




| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Лицо Макгонагалл медленно искажалось, рот превращался в подобие оскала. Она начала постепенно приподниматься из-за стола, вынимая из рукавов мантии свою волшебную палочку.
Но Альберто не среагировал, даже не встал — так и продолжал сидеть, хмуро глядя на поверхность стола. Не поднял головы, но бросил тяжёлый взгляд на ведьму исподлобья.
Эллиот испуганно выдохнул и охнул, забыв закрыть рот. Капельки мороженого мелко оросили пиджак дяди.
Но внезапно почувствовалось еле заметное дуновение ветра. Волосы на затылке Эллиота чуть взметнулись и полезли в лицо и в мороженое. Дядя Альберто резко обернулся.
Из выхода шатра, вдалеке Косой аллеи, почудилось еле уловимое серебряное сияние. С каждым мгновением приближаясь, оно обретало форму и принимало птичье обличье.
Вскоре рядом с ними оказалась гигантская величественная птица, с резными перьями и бесконечными узорами по бокам. Изредка взмахивая крыльями, она по-человечески умно посмотрела на Макгонагалл и заговорила хриплым, пожилым мужским голосом:
— Не делай поспешных решений, — наставительно произнёс кто-то устами животного. — Будь благоразумна, Минерва, — затем замолчал и добавил, как бы поясняя: — Я всё знаю.
Сияние птицы начало тускнеть, её границы стали размываться. Вскоре она стала почти неразличимой на фоне внешнего мира и угасла, растворившись в воздухе.
Макгонагалл пусто смотрела на то место, где только что была птица. Затем её лицо приняло настолько сосредоточенный вид, что окружающие могли подумать, что она производит в голове невероятно сложный математический расчёт. Потом ведьма дёрнулась и внимательно посмотрела на Альберто. Тот пожал плечами. Ведьма раздражённо поморщилась, сухо, будто до этого ничего не происходило, отчеканила:
— Поднимайтесь, надо отправляться за покупками, — она обошла столик, бросив на стол пару звенящих серебряных монет, что с гулом и звоном покатились по нему, и пошла в сторону выхода.
Секунда, и дядя уже вскочил, облегчение было явно прописано на его лице. Он обошёл стол, незаметным движением руки сгреб положенные Макгонагалл чаевые себе в карман. Ничего не понимающий Эллиот запустил ложку в коробку и, захватив ею как можно больше сладости, положил в рот, поспешил за чуть ли не бегущим дядей.
— Кто эта птица? — вприпрыжку догоняя дядю, спросил Эллиот.
— Не знаю, наверное, какая-то помесь курицы и павлина, — ответил Альберто. — Скорее, это их всякая волшебная чушь.
— Да, — важно кивнул Эллиот и повторил. — Волшебная чушь.
* * *
— Аптека мистера Малпеппера приветствует вас, мистер... — Аптекарь испуганно вздохнул и распахнул глаза. — Мистер Малфой! Какая честь нам наконец увидеть вас и вашего сына! Полагаю, юный мистер Малфой идёт в Хогвартс?
— Нам набор для первокурсника, Малпеппер, — холодно сказал Люциус, с неприязнью осматривая захудалого волшебника с длинной остроконечной шляпой и недельной щетиной.
— Да, да, конечно, мистер Малфой, — он замер на мгновение, а затем неуклюже поклонился и пошёл куда-то внутрь. Его вид спрятался от посетителей стеллажами с банками и коробками различных смесей.
— Папа, а можно мне тараканьи усики? — спросил Драко отца, запуская руки в коробку с сушёными тараканами. Они мягко защекотали ладошки, можно было подумать, что они живые и дарят своё тепло другим.
— Не неси чепухи, Драко, — отрезал отец и, постукивая ногтем по деревянной раме окошка, стал ждать. Его лицо деревенело с каждой прошедшей минутой, взгляд молча скользил по тёмному дереву.
— А можно мне... — снова потревожил его молчание Драко своим тихим голосом, за что получил предупреждающий взгляд от отца и покоробился.
