Ронин в Хогвартсе (джен)

Эссекс, побережье. Конец июля

Запах гниющих водорослей, соли и разлитого мазута въедался в поры. Ночь над доками Эссекса — беззвёздная, плотная, укрытая низкими облаками, тусклый свет портовых фонарей едва разгонял тьму.

Саманта Морган сидела в тени за штабелем деревянных паллет, прижавшись спиной к холодному бетону. Она до хруста в костяшках сжимала палочку — гладкое, тёмное дерево казалось единственным источником тепла в этом сыром, промозглом месте. Сердце колотилось о рёбра так сильно, что Саманте казалось — этот звук выдаст их с головой.

Она огляделась.

Их всего семеро. Никаких развевающихся мантий, никаких остроконечных шляп. Люди, рассредоточенные по периметру запущенного частного склада, носили чёрную тактическую одежду, разгрузочные жилеты и приборы ночного видения. Это личная гвардия клана Морганов. Сквибы из побочных ветвей семьи и маглы-наёмники, за плечами которых — Ирак, Фолкленды и Французский Иностранный легион. Волшебный мир презирал таких, как они, считая мусором. Морганы же платили им золотом и делали из них идеальных убийц магов. Зачем тратить годы на изучение смертельных проклятий, если пуля калибра 5.56 пробивает голову чистокровного сноба быстрее, чем тот успеет сказать «Протего»?

Справа от Саманты, сливаясь с тенью металлической балки, сидел Адам Брукс. Глава службы безопасности. Сквиб. Ему за пятьдесят, коротко стриженные волосы давно поседели, а лицо напоминало высеченную из камня маску. Брукс не сводил глаз с прицела штурмовой винтовки с глушителем.

Он покосился на Саманту, и в его взгляде читалось привычное, плохо скрываемое недовольство. Брукс знал её с пелёнок. Для него она всё ещё оставалась маленькой девочкой, которой не место на грязной силовой операции. Но Саманта настояла. Отец позволил ей присоединиться. Ей двадцать, Хогвартс остался позади, и она понимала: если даже младшенький Киран уже умудрился понюхать крови то тут, то там, ей и подавно пора набираться реального опыта. Она Морган. А Морганы не отсиживаются в замках, когда идёт бизнес.

Внизу, у самой кромки воды, кипела работа.

К старому бетонному пирсу пришвартовался неприметный, но явно мощный катер. Пятеро смуглых, крепко сбитых парней — судя по татуировкам, наёмники с юга — споро таскали с палубы тяжёлые, туго набитые спортивные сумки. Они заносили их внутрь огромного, ржавого морского контейнера, стоящего у стены склада.

Саманта знала, что контейнер — лишь иллюзия. На него наложили мощнейшие чары Незримого расширения, превращавшие железную коробку во вместительное, защищённое хранилище.

Это точка семьи Селвин. Древний род, чистокровные до мозга костей, верные сторонники идей Волдеморта. Служба безопасности Морганов вела эту логистическую цепь три месяца. Селвины использовали склад для перевалки контрабандных зелий, редких ингредиентов и, самое главное, грязной магловской наличности, которую потом отмывали через подставные фирмы в крупных городах Британии.

С возвращением Тёмного Лорда Селвины, очевидно, начали наращивать ресурсы для войны.

Отец, лорд Морган, принял решение быстро и прагматично. Уничтожить склад, забрать наличность в качестве компенсации за моральный ущерб и изрядно побесить конкурентов, заодно лишив их части бюджета. Ничего личного. Просто политика и бизнес.

— Заканчивают, — прохрипел Брукс в микрофон гарнитуры, едва шевеля губами.

Саманта видела, как двое парней внизу бросили последние сумки и один из них, видимо, старший, достал волшебную палочку, чтобы наложить на контейнер запирающие чары. Идеальный момент. Они расслаблены, считая, что скрыты от чужих глаз.

Брукс медленно перевёл ствол винтовки левее, беря на мушку старшего. Затем снова бросил короткий взгляд на Саманту.

— Готова, леди Саманта? — тихо, почти беззвучно спросил он. В голосе ни насмешки, только спокойная суровость командира.

Саманта сглотнула вязкую слюну, чувствуя вкус адреналина, и крепче перехватила палочку. Её задача — контроль периметра и поддержка, лезть в пекло запрещено. Щиты и антиаппарационные чары, если кто-то из целей окажется волшебником — что практически исключено.

Она кивнула. Резко, уверенно.

Брукс удовлетворённо моргнул, возвращая взгляд в прицел. Его палец плавно лёг на спусковой крючок.

