FILE:LOVE V1.7.6 (гет)

(От лица Себастьяна)

Он заметил это не сразу.

Сначала ему просто казалось, что Эллиот слишком часто появляется в салуне. Потом — что он слишком часто смотрит в их сторону. Потом — что его взгляд слишком долго задерживается на Лине.

— Ты чего такой кислый? — спросила Эбигейл, плюхаясь на стул напротив.

— Ничего, — буркнул он, утыкаясь в экран ноутбука.

— Врёшь. Ты смотрел на Эллиота так, будто собираешься его придушить.

— Он бесит меня.

— Чем?

Себастьян промолчал. Потому что не мог объяснить. Не мог сказать: «Он смотрит на неё так, как я хочу смотреть. Он говорит с ней так, как я не умею. Он красивый, талантливый, уверенный — а я просто парень в подвале, который чинит её рюкзак».

Эбигейл, кажется, поняла без слов.

— Ты про Лину, — сказала она.

— Нет.

— Врёшь, — повторила она. — И это глупо. Она на тебя смотрит иначе.

— Как?

— Не как на друга, — Эбигейл усмехнулась. — Но если ты такой слепой, то не мои проблемы.

Она ушла. А он остался сидеть, сжимая кружку с остывшим кофе.

Он видел их вместе.

У фонтана. У магазина. На пляже. Эллиот всегда появлялся рядом с ней, всегда находил повод заговорить, всегда улыбался своей сладкой, приторной улыбкой.

А она отвечала. Вежливо, отстранённо, но отвечала.

Себастьян злился. На Эллиота — за то, что тот лезет не в своё дело. На себя — за то, что не может ничего с этим сделать.

Однажды он не выдержал.

Он шёл по набережной, увидел их сидящими на скамейке — она что-то рассказывала, он слушал, наклонив голову, — и резко свернул в переулок.

Прислонился к стене, закрыл глаза.

— Что ты делаешь? — спросил он себя. — Ты ревнуешь? Серьёзно?

Он не хотел ревновать. Он не имел права. Она не была его девушкой. Она была просто подругой, которая иногда приносила ему сашими и смеялась над его шутками.

Но внутри всё кипело.

Вечером она пришла к нему в подвал. Как обычно. С рюкзаком, который снова порвала.

— Ты чего хмурый? — спросила она, пока он шил.

— Устал, — соврал он.

— Работа?

— Ага.

Она не поверила. Но не стала спрашивать.

— Ты видел Эллиота сегодня? — спросила она вдруг.

Он замер. Игольное ушко кольнуло палец.

— Видел, — ответил он ровно.

— Он странный, правда? — она вздохнула. — Всё время появляется из ниоткуда.

— Да, — сказал он. — Странный.

Она ушла. А он сидел и смотрел на зашитый рюкзак.

«Ты идиот, — сказал он себе. — Ты ревнуешь к парню, который пугает её. Она приходит к тебе. Она доверяет тебе. Она не смотрит на него так, как смотрит на тебя».

Но это не помогало.

Ревность была сильнее разума.

(От лица Лины)

Дождь лил как из ведра. Я промокла до нитки, пока бежала от шахты до дома, а когда заскочила на крыльцо, поняла, что ключ потеряла. Где-то в темноте, в грязи, среди слизней и летучих мышей.

— Чёрт, — сказала я. — Чёрт, чёрт, чёрт.

Я сидела на ступеньках, тряслась от холода и думала, что это самая идиотская смерть в истории — замёрзнуть на крыльце собственного дома.

А потом я услышала шаги.

Кто-то приближался со стороны леса. В темноте я разглядела высокий силуэт, развевающиеся волосы.

Эллиот.

Злость ударила в голову, заглушая страх. Это он. Конечно, он. Следит за мной, подкладывает розы, а теперь решил явиться под дождь.

— Слушай сюда! — закричала я, вскакивая на ноги. — Я устала от твоих игр! Перестань следить за мной, перестань оставлять свои дурацкие подарки, и вообще — отвали!

Я шагнула вперёд, размахивая руками, но забыла о мокрых ступеньках. Нога поехала, мир перевернулся, и я полетела куда-то в темноту, навстречу силуэту.

