Принцесса Пегги штурмует Хогвартс (джен)

В комнатах профессора Снейпа было тихо и темно. Камин не горел, воздух был сырым и холодным. Из приоткрытого окна тянуло сквозняком.

Где его Носатое Профессорство носит? Уроки давно закончились! Он должен сидеть здесь на диване, читать «Вестник зельевара» и ждать, когда в Большом зале накроют ужин.

Я поежилась и, ворча себе под нос, полетела хозяйничать. Закрыла окно, разожгла камин своим новеньким блестящим канделябром и занялась перестановкой. Жить в кукольном домике я больше не собиралась, поэтому облюбовала себе серебряную чашу со змеей, которая стояла на каминной полке среди разных наград.

«Сосуд Гигеи за инновации в восстанавливающих составах» — значилась гравировка на подставке. Рядом с чашей, в бархатной рамке блестела тяжелая бронзовая медаль «Почетный знак Конференции зельеваров Брюгге» за новый метод стабилизации реактивов. С другой стороны стояла статуэтка алхимика с ретортой — приз Пражского симпозиума экспериментальных составов. Над полкой, в аскетичной черной рамке под стеклом был закреплен пергамент — лауреатский доклад Эдинбургского конгресса алхимиков.

А профессор, оказывается, не лыком шитый! Заработал столько разных красивых блестяшек! Сверкают, как новенькие! Так бы и любовалась на свое отражение в этой чудесной медальке! Должно быть, он их любовно натирает специальной тряпочкой и полиролью. Лично я бы такое домовому эльфу не доверила, только сама! Может, зря его носатым направо и налево обзываю? Конечно, это не отменяет его вредности, но видно сразу, что профессор — мужчина достойный. Какой-то дамочке очень повезло с мужем. Интересно, кто она?

Рядом с наградами я расставила свои блестяшки, протерла подолом платья, вытащила волосы Дамблдора из колокольчиков и спрятала в один из карманов платья. Авось пригодятся. В чаше я устроила настоящее гнездышко — распотрошила кладовку с ингредиентами и принесла охапку перышков фвупера.

Я как раз прилаживала зажим с колокольчиками между клыков змеи, которая нависала над чашей, когда дверь распахнулась и на пороге возник профессор Снейп. Выглядел он, скажем прямо, не важно. Какой-то помятый, взмыленный, с мешками под глазами и тремя царапинами поперек носа. О чем я ему любезно сообщила, не забыв поинтересоваться, как прошел день.

Увидев меня на каминной полке, он замер. А затем в комнате раздался звук взведенного курка. Лицо Снейпа побелело от гнева, губы сжались в тонкую нитку, в глазах сверкнули молнии.

— Как. Прошел. Мой. День? — печатая слова, процедил он сквозь зубы и выхватил волшебную палочку.

Я пискнуть не успела, как меня выдернуло из чаши и в следующий миг сжало в тисках профессорского кулака.

— Вы, маленькая, проказливая, наглая, противная…

— Принцесса! — прохрипела я.

— Паразитка, — холодно произнес Снейп. — Стоило лишь чуточку ослабить бдительность, как вы умудрились сбежать и перевернуть весь Хогвартс с фундамента на башни! Домовые эльфы жалуются на кражу! Больничное крыло разгромлено! Кошка Филча орет дурниной и разносит все на своем пути! Минерва нахлебалась чая с валерианой, устроила всем разнос на педсовете и нагрузила бумажной работой! А Полная Дама исчезла из замка в неизвестном направлении! В результате я был вынужден потратить три часа своего времени, совместно с директором и остальными деканами, в попытке снять охранные чары с гостиной Гриффиндора, чтобы студенты могли пройти в свои апартаменты! Признавайтесь, что вы с ней сделали?! — меня встряхнули как тряпичную куклу.

— Ничего! Честное принцесское! Ваша Полная Дама сама решила отдохнуть!

— Портрет решил отдохнуть? Что за абсурд!

— Не абсурд, а нарушение трудового законодательства! Каждый трудящийся имеет право на ежегодный оплачиваемый отпуск! А Полная Дама уже двести лет горбатится на вашу богадельню без оплаты, отдыха, больничных и выходных! Я бы на ее месте подала иск на администрацию школы! Эксплуатация портретов, привидений, домовых эльфов! Но Полная Дама с добрым сердцем, она просто решила развеяться. А вот я на вас точно жалобу накатаю. За жестокое обращение с принцессами! Потому что вы…

— Силенцио! — рявкнул профессор и мои губы точно приклеило друг к другу супер клеем. Снейп устало смежил веки и потер переносицу, — Мерлин… У меня от вас мигрень началась. Как хорошо, что я знаю один замечательный рецепт эликсира, способного облегчить симптомы. Он как раз настаивается на крыльях корнуэльских пикси, — он многообещающе мне улыбнулся, как Ганнибал Лектер перед ужином.

