Спец.код: MARIA (гет)

Чистые белые стены и яркое равномерное освещение создавали ощущение, что спрятаться негде и остаётся только ждать. Ещё и это зеркало во всю стену… с другой стороны наверняка кто-то стоит и наблюдает.

В комнате для допросов Эми находилась уже примерно полчаса. За это время она успела знатно изнервничаться. Почему Роуз здесь, в этой шумоизолированной комнате? Почему её до сих пор не обезвредили как мутанта? Она точно помнила, что приложила все имеющиеся силы, чтобы остановить палача. Он не мог не заметить насколько хватка ежихи крепче, чем у любого обычного мобианца… Или мог? Он же не заметил, как Эми пыталась ему навредить, может ли разрыв в мощи быть настолько огромным, что тёмный не видит разницы между простой гражданкой и мутантом ниже красного уровня?

Палач просто телепортировал ежиху сюда и испарился. Вместе с ним вскоре исчезло и действие адреналина, после чего на девушку свалились последствия произошедшего… Ярче всего о себе кричало плечо: оно жутко болело и пугало своим смещённым положением. А этой рукой Эми ещё пыталась придушить палача — и смешно, и грустно. Теперь травма мешала думать, но Роуз терпела, надеясь для начала пережить допрос, а только потом заняться менее важными проблемами.

Наконец дверь отворилась и в комнату вошёл сотрудник GUN. Эми тут же подобралась, стараясь подготовиться к грядущим вопросам, но человек только молча встал с краю. То, с каким сочувствием он смотрел на ежиху, заставляло беспокоиться пуще прежнего. Что её ждёт, если даже работники GUN ей сопереживают?

Ответ на этот вопрос пришёл вместе с алой вспышкой. Эми вся сжалась, когда в помещении появился проект «Shadow». Почти инстинктивный страх мутанта смешался с жутким стыдом от усмешки, закравшейся в уголок губ палача. В ней Роуз заподозрила отражение той необъяснимой улыбки, которую пришлось застать во время борьбы на крыше.

Совершенное оружие сел за стол напротив девушки, не оставляя никаких сомнений, для чего он явился. Эми сочла это за приговор, потому как допрос палача она точно не выдержит!

Сотрудник передал ему информационный планшет, и на время багряные глаза направили всё внимание в экран.

— Свободен, — произнёс тёмный, не отрываясь от беглого чтения.

Эми посмотрела на совершенно незнакомого работника GUN с надеждой, мысленно прося не уходить и не оставлять её один на один с тёмным. Вряд ли этот взгляд повлиял на него, но тем не менее в ответ прозвучало возражение:

— Меня назначили помочь с допросом, поскольку вы не специализируетесь на таких задачах…

Палач молча поднял на работника убийственный взгляд. Сотрудник стушевался, с секунду посомневался и изменил ответ:

— Так точно.

Эми оставалось только бессильно наблюдать, как третье лицо покидает допросную. Наступила тревожная тишина, в которой даже думать было страшно.

Тёмный всё смотрел в планшет, но его глаза перестали бегать по строчкам, и, казалось, он просто задумался. Эми старалась не смотреть на него, но чёрно-багряный силуэт слишком выделялся на фоне белых стен и неизбежно притягивал к себе внимание.

Тянулись минуты. Наблюдая за хмурым палачом, Роуз вдруг чуть прищурилась, внимательнее вглядываясь в этот мрачный образ. Она нашла в нём нечто более знакомое, чем редкие кадры из новостей, и вспомнила про одного чёрного ежа… Её осенила совсем не актуальная в данный момент мысль: так вот какую «знаменитость» напоминал новый студент… Они были действительно словно близнецы, похожи как Соник и Скордж. Только вот… Эми больше ни за что не допустит той же ошибки и не начнёт никого путать! Не будет перекладывать положительные качества Шеда на совершенное оружие GUN. Тем более что те спокойные и словно бы затуманенные отрешёнными мыслями пепельные глаза сильно отличались от этого яркого, полыхающего кровью дикого взгляда…

Ежиха только сейчас осознала, что тёмный уже какое-то время смотрит на неё.

— Мисс Роуз, — позвал он, кажется, не в первый раз.

— Простите, — Эми спешно опустила взгляд, вспоминая, что пялиться таким образом некрасиво, даже по отношению к совершенному оружию. — Я просто задумалась.

— Я спрашивал: что у вас с рукой?