— Вперёд, — скомандовал он в гарнитуру.

Ночь взорвалась.

Тишину доков разорвал не грохот, а серия сухих, резких хлопков — звук работающих глушителей.

Первый наёмник рухнул на бетон как подкошенный, так и не успев ничего понять. Второй охранник дёрнулся, схватился за пробитое плечо и с криком повалился за металлические бочки.

— Анти-Аппарейт! — выкрикнула Саманта, вскидывая палочку и выплёскивая магию широкой, невидимой сетью, накрывающей весь пирс.

Свет фонарей мигнул. Бойцы Брукса, словно чёрные тени, беззвучно скользнули из своих укрытий вниз, беря контейнер в клещи.

Наёмники Селвинов оказались не просто портовыми грузчиками. Пережив первые секунды шока и потерю старшего, уцелевшие боевики огрызнулись шквальным огнём.

Тишину ночи разорвал оглушительный треск автоматов. Свинец ударил по бетонным опорам и деревянным паллетам, высекая снопы искр и осыпая Саманту каменной крошкой. Воздух мгновенно наполнился едким, кислым запахом сгоревшего пороха.

Саманта пригнулась, инстинктивно вжимая голову в плечи под визгом пуль, пролетающих всего в нескольких дюймах над головой. Адреналин ударил в кровь горячей, пьянящей волной.

— Прикрываю! — рявкнул Брукс в гарнитуру, и его винтовка снова зашлась сухим, ритмичным кашлем.

Саманта сорвалась с места. Короткая перебежка, скольжение за ржавый остов старого крана, перекат. Взгляд выхватил во тьме вспышку дульного пламени: один из наёмников, укрывшись за бочками, поливал огнём позицию Брукса.

Она не стала тратить время на сложные проклятия. Выпад из-за укрытия, жёсткий взмах палочкой:

— Депульсо!

Сгусток кинетической энергии ударил наёмника в грудь с силой несущегося грузовика. Мужчину оторвало от земли и швырнуло назад. Раздался глухой, влажный звук удара тела о рифлёную сталь контейнера, хруст ломающихся костей, и боевик сполз на бетон бесформенной кучей. Он больше не поднимется.

Слева мелькнула ещё одна тень. Саманта развернулась на каблуках, посылая невербальный Ступефай. Красный луч врезался прямо в лицо бегущему человеку, опрокинув его навзничь.

Перестрелка закончилась так же стремительно, как и началась. Грамотное планирование и холодный профессионализм людей Брукса не оставили людям Селвинов ни единого шанса. Огневые точки противника подавлены за считанные минуты.

Над доками повисла звенящая тишина, в которой слышалось только тяжёлое дыхание и плеск воды о сваи пирса.

— Чисто, — доложил один из бойцов по рации. — Периметр под контролем.

Саманта медленно опустила палочку и вышла из-за крана. Колени дрожали, а на губах помимо воли расползалась нервная улыбка. Внутри всё вибрировало от перенапряжения. Она сделала это. Она не запаниковала.

Брукс стоял у открытых створок магически расширенного контейнера и открывал молнии на тяжёлых спортивных сумках. Саманта подошла ближе, заглядывая внутрь. В тусклом свете тактических фонарей матово блестели туго стянутые пачки банкнот. Десятки сумок, набитых грязной магловской наличностью, которая должна была пойти на подкуп, оружие и тёмные артефакты для сторонников Волдеморта.

— Неплохой улов, — хрипло констатировал Брукс. Он обернулся к Саманте и, к её огромному удивлению, уголки жёстких губ чуть дрогнули. Он сдержанно кивнул. — Вы отлично себя проявили, леди Саманта. Резко и без лишних движений. Ваш отец будет доволен.

Похвала от старого сквиба, который видел больше смертей, чем некоторые авроры, стоила дороже любого ордена Мерлина.

— Спасибо, Адам, — выдохнула она, чувствуя, как колотится пульс в висках.

Небо на востоке начало приобретать бледно-серый, свинцовый оттенок. Приближался рассвет.

— Транспорт на точку, живо! — скомандовал Брукс в микрофон. — Грузим товар и уходим. Время пошло.

Он снова посмотрел на Саманту.

— Периметр мы держим, а трястись в фургоне с грузом вам ни к чему. Аппарируйте на перевалочную базу. Мы будем там через час.

Саманта не стала спорить. Она убрала палочку в кобуру на бедре, сосредоточилась на образе небольшого кирпичного дома на окраине и с тихим хлопком растворилась в утреннем тумане.

