Winx club x Hannah montana : Магия сцены (гет)

Стэнфордский университет жил своей обычной, но слегка сумасшедшей жизнью. Здесь уже давно привыкли к тому, что по кампусу ходят не только будущие ученые и юристы, но и мировая суперзвезда. Свободное от лекций время Майли Стюарт было расписано по минутам: то папарацци караулили её у кофейни, то серьезные политические издания пытались взять интервью у «голоса поколения».

В комнате 302 стоял творческий беспорядок. Майли готовилась к новому благотворительному концерту прямо на стадионе университета. Она вовсю репетировала, и её голос — сильный, с хрипотцой — разносился по коридорам общежития. Это были новые песни, глубокие и личные. Раньше их сочинял её отец, Робби Рэй, но сейчас у него была своя успешная кантри-карьера, и Майли училась писать сама, вкладывая в каждую ноту свои чувства к новой жизни и новым друзьям.

Закончив финальный аккорд на акустической гитаре, Майли тяжело выдохнула и отложила инструмент.

— Девочки, сегодня я дам интервью! — объявила она, поправляя микрофон.

Лилли, которая в этот момент пыталась разобрать гору учебников на своем столе, иронично хмыкнула:

— Да ладно? Очередное? Майлз, количество твоих интервью уже явно перескакивает через мой рост, а я, между прочим, не такая уж коротышка!

Муза, прислушивающаяся к ритму города через свои магические наушники, подняла взгляд:

— И кто на этот раз удостоился чести? Надеюсь, это не тот парень, который в прошлый раз спрашивал тебя про цвет зубной щетки?

— Журналистка, — ответила Майли, быстро собирая сумку. — Если честно, я её имя даже не запомнила. Какое-то крупное онлайн-издание. Она обещала «глубокий и честный разговор».

Флора, поливавшая свои цветы на подоконнике, обеспокоенно спросила:

— А как же твой концерт, Майли? Успеешь подготовиться?

— Ну, надеюсь, что дам интервью до или сразу после него, — Майли взглянула на часы. — Она должна быть здесь с минуты на минуту. Девочки, держите за меня кулачки! Мне нужно выглядеть уверенной студенткой, а не испуганным подростком.

»

Майли спустилась на первый этаж главного корпуса. В холле её уже ждала женщина с хищным взглядом и оператор с массивной камерой. Как только Майли появилась в дверях, загорелся красный огонек записи.

— Здравствуйте, Ханна Монтана! — пафосно начала журналистка, даже не удосужившись поздороваться с Майли как с личностью.

— Ну... здрасте, — Майли постаралась улыбнуться вежливо, хотя внутри всё сжалось от предчувствия подвоха.

— Хотелось бы задать пару вопросов о вашей «новой» жизни, — журналистка придвинула микрофон почти к самому лицу девушки.

— Могу сразу перечислить ответы, — вздохнула Майли. — Я чувствую себя как диск, который воспроизводит одно и то же. Спрашивайте.

— Правда ли, что вы вели двойную жизнь так долго?

— Да, — твердо ответила Майли. — Я раньше скрывала это. Из-за этого страдали мои близкие, друзья. Но они поддерживали меня все эти шесть лет. И, кстати, даже они не сразу догадались, кто я на самом деле. Маскировка работала идеально.

Журналистка прищурилась, в её глазах блеснул недобрый огонек.

— А правда ли, что вы теперь дружите с некими... феями? Весь интернет гудит о ваших новых подругах из комнаты 302.

Майли не дрогнула. Она знала, что Винкс решили не прятаться.

— Да, это правда. Они не скрывают того факта, кто они. Наоборот, их цель — чтобы магия вернулась на Землю, чтобы люди поверили в чудо. Они настоящие, и они мои лучшие друзья.

— У них есть личная жизнь? — журналистка явно искала жареные факты. — У этих фей есть бойфренды?

Майли рассмеялась:

— Вроде бы интервью у меня, разве нет? Спросите у них сами. Я их парней даже в глаза не видела, клянусь всеми Стюартами! Мы тут учимся, а не на свиданиях пропадаем.

