Фриволите-2 (джен)

От пары бокалов, выпитых на Гриммо я опьянела. Все-таки это тело было не готово к серьезным алкогольным нагрузкам. Поэтому я отставила бутылку и отправилась готовить себе обед. Надо было заняться чем-то привычным, чтобы разложить мысли по полочкам.

На кухне мой взгляд натолкнулся на два букета в графинах. Первым порывом было, выкинуть эти веники, принесшие столько проблем. Но я себя удержала. Цветы не виноваты, что их хозяева — идиоты. Вот только, кажется, розы я теперь ненавижу. Пионы. Решено, буду любить пионы. Или вот хризантемы, тоже неплохой вариант.

Что-то мои мысли опять унесло куда-то не туда. Все-таки вино у Блэков вкусное, но коварное. Надо будет название запомнить. Так и размышляя о всякой ерунде я резала салат.

Пообедав и покормив Минни, я вернулась к своей главной проблеме. Что делать с Блэком? Еще и родители… Как я им объясню кольцо стоимостью под миллион фунтов. Раннюю помолвку Грейнджеры точно не поймут.

Весь вечер я сидела на террасе. Вывязывала узелки фриволите, мелкими глотками потягивала из бокала винишко и пыталась придумать выход из ситуации. Не помогло. Решения я так и не нашла, а вино закончилось. Если Блэк не сгустил краски, то помолвка — это действительно единственный выход. Вот только замуж я в ближайшие годы не собиралась. Да, и Сириус вроде в брак не рвался.

Значит честно отношу это украшение до конца обучения, а потом верну жениху. Надеюсь через столько-то лет все уже забудут о старых слухах. Тем более, что у них тут Волдеморт на носу. Там уж точно не до маглокровок будет.

Хотя… не припомнит ли Темный лорд Блэку такую невесту. Да, и по канону я должна овдоветь до того, как женой стану. Так, надо идти спать. А проблемы буду решать по мере их поступления.

Проснулась я почти в полдень. Голова, на удивление, не болела, только пить сильно хотелось. Спустившись вниз на кухню я открыла бутылку магловской минералки. Стало значительно легче. Сегодня вчерашняя проблема казалась лишь мелкой неурядицей. В клетке бесновалась моя питомица, требуя свой законный завтрак и утреннюю прогулку.

— Прости, Минни, свою непутевую хозяйку, — успокоила я птицу, угощая ее совиным печеньем.

Сова лакомство приняла, но прощать меня не спешила, попытавшись клюнуть за палец.

— Иди полетай, сбрось напряжение, — предложила я этой вредине, открывая дверцу клетки.

Обиженно ухнув Минни улетела. Я же пошла собираться, пора было идти на Гриммо. Сдаваться Блэку. Подойдя к лестнице, ведущей на второй этаж я остановилась. Только сейчас сообразив, что Сириус хотел вчера поговорить со мной о чем-то другом. Ведь букет с просьбой о разговоре он присылал еще до скандала с мистером Брауном.

Надев свой стандартный комплект из мантии и кружевных артефактов я сжала браслет. Портключ перенес меня в точку, из которой я уходила в Озерный край. Через миг я оказалась в гостиной, из которой вчера утащила бутылку вина. На Гриммо я попала в эпицентр скандала. В комнате ругался Блэк и незнакомый маг. Там же находился Поттер, который вроде и являлся причиной конфликта.

— Я не вовремя? — Уточнила я у разом замолчавших мужчин.

— Вовремя, — ответил мне незнакомец. Я все равно ничем не могу помочь. Невозможно за три дня, ни изготовить приличные артефакты, ни научить его окклюменции, — маг указал рукой на Гарри. — А ваш комплект я спокойно пробиваю.

Только сейчас, взглянув на Поттера, я заметила, что он бледный, какой-то взъерошенный и опять обвешан ювелиркой, как новогодняя елка. Что ж, я давно хотела проверить свой плетеный комплект. Так почему не сейчас?