— Ударилась… — произнесла тихо, удивляясь, что охотник разглядел вывих.

— Почему не потребовали врача?

Эми мысленно вздохнула: потому что она — мутант, а врачи слишком хорошо умеют распознавать физиологические аномалии, тем более врачи из GUN. Если ежиха выберется отсюда, то Крим поможет оказать первую помощь, а на выходных Роуз съездит домой, к знакомым врачам, которые не выдают секретов.

— В этом нет необходимости, — ответила она почти уверенно.

Палач отложил планшет и несколько раз ударил по столу чёрным когтем указательного пальца.

«Что не так?» — Роуз ощутила напряжение. Допрос ещё не начался, а казалось, что она уже нарвалась на проблемы.

Тёмный поднялся, обогнул стол и встал за спиной занервничавшей ежихи. Эми попыталась обернуться, чтобы не терять источник опасности из виду, но оказалась остановлена строгим:

— Сиди ровно.

Тёмный взял её больную руку и начал ощупывать плечо. Его пальцы были тёплыми и касались почти невесомо, но вызывали внутри холодный ужас, из-за которого даже обострившаяся боль становилась неважной.

Стараясь звучать не слишком запуганно и в то же время не вызвать гнев, Роуз очень осторожно спросила:

— Мистер палач, что вы делаете?..

Тёмный отчего-то фыркнул, бросив на неё короткий взгляд.

— Примеряюсь: как бы отгрызть вам руку, — проворчал он, но, заметив, как ежиха стремительно побледнела, тут же добавил. — Сарказм, мисс Роуз! Это был сарказм! Без паники, не собираюсь я вас грызть!

Эми на мгновение впала в ступор, но потом выдохнула и даже тихонько хихикнула. Не от веселья — от нервов.

— Может, только покусаю… — послышалось тем временем глубоко задумчивое, словно идея только-только была выдвинута на рассмотрение… Но прозвучало это на грани слышимости, настолько тихо, что ежиха была уверена: показалось! Тем более что палач тут же исчез, оставив её в одиночестве почти на минуту.

Появился там же, напугав внезапной алой вспышкой и видом подозрительного шприца в ладони.

— Это?.. — попыталась Эми сначала выяснить, что за препарат принёс тёмный, но тот уже успел вколоть его в плечо, отодвинув рукав футболки.

— Анестетик, — пояснил охотник.

Эми с сомнениями наблюдала, как пустеет шприц, но не вырывалась, ощущая расползающуюся по руке облегчающую прохладу. Вскоре палач убрал инструмент и поправил гарнитуру в ухе, отвечая кому-то по ту сторону одностороннего зеркала:

— Не надо медиков. Сам разберусь, быстрее будет.

Закончив короткий разговор с наблюдателем, охотник сел на край стола возле девушки и сложил руки на груди. Отсчитывая в уме время до полного воздействия препарата, он наблюдал за непривычно молчаливой розовой ежихой и, пожалуй, впервые жалел о своей устрашающей репутации.

— Не обязательно так дрожать, мисс Роуз.

— Я не дрожу! — на мгновение возмутилась она, но тут же снова сжалась.

— Хотите сказать, это меня дёргает? — он поймал торчащую чёлку ежихи пальцами за кончик пряди, чтобы та не подрагивала. — У вас иголки ходуном ходят.

Но девушка только зажмурилась и даже пошевелиться не осмелилась. Поняв, что таким образом только сильнее пугает, тёмный убрал руку и сменил тему:

— Насчёт «мистер палач»… давайте обойдёмся просто «палачом», а то звучит нелепо. Также можете обращаться ко мне по названию: Шедоу.

Эми неуверенно кивнула.

Ей эта просьба странным образом напоминала знакомство, даже захотелось представиться в ответ, но тёмный явно уже вычитал её имя с информационного планшета, и наверняка не только имя.

Единственное, что напрягало ежиху… «Название»? Не имя? Такое определение звучало неправильно, если, конечно, не вспоминать, что перед ней находится искусственное живое оружие охотников.

Но ведь… живое…

Ежиха встряхнула головой, выбрасывая из неё глупые мысли. Её наивное сочувствие палачу ни к чему хорошему не приведёт! Неужели ей не хватило Скорджа?! Так он ещё был цветочек! По крайней мере из своих, а не из GUN.

