. Я протестую».

— «Это ударит по имиджу империи».

Луи Вальмон поднял руку и резко опустил на поверхность стола, заставив всех замолчать.

— «Сейчас решается будет жить империя или сгинет. Мы сильно уступаем и только благодаря терранцам мы победили в последней битве, но до конца войны ещё далеко. Воины Повелителя Человечества наглядно продемонстрировали, что войну можно выиграть только превосходя ксеносов технологически. Всего каких-то шесть тысяч сломили хребет ордам захватчиков. Храм-кузница производит столько же оружия сколько Акадия и прочие государства вместе взятые. Кроме того вы забываете, что женщины уже сражаются на фронте. Да я говорю о сёстрах милосердия. Магос-доминус Дана Нод тоже женщина и, судя по докладам моих генералов, она смело ведёт железных воинов в бой. Сколько мужчин и женщин сражается в Великом Крестовом походе? Женщины заменят мужчин-радистов, работников полевой почты, телеграфных техников, писарей, санитаров, делопроизводителей, чертежников. Им найдётся место на административно-хозяйственных должностях. На фронте они станут связистами, пулемётчицами, снайперами. Всех квалифицированных рабочих и инженеров вернуть на заводы. Пусть трудятся круглосуточно, давая фронту необходимое. Как всё это объяснить населению, аристократии и сенату, я поручаю вам генерал-прокурор Демульен. Сделайте невозможное, а не согласных запишите в предатели. Это решено. А теперь давайте заслушаем президента Императорской Академии наук Клотса».

— «Позвольте высказаться, Ваше Величество»- опередил открывшего было рот Клотса адмирал Басерес.

Луи Вальмон кивнул, прощая вмешательство Басереса и позволяя ему говорить.

— «В условиях нынешней войны я нахожу избыточной силу военно-морского флота. Предлагаю взять пример с Священного Союза и направить часть экипажей в армию. Я не согласен с вашем решением относительно женщин, но скрепя сердце, могу согласится с тем что офицеров тыловых должностей флота временно заменят. Кадровые офицеры флота и члены экипажей не обучены сухопутному ведению боя, но переобучить их будет гораздо проще, чем обучать рекрутов. Артиллерийские офицеры и канониры не потребуют много времени, а береговые воинские части имеют нужную квалификацию. Кроме того, с линкоров и дредноутов можно снять необходимое вооружение и направить на увеличение железнодорожной артиллерии. Я подготовил все документы и списки личного состава для передачи в армию» — доложил адмирал, передав императору толстую папку.

Луи Вальмон принял её и положил рядом с собой.

— «Вы как всегда предусмотрительны. У кого-нибудь есть возражения?».

Члены Совета единогласно приняли предложение адмирала Басереса, после чего слово взял президент Императорской Академии наук и художеств Клотс.

— «Нашими инженерами изучены чертежи новых видов вооружений, предоставленные магосами. При разработке было уделено особое внимание сборке оружия, а так же возможность быстрого освоения в войсках. Всё оружие испытано как нашими военными, так и магосами. На ряде заводов производство уже налажено. Это позволит освободить мощности храма-кузницы для производства непосредственно техники. В этом вопросе магосы значительно превосходят нас. Что касается собственного производства военной техники, то предлагаю уступить пальму первенства. По расчётам Академии принятые меры позволят освободить квалифицированные кадры, нарастить производство стрелкового, ручного противотанкового оружия и траншейной артиллерии. Инженеров и технических специалистов направить на ремонт и создание локомотивов, железнодорожных составов, транспорта».

— «Хорошо. Канцлер завтра отправляйтесь в храм-кузницу и проведите переговоры с магосом Стронцием. Прежде чем начать перестройку необходимо его одобрение»- велел Луи Вальмон.

— «Отправлюсь сегодня вечером» — заверил императора Верньо.

— «Ещё вопросы?» — спросил Луи Вальмон.

— «Есть один» — ответил генерал-прокурор Демульен: «Напрямую связанный с вашим решением относительно женщин и дисциплиной в войсках. Как известно если поместить мужчину и женщину в одной комнате, то между ними неизбежно возникнет близость. Ещё до войны на фабриках управляющие пользовались привилегированным положением и принуждали подчинённых к внебрачной связи. В армии тоже так будет. И если в тылу порядок более или менее будет поддерживаться, то на фронте уследить за этим невозможно. Жандармерия также лишилась многих своих офицеров, надзор за личным составом ослаблен. Поддержание дисциплины во многом возложена на командиров. На большинство преступлений совершаемые солдатами смотрят сквозь пальцы, расследования проводятся по недостаточно пристально, а военно-полевые суды чаще выносят оправдательные приговоры. Следует учитывать, что общество, особенно деревенское, достаточно консервативно в отношении добрачного секса. Многие девушки рискуют вернутся домой после окончания войны с репутацией «испорченных»».