— Был слух, — продолжала журналистка, — что вы встречались с одним парнем, но он оказался... вашим фанатом ? Или кем-то похуже?

— Это был мой брат, — Майли закатила глаза, вспоминая нелепые заголовки газет про «тайного кавалера». — Да, он «типа» встречался со мной какое-то время для прикрытия, когда папарацци застукали нас вдвоем. Но когда всё раскрылось, он нашел себе реальную девушку. Он просто засветился в доме вместе с менеджером, то есть моим папой. Сейчас у Джексона своя жизнь, и он счастлив, что его больше не называют моим парнем.

— Почему же вы всё-таки решили раскрыть миру свою тайну? — Журналистка перешла к главному.

Майли на секунду задумалась.

— Возникли проблемы. Во-первых, с парнем: сложно строить отношения, когда он встречается одновременно и с Ханной, и с Майли, не зная, что это один человек. Во-вторых, тайна постепенно раскрывалась сама собой, хранить её стало опаснее, чем рассказать. И в-третьих — колледж. Я хотела поступить сюда, и я боялась, что у меня не будет времени на бесконечные переодевания . Оказалось, быть собой — это и есть мое истинное призвание.

— И последний вопрос: ваше будущее?

— После учебы — остаться певицей. Выйти замуж, стать матерью... Всё стандартно. Я обычный человек с необычной работой.

— Спасибо, Майли, — журналистка холодно улыбнулась. — Теперь мир хочет взглянуть на ваших фей.

Майли лишь тихо выдохнула:

— О-о-о-ой...

Часть 3: План Стеллы и «Фейковая» фотосессия

Вернувшись в общежитие, Майли застала девочек за обсуждением прямых эфиров.

— Типично-стандартное интервью, — Лилли уже просматривала отрывки в сети. — Интересно, у этих журналюг вообще интернет есть или они пользуются методичками из прошлого века?

Текна, чьи глаза сканировали поток данных, добавила:

— Это либо желтая пресса, либо информация, намеренно вырванная из контекста. Майли, эта женщина не так проста. Она собирает данные.

— Ой, девочки, мне она кажется слишком подозрительной, — Майли нервно мерила комнату шагами. — Нам нужно как-то сбить её со следа. Она хочет сенсацию? Давайте дадим ей «фейковую» сенсацию. Сделаем фотосессию?

Муза удивленно подняла бровь:

— И как это поможет после интервью?

— Я надену парик, — решительно сказала Майли. — Тот самый. Мы приманим их, а потом покажем, что всё это — просто шоу.

Майли быстро переоделась. Когда она надела блондинистый парик и один из своих самых ярких нарядов Ханны Монтаны, в комнате словно стало светлее. Она выбежала на первый этаж, где всё еще дежурили журналисты.

— Зачем вам маскировка теперь, когда все знают правду? — тут же подскочила к ней та самая журналистка.

— Ну... чтобы показать, что Ханна Монтана не умерла! — задорно ответила Майли, позируя перед камерами. — Это образ, это искусство!

В это время Текна в комнате пыталась дистанционно взломать камеру журналистки, чтобы стереть кадры, где могли засветиться магические артефакты Винкс.

— Увы, — Текна покачала головой, — датчик не пробивается. Вероятно, данные уходят сразу в облако на спутник. Это прямой эфир высокой четкости.

На улице журналистка уже переключилась на Винкс, которые спустились вслед за Майли.

— Нам нужно интервью и у вас! Откуда пошло название вашего клуба? — спросила она, направляя микрофон на Блум.

— От английского слова «Wings» — крылья, — спокойно ответила Блум. — Мы — единство, которое помогает друг другу летать.

— Могут ли феи творить зло?

Стелла выступила вперед, сияя своей улыбкой:

— Нет! Феи исключительно добрые, как ангелы на небесах. Мы здесь, чтобы защищать, а не разрушать.

— У фей есть религия? — вопрос был неожиданным.