— А, если так? — Предложила я и сняла с себя ажурный чокер. — Надень.

Мой браслет в технике фриволите Гарри давно носил, да и Блэк ему уже прочно вбил в голову, что в артефактах главное — польза, а не внешний вид. Поэтому герой безропотно застегнул на шее немного женское украшение.

— Я готов, — с долей смирения и обреченности произнес Поттер.

Незнакомец окинул нас насмешливым взглядом и не сомневаясь в своем превосходстве, немного пафосно бросил:

— Легилименс!

Дальше я, Гарри и Бродяга наблюдали, как пришлый маг перелетел половину гостиной и впечатался спиной в стену. Признаться, такого эффекта я не ожидала.

— Перебор, — констатировала я, — в резонанс вошли. Надо что-то с тебя снять.

— Ни в коем случае! — Вышел из ступора мой жених. — Это именно то, что нужно, — эмоционально заходил по комнате Блэк, рассуждая вслух. — Если кто-то решит прочитать твои мысли, ты сразу узнаешь, кто именно, — Сириус остановился и многозначительно посмотрел, на пытающегося встать легилимента, а потом продолжил. — И подозреваю, что второго нападения опасаться не стоит.

— Что это было? — Спросил ошарашенный незнакомец, которому наконец удалось подняться. — Вы вообще кто? — Уставился он на меня с каким-то ужасом. Ну, это он зря. Не такой уж я и монстр.

— О, простите, я вас не представил, — смутился Блэк. — Гермиона, познакомься, это Дорин Аргинтари, мастер легилимент из Трансельвании. Мэтр Аргинтари, позвольте представить вам мою невесту Гермиону Грейнджер, студентку Хогвартса.

Мы с мэтром опасливо раскланялись. Меня смутило его происхождение. Не вампир ли? Хотя, кожа вроде смуглая, а не бледная. Дорин тоже внимательно изучал меня, пытаясь, понять, что еще от меня можно ожидать.

— Мисс Грейнджер, вы позволите мне изучить ваш артефакт, — обратился ко мне трансельванец.

— Боюсь, что нет, мэтр Аргинтари. Через три дня Гарри поедет в нем в Хогвартс. Если вы что-то нарушите в плетении, добыть замену мы не успеем. Тем более, что это довольно дорогой чокер, сделанный по индивидуальному заказу.

Врать легилименту я не решилась, тем более, что моя защита сейчас красовалась на шее у Поттера. Так что пришлось юлить и недоговаривать.

Чокер я действительно плела по индивидуальному заказу, своему собственному. И дешево делать подобный артефакт из шерсти единорога я ни для кого не буду. Да, и не успею я его сплести за оставшееся до отбытия время. Вот за неделю — легко. Но этого Дорину знать не надо. Как и то, что я просто не хочу давать свое творение в посторонние руки.

— Где я могу приобрести такой же? — Трансельванец вычленил из моей речь главное.

— По всем вопросам к лорду Малфою, — сухо ответила я, переложив эту настырную проблему на плечи блондина.

Люциус, товарищ сообразительный, придумает, как ни себя, ни меня не обделить. Краем глаза я заметила, как заледенел взгляд Сириуса при упоминании Малфоя. Что это с ним? Ревнует что ли? Бред какой-то.

— Что ж, раз я вам больше не нужен, то я пожалуй пойду. Позволите воспользоваться вашим камином? — Поинтересовался мэтр у Блэка.

Дождавшись разрешение хозяина дома, Дорин со всеми попрощался и ушел камином на Косую аллею.

— Гарри, убери артефакты в свою комнату, и тебе стоит немного отдохнуть. Утро вышло напряженное, — отстраненно произнес лорд.

Поттер намек понял и слинял наверх, наспех поблагодарив меня за чокер. Мы с Сириусом остались одни.

— Не переживайте, мисс Грейнджер, — холодно бросил Блэк. — Я возмещу Люциусу стоимость твоего украшения.