С минуту мистер Малфой размышлял о чём-то, внимательно смотря на сына, а затем с чуть заметной улыбкой в уголках губ внезапно сказал нарочито громко:
— Пойди к матери, скажи, что если меня не будет через минуту сорок секунд, мы пойдём в другую аптеку, — его голос стал приторно-сладким. — Что стоит напротив.
Драко бросил на отца долгий взгляд, затем кивнул и скрылся за дверью, которую ему придержал очередной вошедший покупатель.
Луч солнца ударил ему в лицо, как только он вышел на крыльцо, заставляя пощуриться. На улице, на железной скамейке, положив ногу на ногу, сидела Нарцисса Малфой, словно прикованно глядевшая вдаль. Изредка крутила золотое кольцо у себя на безымянном пальце, из-за чего оно то сползало, то поднималось. Драко осторожно, стараясь не привлекать к себе внимание, сел рядом с ней, внимательно глядя на её профиль. Затем, теребя свои волосы, осторожно присел рядом и передал слова отца.
Нарцисса повернулась к нему и положила руку на его колено, печально улыбнувшись.
— Знаешь, всё, что нам остаётся в этом мире, — это решить, что делать с отведённым нам временем, — тихо произнесла она, вглядываясь в глаза сына. Драко кивнул и отвернулся, пряча лицо под белоснежной чёлкой. — Будь сильным, Драко, — мальчик вздёрнул резко голову, впиваясь отчаянным взглядом в мать. — Но не поднимайся слишком высоко; солнце сожжёт тебя. И не лети слишком низко, иначе утонешь.
Они замолчали. Нарцисса вновь отвела взгляд, с лёгкой тоской следя за шагающими мимо прохожими. Драко же молча теребил край пуговички и шаркал качающимися ногами по земле, обдумывая слова матери. Послышался лёгкий скрип двери, и по воздуху развеялся аромат пряностей и гвоздики. Вышел Люциус, чей одеколон, который до этого мальчик не чувствовал, казалось, пробивал ноздри.
— Думаю, нам следует теперь купить учебники, — повелительно сказал мужчина, взмахивая волшебной палочкой и уменьшая набор трав для первокурсника до размера снитча.
— А можно первым делом палочку? — тихо спросил Драко.
Люциус дёрнул губой, но кивнул. Затем подал руку супруге, которая сразу же за неё ухватилась, как за последний ломоть хлеба, и встала. Драко повторил движения родителей и последовал за ними.
Они прошли вверх по улице, по дороге, ведущей прямиком к лавке Олливандера.
Драко шёл, держась рядом с матерью, и его восприятие, казалось, совершенно изменилось. Если в самом начале это было нечто незаметное, затуманенное восторгом, то сейчас явно бросалось в глаза. Это была реакция людей на них. Семья Малфоев шла в густой толпе, но при этом рядом с ними всё равно образовывалась лёгкая пустота. Люди обходили их стороной, даже если для этого нужно было отодвигать и протискиваться сквозь других. Лишь редкий спешащий прохожий заступал за эту безмолвную черту.
Драко встретился взглядом с обошедшей их женщиной с двумя детьми. Казалось, в её глазах промелькнуло что-то, о чём Драко пока с уверенностью судить не мог. Но чувство неправильности атаковало его, и он заново переосмыслил слова Снейпа.
... С представителями остальных факультетов у вас могут возникнуть... Некоторого рода недопонимания...
— Драко? — мальчик поднял глаза и посмотрел в глаза отца. В странно обеспокоенные глаза. Какого он никогда не видел. Казалось, Люциус прочитал на лице сына всё без слов, и его потревожили мысли мальчика. — Пойдём, купим тебе самую лучшую палочку в мире магии.
Он поднял руку ладонью вверх, указывая на старинный, потёртый веками магазин, за пыльными окнами которого виднелись сложенные на подушках палочки.
На деревянной доске было сказано:
Семейство Олливандер — производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры.
— Не может быть, — в полном трепете глядя на надпись, прошептал Драко.