Все собравшиеся задумались. Проблема действительно была скользкой. Объяснить обществу мобилизацию женщин ещё можно, но изменить отношение к мобилизованным будет трудно.

— «Используем поэтов, писателей для создания самоотверженного образа. Военные корреспонденты отберут несколько случаев отваги сестёр милосердия и возвеличат их. Подвергнем жёсткой цензуре издания, любые слухи и сплетни пресечём. Любого кто из будет распространять обвиним в подрыве боевого духа. Придётся пересмотреть законы, ввести наказания. Думаю при правильном подходе за год мнение общества изменится» — предложил Клотс.

— «Что скажут остальные члены Совета?»- спросил Луи Вальмон.

— «В принципе это возможно, но будет лучше если члены императорской семьи и знатных родов первыми отправятся на фронт» — предложил Виктюрн.

— «Значит так тому и быть» — решил император с молчаливого согласия членов Совета.

— «А теперь обсудим последний вопрос» — сказал император: «Как нам всем известно Повелитель Человечества носит титул императора, а создаваемое им государство империей. Возник юридический казус. Я долго не обращал на него внимание, но пора что-то изменить. Акадия будучи империей является вассалом другой империи. Администратум Терры подавал прошение на переименование нашего государства, но не настаивал. В сложившейся обстановке когда сюзерен во исполнение своего долга оказал помощь вассалу, то есть нам, нужно принять решение».

— «Я обсуждал этот вопрос с представителями Администратума до начала войны» — сообщил собравшимся верховный блюститель Геральдической канцелярии Неккер:

«Нам позволено сохранить всю геральдику, титулы и права, за исключением имперских. Новый титул признаётся Администратумом, а правящая семья сохраняет всю полноту власти и прав на всей своей территории, целостность вассальных клятв. Возможно, хоть и маловероятно, что с началом строительства нового космопорта и поддержкой терранских командующих, наш император получит титул планетарного губернатора. Ведь, как всем нам известно, до вторжения ксеносов межпланетарными отношениями руководили представители Администратума. С гибелью представителей у нас появилась возможность увеличить влияние».

— «Будет нелегко. Нас обвинят в захвате власти на планете. Представители Администратума не только собирали десятину и следили за политикой на планете, но и служили третейскими судьями. Я переговорю с капитаном легиона Саламандр Аксманом, магосом-доминус Нод и полковником Стаутом. Если мне удастся заручиться, то правителей остальных государств можно будет склонить к сотрудничеству» — мрачно произнёс Виктюрн, представляя сложность задачи. Виктюрн встречался со всеми тремя командирами и понял, что их не интересует внутренняя политика планеты. С полковником Стаутом оказалось легко найти общий язык, но он напрямую подчинялся капитану Аксману. Сам Аксман старался держаться подальше от политических дрязг, исполняя свой долг по защите Человечества от ксеносов. Виктюрн задумался. Из разговоров с магосами Императора он понял, что их интересуют знания. Они поклоняются им и если найти то что их заинтересует, то привлечь на свою сторону будет лёгким делом. Виктюрн решил поручить агентам Иностранных миссий начать поиски любых технологий и артефактов прошлого. В случае успеха открывающееся перспективы позволили бы стать Акадии главенствующей силой на планете, путём небольшой уступки Императору Человечества.

— «Не надо забывать, что имперская армия состоит из одних лишь акадийцев. Они покинут мир для участия в Великом Крестовом походе и принесут не мало пользы. Надо попробовать» — решительно заявил Оноре Габриэль.

Совет ещё долго обсуждал последнее предложение императора и по окончанию заседания покинул дворец с чётким представлением о дальнейших действиях. Как только последний сановник исчез в глубине коридора, Луи Вальмон направился в дворцовую оранжерею. В этом месте были собраны все растения его мира. Под руководством Алиеноры садовники и биологи тщательно культивировали каждый росток. А ещё здесь было тихо. За долгие годы брака Вальмон запомнил когда жена появляется в оранжерее и вегда мог её найти или избежать. Увлечение супруги нравилось императору. Как и управление государством, труд по культивированию растений давал о себе знать через годы, десятилетия. А то и вовсе после смерти. Именно здесь Луи Вальмон ощущал родственную душу Алиеноры. Император беспрепятственно вошёл под своды оранжереи и, отогнав все мыли, сосредоточился на делах империи. Совет не впервый раз выказывал беспокойство о внутренних делах империи. Перед битвой за Аква Селек правительство сделало невозможное. Смогло мобилизовать экономику и выполнить требования воителей Повелителя Человечества. Победа потрясла всё общество. Ожесточённость и уныние сменилось надеждой и воодушевлением. Общество надеялось что их жертвы подходят к концу, но испытания только начинались. Ситуация в гражданской экономике была тяжёлой, и по этой причине экономика в целом не могла удовлетворить потребности войны. Гражданские отрасли промышленности, сельское хозяйство, инфраструктура переживали глубокий кризис. Производство сельскохозяйственных культур сократилось более чем на треть. Результатом войны стала нехватка рабочих рук, вызванная мобилизацией, тяжёлыми демографическими изменениями, потерями живой силы, оттоком рабочих на промышленные предприятия. Экономисты предрекали голод в следующем году, если вдруг возникнет неурожай зерновых культур, особенно батата. Страна уже испытывала недостаток съестных припасов, сырья, искусственных удобрений. Из-за оттока рабочих рук из аграрного сектора сократился товарный оборот внутреннего рынка. В результате падения народного потребления упал на двадцать семь процентов. Для сокращения дефицита продовольствия Сенат ввёл карточки на батат, распространившиеся затем на молоко, жиры, яйца, сахар, картофель и прочие продукты. Недостаток продовольствия привёл к введению мер государственного регулирования. Введена принудительная продовольственная развёрстка, согласно которой крестьяне и фермеры были обязаны сдавать государству все излишки. Определение норм потребления вошло в обязанность местных органов власти. Падение внешней торговли, особенно экспорта, уменьшение золотого запаса, рост государственного долга и инфляции понизили курс валюты империи на тридцать процентов. Железнодорожный и автомобильный транспорт изношен или отобран армией, а средств и сил для его восстановления не имелось. В рамках «программы Камбона» сенат принял закон «О вспомогательном патриотическом труде». По закону все категории работающих на военном производстве могли переходить на другую работу только с разрешения представителя военного ведомства. Категорически запрещалось проведение забастовок. Закон также вводил трудовую повинность для мужчин в возрасте от 16 до 60 лет. Обесценивание валюты составило сто восемь процентов. Каждый день ведения войны стоил государству сорок миллионов сестерциев. В прежние времена империю сотрясли бы множественные восстания. Солдат катастрофически не хватало. При ежемесячных потерях в сто тысяч солдат, пополнения покрывают только семьдесят пять процентов этих чудовищных потерь, а капитан Аксман и магос-доминус Дана Нод не собирались останавливаться. Они создали собственную армию и кочевали с одного фронта на другой, поглощая все накопленные запасы снаряжения и боеприпасов. Достижения достигнутые ими нельзя игнорировать, но они не давали возможности экономике передохнуть. Усилиями командиров Императора Человечества армии Акадии вернули все территории Акадийской империи и вторглись на оккупированную ксеносами территорию бывшей Священной лиги независимых государств. Освобождённые территории и бывших граждан лиги сенат признал собственностью империи. Освобождённые не возражали. Время проведённое в рабстве у ксеносов сломило многих. Бывшие рабы рассказывали ужасные истории, которые пропагандисты Акадии, а затем и остальных держав, распространяли по всем газетам и радио. Некоторые пленники нашли в себе силы и присоединились к акадийской армии. Глава остатков Священного союза курфюст-регент Дитерихс протестовал, называя освобождение оккупацией, но не мог ничего сделать. Зона «Рецианского выступа» была признана непригодной. Радиация отравила всё, даже ксеносы бежали. Огромную территорию вычеркнули на века из реестра налогооблажения. Правящие дворы Тетийского блока, Саамской унии и Дорсета увидели возможность возвышения Акидийской империи и начали плести сеть собственных интриг для сохранения статуса-кво. Канцелярия внешней безопасности докладывала о тайных договорах между мировыми государствами. Общий союз грозил сокрушить ведущую роль Акадии на планете, но пока ксеносы владели плацдармом на планете терранские командующие не позволили внутренним разногласиям вылиться в междоусобицу. Дипломаты соперничающих государств ищут встречи с терранскими командирами, но редко находят их. Аксман и Дану Нод полностью посвятили себя войне. В их отсутствие полковнику Стауту приходится постоянно отвлекаться от обязанностей и вести переговоры. Впрочем он ловко маневрирует среди политических течений, обходя ловушки или сваливая окончательное решение на капитана легиона Саламандр Аксмана. Минийский полк потерял большую часть состава и сейчас занимался только обучением вливавшихся в имперскую армию войск. Но влияние полковника Стаута ничуть не уменьшилось. Стаут полностью взял на себя все дипломатические обязанности. Пока что политические игры не выходили за установленные рамки. Луи Вальмон сделал шаг и услышал как что-то хрустнуло. Он с удивлением поднял ногу и увидел раздавленную улитку. Несчастный моллюск полз через бетонированную дорожку и попал под сапог императора. Что его заставило покинуть родные места оставалось загадкой. Луи Вальмон продолжил прогулку. Смерть ничтожного существа сменило направление его мыслей на причины вторжения ксеносов. С самого первого дня вторжения они не выдвигали никаких условий, не пытались вести переговоры и хоть как-то проявить цивилизованность. Природа орков оставалось загадкой для Луи Вальмона, как и мотивы раздавленной улитки. Планы по возвышению Акадии казались Луи Вальмону эфемерными, но упустить возможность он не мог. Император остановился и посмотрел сквозь стеклянный потолок на небо. Оно защищало от жара Солнца, но не могло остановить вторжений с других миров. Среди цветов луи Вальмон заметил скрывающегося в тени деревьев гвардейца. Он умело сливался с местностью, благодаря своему костюму. Вальмон кивнул ему и прошёл мимо.

— «Какие угрозы таит пустота межзвёздного пространства? Насколько мы готовы отразить их» — задумался император. Древние записи говорили о том что орки были не единственной межмировой угрозой. «Выхода не осталось. Объединение мира под единым началом — единственный выход» — отбросил сомнения Вальмон и твёрдой походкой покинул оранжерею.

Луи Вальмон и его правительство проявило редкую эффективность какую история Акадии не видела уже четыреста лет, но успехи стали кратковременными. Кризис становился неизбежным и грозил захлестнуть весь мир, обратив все жертвы, успехи и достижения в ничто. Орочья орда раскололась на несколько крупных объединений. Однако вместо гражданской орды зеленокожие решили проще. Претенденты схлестнулись в дуэлях. В итоге вместо одного Властелина войны стало семь, но каждый направил силы на расширение своих территорий. Фронты заполыхали. Семь армий ксеносов штурмовали оборону людских государств. Магос-доминус Нод оказалась права в своих расчётах. Орки потеряли воздушный флот и это стало подспорьем для защитников планеты. На планетарном съезде правителей капитан Аксман ультимативно заявил о объединении всей авиации под единое командование. Возразить ему никто не посмел. Собранные в одну силу управляемой одной волей авиация превратилась в мощнейший циклон разрушения. Штормовые волны тяжёлых бомбардировщиков опустошали территории, ураганные порывы штурмовиков обрушивали огненные смерчи на орды зеленокожих, авгуры-спутники срывали покров тайны с владений орков, освещая цели Светом Знания и указывая местоположение сборищ ксеносов. Космические корабли регулярно устраивали орбитальные бомбардировки. Под прикрытием воздушных налётов Сламандры и скитарии совершали диверсионные рейды вглубь владений орков. Городки сжигались, шахты и кузницы уничтожались, живая сила истреблялась. Орки мало что могли противопоставить такому давлению. У них оставались зенитные батареи, но из-за действии авиации их приходилось держать либо на фронте, либо для защиты промышленных центров. Без поддержки авиации в обороне возникли бреши. Владыка войны пошл в ва-банк и проиграл. Раздробленность тоже не способствовала противодействию людям. В рядах зеленокожих начинали вспыхивать драки за обладание боеприпасами. Единственной связующей силой оставалась главная крепость орков. В неё продолжали поступать различные материалы и ресурсы, а покидали её уже боевые машины и колонны с боеприпасами. Изучив данные поступающие из разных источников, магос Нод и капитан Аксман пришли к единому выводу. В крепости остался главный мех Властелина войны, в скорейшем будущем способный объединить орду в единое целое. Он давал вождям необходимое снабжение, от которого зависели орки. Посовещавшись оба командира двух ветвей вооружённых сил Империума — Терры и Марса, приняли решение о уничтожении вождя-меха. План начал тут же разрабатываться. Анализ местности, расписание движение колонн техники и грузовых машин, предполагаемая численность гарнизона, примерный план крепости и многое другое было изучено и анализировано. Магос Менетий предпринял попытку сканирования крепости, но её окружало непроницаемая стена неизвестного излучения. Капитан Аксман предпринял разведывательный рейд. Он смог собрать подробную информацию о внешней стене крепости и удалиться незамеченным. В итоге нападение решили отложить. Дана Нод опасалась, что сил космодесантников и скитариев было недостаточно для прорыва обороны крепости. Аксман готов был рискнуть и даже пожертвовать своей ротой ради победы, но холодная логика магоса-доминус убедила его в пользе добродетели терпения. И судьба их вознаградила. В последние дни экронской весны в систему вошёл имперский военный флот, состоящий из трёх галеонов Механикум и флотилии легиона Саламандр. В трюмах галеонов хранилось оборудование, оружие и техника для оснащения тысячи полков планетарной обороны. Галеоны прикрывали корветы и фрегаты. Рядом с галеонами скользили меньшие по размеру, но иные по назначению десантные корабли. Они несли воинские контингенты, набранные с феодальных и диких миров человечества. Миры полностью утратившие знания и деградировавшие до первобытных сообществ, но сохранивших понятия о чести, доблести и верности. Воины этих миров не отличались дисциплинированностью, но могли сравнится в кровожадности с орками. Командование Великого Крестового похода здраво рассудило, отправив на помощь этих людей. Это крепкие и прямолинейные воины, достоинством которых являлись размер и сила, что давали преимущество в рукопашной. Однако они чувствовали себя крайне неуверенно в любой странной ситуации и плохо реагировали на чудеса технологических достижений.