— Не нужно ему ничего возмещать, — рассмеялась я. — Хотя, это было бы даже забавно.

Хозяин дома недовольно скрипнул зубами, но удержал эмоции и лишь непонимающе приподнял бровь, показывая, что ждет пояснений.

— Нам стоит поговорить, — сдалась я. — Но я вам все расскажу, только после того, как вы дадите мне клятву о неразглашении и непричинении вреда.

— Все настолько плохо? — Психанул лорд. — И кого же мне в невесты подсунула кузина, прикрываясь долгом за мое освобождение из Азкабана, — Блэк навис надо мной, гневно сверкая глазами.

— Сначала клятва, а потом разговор, — не поддалась я на его угрозы.

Лорд стукнул по столу, что-то прошипел сквозь зубы, но клятву дал. Я внимательно слушала каждое слово, опасаясь, что он схитрит и что-нибудь «забудет». Но Блэк мелочным не был и произнес все верно.

— Довольны? — Процедил хозяин дома, присаживаясь в кресло напротив.

Вместо ответа я начала рассказ:

— Я умею делать артефакты, единственные в своем роде. Настолько сильные и мощные, что с их помощью Люциус и Нарцисса смогли снять проклятие с рода Малфоев и обзавестись двойняшками: Элпис и Алейф…

После этих слов Блэк непроизвольно подался вперед, осознавая услышанное.

— Тебя же невыразимцы в своих лабораториях закроют, — взявшись за голову, сказал Сириус, даже не заметив, что от переизбытка эмоций он вернулся к неформальному общению.

— Чтобы этого не произошло все Малфои, включая Драко, дали мне такую же клятву о неразглашении, как и ты. Ты стал четвертым, кто знает правду о рождении двойняшек. Что касается остальных, то кто-то что-то может и подозревает, но точной уверенности нет ни у кого. Хотя намеки и вопросы от разных магов периодически поступают, потому что мои артефакты на Люциусе и Нарциссе видел Сметвик и другие колдомедики. В целях безопасности приходится врать и все отрицать.

Блэк встал и заходил по комнате, пытаясь успокоить эмоции и параллельно выстраивая в голове план будущих действий. Я обратила внимание на то, что мой жених ходит четкими кругами, вернее овалами, делая в каждую сторону всегда одинаковое количество шагов. Так ходят звери, большую часть жизни проведшие в клетке и точно знающие, где находятся границы их темницы. Сколько же еще подобных сюрпризов скрыто внутри бывшего заключенного.

— С Гарри тоже нужно взять клятву. Сам он может и не поймет всей опасности, но другие по крупицам этой информации узнают лишнее, — выдал Бродяга после раздумий.

— Люциус выступает в качестве добровольного посредника, принимая заказы на артефакты. Оплату он отправляет сразу в сейф в Гриннготсе, который он сам мне и открыл. Лично мы стараемся встречаться как можно реже, всю информацию передавая через Драко. Конспирация же, — я развела руками, подводя итог.

— А браслет портключ и дом в Озерном крае? — Решил прояснить последний вопрос Блэк.

— Плата за появление Элпис и Алейфа.

Разговор оборвался, каждый думал о своем. Сириус укладывал в голове кусочки мозаики, я прикидывала дальнейшее развитие ситуации.

— Почему Малфои уверены в том, что я обязан тебе своим оправдательным приговором? — Неожиданно сменил тему Блэк.

Переход был столь резким, что я растерялась и сразу не нашлась с ответом. Не думала, что Нарцисса поднимет эту тему в разговоре с кузеном. Но, видимо, он был сильно против помолвки и блондинке пришлось идти на крайние меры.

— Моя роль в этом вопросе сильно преувеличена, — сказала я, осторожно подбирая слова. — В первую очередь ты обязан себе, Мародерам и Люциусу.

— Мародерам? — Теперь уже Сириус был обескуражен моим ответом.

