ГривИстория (джен)

Я проснулась от тишины. Не той, что бывает после бури, и не той, что наступает, когда все ушли, — а той, что бывает, когда кто-то стоит у твоей кровати и ждёт, пока ты откроешь глаза.

Я открыла.

Надо мной стояла Мэттер. С блокнотом. С кружкой чая. С лёгкой тенью нетерпения в глазах.

— Доброе утро, — сказала она.

— Ты чего? — я села, щупальца лениво потянулись — сперва во все стороны «веером», а затем все разом еще и распушились. — Ты во сколько хоть легла?

— Я не ложилась, — ответила она. — Я писала.

— Всю ночь?

— Почти. Я анализировала твою телепортацию. У меня есть гипотеза, что ты можешь блокировать нежелательные перемещения, если научишься ставить ментальные заслоны.

— Ментальные заслоны?

— Мысленные барьеры, — она раскрыла блокнот и показала мне схему. — Представь, что твой разум — это дом. Ты не хочешь, чтобы кто-то входил. Ты закрываешь дверь. Задвигаешь засов. Запираешь на ключ.

— И это остановит телепортацию?

— Это остановит мысли, которые её запускают.

Я посмотрела на неё. На блокнот, который она держала в магии, — новый, с кожаным переплётом и плотными страницами. Он был почти таким же толстым, как старый.

— Мэттер, — сказала я, — у тебя бесконечный блокнот?

— Что? — она подняла бровь.

— Он всегда с тобой. Утром, днём, вечером, ночью. Ты спишь с ним?

— Нет, — она чуть смутилась, и я заметила, как её уши дрогнули. — Но я просыпаюсь и сразу беру.

— Значит, почти бесконечный.

Она усмехнулась.

— А ты научишься ставить заслоны, если я помогу?

— Попробую.

Мы вышли в гостиную. Солнце только начинало подниматься, золотя занавески и оставляя длинные тени на полу. Льдинка ещё спала, Нитка гремела посудой на кухне, Молот читал газету в кресле. Я села на диван, Мэттер — напротив. Она положила блокнот на колени и посмотрела на меня.

— Закрой глаза, — сказала она.

Я закрыла.

— Представь дверь, — голос Мэттер был ровным, почти гипнотическим. — Твою дверь. В доме-разуме. Мысленно подойди к ней.

— Представила.

— Теперь закрой её. Задвинь засов.

— Задвинула.

— Что ты чувствуешь?

— Глупость, — честно сказала я.

— Крафт!

— Ну, глупо. Я сижу с закрытыми глазами, представляю дверь, а ты меня учишь. Это странно.

— Это наука, — она вздохнула, и я услышала, как она перелистывает страницу блокнота. — А ты можешь подумать о чём-то другом, чтобы проверить, работает ли заслон?

— О чём?

— О ком, — поправила она. — Например, о Луне.

Я замерла. Щупальца вздрогнули.

— Мэттер, я могу нечаянно телепортироваться.

— Я знаю. Поэтому мы и тренируемся.

Мысленно я стояла у двери, которую только что закрыла. За ней была темнота. Я представила, что за дверью — Луна. Её улыбка. Её глаза. Её голос, говорящий: «Ты справилась, Крафт».

Дверь дрогнула.

— Держи, — голос Мэттер был тихим, но настойчивым. — Не открывай. Просто стой. Смотри, как дверь трясётся, но не поддавайся.

Я стояла. Дверь тряслась, но я держала засов. Я чувствовала, как что-то внутри меня хочет открыть её, шагнуть в темноту, оказаться рядом с Луной, но я не поддавалась.

— Дыши, — сказала Мэттер. — Ровно. Медленно. Магия это инструмент. Ты владеешь магией. Ты сильнее, чем твоя магия.

Я дышала. Дверь перестала трястись. Засов замер. Я стояла у двери, и она была закрыта.

— Молодец, — я услышала её голос, в котором сквозила улыбка. — Ты справилась. Открывай глаза.

Я открыла.

Я всё ещё сидела на диване. Мэттер смотрела на меня с гордостью. Её глаза светились, и она записывала что-то в блокнот.

— Я не телепортировалась, — сказала я.