— Заходи, — повелел Люциус, распахивая дверь перед ним. Мальчик чуть помедлил, но вошёл первым.
Сухой запах пыли тут же ударил в нос, глаза зарезало, будто оттуда пошли горячие искры. Вся мебель в лавке была укутана, словно покрывалом, слоем мрака, а звенящий весёлый колокольчик был крайне неуместным. Вдруг послышался шорох со стороны коридора с множеством шкафчиков — Малфои обратили туда свои взоры. Но тут сзади них послышался хриплый голос.
— О, мистер Малфой, миссис Малфой и юный мистер Малфой, — прошептал голос, и Драко обернулся. Первое, что он увидел, это были большие лунные глаза, поблёкшие и давно не видевшие земного света. Затем образ глаз начал рассеиваться, и мальчик смог увидеть человека полностью.
Это был пожилой волшебник с лёгкой горбинкой на спине. Сухие, безжизненные седые волосы грязно спадали на лоб, тонкая кожа была туго натянута на череп, острые скулы казались ещё острее.
— Да-да, я помню, — прошептал старик. — Вяз, сердцевина из сердечной жилы дракона, восемнадцать дюймов. Сделана на заказ мистером Абраксасом Малфоем для своего старшего сына, — он обернулся на Нарциссу и забормотал ещё неразборчивей. — Верно-верно, вяз, сердцевина из волоса вейлы, пятнадцать дюймов. Идеальная, капризная, требующая от хозяина беспрекословного принятия.
— Здравствуйте, — тихо поздоровался Драко, услышав, как поздоровались родители. Олливандер кивнул, не сводя с мальчика любопытного взгляда. Затем вздрогнул и рванул куда-то вглубь магазина.
Драко непонимающе взглянул на родителей, но те не были особенно удивлены странным поведением старичка.
Вдруг в спину Драко что-то звонко врезалось и принялось обкручивать его голову. Рулетка летала туда-сюда, измеряя размер его черепа, лба, от локтя до колен, от локтя до плеч и до кистей. Затем, закончив, улетела куда-то вглубь, куда ушёл Олливандер.
Странная, испуганная тишина окутала помещение, но не прошло и нескольких минут, как воротился Олливандер, держа в руке коробку с палочкой.
— Десять дюймов, юный мистер Малфой, — благоговейно сказал он, вытаскивая палочку одним лёгким движением руки. — Акация и помесь волоса единорога с корнем бадьяна. Поистине необычное сочетание.
Он подал палочку Драко. Драко поднял её и с каменным лицом стал смотреть на неё, ожидая чего-то, сам в точности не зная чего.
— Взмахни ею, — тихо прошептала на ухо мать.
Драко взмахнул, и волосы на голове Олливандера, в которые он совершенно случайно прицелился, встали дыбом, словно из-за взрыва.
— Нет, — прошептал, проведя ладонью по волосам и приглаживая их, волшебник, забирая палочку. Он развернулся и пошёл вновь в глубь лавки, прячась за стеллажами.
Спустя десять, двадцать минут нужная избранная палочка так и не была найдена. Драко в ужасе с каждой минутой ожидал, что ему скажут, что палочки для него нет, что он сквиб и не поедет в Хогвартс. Но все страхи потухли, когда ему дали очередную, ничем не примечательную палочку.
Когда Драко взял её, то она влилась в его ладонь как родная, как продолжение руки. Выпустила лёгкое изумрудное сияние, и по его телу прошла электрическая волна необычайного блаженства.
— Боярышник и волос единорога, юный мистер Малфой, — прошептал ему на ухо Олливандер. — Всего десять дюймов. Крайне противоречивая палочка, она постоянно теряется, блуждает в сомнениях, бывает непослушна, но определённо могущественна, если найти к ней подход.
Драко с еле скрываемым восторгом смотрел, как у него забирают палочку и заворачивают в коробку и слои упаковочной бумаги.
