Сага о Басаниусах (гет)

Липкая прохлада опускавшейся ночи контрастировала с сухим теплом огня — отголоском закатившегося солнца. Тьма окутывала лагерь скаутов как одеяло, пугая и баюкая. Благодарный лес, уставший от заливистого смеха детей, замер в предвкушении тишины.

Возле затихающего кострища, сидя на бревне, Полли завороженно смотрела на языки пламени. Она затаила дыхание вместе с природой, наслаждаясь ночным спокойствием. Резонирующая со внешней внутренняя тишина была, конечно, не результатом слияния с миром вдали от цивилизации, а скорее последствием проведённого дня с шумными и неугомонными маленькими скаутами. Как же она ошиблась, считая, что нужно просто пережить двухчасовую поездку на автобусе!

Как напоминание об этом, во тьме леса запел соловей. Его трель была гораздо приятнее уху, чем попытки Миранды Блэквуд докричаться до подружки, сидящей на заднем ряду. Вкрадчивый шорох гравия, вплетающийся в симфонию ночи, контрастировал с недавним шуршанием открываемой пачки чипсов.

Теплая мозолистая рука легла на плечико Ипполиты, и она резко обернулась.

На Джеймсе прошедший день также оставил свой след, но он был немного бодрее Полли. Опять.

— Ты как? Начал беспокоиться, что ты сбежишь, как только потухнет костер, — слабо ухмыльнулся он, садясь рядом. Он говорил тихо, как и требовало это место, и от этого — непривычно.

— Ха, неплохая мысль, — ухмыльнулась Ипполита, посмотрев в сторону чернеющего леса, — но оставить Тесея на тебя… — она с прищуром окинула взглядом Джеймса, на несколько секунд уставившись прямо тому в глаза. — Даже не знаю. Нет, не смогу сбежать.

Обреченно выдохнув, она снова перевела взгляд на костер.

— А? Серьезно? Да у меня опыта побольше твоего будет!

— Может и так, может и так, — задумчиво повторила Ипполита. Обстановка не располагала к привычной тренировке зубоскальства, да и сил на обдумывание колкостей у нее попросту не было.

— Ты приехала из-за него, да? Из-за Тесея? — прервал молчание Джеймс.

— Да, — неестественно просто сказала она. — Тесей… немного необщительный и стеснительный. Поэтому, когда папа сказал, что не сможет поехать с ним из-за работы, я сама вызвалась. Подумала, что если буду рядом, то ему будет проще, потому что рядом есть близкий человек.

Джеймс молча смотрел на Ипполиту. То, как просто она сейчас с ним разговаривала, было непривычно. Когда они в последний раз так разговаривали? Джеймс призадумался и понял, что может такие разы по пальцам пересчитать, но и тогда это скорее напоминало упражнения в красноречии и какую-то игру «Искусно выведи соперника из себя», нежели обычный разговор.

Неловкое молчание повисло между ними. Когда они вот так были вдвоем, без Артура?

— Кстати, — прерывая эту неловкость, сказал он, потянувшись за большой палкой, лежащей поодаль на границе света от костра. — Ты видела сообщение от Артура? Он страшно на нас обиделся.

Джеймс начал аккуратно разваливать палкой сложенные обуглившиеся дрова, чтобы они быстрее прогорели, прежде чем залить угли водой. Оранжевые искры лениво взметнулись в ночное небо, на мгновение ярче подсветив его сосредоточенный профиль.

Имя Артура, брошенное им в полумрак, развеяло повисшую, как паутинка, неловкость между ними.

Незаметно для троицы, Артур стал центром их притяжения, лучшим другом для каждого по отдельности. Для Полли он являлся тем самым ментальным убежищем — человеком, способным внимательно выслушать и дать совет, сходить в модное кафе и сделать идеальное фото. Для Джеймса — вечным соратником во всевозможных проделках и тусовках; тем, с кем можно обсудить чирлидерш и сходить на двойное свидание.

Артур был всегда с ними и был скорее всего тем, кто их собрал. Без его ироничного присутствия они с Джеймсом словно внезапно разучились говорить на родном языке, оставшись один на один с пугающей тишиной леса.

Ипполита полезла в карман объемной кофты и выудила телефон. Резкий белый свет экрана ударил по привыкшим к полумраку глазам, разрезая интимность этого вечера. Она открыла их общий чат. На экране светилось свежее фото: грустное селфи Артура в офисе — он стажировался в маркетинговом отделе компании своей тети.

Подпись внизу была краткой и всеобъемлющей: «Предатели. Надеюсь, вас съедят комары».

— О да! — хмыкнула Полли, разворачивая светящийся дисплей к Джеймсу.

Джеймс наклонился ближе, вглядываясь в экран. Их плечи соприкоснулись. Его лицо оказалось непривычно близко.

— Напиши ему, что мы отловим парочку специально для него, — лениво усмехнулся Джеймс, но его голос, всё ещё непривычно тихий, прозвучал с какой-то новой, затаённой хрипотцой. — Пусть почувствует причастность к дикой природе.

Ипполита быстро набрала ответ, то и дело не попадая по клавишам. Близость Джеймса, окутывающий его едкий запах костра и отсутствие веселых комментариев, которыми он обычно обменивался с Артуром было очень непривычны. Она заблокировала экран и поднялась с бревна, зябко кутаясь в кофту. Рядом с ухом послышалось мерзкое жужжание.

— Ладно, вожатый Басаниус. Я пойду, а то завтра у «Грифонов» подъём в семь утра, — она протяжно зевнула на последней фразе. — И, кажется, — она хлопнула себя ладошкой по ноге, чуть выше коленки, — проклятье Артура начинает сбываться. Спокойной ночи!

— Спокойной ночи, — негромко бросил он ей вслед.

Джеймс остался сидеть у костра один. Он смотрел, как тонкая фигура с копной рыжих волос скрывается в темноте вожатского домика. На его губах всё ещё блуждала слабая дурацкая улыбка, но взгляд карих глаз стал пугающе серьёзным и долгим.

Ему понравилось. Чертовски понравилось разговаривать с ней без этой удушающей брони из вечных подколок. Джеймс, переворачивая палкой последний тлеющий уголёк, твёрдо решил, что завтра вечером, чего бы ему это ни стоило, он сделает всё, чтобы повторить этот разговор.