Адвокат дьявола (гет)

Дарья рухнула на стул и судорожно вцепилась в подлокотники, чувствуя, как сердце бьется в груди, словно пойманная в силки птица. Ее взгляд метался, как у загнанного зверя, в поисках пути к спасению из невидимой клетки, которую она сама же и создала. Стыд и страх сжимали горло, словно удавка, заставляя ее опустить голову, чтобы спрятаться от пронзительного, ледяного взгляда Марго, который словно прожигал ее насквозь.

Марго сидела напротив, скрестив руки на столе, и ее холодная, зловещая усмешка была похожа на лезвие ножа. Дарья чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег: каждый вдох был мучительным, словно последний глоток воздуха. «Выжить» — вот единственная цель, но она балансировала на тонкой грани между правдой и ложью, словно на скользком льду, готовом обрушиться в любой момент.

Мысли метались, как птицы в клетке, сплетаясь в хаотичный клубок оправданий. Но нити рвались одна за другой, оставляя лишь обрывки. Вместо того чтобы придумать что-то умное, она, запинаясь, выдавила первое, что пришло в голову:

— С чего вы взяли, что меня не было дома?

Марго ответила спокойно, но в ее голосе зазвучала сталь:

— Ну так... Полвечера тебе звонила, но ты не отвечала. Ближе к утру я пришла. А ты лежишь на пороге, вся в грязи и крови, бормочешь какой-то бред. Сначала я подумала, что ты пьяна... — Ее голос становился все холоднее, а глаза — острее.

Дарья почувствовала, как внутри все сжалось, будто кто-то плеснул кипяток ей в лицо. Она не могла дышать, слова застряли в горле. Собрав последние силы, она выдавила:

— Не надо продолжать. Простите. Такого больше не повторится.

— Да ну? — Марго прищурилась, и в ее глазах мелькнула тень сомнения. — А может, это ты должна извиняться? Скажи, где ты была?

Внутри все сжалось в тугой узел. Она пыталась придумать ответ, но слова застревали в горле, как ком грязи. Почему-то всплыли слова подруги из Ленинграда: «Главное, чтобы никто не умер». Но сейчас они казались пустой отговоркой, как старый, порванный плащ.

— Я была... на кладбище, — выдавила она, пытаясь звучать уверенно, хотя голос предательски дрожал.

Марго приподняла бровь, и ее взгляд стал еще более подозрительным.

— На кладбище? Зачем?

— Могилу отца проведать, — сказала она первое, что пришло в голову, надеясь, что это хоть как-то успокоит Марго.

Вдруг этот кошмар был прерван резким треском телефона. Звонили в девять утра — кто мог ей звонить в такое время? На лице Марго отразилось такое же замешательство. Дарья встала, чувствуя, как ноги подкашиваются, и подошла к телефону, не отводя взгляда от Марго. Внутри все похолодело. «Если там будет эта Гелла, я ее убью», — пронеслось в голове. Это имя было как яд.

— Привет, — раздался знакомый, но неузнаваемый голос, словно из глубины ада.

Дарья застыла. Внутри все скрутило от ужаса. Она медленно поднесла трубку к уху, и ее голос прозвучал тихо, но напряженно:

— Кто это?

В ответ раздался лишь шепот, от которого по спине пробежали мурашки:

— Ты знаешь.

Она узнала этот голос, который ненавидела больше всего на свете. Этот голос — как эхо прошлого, от которого невозможно скрыться. Когда-то, еще в университете, они были подругами. Но сейчас это слово казалось насмешкой. Она скорее предпочла бы умереть, чем снова увидеть эту женщину.

— Завтра в семь вечера на Патриарших прудах, — продолжила собеседница. — И не опаздывай. Ты же знаешь, я не люблю ждать.

Не дав Дарье и слова сказать, она резко повесила трубку. Телефон выпал из рук, и Дарья почувствовала, как мир вокруг нее рушится.

— Вот же сука! — громко крикнула Дарья, чем изрядно напугала Марго.