* * *
— Здравствуйте, нам обменять фунты, пожалуйста, — сухо бросила Макгонагалл и отошла, освобождая место Альберто. Тот же важной гусиной походкой подошёл к маленькому окну, за которым сидел гоблин, и замер. Он неприлично удивлённым взглядом осмотрел существо, затем вздрогнул, словно опомнившись, и принялся вытаскивать купюры из большого кожаного кошелька.
— У вас какой курс на фунты? — спросил дядя, облизывая палец, чтобы открепить склеившиеся друг к другу бумажки. — Как называют местную валюту?
— Галлеоны, — тут же прохрипел гоблин. — Один на пять фунтов.
Дядя задумался на мгновение, затем опустил руку с кошельком, облокотился на прилавок и с лёгким интересом поинтересовался:
— То есть если я положу сто тысяч фунтов, то получу двадцать тысяч галлеонов, верно? — дядя задумался, а затем принялся осыплять гоблина вопросами, дёргая щетину. — Как часто у вас растёт цена на золото? Оно чистое? Примут ли его в Банке Англии?
— У нас цена на золото пока держится одинаково, — проскрипел гоблин, чуть улыбнувшись улыбкой, похожей на оскал. Дядя широко распахнул глаза, но ничего не сказал. — Галлеоны всегда состояли из чистого золота, — существо провело длинным нестриженым ногтем по столешнице и наклонилось к дяде так, что их лица стали на одном уровне. — И крайне нелестно спрашивать это у представителей моего народа, мистер.
Дядя кивнул, отвёл взгляд и снова принялся выкладывать купюры на столешницу.
— Вам понадобится около полутора сотен галлеонов, — тихо сказала откуда-то из-за спины Макгонагалл. — Это примерно восемьсот фунтов.
Дядя раздражённо кивнул ведьме, вынул нужную сумму и принялся ждать, пока гоблин пересчитает всё, а затем выдаст маленький мешочек с галлеонами.
— Куда мы вначале пойдём? — поинтересовался Эллиот, когда они вышли за пределы банка. Он последний раз облизнул ложку с мороженым, попробовал пособирать ею остатки по краям и, поняв, что из этого ничего путного не выйдет, всё выбросил.
— Предлагаю выбрать вам мантии, потому что ближе к полднику у мадам Малкин соберётся толпа, а нам придётся стоять в очереди, — ответила Макгонагалл, указывая на большое ателье в противоположном конце улицы.
Следуя к нему, Эллиот постоянно щурился от яркого солнца. Надпись на табличке Ателье мадам Малкин ярко отражала лучи на дорогу.
Когда они зашли в большое тёплое ателье, где-то звонко зазвенел колокольчик. Было очень жарко. Настолько, что Эллиот чуть было не задохнулся в своём жилете. Дядя и Макгонагалл сзади о чём-то переругивались, пока шли, но он не обращал на них внимания. Тётя Мюриэль всегда учила его, что не стоит лезть в дела взрослых, что их разговоры не для его ушей, и она часто ругала его за подслушивание. Поэтому Эллиот старался забыть о них и думать о чём-то своём.
— Мой племянник не будет ходить в платье, — послышался сзади голос дяди. — Я лучше подберу ему смокинг.
Эллиот огляделся.
У самого левого угла стояло две табуретки, за которыми что-то обсуждали двое совершенно разных мальчишек; женщина сорока пяти лет приглаживала на одном из них ткань, что-то приговаривая. Дядя поспешил в отдел с костюмами, за ним же и последовала Макгонагалл, что-то причитая о правилах формы Хогвартса. Услышав раздавшийся звон, она обернулась на посетителей, и Эллиот заметил иголку, зажатую у неё между губ.
— Здравствуй, милый, тоже в Хогвартс? — крикнула она ему, вынимая иглу и палочкой левитируя её к себе на стол. Затем к ней подошла молоденькая девчонка и принесла красивую изумрудную шёлковистую ткань.
Эллиот растерянно кивнул.
— Вставай на табурет, я сейчас тобой займусь, — сказала мадам Малкин, взмахивая палочкой и торопливо уходя в какую-то железную дверь. За ней последовала и одна из её помощниц. Другая же, девушка с вышитым орлом на платье, пошла в сторону дяди и профессора Макгонагалл.