Мы столкнулись. Я врезалась во что-то твёрдое и тёплое, потеряла равновесие, и мы оба рухнули в мокрую траву.

— Ох… — простонал кто-то подо мной. — Ты в порядке?

Я подняла голову.

Это был не Эллиот.

Чёрные волосы, мокрое лицо, знакомая чёлка, падающая на глаза. Себастьян смотрел на меня снизу вверх, прижимая к груди зонт, который чудом не сломался.

— Себастьян? — я моргнула. — Ты чего здесь?

— Шёл к тебе, — сказал он. — Увидел свет в окне, подумал, ты ещё не спишь.

— А почему ты из леса?

— Срезал через тропинку, — он поморщился. — Ты меня чуть не убила, кстати.

— Я думала, ты Эллиот, — призналась я, чувствуя, как краска заливает щёки.

— Эллиот? — Себастьян приподнял бровь. — И что бы ты сделала, если бы это был он?

— Накричала бы, — буркнула я. — Как и собиралась.

— А вместо этого накинулась на меня, — усмехнулся он. — Оригинальный способ знакомства.

Я попыталась встать, но нога скользнула в грязи, и я снова плюхнулась на него.

— Осторожнее, — сказал он, придерживая меня за плечи. — Я, конечно, не сахарный, но дождь холодный.

Мы замерли. Его руки лежали на моих плечах, мои — упирались в его грудь. Дождь стекал по нашим лицам.

— Прости, — сказала я, смеясь и пытаясь отдышаться. — Я такая дура.

— Дура, — согласился он, но без злости. — Идём в дом. Замёрзнешь.

— Куда? — спросила я, стуча зубами.

— Ко мне. Твой ключ всё равно потерян, а до моего дома ближе, чем до фермы.

Он помог мне подняться, подобрал упавший зонт и накрыл нас обоих. Мы пошли через город — он держал зонт надо мной, сам промокая до нитки.

— Ты же весь мокрый, — сказала я.

— Ничего, — ответил он. — Бывало и хуже.

В его комнате было тепло. Он бросил мне свитер — огромный, серый, пахнущий табаком и дождём. Я натянула его поверх мокрой рубашки.

— Иди сюда, — он подвинул стул к печке, усадил меня, сунул в руки кружку с чаем. — Сиди. Грейся.

— Ты как моя бабушка, — сказала я.

— Твоя бабушка, наверное, не чинила тебе рюкзак пятнадцать раз.

— Шестнадцать, — поправила я. — Я считала.

Он усмехнулся.

Мы пили чай под треск дров. За окном шумел дождь.

— Себастьян, — сказала я.

— Мм?

— Почему ты всегда помогаешь мне?

Он замер.

— Потому что, — наконец сказал он, — ты единственный человек в этой долине, который смотрит на меня не как на проблему.

— Ты и не проблема, — ответила я. — Ты — это ты. И я смотрю на тебя с уважением. Потому что ты классный. И добрый. Хотя и прячешь это за ворчанием.

Он посмотрел на меня. В его глазах зажёгся какой-то новый свет.

— Лина…

— Что?

— Можно я…

Он не договорил. Просто наклонился и поцеловал меня.

Это был не идеальный поцелуй. Я пахла дождём, он — табаком и чаем. Мы стукнулись носами, и он тихо выругался.

Но это было лучшее, что случалось со мной в этом мире.

— Ого, — сказала я, когда мы отстранились.

— Ого, — согласился он. — Я… давно хотел.

— И молчал?

— А вдруг бы ты отказалась?

— Я бы не отказалась.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я тоже давно хотела.

Мы сидели, держась за руки, и смотрели, как догорают дрова.

— Себастьян?

— Мм?

— У меня всё ещё нет ключа.

— Переночуешь здесь, — сказал он. — Я на диване. Ты на кровати. Без глупостей.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Я легла на его кровать, укрывшись его одеялом. Он устроился на диване.

— Спокойной ночи, — сказала я в темноту.

— Спокойной ночи, — ответил он.

Я засыпала под звук его дыхания и думала, что, возможно, это начало чего-то большого.