Блум на секунду замялась:

— Меня лично крестили в католичество, я выросла на Земле, в Гардении. У нас на Домино свои традиции, но на Земле мы уважаем ваши.

— Почему вас шестеро? Майли и Лилли — не феи?

— Мы очень ярые фанатки Ханны Монтаны, — улыбнулась Блум. — И да, есть еще седьмая фея, Рокси, она очень хочет встретиться с Майли, когда мы приведем Майли в Гардению.

— И ваше будущее?

Блум посмотрела на своих подруг.

— Я лично не представляю жизнь без остальных. В роли жен, матерей... Мы как единый организм, мы не можем быть друг без друга. Это наша судьба.

Часть 4: Звуковая волна и цифровой блеф

— Спасибо, мы прощаемся с вами! — объявила журналистка, подавая знак оператору.

Но Майли чувствовала, что журналистка задумала что-то недоброе — она видела, как та косится на свой планшет, где отображались какие-то странные графики магических всплесков. Если эти данные уйдут в сеть, ученые со всего мира съедутся в Стэнфорд проводить опыты над её подругами.

Майли резко выхватила университетский микрофон, подключенный к мощным колонкам на площади.

— А теперь — эксклюзив! — крикнула она и начала петь.

Муза мгновенно поняла намек. Она сосредоточилась, её глаза вспыхнули фиолетовым светом.

— Звуковая волна! — прошептала фея музыки.

Муза соединила свои силы с голосом Майли. Звук стал физически ощутимым. Он не оглушал, но вибрировал на такой частоте, которая была губительна для цифровой электроники. Над Стэнфордом на мгновение возник прозрачный мерцающий купол. Он продержался всего несколько секунд, но этого хватило: мощный электромагнитный импульс стер цифровые данные на всех устройствах в радиусе километра.

Камеры журналистов заискрились и погасли. Планшеты превратились в бесполезный пластик.

— Мы вроде в прямом эфире были, да? — Журналистка в ужасе трясла свою камеру.

— В прямом эфире? — Майли невинно захлопала ресницами. — Значит, наши ответы увидели?

— Что это значит?! — кричала журналистка. — Был прямой эфир, и да, до этих странных звуков нас видели миллионы! Но теперь всё сгорело!

Майли демонстративно сняла парик, встряхнув своими каштановыми волосами. Стелла подошла к журналистке и легонько коснулась её плеча, пуская крошечную искру внушения.

— У вас просто галлюцинации и перегрев камеры, — мягко сказала Стелла. — Слишком жаркий день для такой тяжелой техники.

— Это интервью посмотрели миллионы людей, и никаких галлюцинаций быть не может! — Журналистка была в шоке, её трясло. — Я... я уверена, вы не те, за кого себя выдаете! Вы что-то сделали с техникой!

Вечером в общежитии Лилли сидела на кровати, глядя на Майли.

— Майлз, ради чего это всё было? Этот парик, эта беготня?

— Она показалась мне очень подозрительной, — Майли смотрела в окно. — Она искала не правду, а способ нас подставить.

— Факт остался фактом, — добавила Текна, изучая логи сети. — Несмотря на уничтоженную технику здесь, на месте, сигнал успел дойти до спутника. Ваши ответы и этот странный купол увидели миллионы. Теперь мир знает еще больше.

Муза улыбнулась и включила колонки:

— Майл, хватит шпионских игр. Врубай концерт! Люди ждут не разоблачений, они ждут музыку.

— О да! — глаза Майли загорелись.

Спустя час стадион Стэнфорда содрогался от криков. Майли Стюарт стояла на сцене — без парика, в простых джинсах и блестящем топе. Лилли, Блум и все Винкс стояли в первом ряду, аплодируя своей подруге. Майли пела о свободе, о дружбе и о том, что магия — это не то, что на пленке, а то, что в сердце. И в этот момент миллионы людей по всему миру, смотревшие записи её интервью и начала концерта, понимали: мир изменился навсегда.

Конец 10 главы.