Появившись в гостиной безопасного дома, Саманта первым делом рухнула на диван. Отходняк накатил с неотвратимостью цунами. Начала бить мелкая, противная дрожь, в ушах всё ещё стоял визг рикошетирующих пуль. Она заставила себя подняться, стянула пропахшую порохом и портовой гнилью куртку и отправилась в ванную.

Горячий душ смыл пот и напряжение, возвращая телу лёгкость, а разуму — холодную расчётливость Морганов.

Спустя час за окном раздался хруст гравия. Саманта, уже переодетая в чистые джинсы и тёмно-зелёный свитер крупной вязки, выглянула в окно. Во двор, поднимая пыль, вкатились два тонированных чёрных внедорожника.

Бойцы Брукса, уставшие, но довольные, выгружали из чёрных внедорожников тяжёлые сумки с наличностью Селвинов. Операция прошла безупречно. Саманта глубоко вдохнула, чувствуя, как отпускает напряжение ночи, и потянулась за кофе, который один из наёмников оставил на капоте.

И в этот момент её запястье обожгло.

Саманта резко отдёрнула руку, едва не опрокинув картонный стаканчик. На правом запястье туго сидел браслет из крупных матовых бусин чёрного агата. Сейчас одна из них — центральная — пульсировала жаром, словно крошечный уголёк, прожигая кожу сквозь тонкую ткань рукава.

Она выругалась сквозь зубы.

Этот артефакт отец и дядя создали сразу после того, как Киран умудрился вляпаться в историю с воскрешением Тёмного Лорда на кладбище. Каждая бусина привязана к крови члена семьи. Жжение означало только одно: младший братец снова нашёл неприятности на свою дурную голову. И судя по тому, как яростно пульсировал камень, неприятности серьёзные.

Из головной машины выбрался Адам Брукс. Он снял тактические очки и вопросительно посмотрел на девушку, заметив её перекошенное лицо.

— Что-то с Кираном, — быстро бросила Саманта, на ходу выхватывая палочку из кобуры. — Мой артефакт сработал. Мне нужно к нему, прямо сейчас.

Брукс не стал задавать лишних вопросов. Он лишь кивнул, его лицо снова превратилось в каменную маску командира.

— Здесь всё под контролем, леди Саманта. Я сам доложу лорду Арику. Удачи.

Саманта закрыла глаза, абстрагируясь от шума моторов и голосов наёмников. Она сосредоточилась на магическом следе, который связывал её браслет с серебряной подвеской-вороном на шее брата. Поймав этот тонкий, вибрирующий вектор, она крутнулась на месте, пронзая пространство.

Хлоп.

Её выбросило на идеально ровный, залитый солнцем газон в каком-то до тошноты правильном магловском городке.

Саманта тут же ушла в полуприсед, готовая выставлять щиты, но заклинаний не последовало. Вместо этого перед ней развернулась крайне любопытная и напряжённая мизансцена.

На фоне одинаковых кирпичных домиков стояли две группы волшебников, явно готовые вцепиться друг другу в глотки.

С одной стороны — её оболтус-брат, растрёпанная Гермиона Грейнджер, знаменитый Гарри Поттер и парочка рыжих Уизли. Подростки сбились в кучу, щетинясь выставленными палочками, как загнанные в угол ежи.

С другой стороны наседали взрослые. Саманта узнала потрёпанного, покрытого шрамами Римуса Люпина, молодую ведьму с ярко-розовыми волосами и ещё одного волшебника крайне маргинального вида. Орден Феникса.

Они пытались загнать Поттера в дом за его спиной, а Уизли и Грейнджер утащить с собой. Дети отчаянно сопротивлялись.

Саманта медленно выпрямилась. Стук её тяжёлых ботинок по асфальтовой дорожке заставил всех обернуться.

Гермиона округлила глаза — надо же, запомнила ещё с испытания у озера, умница. Саманта поймала её взгляд, едва заметно подмигнула и качнула головой: «Спокойно. Не сейчас».

Краем глаза она заметила, как Поттер и высокий рыжий парень уставились на неё. В их взглядах читалась смесь опасения и подросткового восхищения, с которым парни обычно смотрят на опасных, уверенных в себе девушек старше их. Саманта мысленно усмехнулась — это немного льстит, но сейчас у неё дела поважнее.