— Я заметила на вашей карте Петтигрю, который в образе крысы был питомцем младшего Уизли. И просто рассказала об этому Малфою, обратив внимание на то, что честный герой вряд ли будет годами прятаться в аниформе. Дальнейшей поимкой настоящего преступника и твоим оправдательным приговором лорд занимался без моего участия.

— Я должен попросить прощения, — после паузы выдал Блэк. — Я очень нехорошо о тебе подумал. Намеки мистера Брауна, цветы, браслет. Еще и Нарцисса слишком сильно настаивала на нашей с тобой помолвке. В какой-то момент я подумал, что любовь к мужу застила ей разум и она просто покрывает интрижку Люциуса. Был неправ, очень сильно. В свое оправдание могу сказать, только то, что сейчас на меня влияет родовой артефакт, — Сириус кивнул рукой на помолвочный перстень.

— Кольцо что заставляет тебя любить и ревновать меня? — Выпалила я в ужасе уставившись на собственную руку, на которой сверкал изумруд.

— Нет. Любовь не может внушить ни один артефакт. Даже хваленая Амортенция, лишь затмевает разум, а не дарит реальное чувство. Перстень действует иначе. Он усиливает присущее всем Блэкам чувство собственничества. Знаешь, такое дикое ощущение «мое». Но не пугайся, — увидев мое выражение лица, успокоил меня жених, — столь яркие проявления эмоций будут у меня лишь первые несколько недель или месяцев. Когда кольцо полностью настроится и войдет в силу, оно не будет так «бить по башке», контролировать себя станет проще и я начну адекватно воспринимать тебя и мир.

— Как это украшение действует на меня? — Опасливо уточнила я, уже пожалев, что согласилась на эту помолвку. Мой разум и сознание — это тот мизер, который от меня остался, не хотелось бы терять и его, становясь марионеткой какого-то артефакта.

— А никак, — откинувшись на спинку кресла заявил лорд. — В тебе нет ни капли крови Блэков и на тебя не действует наша родовая магия. Так что ты получаешь только плюсы: защиту от кое-каких проклятий и стороннего влияния. Ну, и как сигналку его можно использовать. Если с тобой что-то случиться, почернеет камень в моем перстне, а если я куда-то вляпаюсь — в твоем.

Мы долго еще обсуждали различные нюансы помолвочных перстней. У каждого рода были свои секреты. В какой-то момент, у Блэка заурчал живот от голода и он смутившись вспомнил, что я вообще-то на обед приходила. Вызвав Кричера хозяин дома приказал накрывать на стол и звать Гарри. А я вспомнила, что кое-что забыла.

— Сириус, у тебя в библиотеке есть «История турнира Трех волшебников»?

— Да, должна где-то валяться, — небрежно бросил жених. — Захвати книгу на обратном пути, — приказал он, обращаясь уже к домовому эльфу.

Издание у Блэков было более старым и дорогим, чем у Браунов. Красивые иллюстрации, богатая отделка, но текст практически тот же. Я довольно быстро обнаружила то, что искала. И ткнула под нос, спустившегося Поттера, нужную страницу.

— Читай внимательно, а лучше заучи, — практически приказала я Гарри.

— «Отказ от магического контракта», — прочел он заголовок. — Зачем это мне?

— А ты разве еще не в курсе, что в этом году в Хогвартсе будет проходить турнир Трех волшебников? Не видел разве парадную мантию в списке школьных покупок?

— Видел и даже купил себе. Зеленую, — отчитался герой. — Но я не собираюсь подавать заявку на турнир, мы с крестным решили, что это может быть опасным.

— Ты не собираешься, а ты уверен, что твое имя никто не подкинет в список конкурсантов? А, зная твою везучесть и длину списка твоих врагов… лучше заучи, — закончив свою пламенную речь, я повторно ткнула пальцем в страницу с отказом.