Пока Эми возвращала рациональное настороженное отношение к проекту «Shadow», тот опять взял её онемевшую руку и что-то сделал, из-за чего от плеча послышался громкий щелчок. Сустав встал на положенное место и перестал пугать неестественной выпуклостью.

Роуз с удивлением осмотрела конечность и поднялась взглядом по чужим рукам, не спешащим отпускать её плечо. Встретилась с пронзительными алыми глазами.

— Спасибо…

Секундная пауза, после которой палач резко её отпустил и отвернулся, бормоча что-то вроде «Что за чертовщина?..» и уже громче, с показательным безразличием отвечая:

— Защита гражданских — моя догма, — он наконец вернулся на своё место. — Теперь к делу…

Тёмный включил встроенный в стол диктофон и снова взял планшет, чтобы вычитать:

— Эмили Роуз, двадцать два года, родом из Грин Хиллз, стипендиатка Центрального университета, работаете на полставки в цветочном магазине «Космо»… Всё верно?

Девушка нервно сглотнула, снова ощутив себя как на иголках, и ответила:

— Д-да.

— Не стоит так нервничать, мисс Роуз. Это лишь формальный допрос свидетеля.

Этот ровный низкий голос, изображающий отстранённый официоз, почти успокаивал, только вот… «формальный допрос» не должен проводиться лично палачом!

— До сегодняшнего дня вы были знакомы с мутантом Соником? — вопросил охотник после небольшой паузы.

— Нет, — эту ложь произнести получилось даже проще.

— Но вы с ним родом из одного места… — тёмный едва заметно сузил глаза.

Эми приложила все моральные силы, чтобы не проявить панику на лице. Она набрала немного воздуха в грудь и начала старательно удивляться:

— Вот как? А я и не знала! Грин Хиллз, конечно, маленький городок, но не настолько, чтобы знать всех в лицо, и бегающих по улицам синих ежей я там точно не видела…

Кровавые глаза посмотрели на неё очень внимательно. Роуз поняла, что она слишком переигрывает, и умолкла. Но тёмный ничего не уточнил, только плавно кивнул.

Эми незаметно выдохнула, а её оппонент продолжил. Большинство вопросов были на удивление простыми. Охотник интересовался: почему она не спряталась после объявления о появлении экстра, как она оказалась в том месте, где её «схватил мутант», угрожал ли он ей, причинил ли какой-то вред, помимо вывиха плеча, и ни слова про её нападение на палача при исполнении. Каким-то образом их разговор вообще развернулся так, что во всех бедах ежихи оказался виноват именно Соник…

— Вы подтверждаете, что мутант Соник пытался похитить и сделать из вас заложника? — начал уже подводить итоги охотник.

Девушка замялась, пытаясь понять, в какой момент она умудрилась подставить друга, и мысленно извиняясь перед ним. Соника ведь и так злодеем вечно выставляют. Ответить положительно оказалось для Эми морально непосильной задачей, поэтому в этот раз она сказала правду:

— Ну… он спас меня из-под обломка здания…

— Которое сам же и подорвал… — тут же добавил скептическую ремарку палач и хотел было задать новый вопрос, но Роуз внезапно осмелела и возмутилась:

— Подорвал? — звучало как абсурд! Эми абсолютно не верила услышанному и злилась, обижаясь за несправедливо обвинённого друга. — Зачем ему это?

Тёмный предупреждающе сощурил глаза, но ответил:

— Затем, чтобы отвлечь преследование, в данном случае — меня. Пока я отлучался за агентом отдела спасательных операций, чтобы предотвратить обвал здания, синий паразит почти успел выбежать из-под «гильотины». Заодно подобрал заложника в вашем лице.

Нет, глупость какая… Соник бы точно не стал ничего подрывать, это же опасно! Эми захотелось выяснить правду:

— Почему вы так решили?

— Мисс Роуз, не забывайтесь… — медленно проговорил палач, и от его голоса казалось, освещение в комнате померкло.

Ежиха тут же опомнилась. «Глупая Роуз! — обругала она саму себя. — Молчи! Не до справедливости сейчас. Соник жив и на свободе, наверняка уже вернулся домой и обработал раны, с ним всё хорошо, он в безопасности, а ты — нет!»

— Простите… я… просто…

— Понимаю, — тёмный вернулся к спокойному тону, но от него всё ещё ощущалось давление. — Вам показалось, что мутант спас вам жизнь, и вы ему благодарны. Но это лишь уловка.