Потрепанную роту Аксмана пополнили неофиты легиона. Примарх Вулкан с внимательностью отнёсся к своим сыновьям и увеличил роту Только закончившие процесс преображения в космодесантников, неофиты жаждали доказать правильность выбора командование легиона.

Прибытие свежих воинских контингентов позволило увеличить ударную мощь имперской группы войск, а большое количество ресурсов предотвратило назревающий экономический кризис. Всё это позволило в кратчайшие сроки разработать план наступления на главную крепость орков и создало благоприятные условия для решающего наступления. В назначенный день и час все фронты союзников Акадии начали наступательные операции с целью отвлечь ксеносов. Они не жалел сил и средств для создания тумана войны. Зеленокожие радостно откликнулись на брошенный вызов и смело устремились в бой, не заметив как над ними навис смертоносный клинок. Считается что самое тёмное время наступает перед рассветом, но первый день лета озарили не солнечные лучи, а вспышки тысяч орудий и залпы сотен ракет. Акадийская армия перешла в решительное наступление, ставшая одним из крупнейших сражений в истории планеты как по своему размаху, так и по продолжительности. Это была единственная операция, когда все силы планетарных армий сражались согласно единому плану и управляемые одной волей. В результате орочья орда, стоявшая между крепостью и имперскими войсками, была полностью уничтожена и рассеяна. Акадийцы прошли от двухсот до пятиста километров вглубь территории орков на протяжении тысячи семисот километрового фронта. Измотанные непрерывными четырёхмесячными боями акадийские армии остановились для перегруппировки и пополнения припасов. Тогда в дело вступили имперские войска, до того стоявшие в резерве. Если целью акадийцев стояло уничтожение орды и освобождение как можно большей территории, то имперской армии суждено пробиться к крепости и взять её штурмом. Вожди орков не разгадали планы имперского командования и поспешили установить устойчивую линию фронта. С гибелью одного из них, соперничество между вождями усилилось. Каждый видел возможность возвысится, нанеся поражение акадийским армиям и собрать богатые трофеи. В какой-то степени они были правы. Армии Священного Союза, королевства Дорсет, Саамской унии и Тетийского блока снабжались по остаточному принципу. Они по прежнему воевали на то же технике какая у них была. То немногое количество оружия и техники производимое техножрецами шло на снабжение элитных войск. Армия Акадии полностью перевооружилась по имперским стандартам, но и несла основную тяжесть войны. Пользуясь неразберихой последних дней наступления акадийских войск, когда орки безостановочно контратаковали и выстроивали оборону, имперкая армия под общим руководством капитана легиона Саламандр Аксмана совершила марш-бросок к столичной крепости орков. Для прикрытия человеческой армии в воздух подняли всю авиацию, часть которой состояла из воздушных сил союзных государств. Авиация заполонила небо прикрывая фланги имперской армии. Пилоты охотились за ксеносами, истребляя ватаги, отряды и даже одиноких бойцов. Вожди не могли не оставить такое без внимания, но орды втянулись в бои с акадийцами и не могли быстро выйти из боя.