— Он выучит, — уверенно заявил Бродяга, который лучше себе представлял коварство окружающих и не понаслышке знал о последствиях неисполнения магических контрактов. — И, в случае чего применит все до последней буквы.

Обед на Гриммо мне понравился больше, чем в Малфой-мэноре. Блэк не особо следил за этикетом из-за чего обстановка за столом была более непринужденной. Никто, конечно, руками с тарелок не жрал, но батареи вилок и ножей у каждого обедающего не было. Хозяин дома считал, что для каждого достаточно одной пары столовых приборов, что меня несказанно радовало. В гостях у Люциуса и Нарциссы я постоянно боялась ошибиться и взять не тот бокал или ложку.

Беседа протекала ровно, без неловких пауз. Даже недовольное ворчание Кричера, прислуживающего за столом, органично дополняло антураж старинного замка. Кстати, клятву с Поттера бывший мародер все-таки стряс, при этом, не посвящая Гарри в детали.

Домой я уходила со спокойной душой. Без недомолвок жить стало чуточку проще. А с наличием «жениха» я уже даже почти смирилась.

Вечером в Озерный край прилетел филин Малфоя с букетом и конвертом. Первым порывом было гнать бедную птицу теми самыми белыми розами. Но я взяла себя в руки и прочла послание.

«Дорогая Гермиона Грейнджер!

Поздравляем тебя и Сириуса Блэка с заключением помолвки.

Ваша помолвка — это важный шаг, который требует доверия. И мы искренне рады, что вы оба на него решились. Пусть ваши планы реализуются с легкостью и вдохновением, а союз будет прочным и счастливым.

С наилучшими пожеланиями и поздравлениями, семья Малфой»

P.S. Мэтр Аргинтари требует у меня какой-то артефакт, защищающий от легилименции. Ничего пояснить не хочешь?

Скрепя зубами, нацарапала в ответ что-то такое же высокопарно-благодарственное в ответ на поздравление. Уточнила, что для Дорина за две недели сплету артефакт по стандартной цене, и пошла искать емкость для нового букета. Графины заканчивались.

Первого сентября на вокзал Кингс Кросс мы отправились втроем. Я с вещами перенеслась сначала на Гриммо браслетом, а затем Сириус по очереди аппарировал нас с Гарри на перрон 9 ¾. Явились мы туда гораздо раньше, чем это было необходимо, даже Хогвартс-экспресс еще не подъехал. Жених сказал, что так будет лучше, мы с Поттером спорить не стали.

Стоять на практически пустом перроне было скучно. Первым не выдержал Бродяга.

— Пойду на магловскую сторону, стаканчик кофе возьму, — оповестил нас бывший мародер, принял заказ на чай и ушел через проход в колонне.

Мы с Поттером остались скучать на перроне и разглядывать прибывающих студентов. Первым меня поразил Малфой, вернее его компания. Помимо его неизменных телохранителей Крэбба и Гойла, блондина сопровождал… Долгопупс.

— Чего это Невилл со слизеринцами идет? — Удивленно спросила я у Поттера.

— А, ты же не знаешь. Отец Драко какой-то сложный ритуал провел и выяснил, что проклятие, из-за которого род Малфоев едва не вымер, на них предок нашего Долгопупса наложил. И летом суд был, который Люциус выиграл.

— Подожди, я летом постоянно читала «Пророк», но ничего подобного там не видела, — прервала я Гарри.

— Заседание Визенгамота закрытым было, прессу туда не пускали, поэтому мало кто в курсе. Я б и сам не знал, но Нарцисса к Сириусу приходила, чтобы в библиотеке какой-то родовой ритуал Блэков взять, а я подслушал. — Выдав признание Поттер аж умолк и покраснел, ожидая, что я не оценю таких методов добычи информации, но я наоборот кивнула, негласно предлагая продолжать.