Эми вынужденно кивнула. Хорошо, что её глупое возмущение восприняли именно так… Но она и не подозревала, что на самом деле никто этой отговорке не верил: ни палач, ни наблюдатель.

— Очевидно, она что-то скрывает, — звучало в наушнике тёмного. — Со свидетельницей ещё надо поработать. Но будет лучше, если допрос продолжит профессиональная команда…

Не таких результатов хотел добиться палач. Но Роуз слишком заметно нервничала, плохо врала и остро реагировала на обвинения Соника. Неужели ей настолько важно защитить репутацию синего? Если она попадёт в руки «профессионалов», то уже не выйдет отсюда…

Охотник перевёл взгляд на зеркало, где отражались две фигуры ежей. Наблюдатель за стеклом продолжал что-то болтать про то, как следует закончить допрос, а Роуз словно заранее учуяла что-то нехорошее и притаилась.

— Я всё выясню, — нарочито зловеще ответил тёмный в микрофон. — Своими методами…

— Какими ещё ме… — дослушивать встревоженный голос наблюдателя охотник не стал, сняв и бросив наушник на стол.

Он выключил диктофон, поднялся, взял свой стул и вместе с ним переместился к выходу, чтобы подпереть дверь. Эми настороженно проследила за этим и за тем, как палач призвал и метнул пару хаос копий. Одно попало в камеру видеонаблюдения под потолком, а второе — по механизму жалюзи, отчего те развернулись, плотно закрывая зеркальное окно. Допросная оказалась напрочь отрезана от внешнего мира…

— Встаньте, мисс Роуз, — палач подошёл к Эми.

Ежиха подняла на него испуганный взгляд, от страха её сердцебиение отчаянно набирало обороты.

— Быстрее.

Эми резко встала и сделала несколько шагов в сторону от охотника. Тот одобрительно кивнул и легко отшвырнул освободившийся стул, да с такой силой, что, врезавшись в стену, мебель с жалобным треском разломилась, оставив вмятину на белой поверхности. Девушка с некоторым сочувствием проследила за судьбой неодушевлённого предмета, молясь не оказаться на его месте.

А ведь стулья были прибиты к полу, но… ключевое слово «были».

Тёмный двинулся в сторону Эми, и она сразу отшатнулась, надеясь сохранить хотя бы иллюзию безопасного расстояния. Но палач не остановился, и Роуз пришлось торопливо засеменить назад, до тех пор пока пространство комнаты не закончилось, и она не наткнулась спиной на стену. От этого столкновения из неё вырвался отчаянный панический писк:

— Пытки недопустимы в допросах!

Охотник встал на расстоянии вытянутой руки и спокойно ответил:

— Я в курсе, — его когти потянулись к Эми, хватая её за ворот футболки и чуть сильнее прижимая к стене. — Но сделайте вид, что именно пытками мы сейчас и занимаемся…

До этих слов ежиха всецело находилась в панике, но теперь с непониманием уставилась на тёмного. В смысле, «сделать вид»? Что он задумал? Что вытворяет? Зачем?!

Со стороны двери послышались щелчки отпираемого замка и попытки провернуть ручку.

— Нет, мисс Роуз, вы теперь удивлены… — хмурился палач. — Будьте добры трястись и бояться.

Его подчёркнутый официоз в текущей ситуации начал звучать абсурдно, и у Эми вырвался нервный смешок:

— Ранее вы просили не дрожать…

— А теперь я прошу и даже настаиваю на обратном, — уверенно заявил этот противоречивый охотник.

Роуз совсем потерялась в происходящем. Почему-то именно теперь ей, буквально загнанной в угол, перестало быть страшно… Скорее, смешно — нервы окончательно сдавали позиции.

В дверь тем временем начали ломиться, но стул пока проявлял чудеса крепкости и устойчивости.

— Нет, так не пойдёт… — пробормотал тёмный. — Если нас увидят сейчас, то поймут не то, что надо. Позвольте, я вас припугну.

Не дожидаясь согласия на это совершенно странное предложение, палач стремительно изменился в лице, изображая наиболее жуткое воплощение себя же, и переместил руку с ворота одежды на тонкую шею девушки.

И тут Эми бы искренне испугалась, если бы тёмный хоть чуть-чуть сжал пыльцы, угрожая лишить доступа к кислороду. Но его ладонь едва касалась ежихи, и той было лишь… щекотно.

Когда девушка начала подхихикивать, палач в недоумении дёрнул ухом и поспешно закрыл лицо свободной рукой.

— Чёрт возьми… Роуз, ты это серьёзно?

— Прости, прости, — Эми очень старалась удавить неуместные смешки, но получалось плохо, и от этого девушка переживала только сильнее и начинала тараторить. — Я перенервничала… Сейчас, я успокоюсь и обязательно испугаюсь, обещаю! Вообще-то, мне и сейчас страшно, правда-правда, но… хи-хи!

В надежде, что этот приступ веселья быстро пройдёт, охотник начал просто терпеливо ждать, наблюдая за содрогающейся от ударов дверью и… стараясь не смотреть на Эми.

— А… можно вопрос?.. — послышалось осторожное с её стороны.

Палач оценил состояние «баррикады» как пока ещё достаточно устойчивое и разрешил:

— Пока можно.

Вопросов у ежихи было много, но на самом деле она не рассчитывала, что ей разрешат их задать, а потому не успела выделить самый главный и теперь, чувствуя ограниченность времени, задала первый попавшийся:

— Почему в допросе не было ничего про нападение на палача?

Тёмный вскинул бровь, словно бы удивился или не понял о чём речь. Эми пришлось уточнить:

— Ну, когда я там, на крыше…

— Какое нападение? Не помню ничего подобного, — очень медленно на лице охотника проявилась та самая улыбка, кричащая об очевидном факте: всё он прекрасно помнит!

Роуз залилась краской, а дверь тем временем содрогнулась от особенно мощного удара. Палач перестал улыбаться, прислушиваясь к неясному шуму за стеной.

— Робота притащили. Сейчас выломают, — сделал он выводы и выжидающе посмотрел на ежиху, намекая, что пора бы уже начинать бояться.

Эми честно постаралась исполнить обещание и живо представила, что задыхается: зажмурилась, захрипела, руками вцепилась в запястье палача, словно бы пыталась освободиться. Хватка охотника тут же ещё больше ослабла, кажется, он на миг поверил этому маленькому спектаклю и подумал, что слишком сильно сжимает пальцы. Роуз пришлось постараться, чтобы не издать очередного смешка, но потом она ощутила мягкое поглаживающее движение большого пальца на шее…

Дверь слетела с петель, сломав подпирающий её стул, и упала возле тёмного. Тот и ухом не повёл, пока в помещение вместе с роботами не ворвался сам Айво Роботник.

— Назад! — заорал он, изображая специальный командный жест перчаткой.

Совершенное оружие тут же отшатнулся от Роуз и со сдавленным болезненным рычанием обхватил голову, до крови впиваясь когтями в чёрный мех на лице.

Эми планировала изобразить слабость, закашляться, может, даже драматично сползти по стене, но оказалась слишком шокирована, чтобы продолжать играть. Она наблюдала за тем, как корчится от неведомой боли палач, и не могла понять… неужели этого он добивался?

— Мисс, с вами всё в порядке? — подошёл к ней другой сотрудник GUN.

— Кто допустил его к допросу?! — громко возмущался Роботник.

— Так это… вы, доктор…

— А, и правда… заткнись, умник! Кыш отсюда! И розовую… то есть, гостью нашу уведи! — руководитель GUN размахался свободной рукой, прогоняя всех, и тут же переключил внимание на совершенное оружие. Только теперь он перестал удерживать мудрёный жест, и тёмный замер, медленно расслабляясь и приходя в себя.

— Шедоу! Нападение на гражданских?! Какого чёрта?!

Охотник спокойно выпрямился, поднял голову и ровно, как ни в чём не бывало ответил:

— Были подозрения, что она что-то скрывает…

— Ах, у него подозрения были… И что? Добился чего-то?! — активно язвил доктор.

— Нет. Совершенно бесполезный свидетель.

— Жаль… — на мгновение расстроился Роботник, после чего снова отдался гневу, замахав в сторону чёрно-багряной фигуры указательным пальцем. — Ну, а как иначе! Да ты просто решил угробить репутацию GUN! Не так ли?!.. — палец доктора переместился и начал указывать куда-то вверх. — В лабораторию! На проверку! Живо!

Багряные глаза задели вниманием удаляющуюся розовую ежиху, которую сотрудники выводили из разгромленной допросной. Эми с непониманием и искренним беспокойством оглядывалась назад, в его сторону. Но стоило их взглядам пересечься, как палач исчез, произнеся напоследок заученное «Так точно».