Вне эфира утреннего шоу (джен)

Дни сменялись один за другим. И каждый вечер она ехала к нему. И каждый вечер он, как всегда, пытался её выгнать. Нина уже сбилась со счета — прошла неделя или больше. В психологии говорят, что есть пять стадий горя: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. Нетрудно догадаться, какой пункт пропустил Кори Эллисон. Он не был обычным человеком, который должен просто смириться. Он был органически неспособен на депрессию. Он просто отрицал, что это произошло. Но в этот вечер, подъезжая к его пентхаусу, Нина почувствовала: что-то изменилось. В одной руке она держала пакет с китайской едой, на которую подсадила Кори в последние дни (он, на удивление, не возражал). Другой рукой она пыталась нащупать ключ — тот самый, который он любезно ей вручил пару дней назад, проворчав, что его «задолбало подходить к двери, когда она звонит». Раз уж она не собирается от него отставать, пусть заходит сама. Когда её пальцы наконец коснулись металла, дверь распахнулась сама собой. — Супер. Ты здесь. Поехали. Сказать, что она была ошарашена — не сказать ничего. Кори был при полном параде. Безупречный костюм, выправка, взгляд — всё как две недели назад, когда его жизнь еще принадлежала ему полностью. Это был тот самый Кори Эллисон, которого она знала и… — Кори? А куда мы? — Один мой друг открыл классный клуб. Я обещал заглянуть к нему еще месяц назад. Так почему бы не сейчас? — Но ты же… — Нина, хватит с меня, — он перебил её жестко, не оставляя пространства для спора. — Я не отрицаю: это случилось, и это ужасно. Но сегодня я хочу забыться, чтобы завтра наконец вернуться в UBA тем человеком, которым был еще две недели назад. И либо ты будешь отрываться со мной, и это станет твоей самой безумной ночью, либо… проваливай. Она смотрела на него и понимала: под этим коротким «проваливай» он имел в виду, что между ними всё будет кончено. Но что вообще было между ними? Нина сглотнула, бросила пакет с едой на консоль в прихожей и кивнула: — Поехали. Он хищно улыбнулся и коротко бросил: — Вот это моя девочка! Клуб и вправду был шикарен. В том смысле, что, едва переступив порог, ты напрочь забывал, кто ты есть, а мир забывал про тебя. Здесь имело значение только одно: сколько у тебя денег. Если достаточно — текила лилась рекой. Впервые в жизни Нина позволила себе отпустить контроль. Впервые она стала той, кем всегда втайне мечтала быть: раскованной, веселой, настоящей. И всё это — рядом с ним. Они оба понимали, что когда ночь закончится, реальность вернется и навалится с новой силой. Но они также знали: со временем всё уляжется. Эта ночь врезалась в их память как самая безбашенная. Им хотелось, чтобы она никогда не кончалась. Наверное, именно поэтому, когда наступило утро и они проснулись прямо на полу в квартире Кори, они, хоть убей, не помнили, как вернулись. Не помнили, как открыли дверь, как укутались в один плед на двоих и как заснули. Но зато они помнили это странное чувство абсолютного единства. И сейчас, когда их глаза встретились в лучах утреннего солнца, они оба понимали: их отношения прежними уже не будут никогда.