— Там вообще все сложно, — пояснял герой. — Законы у магов хитрые, мне крестный долго объяснял, но я не все понял. Короче, по решению суда, либо Невилл, вся его семья и даже больные родители отправлялись в Азкабан, либо Малфой должен был провести какой-то ритуал и род Долгопупсов становился даже не вассалами, а чуть ли не слугами блондинов. Не помню, как это называется.

— Я так понимаю, семья Невилла выбрала второй вариант? — Уточнила я.

— Как видишь, — подтвердил Поттер. — Там еще, вроде как, предки Уизли как-то замешаны были в этой истории. Но лорд Малфой этого доказать не смог, поэтому им ничего не было. Знаю только что рыжие с Долгопупсами из-за этого сильно рассорились. Мы с Бродягой, когда к школе покупки делали, видели их скандал на Косой аллее.

Не успел Гарри вспомнить про Уизли, как они всей толпой появились со стороны магловского вокзала. Я непроизвольно скривилась, увидев их шумную и неопрятную компанию. Гудок приближающегося Хогвартс-экспресса отвлек меня от рыжего семейства.

Я разглядывала красный поезд, выкатывающийся на перрон в белых клубах пара. Из кабины всем приветливо махал машинист, а первокурсники весело махали ему в ответ. Раздался еще один гудок, который частично заглушил слова, подскочившего сзади Рона. Я не расслышала, что именно рыжий сказал Гарри, только обрывок фразы «…первым Грейнджер застолбил».

Обернувшись, я видела покрасневшего Поттера, сжимающего кулаки, но ни он, ни я ничего сделать не успели. Нас остановил холодный голос Блэка, подошедшего сзади к нашей компании:

— Мистер Уизли, вы хотите что-то сказать моей невесте? — Бесстрастно уточнил мой жених, передавая мне и Гарри бумажные стаканы с чаем.

— Какой еще невесте? — Развязно спросил Рон.

— Простите, лорд Блэк, мой брат не хотел оскорбить вашу невесту, — быстро сориентировался Перси и оттащил от нас младшего Уизли, взглядом указывая ему на кольцо на моем пальце.

Подозреваю, что хитрый мародер специально принес нам стаканчики, чтобы всем желающим было четко видно перстень на моей руке. Что ж, значит не буду ломать Сириусу игру. Я перехватила стаканчик поудобнее, так чтобы фамильный артефакт Блэков начал отбрасывать блики в ярких лучах вокзала.

Мимо в этот момент удачно проходила Лаванда с отцом. Мистер Браун аж споткнулся, узнав помолвочное кольцо на моем пальчике. Презрительно-надменный взгляд, которым он меня наградил резко изменился на обиженно-неверящий. Он с какой-то затаенной злобой посмотрел на Сириуса, и даже не поздоровавшись проскочил мимо, утаскивая за собой дочь. Блондинка даже не поняла, что произошло, лишь как-то растеряно кивнула нам на прощание.

Мы допили чай, Гарри поболтал с Анджелиной, Сириус перекинулся парой слов с бывшими одноклассниками. После чего Бродяга решил, что на сегодня представлений достаточно и приказал нам загружаться в Хогвартс-экспресс.

Но бывший мародер не смог обойтись без финальной проказы. Помогая нам погрузить вещи в вагон, Блэк целомудренно чмокнул меня в щечку под чей-то резкий вздох. Проказливо улыбнувшись, лорд на прощание помахал Гарри рукой.

— Пришлите сову, как доберетесь, — дал нам последнее указание Блэк и скрылся в вихре аппарации.

— Позер, — припечатал Поттер. Не впечатлившийся представлением крестного.

Мы заняли последнее пустое купе в вагоне. Вернее, в нем сидел Дин, но его позвали к себе пуффендуйцы и он ушел, как только поезд тронулся, так что дальше мы остались одни, хоть и ненадолго.

Первым в купе заявился Малфой, который поздравил меня с помолвкой и впихнул к нам Невилла.