Я протестующе замотала головой, когда он понес меня в сторону личной лаборатории. К счастью, любые чары на меня действовали недолго, так что уже в проеме я начала горланить:

—...Это вы виноваты! Вы меня заперли в кукольном домике, как будто я какой-то чудной хомячок! А я не хомячок! Я пикси! Я не могу жить без пакостей! У меня буквально крышу срывает, если я сижу без дела! Я проклята, и это не шутки! — я кое-как высвободила руку, засунула ее в нагрудный карман и вытащила оттуда журнал Робин. — Вот! Вам нужна была конкретика? Я достала целую кучу! И если вы не поторопитесь и не снимете проклятье, то я цапну вас за палец и вы превратитесь в пикси!

Снейп остановился и опасно сузил глаза. Пауза длилась доли секунды, шестеренки в голове профессора вращались с убойной скоростью, выстраивая логическую цепочку.

— Вы укусили мисс Грейнджер? — вопрос прозвучал как удар молотка судьи при вынесении приговора на казнь.

Упс.

Кажется, зелье от мигрени отменяется. Меня сейчас попросту сотрут в порошок!

Профессор Снейп наставил на меня волшебную палочку. На ее кончике загорелся неприятный зеленый огонек.

— Нет-нет-нет! Не убивайте! — с ужасом воскликнула я и решила пустить в ход коронное оружие всех женщин мира. Я взревела раненой ланью и разрыдалась крокодиловыми слезами, не жалея сил.

Баночки с ингредиентами, флаконы, реторты и стеклянные трубки алхимической установки задребезжали в тон. Несколько котлов на треногах пронзительно загудели, а вода Черного озера за окнами аж вскипела и забурлила.

Снейп встрепенулся и с ужасом огляделся, а потом начал размахивать во все стороны палочкой, ловя падающие флаконы, запирая шкафы и укрепляя окна.

Мне на его метания было глубоко плевать. Я вошла во вкус и останавливаться не собиралась!

— Мой дом разрушили тролли и разграбили министерские чиновники! Мой отец и мать впали в колдовскую спячку, мои друзья превратились в проклятых пикси и лишились памяти! Моя лань пропала! Я даже не знаю, может она умерла или оголодала, или ее сожрали!

— Немедленно прекратите истерику! Стены не выдержат и нас смоет в Черное озеро!

— Ну и пускай смывает! Я все равно не могу справиться с этим ужасным проклятьем! Я пришла просить помощи у знатока темных искусств, но вы мне не верите! Думаете что я какая-то мутация! Или вообще эксперимент! А я не эксперимент, я… я всего лишь бедная маленькая принцесса! Ы-ы-ы-ы!

В этот момент Снейп откупорил тяжелый флакон, вылил содержимое в котел, а затем попытался меня в нем утопить. Я пиналась, брыкалась, царапалась и пыталась укусить, но носатая гнида надежно зафиксировала мою голову.

Противная и горькая жижа забилась мне в легкие и нос, от нее начало печь в глазах. А потом резко накатила апатия. Мои ручки и ножки уныло повисли. Сопротивляться расхотелось. Ну утопну и утопну, что с того? Надеюсь, в следующей жизни повезет и я стану просто кошкой. Толстой, откормленной и любимой кошкой у какой-нибудь доброй тетки.

Когда я в своих невеселых размышлениях дошла до выбора цвета шерсти, рука неожиданно выдернула меня на воздух. Я шлепнулась на столешницу громко откашливаясь и пытаясь надышаться.

— Успокоились? — мне показалось, или профессор устало вздохнул.

Я стерла фиолетовую жижу с лица, недоуменно взглянула на своего убивца, а потом перевела взгляд на тяжелый флакон, который стоял рядом. «Успокоительное. Концентрат глубокого седативного действия» — гласили буквы на этикетке.

— Угу, — немного обиженно буркнула я.

— Слава Мерлину. А теперь давайте сюда вашу книгу, дневник или что там у вас… будем разбираться.

Я покладисто протянула журнал. Профессор положил его на ладонь, наставил палочку и произнес:

— Энгоргио.

Из палочки вылетела зеленая вспышка, которая тут же сменила цвет на бирюзовый. Журнал увеличился до размеров книги. Снейп опустился на стул, высушил страницы магией и начал читать.

Неужели в меня не собирались пустить Аваду? Я почувствовала себя обманутой и совсем скисла. Шмыгая носом, я размазывала сопли и фиолетовую жижу зелья подолом платья, пока передо мной вдруг не возник черный носовой платок.

— Спасибо, — буркнула я.