— Не телепортировалась, — подтвердила она. — Ты удержала заслон.

— Но я думала о ней.

— Ты думала, но не позволила себе опрометчиво действовать. Это первый шаг.

— А что дальше?

— Дальше — тренироваться, — она положила блокнот на колени и улыбнулась. — Ты научишься закрывать эту дверь так, что она не будет дрожать даже от одного имени.

— А если я захочу открыть её намеренно?

— Тогда ты откроешь, — она пожала плечами. — Это тоже часть контроля. Знать, когда закрывать, и знать, когда открывать.

Я посмотрела на неё. На блокнот, который она держала, на её улыбку.

— Спасибо, — сказала я.

— Не за что, — она кивнула. — Ты справилась сама.

Я встала. Щупальца тихо покачивались.

— Ладно, — сказала я. — Идём завтракать.

* * *

После завтрака мы вышли во двор. Солнце стояло уже высоко, и воздух был тёплым, пахло травой и утренней прохладой. На стеллажах сушилось мыло — ровные ряды ромашковых, медовых и лавандовых кусочков.

— Попробуем переместить предмет, — предложила Мэттер.

— Какой?

— Самый простой, — она указала на мыло. — Вон тот кусок.

Я посмотрела на мыло. Ромашковое, утренней партии. Оно лежало на самом краю стеллажа, и лёгкий ветерок шевелил его край.

— Надо думать не о себе, а о предмете? — спросила я.

— Да, — Мэттер кивнула. — Ты телепортировалась к Луне, потому что думала о ней. Значит, и предмет может переместиться, если о нём думать.

— И куда?

— В шкаф, — она указала на дом. — На кухне. Третья полка, где хранятся запасы.

Я закрыла глаза. Представила шкаф. Дверцу. Полку. Мыло.

— Дверь перед этим открыть? — спросила я.

— Если надо, — ответила Мэттер.

Я представила дверцу открытой. Мыло, лежащее на стеллаже. И тихое, спокойное движение — не телекинез, не щупальца, а телепортация.

— Мыло, — мысленно позвала я. — Прыгай.

Ничего.

— Не получается.

— Попробуй приказать.

— Приказываю: прыгай.

Ничего.

— Мыло не умеет прыгать, — сказала я. — Это не Тростинка.

— Тогда перенесись сама к мылу и возьми, — предложила Мэттер.

Я подумала. Представила себя у стеллажа. Щупальца дёрнулись — и я оказалась на месте.

— Это просто, — я взяла мыло.

— А теперь перенесись с мылом к шкафу.

Я представила кухню. Шкаф. Полку. Мыло в щупальцах.

Мир дёрнулся — и я оказалась на кухне. Мыло уже лежало на полке.

— Готово, — я выдохнула.

Мэттер записала.

— Прогресс, — сказала она.

К обеду я научилась переносить мыло со стеллажей в шкаф. По одному куску, потом по пять, потом по десять.

— Ты как конвейер, — заметила Нитка, наблюдая со стороны.

— Быстрее, чем ногами, — я улыбнулась.

— А щупальцами?

— Щупальцами я могу взять сразу двадцать, но их надо складывать аккуратно. А телепорт — сразу в шкаф.

— Удобно.

— Очень.

* * *

Вечером мы сидели на крыльце. Солнце садилось за горизонт, оставляя на небе розовые и оранжевые полосы. Щупальца лениво покачивались, я держала кружку с тёплым чаем и смотрела на закат.

— Крафт, — сказала Мэттер. — Ты сегодня молодец.

— Спасибо, — я отпила чай. — Ты тоже.

— Я?

— Ты научилась не доставать меня с утра.

— Я стараюсь.

Мы помолчали. Где-то вдалеке пела птица.

— Мэттер, — я повернулась к ней. — Ты правда думаешь, что я могу научиться блокировать мысли о Луне?

— Думаю, да, — она кивнула. — Но не сразу.

— А что поможет?

— Время, — она улыбнулась. — И доверие к себе.

Я посмотрела на звёзды. Где-то там, высоко, Луна, наверное, смотрела на нас и улыбалась.

— Спокойной ночи, — сказала я.

— Ночи, — ответила Мэттер.