Амритов след (джен)

На этот раз на кухне Блэк-хауса собралось достаточно народу, чтобы помещение оказалось забито людьми в темным мантиях с незаметной, но статусной вышивкой, фальмильных перстнях, шелковых платьях, потрепанных плащах, видавшими грязь и слякоть всей Британии и совершенно идиотских, на взгляд Каспара, джинсах. М-да, собрание новых Пожирателей, или как это теперь назвать, принесло не мало сюрпризов.

Стоило только прокатиться вести, что Поттер умерла, как сразу же повылазили «нужные» мнения.

Каспар даже предположить не мог, что многие волшебники, помнящие и пережившие недавнюю войну, скажут: «Мы не просили, чтобы нас втягивали в разборки Поттер и Волдеморта».

Ага, «втягивали», конечно. Каспар не был идиотом. Не окажись на его пути Поттер, несомненно бы довел дело до логического финала, уничтожив магическую Британию изнутри. Тем самым удовлетворив самую злобную часть планов Исполнителей.

А еще слышался шепот других, совершенно диких голосов: «как же хорошо, что Поттер умерла». От такой мелочной кровожадности даже у Каспара пробегали мурашки.

В чем только Поттер не обвиняли: в том, что она крестраж, что она бессмертна, что она сильнейший волшебник Британии и бесконтрольно пользовалась Бузинной палочкой и творила беспредел, что она — новый Темный лорд!

Услышав последнее Каспар не знал плакать ему или смеяться. Кто-то всерьез думал, что воспитанная по всем канонам Дамблдора и Ордена Феникса ведьма начнет сжигать волшебников «не той стороны» в Адском пламени? Кажется, да. Фанатичного безумия, как оказалось, хватало что в лагере магглорожденных, что и у чистокровных.

Стоило Каспару дать весть, что он снова «воскрес», многие тут же присоединились к присутствующей здесь разношёрстной компании. Они еще умудрились не растерять остатки разума, в отличии от остальных, тех, кто писал странные и глупые статьи в «Пророке», обвиняющие Поттер во лжи и невыполнении своих прямых обязанностей. (Каких именно, Каспар так и не понял. Исполнение чьего-то глупого пророчества общественным долгом, вроде, не является.)

Помимо уже знакомых Каспару министр магии Бруствера, Грейнджер и Малфоев на кухню Блэк-хауса практически полным составом прибыли семьи Ноттов, Макнейры и Роули; Руквуды, Роули и Кэрроу почтили своим присутствием; удивительно много магглорожденных, с цепким, жестким взглядом, совсем не пуганные, настроенные воевать до победного. Тем не менее они, здравомыслящие, уселись подальше от Каспара и глядели немного волком. Но видимо, текущая политика Министерства, представляющая собой вывернутую наизнанку политику самого Каспара в старые времена, (мордредовы Исполнители — проклятые плагиаторы!) совсем никого не вдохновляла.

Каспар поймал пристальный взгляд портрета главной стервы Блэков и переплел пальцы:

— Начнем.

На кухне сразу стало тихо. Только Люциус, решивший возглавлять спонтанное собрание, начал доклад:

— Цель вашего возвращения была доведена до общественности. — Да, Каспар приказал известить всех об Истинном пророчестве, и что он с ним связан. — Но реакция на нее оказалась весьма неожиданной для нас. Хотя и в некоторой степени, предсказуемая. Министерство призывает «не обращать внимание на некоторое недоразумение и нескольких спятивших фанатиков». — И это говорили те, кто активно хулил Поттер за неисполнение кое-какого пророчества.

— Господин министр? — Каспар слегка запрокинул голову, уставившись на Бруствера.

Человек в синей тюбетейке, сидевший по правую руку от Каспар, прокашлялся в ладонь:

— К сожалению, я уже ничего не контролирую. Меньше чем за неделю Отдел Исполнителей полностью перехватил управление Министерством. Даже не представлял, насколько их сети раскинулись вокруг.

Когда стало понятно, что оправдания собственной никчёмности министра закончились, Люциус продолжил:

— Остальные же разделились во мнении. И как видите, среди здесь присутствующих довольно много тех, кто во время войны был по-другую сторону. Но не могу сказать, что мы обошлись без потерь.

Да, Каспар не приметил в сегодняшней толпе Гойлов, Яксли, Эйвери. Несмотря на то, что они — «должники» Поттер, обязанные ей свободой, все равно решили, что неисполнение долга жизни и исполнение Истинного пророчества куда менее опасны, чем угрозы и заигрывания Исполнителей.

Каспар притворно взгрустнул:

— Да, к нашему большому сожалению. — И тут же сменил тон: — Но прошу всех заметить, до исполнения Истинного пророчества осталось полгода, а мы стоим на грани. Я искренне рад видеть среди нас новые лица, но не потерплю внутреннюю грызню, как от старших, так и от младших. Мы должны быть готовы к любым ситуациям, и обиды на друг друга нам совершенно ни к чему. Если кто захочет спасти своих родных и друзей из Азкабана, препятствовать не буду. Я поделюсь с вами схемой, какой освободил Пожирателей в девяносто пятом. — Каспар видел, как глаза некоторых, включая магглорожденных, заискрили от предвкушения. — Но это будет исключительно ваша инициатива. Мы сосредоточимся на поиске сведений о ключе. Да, он у нас есть, но мы понятия не имеем, как его использовать. — Многие задумались. — Ищите, поднимайте все записи, книги, мемуары, которые только найдете. Личные библиотека, общественные, министерские — все, к котором только можно подобраться. Вопрос законности данных поисков оставляю на нашего великолепного министра магии. Просвещайте о Магии и Истинном пророчестве несведущих. — Бруствер фальшиво-приторно, от безысходности улыбнулся. — И Отдел Исполнителей не должен нам помешать. Этой задаче, так же придётся уделить время. Добровольцы?

Молодой Нотт, юноша с тонкими губами и царственной, прямой осанкой, произнес:

— Мы с Драко уже готовим статьи о преступлениях Отдела Исполнителей. Они выйдут с небольшими перерывами в «Волшебном мире», «Придире», нашем «Колдуне» и независимых «Тайнах Прорицателей». — Каспар кивнул. Пока идея подорвать доверие общества к Исполнителям через большой охват прессы, ему нравилась. — Начнем с дела Гарриет Поттер. Оно сейчас наиболее обсуждаемо.

— Хорошо. О чем будет статья? Вы — люди молодые, уверен, многим здесь, хотелось бы оценить ваше рвение.

На слова Каспара многие закивали головами: от успеха первых статей зависела эффективность всех последующих — оценить заранее и поправить ошибки куда энергоэффективнее, чем позже пытаться выправить общественное мнение в нужную сторону.

Молодой Нотт кивнул и с сосредоточенно продолжил:

— Мы начнем с самого начала: с окончания войны — для Поттер она не прошла бесследно. Мы расскажем читателям, как появляются дементоры, и что Отдел Исполнителей сделал все, чтобы именно в него превратилась Поттер после своей смерти. — Каспар улыбнулся. Молодёжь зашла с козырей. — К этому приложим ее медицинскую карту из Мунго, к которой получили доступ буквально на днях. Из нее четко следует, что за последние пять лет до своей пропажи Поттер ни разу не проходила положенную даже на ее официальной штабной должности ежегодную проверку здоровья. Многие и без нас догадывались об ее ухудшающемся здоровье: скрыть плохо срощенные переломы всегда весьма проблематично, как и проблемы со зрением — два месяца назад Поттер умудрилась пересчитать своим лицом буквально всех в Министерстве. — Каспар усмехнулся. Еще чуть-чуть и девочка полностью бы ослепла. — Ей начальство выдало специальные очки-артефакт, которые делали незаметным непростительный свет в ее глазах. Прикрывали правду. — Теперь понятно, почему живого недодементора не замечали аж целых девять лет. — Так же мы хотим рассказать о ее замужестве, которого так и не случилось. — По кухне Блэк-хауса прокатились тихие перешептывания и недовольства. Значит, мозоль больная, но Каспар ее совершенно не понимал. И молодой Нотт, быстро приметив чужое замешательство, принялся объяснять: — Как многие знают, породниться с героем войны-Поттер хотели многие. И так же многим известно, что как только она достигла двадцатилетия, выставила список требований для своего будущего мужа. Список был не очень большим и касался, в основном, лишь денежно-наследственных вопросов, Блэк-хауса, в котором мы сейчас находимся и Эдварда Люпина, крестника Поттер. Эти требования были выполнимы практически всеми. — Каспар был приятно удивлен. Воспитанная магглами и светом ведьма выходила замуж, как настоящая аристократка, требуя официальных выкупа и брачного договора. — И многие отправляли свои запросы Поттер, но ни одного ответа не пришло. — А вот теперь Каспар понял общие ропотания: подобное молчание можно счесть за грубость, или же заподозрить неладное — судя по всему, хватало и тех, и других. — Теперь же удалось выяснить, что Поттер ни одно брачное предложение не получала в принципе. Они все задерживались Министерством или Отделом Исполнителей вне зависимости от статуса предполагаемого жениха, будь то магглорожденных, полукровный или чистокровный. — Все нахмурили брови, но в конце концов закивали, сочтя первую статью молодых авторов вполне приемлемой. — В дальнейшем, мы хотим написать статьи об инцидентах в Азкабане, с учетом недавно обнаруженного Орфея Селвина. Но нам нужна помощь, чтобы собрать как можно больше.

Тут собрание взорвалось. Многие наперебой принялись рассказывать молодежи все, что видели своими глазами или слышали от знакомых — за девять лет историй, быстро начерканных в блокноте Драко Малфоем, скопилось прилично.