Я уныло пошлепала к раковине в дальнем конце столешницы. Стянула промокшее платье, включила воду и простояла под струей минут пять, вяло рассматривая учиненный разгром. Банки с ингредиентами потрескались, зелья на отдельной полке полопались и оставили на стенах разноцветные потеки. Дверцы шкафчиков сорвало с петель, они криво висели и поскрипывали. От алхимической установки осталась лишь стеклянная пыль. На стенах появились трещины, а за окном в мутной воде плавали вареные гриндилоу.

Я зевнула, потерла глаза, выключила воду и завернулась в носовой платок. Шлепая мокрыми ногами рядом с дорожкой фиолетовых следов, я вернулась обратно к профессору. Снейп водил по кривым строчкам пальцем и что-то выписывал на пергамент. Чуть поодаль стоял поднос под клошем. Должно быть Дик притащил профессору ужин.

Ведомая аппетитными запахами, я прокралась мимо, с опаской косясь на профессора. Он никак не реагировал, полностью погрузившись в работу.

Тогда я приподняла клош и оценила сегодняшнее меню. Ростбиф с запеченным картофелем и зеленым горошком, м-м-м! А еще кусок пастушьего пирога, на десерт яблочный крамбл и чашка черного чая.

Я заползла под клош и с аппетитом взялась за картофель. После такой продуктивной истерики нужно было как следует подкрепиться.

Через некоторое время клош исчез и профессорская рука забрала с подноса чайную пару.

— Принцесса Маргарет из благородного двора Эйлдон, — задумчиво произнес Снейп, смотря на свои записи.

— Да, это я. А шо, вы нашли што-то интереш-ное? — спросила я с набитым ртом и запихала за щеку зеленый горошек.

Профессор посмотрел на меня с большим сомнением. Очевидно, он до сих пор не мог поверить и осознать, что мое высочество-таки всамделишное, принцессовское.

— Кхм-кхм… — он прокашлялся, сделал глоток чая и перешел на деловой тон, — в журнале упоминается Эмерик Злой. Пожалуй, это самые скверные новости. Широкая публика его знает, как жестокого колдуна, тирана, диктатора и первого задокументированного владельца легендарной бузинной палочки. Однако лишь немногие в курсе, что Эмерик был талантливым изобретателем и оставил после себя целый ряд трактатов по Темным Искусствам. Правда, писал он под псевдонимом Magister Eremius, поэтому большинство исследователей до сих пор не связывает эти труды с его именем. Возможно, информацию о проклятье можно будет найти в них.

— Ого! А вы такой умный, профессор! Так быстро во всем разобрались! — «крут» в виде истерики сегодня был, теперь надо закрепить результат пряниками! — Стало быть, дело за малым? Надо прочесть его книги и…

— Сперва, ваше высочество, их необходимо найти, — сухо оборвал меня Снейп.

— Как найти? Разве в Запретной секции их нет? — удивилась я. — А где они тогда есть?

— Это собрание сочинений, скорее всего, хранится у знающих коллекционеров или в библиотеке какого-нибудь темного рода.

— То есть, может быть у Малфоев, а может у Блэков, Ноттов, Лестрейнджей…

— И так далее. Список обширен. Мне понадобится время, чтобы выяснить детали. Думаю, Малфой с этим может помочь, — задумчиво произнес Снейп.

Он засучил рукав и взглянул на тяжелые и блестящие механические часы на запястье. Я впилась в них жадным взглядом.

— Время позднее. Не знаю как вам, но мне завтра вставать на первую пару, — Снейп поднялся, закрыл журнал и, ступая по хрустящему стеклу, направился к выходу.

— Эй, профессор, подождите! — когда он вопросительно обернулся, я с удивлением для себя обнаружила, что умею смущаться. — Почему вы зовете меня «ваше высочество»... и вообще… носовой платок вручили… а еще ужин…

— Почему я зову вас «вашим высочеством»? Потому что это обращение к леди вашего статуса, разве не очевидно? А все остальное — обычная вежливость.

— Но почему вы переменили свое мнение так внезапно? Вы правда поверили мне? Это из-за журнала?

— Отнюдь. Журнал лишь добавил деталей. Я понял, что катастрофично ошибся в своих суждениях, когда вы учудили это, — Снейп выразительным взглядом оглядел разгромленную лабораторию и остановился на мне. — У пикси не бывает магических выбросов. Тем более, такого разрушительного характера. Доброй ночи, ваше высочество.

Я в высшем изумлении профессора взглядом. Ничего себе! Снейп пожелал мне «доброй ночи»! Он вышел и оставил дверь приоткрытой настолько, чтобы в нее смогла протиснуться пикси! Может, на него тут какой-нибудь котел свалился, пока я горланила? Или разбитых зелий надышался? Надеюсь, проспится и завтра будет как новенький. То есть, как старенький, который злобно зыркал на всех, плевался ядом и снимал баллы с Гриффиндора. А то мне как-то не по себе…