— Будешь ехать здесь. Это теперь твои лучшие друзья. Поттера не обижать, он мой… кузен. Грейнджер, тем более не обижать, она мне тоже уже почти… родственница, — насмешливо проинструктировал Драко Долгопупса. — Дал же Бог семейку, — возведя глаза к небу, играл на публику блондин.

— Малфой, а в лоб? — В тон слизеринцу спросил Поттер. — И вообще, с чего ты взял, что мы хотим становиться лучшими друзьями Невилла. Он помнится с Роном активно дружил последний год.

— Не кипятись, Гарри, — Драко перестал паясничать и присев рядом с очкариком, сказал совсем другим тоном. — Мне правда некуда его деть. Что мои, что ваши однокурсники его сожрут. Мои, просто за то, что он гриф, ваши за то, что служит слизням. Начну защищать, уже меня не поймут. Я и сам его уже прибить готов, а ты у нас парень добрый… герой. Так что в беде его не бросишь. Ну, и Гермиона тебе поможет… наверное.

Блондин сбежал, пока Поттер не передумал, а мы остались «дружить». Правда, дружить долго не получилось. К нам в купе началось настоящее паломничество. Все хотели посмотреть на «невесту Блэка». Одни хотели послушать «историю любви», другие полюбоваться кольцом. Булстроуд даже умудрилась кинуть в перстень каким-то заклинанием проверки, после чего мы дружно наблюдали, как слизеринку вынесло в коридор отдачей.

— Не подделка, — подвела итоги проверки Паркинсон.

— А ты чего ожидала? — Кинула ей Гринграсс. — О помолвке ж в сегодняшнем «Пророке» написали, а там такими вещами не шутят.

Свежую газету я сегодня не читала, за сборами в Хогвартс было не до этого. Поэтому информация от Дафны стала для меня новостью. И не только для меня. Невилл, не скрываясь, полез в сумку за газетой.

— Смотри на странице с объявлениями, — подсказала ему Панси.

«Редакция «Пророка» поздравляет лорда Блэка и мисс Грейнджер с заключенной помолвкой и желает любви и процветания вашему роду».

Змейки вырвали газету у Долгопупса и унеслись с ней в конец вагона.

— Пойдем Элли «порадуем», — прокомментировала свои действия Булстроуд.

Кто такая «Элли» мы с Поттером не поняли, но Невилл утверждал, что так зовут семикурсницу со Слизерина, которая вместе с ним помогает профессору Спраут в теплицах.

Уже на подъезде к Хогсмиду пришла Лаванда. Честно говоря, я не знала, как себя с ней вести. Вроде моя соседка по спальне ничего плохого не натворила, но ее отец сделал мне большую гадость. Сама блондинка решила игнорировать этот факт и уверенно тараторила обо всем на свете, присев рядом с Невиллом.

— Ой, Гермионочка, мне папа сказал, что ты замуж за Блэка собралась. Это же замечательно, вот я тоже выйду за Драко и будем мы с тобой родственницами, будем в гости друг другу ходить, званые вечера устраивать.

— Ну, вот это уж вряд ли, — послышался голос Малфоя из коридора, — у отца в последние дни развилась стойкая аллергия на фамилию «Браун». Так что поищи другого претендента на роль мужа.

Лаванда не ожидала такой отповеди и покраснев беспомощно оглядела, присутствующих в купе.

— На меня не смотри, — сразу открестился Поттер. — Сириус не допустит такого брака.

— Да, что я вам всем сделала?! — Обиженно прокричала блондинка, подскочив с сидения.

— Ты — ничего, — осторожно подбирала слова я, чтобы не обидеть в общем-то ни в чем не виноватую девчонку, — а вот твой отец поступил очень некрасиво.

— Такие подлости не прощаются, — подтвердил от двери Малфой. — Мало кто захочет породниться с таким, как мистер Браун.

Лаванда расплакалась и убежала в свое купе. Мне было ее искренне жаль, но догонять ее я не стала. Враждовать, надеюсь, мы с ней не будем, но вот дружить, как прежде, уже не выйдет.