Вскоре рядом с черноволосым мальчиком появилась табуретка, на которую и встал ничего не понимающий Эллиот.
— На какой факультет ты планируешь поступить? — спросил мальчик, стоящий сбоку от черноволосого, лица которого Эллиот не видел.
— Не знаю, — тихо ответил мальчик.
Эллиот замер и с неприличным вниманием принялся осматривать своего соседа. Тихий, но твёрдый голос, чёрные волосы и чуть выпяченная вперёд нижняя губа. В голове тут же всплыла гостиница у железной дороги, «богатые тоже плачут» и странный знакомый.
— Да надо же, — тихо сказал Эллиот, а затем с хитрой полуулыбкой тронул мальчика за плечо, заставляя того обернуться. — Принц Горшков!
Гарри Поттер обернулся, замер, было видно, что он тоже был крайне удивлён. А затем, услышав, как его назвали, закаменел, сжал кулаки и сквозь зубы припечатал:
— И я тебя узнал, — словно признавая знакомство, ответил Гарри. Затем замолчал и натянул на себя ухмылку. — Глупый коротышка, что считает своего друга выше Эвереста.
Из глаз Эллиота исчезли искры.
— Выше Эвереста? — послышался насмешливый голос за спиной. Услышав интересный разговор, Драко встал на самый край табурета и, вытянув голову, встретился взглядом с Эллиотом. Несколько секунд они молча глядели друг другу в глаза, затем вмиг застыли, как ледяные изваяния, но Эллиот ненавистным воплем разрушил эту тишину:
— Ты!
— Эллиот, — тихо прошептал Драко, с тревогой смотря на него. — Что ты здесь делаешь?
— Это ты что здесь делаешь? — Эллиот весь покраснел и распетушился, его кудряшки воинственно упали ему на лоб. — Чёртов предатель, шпионишь за мной?!
— Ни за кем я не шпионю! — обиженно воскликнул Драко. Его руки тут же метнулись к волосам, пытаясь пригладить их, чтобы скрыть дрожь волнения. — Это ты только можешь шпионить!
— А ты только предавать, грязный вонючка! Я всё знаю, знаю, как ты боишься подвести родителей, маменькин сыночек, — Эллиот улыбнулся и чуть склонил голову, теребя пальцами пуговки на жилете.
— Замолчи! — с явной обидой воскликнул Драко.
— А ты заставь, — холодно прошептал Эллиот, глядя исподлобья.
И тут Драко неожиданно для самого себя бросился на Эллиота, опрокидывая табуретку и в последний момент спрыгивая с неё. Схватив Кларка за воротник рубашки, он стащил его с подставки и зарядил кулаком в скулу. Эллиот же, толкнув испуганного Гарри Поттера на пол, навалился всем телом на Драко, роняя его и придавливая к полу.
— Вы что, все с ума посходили?! — закричал Гарри, бросившись их разнимать, но его тут же отнесло назад заклинанием.
Нарцисса, в самом конце магазина присматривающая воротники, испуганно оглянулась и рванула к Драко; Альберто и Макгонагалл прервали спор о сюртуке и тоже поспешили на крик.
На шум сбежались мадам Малкин и её помощницы, но Эллиот и Драко, попеременно лежащие друг на друге, валялись по земле и безустанно колотили друг друга.
Макгонагалл вытащила палочку. Альберто молча, расчётливо следил за действиями племянника. Когда Эллиот сумел сесть на своего противника сверху, Макгонагалл наконец взмахнула палочкой. Порадоваться своей победе мальчик не успел: его ударило волной заклинания прямо в живот и отнесло к стене, рядом с которой и происходило побоище.
В этот же момент он не сумел даже и понять, что произошло, как его больно схватили за левое ухо и потянули вверх. Эллиоту пришлось последовать за рукой.
Он поднялся, придерживая своё нестерпимо горящее ухо, и встретился со стальным взглядом дяди Альберто.





| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |