Джедай почти не виден (джен)

А тем временем на орбите не успели порадоваться легкому успеху миссии Калриссиана, как на связь вышла посол на Ауреке Лея Соло. Судя по докладу, проблемы у нее возникли нешуточные, а именно — не с кем вести переговоры.

Правительства на Ауреке Солличе обнаружить не удалось. Никакого. Вообще. Нет, прибыть на планету посольству никто не мешал. Собственно, на их прибытие просто не обратили внимания. В заросшем всепроникающей тропической зеленью космопорту их только бездомная шавка облаяла.

И бывшего моффа планеты Лея нашла без проблем. Только около года назад группа вооруженных людей настоятельно порекомендовала ему убираться из губернаторской резиденции подобру-поздорову, и он счел за благо подчиниться. Теперь тихо живет в оформленном на жену домике в глубокой провинции, и даже временами платит дань местным бандитам. В общем, живет как все.

— В городах заправляют десятки банд и бандочек. Меж собой особо не воюют. Обкладывают данью фермеров. Потом тратят награбленное в казино и борделях. И то и другое процветает. А вот у фермеров получается по-разному: тем, кто ближе к городам, приходится несладко. К ним за данью то одни, то другие наведываются едва ли не каждую неделю. Не сумевших или не захотевших заплатить обычно бьют, особо строптивых спалили. Последнее время появились случаи, когда в счет оплаты «долга» забирают девушек. Так что и до рабства немного осталось. А вот в глубинку большинству банд тащиться пока лень. Среди джунглей есть еще, небось, фермы, на которых про новые порядки толком и не слышали. Но по мере разорения пригородов, таких становится все меньше. Но уж совсем бессистемных поборов на большинстве территорий нет.

— Значит, уровень жизни терпимый, и излишки продуктов для поставок на Корусант имеются, — удовлетворенно кивнул Дарт Вейдер.

— Ага! Только нам их не продадут, — охотно закивал лорду Ландо. — Напрямую с фермерами договоры заключать муторно, да и бандиты не дадут. А сами бандиты устроят междоусобную войну за право контролировать идущие от нас денежные потоки — это факт. А вот оплаченных поставок мы можем и не дождаться.

— Да вы, вообще, о чем говорите?! — возмущенно замахала руками на Калриссиана Лея. — Какие договоры? Там же бандиты!

— Принцесса предлагает высадить на Аурек штурмовиков для проведения зачистки планеты от нежелательных криминальных элементов? — уточнил Дарт Вейдер.

— Да, ситх их всех побери!

— И вы уверены, что завтра эти криминальные элементы не объявят себя повстанцами — борцами за свободу и независимость малой родины?

Лея растерянно моргнула, и с ответом замешкалась. Лорд продолжал.

— Помнится мне, даже такой известный враг старого режима, как г-н Калриссиан, первоначально имел проблемы не столько с империей, сколько с ее криминальной полицией?

Ландо обиженно забурчал нечто неразборчивое о том, что темный лорд, в принципе, прав, но тыкать честному бизнесмену и политику в нос ошибками его молодости не надо. Так друзья и соратники не поступают. У нежданно зачисленного в друзья Калриссиана Дарта Вейдера как-то вдруг забарахлил вокодер (поперхнулся ситх, короче), но он справился и продолжил:

— Госпожа посол, выясните, пожалуйста, во что и на что играют в тамошних казино?

— Во что, уточню. На что — уже в курсе. На что попало. Тут и еще имперские кредиты ходят, и местный кэш. А теперь еще и земельные расписки. Они тут на сходке главарей решили упорядочить поборы с фермеров и оформили на каждый земельный участок карточку на предъявителя. У кого она на руках, тот этого фермера и обирает.

— И что, прочие подчиняются?

— Как я поняла, не очень. Но сами эти расписки сейчас гораздо популярнее всех прочих денег… И вы предлагаете это терпеть? Да они тут скоро заправскими феодалами заделаются. С правом первой брачной ночи и травлей крестьянских посевов.

— Заделаются. Только не они. Калриссиан, сворачивайте ваши посольские дела. Договор с пожарником и Нагарра подпишет. А вы мне нужны на «Грозящем». Капитан О’Кан, готовьтесь к переходу на орбиту Аурека.

* * *

Ландо Каприссиан дулся с Вейдером в «очко». Капитан О’Кан прогуливался вокруг, время от времени кладя перед играющими то пижонский карманный коммуникатор Ландо, то меч ситха.

— Вы жульничаете, лорд. Я не знаю, как, но вы жульничаете! — наконец отбросил колоду в сторону Ландо.

— Естественно, жульничаю, или вы полагаете, в казино Аурека с вами сядут играть исключительно кристальной честности персонажи? К тому же от вас не требуется выиграть все деньги мира. Деньги нас вообще не волнуют, продуйте хоть всю корабельную кассу. Лишь бы сухой остаток в нашу пользу. Да и О’Кан вас страхует. К слову, капитан, как у вас с парадным мундиром?

— Висел где-то. Но я предпочел бы лететь в гражданском… Офицер имперского флота, попавшийся на карманной краже. Зачем мне такой позор?

— Бросьте. Там полицейских участков нет. Если на карманной краже попадется просто штатский чужак, вас убьют на месте. А с офицером имперского флота связываться, может, и поостерегутся. Так что пойдете в форме при всех наградах, и если попадетесь, то орите во все горло, мол, действовал по прямому приказу лорда Вейдера. Тогда я смогу вас не просто вытащить, но и использовать ситуацию на пользу дела.

— Да, мой лорд, — судя по тону, идея О’Кану не нравилась, но возражать он не посмел.

— С вами еще мой парень полетит, в случае мелких стычек подстрахует. Но лучше не попадайтесь. Все. вылетаете через час.

Изрядно отвыкший от парадного мундира О’Кан неловко поправлял сбивающийся при ходьбе кортик. На посадочную палубу он явился первым и теперь прохаживался возле челнока, поджидая остальных. Впрочем, вот и Калриссиан. А вон тот немолодой дядька с обожженным лицом и есть «парень Вейдера»? Мужик представился Аникеем. Капитан представлял боевика помоложе. Да и рожа уж больно приметная для диверсанта, или кто он там есть. Хотя, раньше они определенно не встречались. Знакомых среди офицеров спецслужб у О’Кана не имелось. Ни деловых, ни личных. Только такого «красавчика» сложно не заметить даже среди многотысячного экипажа эскадры. С другой стороны, и ситх с ним. Капитан предпочел бы, чтобы их спину прикрывал взвод штурмовиков, но, если парень свое дело знает….

* * *

Большое столичное казино Аурека Солличе в былые времена отличалось размахом и даже своего рода шиком. О чем свидетельствовали давно нестиранные шторы, тяжелая деревянная мебель, только кое-где замененная на пластик. А вот хрустальная посуда осталась только в качестве декора барной стойки. Напитки клиентам подавали в далеко не одноразовых пластиковых стаканчиках. Сами клиенты на первый взгляд представляли собой толпу крайне пеструю. Но при чуть более внимательном наблюдении, становилось ясно, что объединяет их не только немаленькая степень алкогольного опьянения. Прежде всего, описать всю эту разношерстную публику можно одним словом — банда.

Но сегодня им смотреть на местную шушеру некогда. Да и пригляделись уже. Сегодня они порезвятся здесь по полной.

Это в первый вечер они присматривались, да прогуливались. Калриссиан покрутился возле стайки девиц, да только нос поворотил. Девицы вблизи не понравились или ценник впечатлил? Аникей пристроился возле бара. Сильно не набрался, но на его месте О’Кан Вейдеру по возвращении на глаза попадаться поостерегся бы. Сам капитан вроде бы бесцельно прохаживался от одного игрового стола к другому. И увиденное его в целом порадовало. Прежде всего, отсутствием фишек. Играли прямо на то, что ставили. И у карточных столов, и у местного подобия рулетки ставки просто сваливали на поднос. А еще у местных не принято иметь бумажники. Точнее — не принято складывать в них выигрыш. По карманам рассовывают. В общем, от чужих портмоне избавляться не нужно, одной заботой меньше.

Вчера они уже играли. Но так — по маленькой. Продули тысяч по десять в имперских кредитах. Зато О’Кан выиграл старинные механические часы-луковицу в нерабочем состоянии. Ну, и стал владельцем дюжины расписок на земельные наделы. Их он, правда, не выиграл, а спер. Не планировал, но уж больно беспечно из заднего кармана штанов торчали. Остальные тоже мелкими землевладельцами заделались.

Поначалу показалось странным, но, когда кто-то из имперцев получал свою долю выигрыша, крупье норовил выплатить его не деньгами, а расписками. Калриссиану в этом померещилась некая скрытая угроза. Но Аникей рассудил иначе:

— Ох, не дурак местный барыга. Совсем не дурак. И планирует он раскрутить залетных флотских фраеров на большие бабки.

— Типа, улетать будем, так тащить с собой местные земельные расписки нам резона нет. Во всей прочей Вселенной они просто ничего не стоят. Значит попытаемся продать перед отлетом.

— И он их у нас купит. Причем, по очень выгодному для себя курсу, — облегченно заулыбался Ландо.

— Типа того, — улыбка Аникея не сулила барыге-владельцу казино ничего хорошего.

Основной куш решили брать на третий день, не затягивая. Пока местные недоброго не почуяли. И вот время за полночь, а работа в разгаре. Калриссиан орудует за карточным столом. На радость здешней публике продул уж тысяч сто, изрядно увеличив денежную массу Аурека. Аникей бродил между столами с рулеткой, время от времени ставя понемногу. Крупно не проигрывал, но и не выигрывал. Но ставил только имперские кредиты, а выигрывал только земельные расписки.

Сам О’Кан по началу не без помощи Аникея, который каким-то шестым чувством чуял, где остановится шарик, взял два крупных выигрыша, и теперь ни у кого не должно возникнуть вопроса о том, откуда у него в карманах крупная сумма. Которую он пополнял теперь не так эффектно, как за рулеткой. Но сам, и не покладая рук.

Хотя теперь ему впору не самому по чужим карманам шарить, а за имуществом товарищей присматривать. А то, неровен час... Проходу ж от жулья нет. Ну, вот — накаркал. Стоило отойти на открытую веранду свежим воздухом подышать (ну, и опустошенный кошелек некоего тойдарианца в кусты сбросить), как чья-то осторожная рука потянула ножны его кортика.

Впрочем, рука, может, и осторожная, но наглая и неумелая. И вот уже О’Кан крепко держит за запястье коренастого парня, по виду — из половых заведения.

— Отпусти, гад… — злобно запыхтел неудачливый карманник.

— А то что? — уточнил его старший коллега, но хватку не ослабил.

— А то! — в свободной руке блеснула заточка.

— Дурак.

О’Кан постарался вложить в это слово все возможное спокойствие и презрение. Хотя, при чуть более внимательном рассмотрении карманник оказался хоть и рослым, но сопливым. Из числа малолетних отморозков, с которыми лучше не связываться.

Слава Силе, Аникей и местный вышибала появились на веранде одновременно. Первый понял, что тут справятся и без него, и исчез. Второй бесцеремонно встряхнул неудачника за шиворот.

— Не воруй где живешь и не живи где воруешь, сявка, — прорычал вышибала, сопроводив сказанное ударом в зубы.

— Простите, дяденька, — заученно, без особого выражения промямлил парень.

— Чтоб духу твоего здесь больше не было.

Второй удар получился куда основательней. Видимо, уже уволенный из заведения сотрудник вылетел через перила в те самые кусты, в которые минутой раньше улетел кошелек тойдарианца.

— Прошу извинить, ваше благородие, — вышибала поднял с пола и протянул О’Кану кортик. — Чтобы у вас не осталось неприятных воспоминаний о нас, господин управляющий просит вас зайти для этой... как ее, заразу? Компенсации морального ущерба, вот.

— Ну, пошли.

Управляющий оказался маленьким зеленым негуманоидом с острыми ушами на морщинистой голове.

— Прошу дорогого гостя не держать зла. Уверяю вас, это вовсе нетипично для нас. И в будущем вы можете рассчитывать на приятный и безопасный отдых здесь. Наша система безопасности полностью исключает карманные кражи. На всегда бывают досадные недоразумения.

— Да, да, я вас понимаю, — важно кивнул О’Кан.

— Молодой паршивец — парень странный. Болтал приятелям про брата-звездолетчика. А тут такая возможность представить доказательство того, что не врет. И чтобы окончательно сгладить это глупое недоразумение, прошу принять наш маленький презент.

Перед О’Каном лег конверт.

— Вообще-то, мы скоро уходим, и местные бумажки мне в космосе ни к чему….

— О, не извольте беспокоиться! Именно у меня вы и ваши друзья смогут обменять местный кэш и земельные расписки по самому выгодному на планете курсу!

— По поводу земли еще подумать надо. Неплохо приобрести кусочек поживописней. Чтоб, значит, было где отдохнуть на старости лет.

— Понял вас, мой господин!

Конверт исчез. Из стола зеленый ушастик извлек солидную теснённую золотом папку. А из нее — одну из куда более помпезных, чем расписки за фермерские наделы, бумагу.

— Прошу принять от чистого сердца. Это право на курортный городок на берегу чудного озера. Он ваш, мой господин.

— Благодарю.

О’Кан церемонно склонил голову в поклоне. Они еще несколько минут обменивались вежливыми фразами и даже выпили по стопке сивухи за мир и дружбу между народами, по-простому сдвинув бумаги на край рабочего стола. Даже тот факт, что неловко поднявшийся из-за стола капитан свалил их неровную стопку на пол, не разрушил благостной атмосферы. Без всякой неловкости посмеялись крепости сивухи и вместе собрали разбросанное.

Аникей сильно встревоженным не выглядел, но поджидал капитана у выхода из служебных помещений.

— Как успехи?

— Местный барыга, и правда, умный — чует, что в скорости имперская «крыша» ему ох как пригодится, и только что сунул мне взятку. В знак будущего плодотворного сотрудничества.

— А ты?

— Я взял. И еще сверх предложенного прихватил чего-то. Так что, если сейчас хватятся, то уходить придётся быстро и со скандалом.

— Нет, спокойно вроде. Уселись отмечать успешную покупку представителя власти, небось.

Аникей чутко, словно собака, повел носом и прислушался. Будто происходящее в дальних покоях можно услышать или почувствовать из шумного игрового зала. Хотя, зал уж не такой и шумный. Дело к утру. Народ начал расходиться.

— Ну, что, господа, пора и честь знать? — сладко потягивался поднявшийся из-за карточного стола Ландо.

— Пожалуй.

Все трое неспешно направились к выходу.

Машин на с вечера переполненной стоянке осталось немного, поэтому возню у своего челнока они заметили издалека.

— Теперь все, пацан, ты попал, — сообщил кому-то невидимому за кормой челнока лениво привалившийся к разделительному столбу парковщик в яркой жилетке. Аникей замер так, чтобы вся площадка оставалась в поле зрения. Ландо пристроился ему за спину. О’Кан же отправился посмотреть на происходящее за кормой.

-У…, Ё…, б…., с-ки, — раздалось из-за машины.

— Вы на кого это там, капитан? — заинтересованно крикнул Калриссиан из-за спины Аникея.

— Я не ругаюсь, я просто читаю написанное на борту вашего лимузина, посол, — официальным тоном отозвался командир «Грозящего»

И вот уже все трое лицезрят похабную надпись на борту посольского челнока. Кроме них еще зрители нашлись. Второй парковщик и давешний парень — похититель кортиков с тряпкой и ведром керосина в руках.

— Извольте полюбоваться: этот гаденыш вашу машину испохабил. Мы отмывать заставили. Да у него так шустро, как поганил, не получилось. Так что вы теперь сами с ним разбирайтесь, как хотите.

Оба труженика парковки сочли свою миссию выполненной и удалились.

— В каком смысле, как хотите? — крикнул вслед уходящим Ландо.

— В самом широком, — отозвался за парковщиков Аникей:

Парень тем временем осторожно попятился, но быстро уперся спиной в стойку шасси. После чего, словно опомнился, резко крутанулся на месте, ощерившись. В руке блеснуло.

Аникей с места не тронулся, но резкий выпад руки заставил самодельный, но пижонистый стилет с наборной ручкой до упора войти в ствол сухого дерева на краю площадки.

Это что же выходит, удивленно смотрел на нового знакомого О’Кан. Вейдер около себя недобитого джедая держит? Тогда понятно, почему парня раньше никто не видел. Только от мысли о том, что их спины прикрывал по большому счету предатель, стало неприятно.

И тут опомнился Ландо, чей взгляд упал на пустой баллончик из-под краски.

— Ты, чего, гниденыш, сделал?! Эту же ионодисперсионную гадость никакой силой не смоешь?!! — посол судорожно расстегнул форменный ремень и ринулся на хулигана.

Тот, только что готовый с ножом на трех взрослых и не вполне трезвых мужчин броситься, вдруг скис и кинулся убегать во все лопатки. Только делал он это как-то странно. О’Кан озадаченно наблюдал, как пацан и преследующий его Ландо делают третий круг вокруг челнока. Впрочем, когда капитан обратил внимание на едва заметные движения пальцев Аникея, все встало на свои места. Убегающий на каждом круге пытался свернуть в спасительные кусты, в которых, наверняка, кроется дыра в заборе. Но всякий раз неведомая сила бросала его на очередной круг. Калриссиан уже изрядно запыхался, но сумел оттянуть обидчика вдоль спины от силы раза три, отчего гонку не прекращал. Или та же сила, что не давала пацану свернуть в сторону, мешала Ландо остановиться.

— Может, хватит? — неприязненно покосился на седого О’Кан.

— Кажется, да.

В руке Аникея появился бластер. Разряд ушел в кусты, едва не опалив задравшийся вихор местной шпаны. Из зарослей вывалилась туша гразля — единственного, но от этого не менее опасного хищника Аурека Солличе. Странная тварь — ночной вампир. Внешне примат, но вооружен ядовитым жалом и склонен атаковать любое теплокровное существо без разбора.

Пока Аникей отвлекался на гразля, Ландо настиг беглеца. Но на праведное и справедливое возмездие куража не хватило. Хотя, парень уже и не рыпался, только голову руками прикрывал.

— Вот теперь пора убираться, — первым заговорил Аникей осмотревший ошейник и обрывок цепи на гразле.

— Чего они тут совсем офонарели? В городе такую тварь держать! А если б она набросилась на кого? Да хоть бы и на этого… — Ландо брезгливо покосился в сторону прижавшегося к шасси парня.

— Хотелось бы ошибаться, но очень может быть, это и требовалось, — отозвался Аникей.

— Думаешь, этот гаденыш здесь настолько всех достал? — теперь Ландо смотрел на парня, пожалуй, даже с уважением.

— Думаю, что местный барыга сообразил, что очень скоро ему понадобятся не столько деньги, сколько связи. Вот и решил, взятка — взяткой, а повязать нужных ему чиновников новой власти кровью будет надежнее. Когда утром в кустах нашелся бы труп этого недоумка, доказать, что это не мы на его зверя натравили, будет крайне затруднительно. Все улики против нас.

— Как-то оно не по понятиям — своего сливать, — засомневался О’Кан.

— Когда авторитетный вор подается в политику, то понятия уже не работают, законы уважать не привыкли, а совесть ни в политике, ни в криминальном бизнесе не приветствуется.

— Может паренек — любитель красивых ножей случайно на кортик позарился. Хотя…. Ты ж, родимый, не щипач, скорее гопник?

— А потом ему чисто случайно на глаза баллончик с краской попался, да и гразль сам с цепи сорвался, — не стал спорить Аникей.

— Да какая, в конце концов, разница? Убираться отсюда надо, — О’Кан решительно шагнул на опущенную аппарель челнока, но на пол-дороги притормозил и, не оборачиваясь, бросил местному. — А тебе особое приглашение надо?

— С какого перепугу? — окрысился тот.

— С того, что гразль, наверное, и правда случайно сорвался. Но если г-н Аникей прав, то твой труп со следами всяческого насилия к утру и без зверюги образуется.

Дожидаться ответа капитан не стал. Спрыгнул назад на землю и ухватил сомневающегося за шиворот. Тот, впрочем, особо и не сопротивлялся. Только сообщил с максимально возможной в его положении сердитостью.

— Будишь доколебываться не по делу, сбегу. В первом порту сбегу.

— Можно и не в порту, коль неймется, — великодушно поддакнул капитан: — Зовут-то тебя как, шантрапа?

— Крысик.

— А по-человечески?

— Это имя! У меня и батя, и дед Крысиками были! — обижено заорал пацан, поудобнее усаживаясь в пассажирском кресле.

* * *

Похоже, Аникей ухитрился доложить Вейдеру об операции на Ауреке первым. В всяком случае, когда Калриссиан и О’Кан явились к лорду, спецагента у него уже не было, зато Дарт Вейдер оказался неплохо осведомлен о их похождениях.

— Итак, что мы имеем в сухом остатке? — темный лорд загружал штрих-коды добытых земельных расписок в считывающее устройство стереокарты Аурека, и перед собравшимися стали высвечиваться приобретенные владения.

— Весьма недурно, — залюбовался получившимся видом ситх. — Треть пригородных земель, плюс компактно владения вокруг грузового космопорта. Его-то мы просто по факту прихватим. А пассажирский терминал какой-то жулик сдал в аренду госпоже Соло на девяносто девять стандартных лет. Так что и земельные угодья, и инфраструктуру к ним мы получили. Благодарю вас, господа. Капитан О’Кан, распорядитесь высадить десантный батальон для охраны владений Корусанта от незаконных вторжений. Командир батальона назначается временным чрезвычайным моффом планеты.

— Достаточно ли одного батальона, мой лорд? Если банды объединятся…

— Если банды объединятся, это будет какое-никакое государство. И вы, посол Калриссиан, тут же признаете его и вступите с ним в сношения. Такие новорожденные карлики обычно страсть как любят, когда к ним со всем уважением. Ну, да не мне вас учить… А госпожа Соло заменит вас на Беше. И еще, наверное, будет правильно, если все сочтут, что наши владения выиграны в карты исключительно усилиями господ Калриссиана и Аникея. Я попросил бы вас, Ландо, не распространяться о специфических умениях капитана О’Кана. Договорились?

Посол равнодушно пожал плечами. Командир «Грозящего» благодарно склонил голову. Он пока об этом не задумывался, но лорд прав — О’Кану вовсе не хотелось, чтоб в офицерских клубах флота болтали о его таланте щипача.

— Челнок посла Корусанта на Креше Хана Соло запросил посадку, сэр, — доложил старший диспетчерской смены.

— Ну, так сажайте, в чем проблема? — заворчал на диспетчера О’Кан.

— Ни в чем, сэр. Челнок сел пять минут назад и…

— Эй, О’Кан, ты, вообще, в курсе что у тебя на посадочной палубе делается? — раздался в динамике насмешливый голос Хана.

— А что собственно?... — осторожно осведомился командир «Грозящего».

— Поздравляю, капитан. Нашелся наконец салага, реализовавший вековую мечту старослужащих техников. Да вы видео включите, сами все увидите.

Активируя обзор, О’Кан в принципе уже знал, что случилось. Он только надеялся, что речь идет не о СИД-истребителе лорда Вейдера. Хотя, ехидный голос посла особого пространства надежде не оставлял.

Ну, да. Так оно и есть.

По утру, выспавшемуся и позавтракавшему аурекскому правонарушителю жизнь представлялась уже не в столь мрачных тонах, как с вечера казалось. Похоже, имело смысл попробовать здесь закрепиться. Убечь-то он всегда успеет, а на крейсере вроде бы интересно. Да и просто круто.

Поэтому, когда некий начальничек из мелких велел взять в каптёрке растворитель и ветошь и привести в пристойный вид посольский борт, он возражать не стал. Правда, когда он явился в гараж, (или как тут у них называется место, в дальнем конце которого стыдливо забился кормой в темный угол расписанный челнок), то местные механики с его художествами почти уже справились. Пришлось снова переться через полкорабля на склад за пастой ГОИ, дюзы капитанского катера чистить.

Подобное развлечение в имперском флоте являлось незыблемой традицией. Вот только объекты приложения бессмысленно-титанических салажьих усилий могли различаться. Десантники обычно в поисках требующего заточки корабельного якоря весь крейсер обыскивали. Связисты свой молодняк за спиртом для протирки главной антенны посылали. А у технарей стартово-посадочного комплекса вот такие приколы.

То, что над ним подшутили, Крысик понял по истошному ору каптёрщика. Понял и обиделся. При этом его деятельная натура требовала принятия немедленных ответных мер. В новом месте главное — сразу обидеть себя не дать. В общем, банку этой чертовой пасты он спер, и намеревался выполнить идиотское поручение. Что-то подсказывало, что капитан потом разбираться не с ним, а с шутниками будет. Роковой прокол с выбором нужного катера вышел.

Как отличить в ряду челноков, шлюпок и истребителей, который из них — капитанский, он не знал. Шутники просто не подумали о том, что их жертва настолько далека от флотских традиций, что не в курсе об обязательном «тринадцатом» бортовом номере командирского катера. Так что Крысик выбирал на свой вкус: очевидно гражданские борта он отбросил сразу. А из остальных выбрал самый солидный и крупный. В принципе, не ошибся. СИД лорда Вейдера был именно таков. И как на грех рядом не оказалось никого, способного вовремя шугануть не в меру деятельного поганца. Так что сперва посол Соло, а очень скоро все, кому не лень, могли наблюдать сияющую как новый пятак хвостовую часть истребителя.

— Как задница у бабуина, — первым прервал молчание Хан.

Ему не ответили. Только Дарт Вейдер за спиной у О’Кана засопел громче обычного.

— Ваши люди находят это забавным? — наконец процедил он.

— Прошу принять мои извинения, мой лорд, — понимая, что хоть что-нибудь говорить надо, выдавил из себя О’Кан.

— Ваши извинения будут приняты, только сперва вы лично возглавите бригаду шутников-монтажников. И чтоб через пять стандартных часов шары обоих локаторов блестели не хуже. Надеюсь, на борту еще достаточно этой дряни? — темный лорд злобно пнул пустую посудину из-под полировочной пасты.

— Да, мой лорд! — рявкнул капитан.

— Кстати, этот ваш Крысеныш в курсе чем гальюн от сортира отличается? Полагаю, что нет. Так что до возвращения на Корусант пара часов в сутки на уборку пойдут пареньку на пользу. Все, господа, глазеть тут больше не на что.

Палуба опустела практически мгновенно. Лишь Хан, засунув руки в карманы пиджака, все еще любовался изгаженным истребителем тестя.

— Слушай, Хан, ты в курсе, что на флоте стукачей не любят? — прервал это любование Вейдер.

— А как же. Только мне плевать, чего они обо мне думают.

— Ну и дурак. Министр из тебя никакой. Посол, подозреваю, такой же. Зять — контрабандист мне ни к чему. Имперский флот мог стать выходом.

— Имперский? — попытался сменить тему Хан.

— Именно. На Корусанте может быть самая республиканская из республик. Но единый галактический военный флот может быть только имперским. По сути иным он быть просто не может.

— Вот поэтому мне с ним не по пути. Один раз меня оттуда уже выгнали. Повторяться не стоит. Так что придется моему тестю поверить в существование честных фрахтовщиков. И вообще, я с докладом прилетел.