Чернильные истории (гет)

"Мастер и Маргарита", Гелла/Майгель. Упоминания секса, смерть персонажа. Написано по сериалу В. Бортко 2005-го года.

Гелла встречается с бароном Майгелем ещё до бала у Сатаны.

Впервые Гелла встречает его в одном из московских ресторанов — барон Майгель, служащий зрелищной комиссии в должности ознакомителя иностранцев с достопримечательностями столицы, любит красивую жизнь. Она ожидала увидеть старика, но он молод и хорош собой, чёрные, гладко зачёсанные волосы блестят, и элегантный костюм прекрасно сидит на статной фигуре. Он настоящий щёголь, этот Майгель, блестящий, изысканный и остроумный, с лёгкой походкой и изящными движениями, и Гелла чувствует влечение, исходящее от окружающих дам, — все они хотят его, она почти слышит их полные вожделения мысли, но куда обычным земным женщинам тягаться с вампиршей, у которой за плечами несколько сотен лет?

Она сегодня в изумрудно-зелёном шёлковом платье, дьявольски подходящем её глазам. Гелла предпочла бы быть голой, наряд Евы для неё лучше любого другого, но пока ещё не время разоблачаться, показывая свою истинную сущность. Не беда, она всё равно без труда заманивает барона в свои сети, и ресторан он покидает именно с ней. В его квартире, столь же элегантной, как он сам, они предаются любви, и Гелле стоит большого труда сдерживаться, чтобы не вцепиться зубами в добычу, не насытиться горячей кровью. Его нельзя трогать, мессир не велел, это жертвоприношение для бала, но мессир, при всём его могуществе, никогда не был вампиром, ему не понять чувства голода, терзающего Геллу.

Майгель смотрит на неё холодными глазами, но сам он горяч и полон сил, и как же сладки его поцелуи, как умелы руки, скользящие по её белоснежной коже. О, он опытен, опытнее множества мужчин, которых она знавала... В любовном угаре он не замечает ни чрезмерной бледности своей случайной любовницы, ни холода её тела, ни того, что в тусклом свете ночника её тень не перекрещивает пол. Гелла жадно вцепляется в его плечи и запрокидывает голову, чтобы Майгель не видел, как мерцают в темноте её глаза, её огненные волосы укутывают их обоих, а запах крови заполняет всё вокруг.

Гелла любит кровь, но ещё больше она любит грех. Майгель, весь такой красивый, точно с картинки, насквозь пропитан грехом, и это правильно — красавцы всегда самые большие грешники. Тот, кто вечно подслушивает, подсматривает и наблюдает, наушник и шпион, лжец и искуситель... о, как от него пахнет! Гелла вдыхает этот восхитительный запах греха, зная, что он пропитает её всю, останется на несколько дней, и когда она вернётся в квартиру № 50 дома № 302-бис на Садовой, Коровьев и Бегемот будут изводить её едкими шуточками, а Азазелло прямо назовёт распутницей и ещё кем похуже, но ей плевать.

— Господин артист сегодня дома. Да, будет рад вас видеть. Да, гости... Фрак или чёрный пиджак. Что? К двенадцати ночи, — говорит она в трубку, заманивая барона прямо в расставленную ловушку, нога её кокетливо опирается на стул, и Гелла представляет, что рядом с ней не смешной жалкий маленький буфетчик, так потешно отводящий взгляд, а барон Майгель, прожигающий её своими ледяными глазами.

Через несколько дней на балу у Воланда Гелла вместе с этой смешной Наташей, так отчаянно мечтающей стать ведьмочкой, омывает кровью и розовым маслом почти бесчувственную Маргариту. Она бледна, железные оковы впиваются в тело, и из-под них сочится кровь, но королева лишь упрямо кусает губы и, морщась, осторожно касается распухшего колена. Гелле кажется глупым так страдать из-за мужчины, и неважно, насколько гениальным она его считает. Маргарита хочет возвращения любви, хотя могла бы стать одной из самых могущественных ведьм. Неужели служанка умнее её?

Гелла не признаётся даже себе, что где-то в глубине своего бездушного тела завидует Маргарите.

Когда пуля Азазелло попадает прямо в сердце Майгеля, безукоризненно элегантного в своём фраке и теперь уже безукоризненно мёртвого, и густая алая кровь бьёт в чашу, Маргарита вздрагивает и зажмуривается, Гелла же сгорает от нетерпения. Мессир, как всегда, ужасно медлителен, и пока сначала он, затем королева отпивают из чаши, проходит целая вечность. Маргарите кровь должна показаться сладким вином, Гелла же чувствует её истинный вкус, солёный и металлический, даже на расстоянии. Очередь наконец-то доходит до слуг, она припадает к чаше, и вкус греха раскрывается у неё на языке большим багряным цветком.

Она чувствует Майгеля, ощущает его суть, видит то, каким он был во множестве своих воплощений — красивый, опасный и греховный. Видит древний Ершалаим и Майгеля — он ещё красивее, чем был здесь, в Москве, хотя, казалось бы, это невозможно. Он в белых одеждах, с аккуратно подстриженной бородой и горящими от страсти глазами, и она — в другом теле, другом обличье, не вампирша, а живая женщина... И она завлекает его, ведёт на смерть, потому что в прежней жизни он совершил величайшее из предательств — всего за тридцать тетрадрахм...

Последние красные капли блестят на губах Геллы, и она подбирает их языком, скаля в улыбке острые клыки. Многие мужчины называли её красивой, но при виде такой её улыбки все они цепенели от ужаса. Майгелю ещё повезло — он умер, так и не увидев её истинного обличья. Гелла вновь улыбается — таких, как Майгель, не убьёшь пулей, даже если её выпустил сам демон пустыни, они крайне живучи, возвращаются снова и снова...

И она с нетерпением будет ждать, когда на её пути снова встретится барон Майгель. Она не сомневается, что узнает его — такого запаха греха нет больше ни у кого.