Каспар, когда понял, что дискуссии от рассказа фактов переходят в откровенные причитания и недовольства, прервал собравшихся жестом.

Он обратился к молодым мужчинам, которым пришлось слишком быстро повзрослеть:

— Ваше стремление похвально, и я надеюсь, что мы вскоре услышим ваши слова в чужих устах. — Драко и молодой Нотт заулыбались от похвалы. — Но все же нам не стоит забывать самого главного: Гарриет Поттер — пропала. Ритуал, запущенный мной, не нашел ее ни живой, ни мертвой. Но это не значит, что она просто испарилась. Если Исполнители найдут ее раньше, чем мы, и успеют ее околдовать, заставив произносить те слова, которые им нужны — все наши старания окажутся безрезультатны. Поттер — все еще свет и надежда магической Британии в той степени, в которой мы все ищем покой и спокойную жизнь. Необходимо организовать поисковую группу, и как можно скорее.

— Я пойду. — Собрание пронзил детский голос.

Каспар вскинул брови. Притихший на три дня после выволочки родственниц ребенок снова преподнес «сюрпризы».

— Что ты тут делаешь? — строго спросил Каспар.

Конечно, без согласия хозяина дома все здесь собравшиеся не могли тут находиться, но это не давало право ребенку подслушивать и тем более влезать в чужие дела.

— Я пойду ее искать! — Ощетинился Эдвард.

— Нет.

Он взвыл на грани истерики:

— Она — моя мама!

Только не капризы. Каспар ненавидел капризных людей:

— Ты — хранитель ключа, Эдвард. И будь добр, сидеть тихо, пока не пострадал от своего же безрассудства! — Каспар окончательно взъелся. — Знаешь, Поттер тебя безумно разбаловала. Вырастила из тебя капризного, бездушного эгоиста, готового бросить ради своих хотелок всех остальных.

Ребенок топнул ногой:

— Нет! — Каспар аж удивился.

— Так докажи. — Эдвард вздрогнул. — Докажи, что ты достоин своей матери, добровольно, ради общего блага пошедшей под Аваду. — Каспар видел, как постепенно прекращается чужая истерика. Его слова работали. — Поттер не вернётся по волшебству. В нашем мире его не бывает. Для того, чтобы найти ее одного меня не достаточно, нужно организовать множество ресурсов. И лучше, чтобы ты к моменту ее возвращения остался целым и невредимым, иначе сам будешь стыдиться своей матери в глаза посмотреть. Она ведь так много в тебя вложила, а ты так и остался безмозглым идиотом, не способным понимать обычную речь. — Эдвард полностью побелел. Больше давить нельзя, его психика до сих пор не восстановилась. Каспар сменил тактику: — Я знаю, что у тебя никого нет. Ни друзей, ни семьи. Даже родственники не в состоянии о тебе позаботиться. Но ты все еще хранитель ключа, Эдвард. И от этого зависит не только твоя жизнь, но и жизнь Поттер, которая может оказаться где угодно. Если ты пострадаешь и наступит конец мира, как думаешь, что с ней будет? — Ребенок отчаянно замотал головой. Слезы подступили к его карим глазам. Каспар никогда не думал, что метаморфы могут настолько пугать. — Ты будешь сидеть тихо: учиться, играть, есть и спать в безопасности здесь, в Блэк-хаусе, под присмотром — пока остальные заняты делом. Ты меня понял? — Эдвард мелко закивал головой. — Словами.

— Да, — он тихо, но твердо прощебетал.

Слезы таки скатились по его щекам, но взгляд стал куда чище.

Каспар тяжело проговорил:

— Иди в свою комнату.

Ребенок кивнул и покинул кухню. Его шаги раздавались громким скрипом. Лишь когда где-то далеко хлопнула дверь, Каспар позволил себе выдохнуть. Он не умел разговаривать с детьми, но хоть как-то удалось призвать Эдварда к порядку и отговорить от ненужных, неуместных действий.

Люциус отметил:

— Мисс Поттер может нигде не оказаться. — И он был прав.

Даже Каспар не был уверен, где именно застряла мордредова Поттер.

Андромеда нахмурилась:

— Вы даете Теду ложную надежду.

— Это жестоко! — Вскинула руки Нарцисса.

Каспар взъелся:

— Жестоко настанет, когда мир будет уничтожен! Один мальчишка. — Он указал на Эдварда. — Один — вместо целого мира! Твоего собственного сына. Что для тебя важнее: внучатый племянник или родная семья?

Нарцисса отвернулась. Ничего не ответила, лишь смотрела вслед Эдварду, поджав нижнюю губу.

Гнев отпустил Каспара. С этим вопрос улажен. Теперь же оставалась всякая ерунда: переход от общих лозунгов пора переходить к конкретным назначениям и выдаче инструкций. Большинство людей, к большому сожалению Каспара, совершенно не умеют думать самостоятельно.