Она быстро оценила диспозицию. Взрослые маги, увешанные благородными идеями, силой давили на подростков, которые всего месяц назад смотрели в глаза смерти. Такое отношение к Кирану — пусть он и вёл себя часто как невыносимый идиот — и к Гермионе, которая Саманте искренне нравилась, мгновенно вызвало в ней холодную, высокомерную злость Морганов.

Саманта растянула губы в самой сладкой и одновременно гадкой улыбке, на какую способна, и посмотрела прямо на Римуса Люпина.

— Доброе утро, господа, — её голос, спокойный и властный, разрезал напряжённую тишину. — Какая... очаровательная суета. Но если здесь настолько нездоровая обстановка, то я, пожалуй, забираю брата.

Она сделала паузу, наслаждаясь вытянувшимися лицами орденцев, и добавила:

— А также приглашаю мисс Грейнджер и мистера Поттера погостить в замке Морганов. Разумеется, если на то есть их желание.

Люпин побледнел. Розововолосая ведьма ошарашенно открыла рот.

— Послушайте, мисс Морган... — начал Люпин, делая шаг вперёд и примирительно поднимая руки. — Вы не понимаете ситуации. Гарри нельзя покидать этот дом. Защита крови...

— Оставьте эти сказки для Визенгамота, мистер Люпин, — нагло оборвала его Саманта, вздёрнув подбородок. — Я не вижу здесь никаких нарушений. Мои гости достаточно взрослые, чтоб принимать подобные решения. Всё абсолютно добровольно. Никакого похищения.

Не дав им времени на новые возражения, она резко хлопнула в ладоши.

— Тилли! Бинки! Хок!

Воздух взорвался тройным хлопком. На асфальте перед Самантой появились три домашних эльфа в строгих чёрных ливреях с серебряным гербом Морганов. Старый Хок почтительно поклонился, опираясь на трость.

— Перенесите меня и моих гостей в замок, — приказала Саманта.

— Я тоже пойду с вами! — раздался звонкий девичий голосок.

Младшая Уизли, рыжая девчонка с пылающим от гнева лицом, шагнула ближе.

— Возьмёте и меня, пожалуйста?

Её высокий брат поперхнулся воздухом, явно ошалев от такой наглости. Саманта же про себя довольно усмехнулась. Видимо, Орден довёл девчонку до ручки своей гиперопекой.

— Разумеется, — милостиво кивнула Саманта.

Затем она повернулась к членам Ордена, которые уже начали перехватывать палочки поудобнее. В её голосе зазвенел металл.

— Я, Саманта Морган, гарантирую безопасность гостей на территории нашего клана. Если у Дамблдора или у вас есть претензии — присылайте кого-то из взрослых, с радостью примем.

Гермиона, не теряя ни секунды, схватила рыжую девчонку за руку, подтаскивая её к эльфам.

Гарри, который всё это время стоял с выражением полного ошеломления на лице, вдруг обернулся к крыльцу. Там, застыв соляным столбом и вытаращив глаза на появившихся из ниоткуда ушастых существ, стоял светловолосый крепыш-магл.

— Пока, Дадли! — махнул ему рукой Гарри, и на его лице впервые мелькнула искренняя, хулиганская улыбка. — Увидимся на Рождество! Спасибо за подарок!

Магл только судорожно сглотнул.

Саманта перевела взгляд на высокого рыжего парня, который застыл, разрываясь между сестрой и орденцами.

— Ты с нами? — спросила она, вскинув бровь.

Тот замялся.

— Рон, ради Мерлина! — взвизгнула розововолосая ведьма. — Молли же с ума сойдёт!

— Рон, останься, — скомандовала рыжая девчонка брату. — Успокой маму. Скажи, что всё нормально. Мы вернёмся все вместе чуть позже.

Саманта не стала ждать, пока они передумают. Она шагнула к Кирану и крепко, до синяков, вцепилась ему в предплечье.

Тилли, Бинки и Хок уже коснулись одежды Гарри, Гермионы и девчонки Уизли. Раздался мягкий хлопок, и эльфийская аппарация бережно унесла троицу прочь.

Саманта же, понимая, что эльфийское перемещение слишком комфортно, решила преподать брату урок. Он опять заставил её нервничать. Он опять влез в разборки. Пусть страдает.

Она крутнулась на месте, вкладывая в человеческую аппарацию максимум резкости. Пространство сжалось, сдавливая их со всех сторон, словно в железных тисках.

— Эй, Сэм, какого Мор... — только и успел протестующе выкрикнуть Киран, прежде чем их обоих с громким хлопком вышвырнуло из удушливо-правильного Литтл-Уингинга прямо во внутренний двор замка Морганов.